Во всяком случае, я не знал, почему не попытался этого сделать. Возможно, в другой раз? Посмотрим.

Потом я поставил свою видавшую виды машину в гараж за домом, обошел вокруг, прошелся по тихому скверу и вошел внутрь. Чтобы добраться до лифта, нужно было пересечь вестибюль, и я мог сделать это беспрепятственно только в том случае, если там не окажется Ненси. Тут мне пришло в голову, что попытайся я привести мисс Керол Премайс к себе, пришлось бы воспользоваться пожарной лестницей.

Все было в порядке, Ненси как обычно сидела у маленького телефонного коммутатора за решеткой, отгораживавшей её от нашего жестокого мира. На ней была накрахмаленная белая рабочая блузка, её мягкие темно-каштановые волосы как всегда светились удивительным светом. Кожа её казалась мягкой и нежной, а глаза... ну ладно, пусть Ненси выглядит именно так, как она выглядит всегда, что в самом деле очень здорово.

- Привет, мистер Шенд, - сказала она. Даже после того, что едва не случилось во время моего последнего крупного дела, Ненси по-прежнему не называла меня по имени. Между нами все могло иначе, но я старался этого избежать. Я хотел оставаться свободным... А хотел ли я этого на самом деле? Я все ещё не мог должным образом ответить на этот вопрос, даже самому себе.

Я подошел к решетке, положил на неё руки и сказал:

- Привет.

Мне все ещё хотелось её поцеловать, причем совсем не по - братски. Хотя не нынче вечером. А может быть, мне не захочется этого и в любой другой вечер.

Ненси подняла один из своих остро заточенных карандашей и постучала другим его концом по зубам. У Ненси всегда были наготове остро заточенные карандаши и аккуратные квадратики бумаги для заметок - она была большой поклонницей порядка. Если бы в своей карьере она продвинулась до должности секретаря Дейла Шенда, в моей конторе воцарился бы такой порядок, что я никогда и ничего не смог бы найти. Если бы, конечно, Дейл Шенд мог позволить себе завести секретаршу.

- Мистер Шенд, вам поручили новое дело?

Ненси смотрела на меня таким открытым взглядом, словно между нами совсем недавно ничего не произошло или почти ничего. А некоторые утверждают, что женщины не умеют скрывать своих чувств.

- Я не совсем уверен в этом, - сказал я. - Если перефразировать старую шутку, по дороге со мной приключилось нечто забавное. Однако у меня нет дела в том смысле, что кто-то намерен платить мне деньги за работу.

Ненси перестала стучать карандашом по зубам, положила его и заявила:

- Мистер Шенд, вы не можете себе позволить растрачивать ваше время и энергию на непродуктивную деятельность.

Я кивнул.

- Пожалуй, я готов выслушать ваш совет скорее, чем любой другой, но бывают моменты, когда нужно использовать представившуюся возможность, и у меня такое чувство, что именно сейчас наступил такой момент.

- Это интуиция, - сказала Ненси.

- Интуиция, или подсознание, или что-то в этом роде.

- Это все слова, - вздохнула Ненси, - просто бессмысленный набор слов. Я думаю, вы наткнулись на что-то такое, что пробудило ваше любопытство, она склонила свою симпатичную головку немного на бок и добавила: - Здесь замешана женщина?

- У неё рыжие волосы, она носит очки, и какой-то неизвестный или неизвестные её связали, заткнули рот кляпом и в таком виде оставили в её собственной квартире.

- Гм-м, - задумчиво протянула Ненси.

- Ну, ладно, она не является существенным фактором моей эмоциональной жизни, - заверил я.

Не знаю, почему я это сказал, потому что у меня вообще ни с кем не было никакой эмоциональной жизни и, более того, я не обязан был докладывать об этом Ненси.

- Мистер Шенд, ваша частная жизнь не имеет ко мне никакого отношения, - холодно сказала Ненси.

- У меня нет никакой частной жизни.

- Я хотела сказать, ваши частные дела, если вам так больше нравится.

- О, черт возьми, - сказал я, наклонился через решетку и коснулся губами лба. Она не пошевелилась и ничего не сказала, а я пересек наш небольшой холл и подошел к лифту. Уехать я постарался как можно быстрее, так как существовала слишком большая опасность возобновить наши отношения, если я этого не сделаю.

За спиной раздался безмятежный голос Ненси:

- Мистер Шенд, я не думаю, что в вашей квартире кто-то есть... с пистолетом или без него.

- Ненси, вы рассеиваете мои опасения.

Я захлопнул дверцу лифта, нажал кнопку и мрачно таращился на свою физиономию, пока лифт поднимался на этаж. Там я вышел из кабины, аккуратно закрыл дверцу, чтобы лифт можно было вызвать с первого этажа, и медленно направился по тоненькому коврику в частный мир мистера Шенда. В нем не было ничего особенного, но тем не менее это был достаточно приятный частный мир для человека без чрезмерных требований к жизни. Хороший ковер, глубокие кресла, застекленный стенной книжный шкаф с книгами такого сорта, которые я читал, когда у меня было время для чтения, от Шекспира до Сомерсета Моэма, Реймонда Чандлера, Джеймса М. Кейна и Джона О'Хары. Были там и некоторые романы Роберта Майкла Баллантайна, любимого автора времен моего детства. Их привез из Англии дядя, большую часть жизни проводивший в странствиях из одной части света в другую, пока не отправился в одиночку в верховья Амазонки и с тех пор его больше никто не видел.

Еще у меня были небольшая кухня и спальня, в которой почти не оставалось свободного места от дивана, высокого комода и туалетного столика. В кухне стоял стол, за который во время еды могли усесться четыре человека при условии, что будут держать локти прижатыми к бокам. Во всей квартире царила обычная атмосфера дома без женщины. Иногда мне это нравилось, иногда я это ненавидел, но думаю, большую часть времени мне это нравилось.

Я зажег свет, прошел на кухню, включил кофеварку и выудил из буфета полупустую бутылку виски. Налив себе порцию средних размеров и только глотнул, как зазвонил телефон.

Я вздохнул, вернулся в комнату и дохнул парами виски на телефонную трубку.

- Мистер Шенд? - Голос был таким же тяжелым, как необеспеченные долговые обязательства, но не таким расстроенным. Скорее, совсем не расстроенным. Мне показалось, что я слышал этот голос, причем совсем недавно.

- Да, это я, - сознался я. - Кто говорит?

- Солдат, ты сегодня занят?

- Очень занят. - Я не стал снова спрашивать его имя, так как вспомнил, где слышал этот голос.

- Чем занят? - спросил он.

- Пожалуй, это мое собственное дело.

Он рассмеялся.

- Солдат, твое дело может стать моим делом. Предположим, мы попытаемся это выяснить?

- Предположим, мы не станем этого делать... или, точнее, я не стану этого делать?

Он вежливо продолжил.

- Я мог бы послать за вами машину со своими мальчиками. Но зачем? Приезжайте сами и будете моим почетным гостем. Вы даже сможете неплохо провести время после того, как мы закончим разговор.

Я выдохнул дым в телефонную трубку и наблюдал, как он медленно выходит из нее. Потом насмешливо бросил:

- Эрл Нордлунд, радушный хозяин...

- Такой же большой, как пустыня, но не такой сухой, - хмыкнул он. Так что ты на это скажешь, солдат?

- Нордлунд, прислушайтесь получше и услышите, как стучат мои зубы.

На этот раз он рассмеялся по-настоящему.

- Шенд, мне кажется, у вас есть то, что мне нужно. Ладно, почистите зубы и через двадцать минут будьте на месте.

- Вы хотите сказать, что я должен быть в вашем клубе?

- Да. Я с нетерпением буду ждать нашей встречи. Мне кажется, мы сможем найти общий язык.

Я положил трубку на место и задумался. Если в клубе Марти Элтона Эрл Нордлунд ещё не знал, кто я такой, то быстро это выяснил. Если как следует подумать, для этого достаточно было спросить Марти. И теперь он хотел говорить со мной. Приятная милая беседа в его частном кабинете, причем на всякий случай его крепкие мальчики будут под рукой.

Я прошел в спальню и вынул из шкафа портупею для пистолета. Потом достал пистолет, смазал и проверил механизм, вложил обойму. Положил пистолет снова в кобуру, надел портупею и направился к своей машине.

Клуб "Заходящее солнце" находился в коротеньком переулке в районе Восточных пятидесятых улиц. Вспыхивала и гасла трехцветная электрическая вывеска над входом. Под красно-белым полосатым навесом на трех бетонных ступеньках стояли трое лакеев, разряженных роскошнее, чем три монарха, прибывших на официальный прием в Букингемский дворец. Они источали вокруг благосклонность, радушие и твердую готовность спустить вас с крыльца по одному кивку босса или даже без этого кивка. Средний из них улыбнулся, демонстрируя великолепные зубы, но в глазах его улыбки не было. В его глазах вообще ничего не было.

- Сэр, вы член клуба? - промурлыкал он.

- Я не член этого клуба, даже если кто-то за меня заплатит, - фыркнул я.

Ослепительно бессмысленная улыбка исчезла, но теперь в его глазах что-то появилось, и отнюдь не бессмысленное.

- Полагаю, вы не собираетесь над нами подшучивать? - спросил он.

- А почему бы и нет? Такого рода шутки у меня неплохо получаются.

Он пригладил лацканы своего королевского синего с золотым шитьем кафтана.

- Нам шутники не нравятся, - мягко сказал он. - За такие шутки мы можем уложить вас в грязь лицом, а потом сплясать на спине джигу.

- Ну, ну!

- Приятель, мы можем это сделать в любой момент.

- Только представьте себе, - сказал я, - бедного старину Шенда, который вылез из грязи и собирается позвонить Ларри Парксу или Элу Джолсону.

Главный швейцар нервно сглотнул и снова вернул на свою физиономию улыбку, хотя понадобившееся для этого усилие явно причинило ему боль.

- О, так вы - мистер Шенд? Сэр, если бы вы сказали...

- Мне просто хотелось посмотреть, как вы, ребята, поведете себя при определенных обстоятельствах.

- Понимаю, сэр. Проходите пожалуйста, - он отодвинулся в сторону, вновь демонстрируя безграничное радушие и стараясь скрыть ярость, сверкавшую в его глазах.

Я прошел через двойные стеклянные двери, настолько широкие, что вполне могли подойти зданию аэровокзала на углу 42-й улицы и Парк-авеню, и вступил в овального море кремового ковра. Это был просто холл клуба. В холле стояла мебель, отделанная слоновой костью, а над ним возвышался чуть подкрашенный стеклянный купол со звездами ярче, чем в планетарии. Там был ещё бар, кремовая стойка которого несколько уступала размерами катку. По холлу неторопливо и надменно прогуливались элегантно одетые мужчины с тщательно отмытыми телами и грязными мыслями и не менее элегантно разодетые женщины с богато украшенными косметикой лицами и убогой моралью. В танцевальном зале играл оркестр из шести человек, и над всем залом, как благословение, носился смешанный аромат импортного и доморощенного виски. Все выглядело словно картинка с глянцевитой журнальной обложки.

Изящный молодой человек с густыми иссиня-черными волосами оторвал свою спину в великолепно сшитом костюме от стойки бара и стал дрейфовать по ковровому морю в мою сторону. Ему с равным успехом могло быть и девятнадцать, и тридцать.

- Вы - мистер Дейл Шенд?

Он говорил с интонациями образованного аристократа. Возможно, много лет назад плохая кровь смешалась с аристократическим потоком, долго оставалась в дремлющем состоянии а затем выплеснулась наружу. И теперь этот темноволосый и чертовски холодный молодой человек обладал всеми её качествами. Мне внезапно пришла в голову мысль, что в один прекрасный момент он окажется привязанным к тяжелому креслу, а человек, которого он никогда не знал, включит электрический ток, чтобы казнить его за убийство.

Я молча кивнул, он наградил меня улыбкой, это была вялая, теплая и ничего не значащая улыбка.

- Мистер Нордлунд рад будет встретиться с вами. Ему пришлось отлучиться на несколько минут, и он поручил мне предложить вам что-нибудь выпить. - Он кивнул головой в сторону арки в испанском стиле. - Там есть небольшой, более уютный бар.

- Вы хотите сказать, что там он собирался поговорить со мной и там мне следует подождать?

- Вам там понравится; кроме того, ваше ожидание не затянется.

Я прошел в арку и оказался в комнате, освещенной неярким рассеянным розовым светом и уставленной небольшими столиками и глубокими плетеными креслами, с имитацией пальм в глубоких зеленых горшках и небольшим подковообразным баром с зеркальной задней стенкой за ярко освещенными бутылками спиртного. Тучный человек с лицом жителя Средиземноморья и напомаженными черными локонами склонился над одним из столиков и что-то настойчиво говорил скучающей блондинке, державшей в руке сигаретный мундштук длиною в целый фут. На его великолепно выбритом лице читалось вожделение. Однако казалось, что блондинку это совершенно не беспокоит. Может быть, ей уже приходилось раньше видеть такие мины?

Я вскарабкался на высокий табурет и дождался, пока бармен не закончит разговаривать по розовому внутреннему телефону. Мне удалось расслышать только: - "Да, ладно". Потом он поставил телефон на небольшую ореховую подставку у зеркальной задней стенки и направился ко мне. Он был ниже меня ростом, но гораздо тяжелее, хотя выглядел состоящим исключительно из костей и мускулов. Плечи у него были как у бейсбольного нападающего, на лице легкий загар. Видимо, днем он много тренировался, чтобы вытравить из организма последствия пребывания в ночном клубе.

- Добрый вечер, сэр, - сказал он и не стал ждать, пока я попрошу налить, а толкнул по стойке непочатую бутылку виски и бокал так, что они остановились точно передо мной.

- Мне не нужна целая бутылка, вполне достаточно одного бокала, сказал я.

В его чистых голубых глазах мелькнула улыбка.

- Это за счет заведения.

Я посмотрел на бутылку, потом снова на него.

- Что, вся бутылка?

- Да, совершенно верно, мистер Шенд.

- Вы меня знаете?

- Конечно.

- Это вам сказали по телефону, по которому вы только что разговаривали?

- Видите ли, вы несколько особый гость, мистер Шенд, и босс любит обо всем позаботиться.

- Даже иметь своих мальчиков под рукой на тот случай, если все пойдет не совсем так, как ему хотелось бы? - дружелюбно спросил я.

Улыбка исчезла с его лица, её сменило обеспокоенное выражение. Потом он перегнулся через стойку и негромко сказал:

- Мне не хотелось бы об этом говорить, мистер Шенд...

- Вы хотите сказать, что хотели бы сохранить свое место?

- Да, я хотел бы сохранить эту работу, но я имел в виду не только это. Для вашей безопасности это столь же важно, как и для моей.

- Ценю вашу заботу, - хмыкнул я. - Может, присоединитесь и выпьете со мной - за счет заведения?

Бармен покачал головой.

- Это противоречит правилам, а кроме того, я не пью, - он провел рукой по густым каштановым волосам. - Думаю, мистер Нордлунд хотел бы, чтобы вы сели вон там, - он показал на столик.

- Очень хорошо, - кивнул я, забрал свой бокал и бутылку, пересек комнату и уселся в одно из плетеных кресел. Из динамика, вделанного в стену над моей головой, неслась песня в исполнении какого-то трио. Я поднялся и выключил радио. В комнате больше никого уже не было. Скучающая блондинка вызывала плотоядные взгляды где-то в другом месте, несомненно делая это по приказу мистера Нордлунда.

Две минуты спустя он прошел через арку все в том же темно-синем смокинге и остановился, глядя на меня сверху вниз. Я выпустил облачко дыма и посмотрел на него.