Действие трагедии разворачивается на краю света, в скифской земле, в предгорьях Кавказа. Там к одной из скал Гефест по приказу Зевса должен приковать Прометея. Прометей и Гефест появляются в сопровождении слуг Зевса – Власти и Силы. Власть объясняет причину, по которой наказан Прометей: он дал людям то, чем прежде владели только бессмертные боги, – огонь. Прометей обращается к природным силам, жалуясь на свою горькую участь. Он призывает ветер, реки, море, солнце; как сын Земли (она же Справедливость), он рассчитывает на их сочувствие. Ведь все его родственники – олицетворенные силы природы. Прометей сравнивает свои страдания с бедами, обрушившимися на его братьев. Один из них, титан Атлант, должен удерживать на своих плечах небесный свод. Печальна участь и его другого брата – Тифона. Это чудовище со ста головами драконов, часть его туловища человеческая, вместо ног – извивающиеся кольцами змеи, а глотки издают крики различных зверей. Тифон мог бы стать владыкой мира, но Зевс испепелил его своими молниями и навалил на него огромную гору Этна на острове Сицилии. Жаркое дыхание Тифона вырывается наружу извержениями вулкана. Теперь Зевс обращает свой гнев на самого Прометея. Природа сочувствует Прометею: вместе с ним стонут морские волны, а его низвержение в Тартар в конце трагедии представлено как разгул стихий и мировая катастрофа.
На протяжении всей трагедии Прометей остается на месте: он прикован к скале. Действие развивается благодаря появлению новых персонажей. Сначала прибывает хор Океанид, дочерей титана Океана; Прометей слышит шум их крыльев, он им говорит, как помог Зевсу получить власть, победив титанов, и как выступил против Зевса в защиту людей, когда тот задумал уничтожить весь человеческий род, еще недостаточно совершенный, и насадить новый. Прометей рассказывает хору обо всех благодеяниях, оказанных им человечеству: он пробудил людей к сознательной жизни, научил письму и науке чисел, объяснил, как определять времена года, как узнавать будущее по разнообразным таинственным приметам, научил их строить дома, корабли, помог приручить домашних животных, показал, как приносить жертвы богам, – таким образом, все науки, искусства, ремесла у людей от Прометея.
Нововведения Эсхила касаются прежде всего образов Зевса и Прометея. Гесиод изображал воцарение Зевса как переход ко всеобщему порядку (космосу), и Зевс представал у него могущественным правителем, руководствующимся в своих действиях высшей справедливостью. Эсхил заостряет свое внимание лишь на одном качестве Зевса – его власти и могуществе. Зевс недавно стал верховным богом, свергнув своего отца, титана Кроноса. Как всякий новый правитель, в борьбе за сохранение власти он жесток и безжалостен. Эсхил называет Зевса «тираном». Первоначально значение этого слова не имело отрицательного оттенка, который оно приобрело позднее: так называли человека, силой захватившего власть, а не получившего ее по наследству, и правившего единолично. С установлением демократии, когда решать государственные дела могли все граждане, отношение к тиранам изменилось. Зевс Эсхила – «господин всего», его власть ничем не ограничена (кроме судьбы, которой подчинены даже боги), он часто действует силой и ни к кому не испытывает жалости и сострадания.
У Гесиода Прометей сын титана Иапета. У Эсхила он сын Земли – Геи, а значит, принадлежит к намного более старшему, чем Зевс, поколению богов. Прометей обладает даром предвидения: он знает будущее, и не только свое, но и всех персонажей трагедии, включая самого Зевса, чье незримое присутствие чувствуется на протяжении всей трагедии. Само имя Прометей в буквальном переводе означает «промыслитель», «провидец». Пророчество Прометея становится ключевым моментом, на котором строится все действие трагедии. Достойный противник Зевса, Прометей знает тайну, каким образом верховный правитель может лишиться своей власти. Все видящий и все знающий Зевс хорошо понимает, что Прометей ему нужен. Предвидя все заранее, Прометей знал, что будет наказан за свой поступок. Как бессмертный бог он обречен страдать долгие годы, но как провидец он знает, что и этому придет конец. А вот у людей Прометей отнял способность предвидения, избавил от страха смерти и поселил в их сердцах слепую надежду на будущее.
Прометей Гесиода, хитрый обманщик, и трагический герой Эсхила, спасший человечество от уничтожения, задуманного Зевсом, сильно отличаются друг от друга. Однако у эсхиловских Зевса и Прометея много общего. Они оба самоуверенны и непреклонны, горды и полны гнева. Один больше полагается на физическую силу (его слугами в трагедии являются Власть и Сила), другой рассчитывает на свою хитрость и способность предвидеть будущее. Зевс, как правитель, защищает свою власть от посягательств изменника Прометея, отдавшего людям то, чем владели бессмертные боги, а Прометей становится защитником слабых и не позволяет их уничтожить. Если в начале трагедии Прометей жалуется на свои беды, то к концу он уже открыто противостоит Зевсу и даже признается в ненависти к богам, которые заставляют его страдать безвинно. Прометей не считает себя виновным в нарушении божественного закона. Ему присуще чувство собственного достоинства и сознание важности и значительности того, что им совершено. Но для Зевса он оказывается предателем богов,
Как уже было сказано, Прометей все время находится на глазах у зрителей, не покидая орхестру. С приходом новых персонажей действие трагедии развивается дальше. Неожиданно появляется Океан – поток, который, по представлениям греков, обтекал всю землю. Океан советует Прометею покориться Зевсу, чтобы не подвергаться жестоким мучениям. Но Прометей гордо отказывается, и Океан уходит ни с чем.
Внезапно прибегает безумная Ио, дочь аргосского царя Инаха, возлюбленная Зевса. Она была превращена в корову, чтобы избежать мести супруги Зевса Геры. Ио охранял недремлющий страж, тысячеглазый Аргус. Гермес его убил по приказу Зевса, но Гера наслала на убегавшую Ио чудовищного овода (олицетворение безумия). Этот овод преследует несчастную в ее вынужденных странствиях. Прометей рассказывает Ио о ее будущем. Она будет долго бродить по далеким странам, населенным диковинными существами, например: попадет в страну амазонок, в страну грифов, которые борются за золото с племенем одноглазых аримаспов. В конце концов Ио окажется в Египте, где родит сына, а один из ее потомков через тринадцать поколений героев, Геракл, освободит Прометея. Ио, жертва страсти Зевса, своим появлением еще больше подчеркивает его необузданную власть и жестокость и усиливает симпатии зрителей к сопротивляющемуся и страдающему Прометею.
Несгибаемость и непреклонность Прометея становятся виднее в противопоставлении более слабым: робким Океанидам, мудрому, но осторожному Океану, сочувствующему, но послушно исполняющему волю Зевса Гефесту. Зевс отправляет Гермеса, вестника богов, к Прометею, чтобы узнать пророчество, которое таит опасность для его власти. Однако Прометей, несмотря на угрозы, отказывается назвать имя богини, с которой Зевс не должен вступать в брак, чтобы не быть свергнутым своим сыном, подобно тому как сам нынешний верховный бог недавно лишил власти своего отца Кроноса. Итак, Прометей не подчиняется Зевсу и под раскаты грома и удары молний проваливается под землю, чем и завершается трагедия.
В «Прикованном Прометее», как и в других произведениях Эсхила, герои несут ответственность за последствия собственного выбора. Однако Эсхил не сомневается в том, что боги являются воплощением высшей справедливости. Его трагедии
В конце этой трагедии справедливость Зевса, даже его могущество вызывает сомнение, которое разрешается Эсхилом в других сочинениях, входивших, как предполагают, в одну трилогию с «Прикованным Прометеем». До нашего времени от этих сочинений сохранились только фрагменты. В них говорится, что Геракл убивает орла, мучившего Прометея. Прометей рассказывает Гераклу о его будущих путешествиях и подвигах и называет имя богини Фетиды, на которой Зевс не должен жениться, чтобы не лишиться своей власти. Зевс освобождает Прометея. Зевс и Прометей прекращают вражду, благодаря чему в мире устанавливается порядок. Об их будущем примирении знает и сам Прометей: он говорит, что Зевс будет искать дружбы и союза с ним. Оба соперника одержали внутреннюю победу над собой ради высшей цели – гармонии мира. Века, прошедшие между действием двух трагедий, делают это превращение более правдоподобным. Эсхил переосмысляет традиционные образы мифа, находит в мире правящие им законы вечной справедливости.
И после Эсхила миф о Прометее мы находим у других античных авторов. Так, римские поэты I в. до н. э. изображают Прометея прародителем человечества («Метаморфозы» Овидия, «Оды» Горация), но считают, что украденный Прометеем огонь стал началом новых бедствий для людей («Оды» Горация). В средние века этот миф не привлекал внимания, но начиная с эпохи Возрождения приобрел популярность в литературе вплоть до сегодняшнего времени. Борьба против несправедливой тирании, которая, однако, остается победительницей, готовность к мучениям и страданиям ради людей, созидательная творческая деятельность – вот что является основными мотивами многочисленных произведений, навеянных эсхиловским «Прометеем». Приведем лишь несколько примеров. Так, у Гете Прометей создает людей по своему подобию, творцов, бесстрашных и исполненных достоинства. Байрон в одном из своих писем говорит, что в юности он восхищался «Прометеем» и что эта трагедия оказала влияние на его творчество. В его одноименном стихотворении судьба Прометея становится символом судьбы всего человечества.
Каждая эпоха находит в образе Прометея Эсхила что-то близкое для себя. Воздействие греческой трагедии с течением лет не ослабевает, и на протяжении многих веков люди продолжают обращаться к творчеству древнегреческих драматургов в поисках ответа на животрепещущие вопросы своего времени.
Прикованный Прометей
Действующие лица
ВЛАСТЬ и СИЛА – божества, исполнители воли Зевса.
ГЕФЕСТ – бог огня, кузнец.
ПРОМЕТЕЙ – Титан, бог, благодетель людей.
ХОР ОКЕАНИД – дочери Океана.
ОКЕАН – Титан, бог моря.
ИО – дочь Инаха, царя Аргосского.
ГЕРМЕС – бог, вестник Зевса.
Пролог[1]
ВЛАСТЬ
Вот мы пришли в далекий край земли,
В безлюдную пустыню диких скифов[2].
Твоя теперь обязанность, Гефест[3],
Приказ отца[4] исполнить – к горным кручам
Вот этого злодея приковать
Нерасторжимых уз железной цепью.
Цветок твой яркий – творческий огонь —
Украв, он смертным в дар принес и должен
За этот грех наказан быть богами,
Чтоб научился Зевса власть любить,
Свое оставив человеколюбье.
ГЕФЕСТ
О Власть и Сила! Воля Зевса вами
Исполнена, вам дела больше нет.
Но как решусь я бога, мне родного[5]
К скале, открытой бурям, приковать?
И все ж решиться мне необходимо:
Приказом отчим страшно пренебречь.
Фемиды[6] мудрой сын высокоумный!
Не по твоей, не по своей я воле
Несокрушимой медью прикую
Тебя к нагому, дикому утесу,
Где голоса людского никогда
Ты не услышишь; солнцем опален,
Ты почернеешь весь; тебе на радость
Сокроет ночь мерцающею ризой
Сиянье дня; и вновь рассеет солнце
Росу зари, – но бремя тяжких бедствий
Тебя все так же будет изнурять:
Ведь твой освободитель не родился.
Так страждешь ты за человеколюбье!..
Сам бог, презрев грозящий гнев богов,
Почтил ты смертных выше всякой меры.
За это будешь сторожить скалу,
Стоять без сна, коленей не сгибая.
О, много воплей, жалоб бесполезных
Испустишь ты! Но Зевс неумолим:
Всегда жестоки новые владыки[7].
ВЛАСТЬ
Чего ж ты ждешь, жалея понапрасну,
И бога, ненавистного богам,
Укравшего огонь, не ненавидишь?
ГЕФЕСТ
Родства и дружбы сила велика.
ВЛАСТЬ
Согласен, но приказ отца нарушить,
Как думаешь, ужели не страшней?
ГЕФЕСТ
Да, ты всегда безжалостен и дерзок.
ВЛАСТЬ
Поделиться книгой: