Бандиты оттолкнули дверь, и беспорядочная процессия потянулась наружу, туда, где дождь сотрясал потоками всякий лист в Лесу Цветущих Мхов.
13
День клонился к вечеру, но бесконечный дождь все еще стучал, не ослабевая. Аббат Мордальфус стоял с сестрой Агнессой на месте вчерашнего торжества. От печной ямы осталась груда промокших, черных углей. Мордальфус бросил в нее клочок пергамента.
- Вот откуда лис узнал все о нас, - пояснил он. - Маленький Витч написал ему все сведения. Мы дали ему пристанище, а он шпионил среди нас. Джон Черчмаус видел, как он бежал вместе с этими негодяями, когда те пустились наутек.
Усы сестры Агнессы задвигались от возмущения.
- Маленький хулиган! Только подумайте, мы ведь приняли его, дали ему пищу и кров, и вот чем он нам отплатил - шпионил и высматривал для этого лиса. Ему еще мало досталось тогда от юного Маттимео в фруктовом саду, следовало бы проучить его больше, вот что я скажу, отец аббат.
- Согласен с тобой, сестра, - вздохнул старый аббат. - Иногда насилие бывает оправданным, когда им наказуют зло. Кажется, брат Осока машет нам из аббатства? Идем, сестра, может быть, есть какие-нибудь новости.
Когда они вошли в Большой Зал, на башне ударили колокола Матиаса и Мафусаила. Они отзванивали нестройно и без своей обычной мощи. Агнесса указала на колокольню.
- Должно быть, это Черчмаус. Учит малыша Ролло как заставить петь наши колокола. Какая она молодец, пытается отвлечь Ролло от мыслей о матери. Он все еще не знает, что она умерла.
И сестра Агнесса рукавом своего облачения утерла слезу.
Матиас пришел в Большой Зал, чтобы обсушиться в компании с зайцем Бэзилом, королевой Клювой и множеством бойцов ее воробьиного племени.
Аббат строго погрозил им лапой.
- Куда вы все ушли, даже не сказав мне ни слова?
Матиас устало отшвырнул полотенце.
- Мы были на северной дороге. Клюва и ее воробьи пролетели еще дальше нас. Но прошел слишком сильный дождь, поэтому нет никаких следов.
Бэзил смахнул с усов дождевые капли.
- Пчхи! Проклятый ливень! Либо они проехали по той дороге несколько быстрее, чем мы рассчитывали, либо свернули на восток, в лес, или на запад по равнине. Разве разберешь в этом месиве, когда так течет с небес!
Клюва раздраженно захлопала крыльями.
- Эти червяки, они не могут двигаться быстрее нас, если тащат повозку. Вот увидите, мы их ловим!
Аббат Мордальфус собрал мокрые полотенца.
- Значит, они могли свернуть с дороги куда угодно в трех направлениях. Несомненно одно - никто не способен выследить их под таким дождем. Так что же нам делать?
Снаружи послышался раскат грома, яркая молния чиркнула вспышкой по окнам Большого Зала. Бэзил безнадежно поводил ушами.
- И никакого намека на то, что хоть немного утихнет, приятель, - буркнул он, обращаясь к Матиасу. - Мы действительно попали в оборот. Не можем сидеть здесь, сложа лапы, и не можем пойти и выследить их.
Матиас, гневно скрипя зубами, вытирал насухо меч.
- Можем мы их выследить или нет, но нам нельзя позволить им уйти с нашими детьми.
Аббат сложил лапы под широкими рукавами рясы.
- Пока что мы похороним наших павших и крепко поразмыслим между тем.
Амброзий Пика и Василика ни на шаг не отпускали от себя малыша Ролло, взяв его с собой в тот вечер звонить в колокола. Над Рэдволлом нависло свинцовое, багрово-пепельное небо, и дождь лил не переставая, когда процессия обитателей аббатства торжественно шла к месту погребения. Аббат в своем траурном облачении стоял над двумя могилами, у подножия которых были посажены две молодые плакучие ивы.
Лесные жители, плача, проходили мимо по одному, и каждый клал что-нибудь на могилы, отдавая последнюю дань памяти своим погибшим друзьям, - молодой мышке-матери и маленькому толстому монаху. Одни принесли цветы, другие - орехи и фрукты или какую-нибудь ценную вещицу, которая могла бы раньше понравиться покойным: кошелек собственного изготовления, резной деревянный половник, сделанный из зеленого фетра щавелевый лист.
Матиас в полном воинском облачении, сжимая в лапах меч, стоял рядом с Мордальфусом. Святой отец и воин вместе, в два голоса, пели молитву в память о тех, кто должен был навсегда остаться в земле Рэдволла.
Под неутихающим дождем процессия потянулась обратно к аббатству, оставив у могил Кротоначальника и его артель, которые должны были прикрыть землей своих павших собратьев.
Ужин был накрыт в Пещерном Зале. У большинства совсем пропал аппетит, и прежде всего - у Матиаса, но он заставил себя поесть досыта. То же сделала и Василика, она сдерживала слезы, думая о сыне, и мужественно пыталась поладить с малышом Ролло.
- Все должны поесть, ну, давайте же! - строго убеждал своих товарищей Воин. - Просто подкрепитесь, чтобы сберечь силы. Уже вечер, скоро нам нужно идти спать. Завтра я первым делом наберу отряд спасателей. Кончится дождь или нет, но мы снова отправимся на север. Я заставлю этого лиса в маске пожалеть о том, что он однажды появился у наших ворот, и мы вернем наших детей домой, в их родной Рэдволл.
Дождь хлестал, прорываясь потоками сквозь кроны деревьев и кустарники и окатывая без разбору и рабов, и погонщиков. Тэсс Черчмаус наткнулась на Маттимео и тяжело плюхнулась в пенившуюся пузырями грязь, отчего все скованные в колонну пленники, звеня цепями и толкаясь, вынуждены были остановиться.
Полухвост подскочил к ней, размахивая хлыстом.
- А ну, встать! Вставай, тварь ползучая!
Маттимео подался вперед, приняв на себя направленный на Тэсс жгучий удар хлыста. Аума подставила лапу, чтобы помочь мышке.
- Скорей поднимайся, вставай в колонну и пошли. Это единственный способ избежать мучений, - посоветовала ей юная барсучиха.
Маттимео и Аума, подхватив Тэсс с обеих сторон, поставили ее на лапы и подтолкнули вперед.
- Спасибо за помощь, - произнес Маттимео.
Юная барсучиха отряхнула свою полосатую мордочку от дождевой воды.
- Послушай, я дам тебе совет, который нужно передать остальным. Не позволяй цепи волочиться по земле. Придерживай ее лапами, вот так, только не слишком натягивай - пусть она немного провиснет, чтобы ты мог свободно двигаться. Тогда ты не будешь так часто спотыкаться.
Маттимео с благодарностью передал ее совет своим друзьям. Это помогло делу. Хотя Синтия Полевкинс все более выводила Маттимео из терпения. Она постоянно плакала и отставала, путаясь в своих оковах.
- Почему меня захватили в плен и заставляют теперь идти вот так, по дождю и слякоти? - жалобно причитала она. - Я не причинила вреда ни одному живому существу. Смотрите, моя одежда вся грязная и промокла. Ох, почему они не дадут нам поспать? Я так устала!
Маттимео не мог больше этого вынести.
- Синтия, перестань скулить и хныкать! - сердито прикрикнул он. - Ты еще ничего не сделала, но, с тех пор как проснулась, весь день жалуешься и плачешь.
Тэсс прервала его раздраженную тираду.
- Маттимео, не смей говорить так с Синтией! Я уверена, что твой отец не стал бы ни с кем разговаривать подобным образом.
Маттимео с непокорным видом дернул цепь.
- Ладно, и как же ты думаешь, я должен с ней говорить? Она просто плакса и зануда. И еще, почему я должен все время вести себя как мой отец?
- Потому что ты - сын Воина Рэдволла. все слабые должны искать у тебя защиты и помощи, - повысив голос, ответила Тэсс. - Синтия не такая сильная, как ты, и она не понимает, в какой мы опасности. Никто никогда раньше не обращался с ней так жестоко, а ты, вдобавок ко всем бедам, крича и огрызаясь, обижаешь ее. Я понимаю, она просто глупая маленькая полевка, но это не дает тебе права быть грубым с ней.
Маттимео чувствовал себя уязвленным. Разумеется, Тэсс была права, но вовсе незачем было при всех стыдить его. Он уже собрался оправдываться, как вдруг появился Витч, который со злобной усмешкой направился к ним, поигрывая хлыстом.
- А ну, сонные рэдволльские тетери, шагайте живей. Берите пример с Маттимео - он сильный. В конце концов, это ведь ему вы можете сказать за все спасибо. Слэгар не решился бы и близко подойти к вашему драгоценному аббатству, если бы не хотел украсть сына знаменитого воина. Ха, только подумайте, вы все сейчас лежали бы спокойно в тепле в своих спальнях, если бы не это отродье Маттимео.
Тим Черчмаус нырнул под гибкую осиновую ветвь. Он поймал ее, завел вперед и внезапно отпустил. Ветка хлестнула Витча по груди, опрокинув его на мокрую траву.
Тот вскочил на лапы.
- Думаешь, ты очень ловкий, да? - Его голос был полон ненависти. - Тогда я скажу тебе кое о чем, это придаст тебе бодрости. Мы со Слэгаром разобрались с глупым жирным монахом, а также с госпожой Полевкинс и с твоим полусонным папашей. Ха-ха, мы сделали с ними что надо, просто прирезали. Ты их больше никогда не увидишь.
Забыв о цепях, Тим рванулся вперед, волоча за собой остальных. Прежде чем кто-либо успел остановить его, он наскочил на Витча и прокусил тому ухо.
- Ты, мерзкое крысиное отродье, я убью тебя! - кричал Тим.
Слэгар, Полухвост и еще несколько бандитов большими скачками пронеслись под дождем и с ходу накинулись на дерущихся, неистово хлеща прутьями направо и налево и с трудом пытаясь оттащить разъяренного Тима от Витча. Маттимео, Сэм, Тэсс и Аума ринулись в схватку, царапая когтями и бешено брыкаясь. Даже Синтия Полевкинс изловчилась и несколько раз тяпнула нападавших.
Схватка была недолгой. В конце концов бандиты взяли верх и затолкали пленников обратно в строй. Слэгар, отплевываясь от воды и грязи через прорезанную в маске дырку для рта, больно ткнул прутом Маттимео в грудь.
- Ты это начал. Ты - зачинщик. Ладно же, ты получишь урок, который не забудешь до самой старости.
Витч валялся в грязи, сжимая ухо, чтобы остановить текущую из него кровь. Он указал на Тима.
- Это все он! Он пытался откусить мне ухо, а я просто шел мимо по своим делам...
Лис в маске хлестнул прутом по протянутой лапе Витча.
- Тебе уже было один раз сказано, крысиная морда! А теперь прекрати распускать сопли и поднимайся, не то быстро сам окажешься на цепи!
Долгие, мучительно долгие часы рабы вереницей, спотыкаясь и пошатываясь, брели через промокший лес. Маттимео и его друзьям удавалось по очереди вздремнуть на ходу, при этом каждый следил за тем, чтобы его получивший передышку сосед шел прямо и не падал. Плети ежевики царапали и хлестали по их вымокшей одежде, крепко вцепляясь в нее шипами и невыносимо затрудняя путь. Цепь и кандалы мучительно бились о лапы, до ранок и ссадин натирая кожу под свалявшимся мехом. Ступни, привыкшие в аббатстве к мягким травяным газонам, сбились и загрубели, исколотые острыми сучками и жгучими прикосновениями крапивы. Промокшие под дождем и покрытые коркой налипшей грязи, пленники шатаясь шли дальше. Бандиты никому не позволяли замедлить ход. Они гнали их безжалостно и быстро, заставляя рысцой продвигаться по лесу и почти бегом пересекать открытые пространства. Слэгар торопился как можно дальше уйти от Рэдволла, пока дождь заливал их следы.
Над колонной забрезжил рассвет. Угрюмые, мрачно-серые небеса громыхали раскатами грома, внезапно озаряясь ветвистыми вспышками молний, и неумолимо извергали вниз бесконечные потоки дождя. Слэгар прикрыл глаза лапой, вглядываясь в тучи. По правде сказать, он был измучен ничуть не менее своих бандитов и своих рабов. Всю ночь напролет ему приходилось вести колонну, пробегая то и дело взад и вперед вдоль растянувшейся вереницы, к тому же он постоянно был настороже, в любой момент ожидая неприятностей. Лис подал знак Клиноспину.
- Отдохнем немного. Привяжи их вон там, между буком и большим дубом. Пусть сидят не высовываясь в кустарнике под деревьями. И лучше сначала накорми их.
Пленникам была брошена куча съедобных корней и растений. Вода была в избытке повсюду, так что не было нужды приносить им питье. После того как концы цепи были крепко обмотаны вокруг двух толстых древесных стволов, пленникам позволили опуститься на землю. Найдя себе ненадежное укрытие от дождя, они в полном изнеможении улеглись под низкими ветвями кустарника.
Грубый рывок вывел Маттимео из полудремы, связывавшие его цепи были ослаблены.
- Давай, мышь, поднимайся. Хозяин хочет сказать тебе пару ласковых.
Полусонный мышонок, перебирая израненными лапами, позволил Клиноспину и Трехпалому почти волоком протащить себя по земле. Слэгар ожидал его, сидя во временном укрытии у подножия большой ели.
- Входи, Маттимео. А вы оба пойдите займитесь своими делами. Мне нужно кое-что сказать нашему юному другу, что касается только меня и его.
Клиноспин и Трехпалый ушли. Слэгар откинулся назад, разглядывая пленника сквозь прорези для глаз в своем шелковом колпаке, который резко заколыхался от его дыхания.
- Подойди и сядь сюда, Маттимео. - Голос лиса звучал почти дружелюбно. - И получше раскрой глаза и уши. Я бы не хотел, чтобы тебя прямо на месте сморил сон. Я собираюсь рассказать тебе одну маленькую историю, которая произошла на самом деле, так что приготовься слушать внимательно.
Пыльная дорога за стенами аббатства Рэдволл превратилась от бесконечного дождя в сплошное слякотное месиво. Унылые лужи и целые озера дождевой воды собрались в колеях и рытвинах. Матиас натянул капюшон на самые уши и подал знак своему отряду, стоявшему в ненастном утреннем свете у главных ворот.
- Отправляемся на север!
Воробьиный патруль, поднявшись над их головами, вылетел под проливной дождь. Матиас, белка Джесс и миссис Черчмаус шли во главе колонны. Мистер Черчмаус еще слишком плохо держался на лапах, чтобы вместе с остальными вести отряд на поиски своих похищенных лисом детей.
Заяц Бэзил догнал их, все еще дожевывая завтрак, остатки которого он извлекал из ранца, болтавшегося на его узкой груди.
- Это напоминает мне те ужасные ливни, которые прошли у нас десять сезонов назад, или уже одиннадцать? До чего слякотная штука - это дождь! И глотать его не так уж приятно. Во всяком случае я бы охотнее выпил октябрьского эля.
Даже несмотря на всю серьезность их предприятия, Матиас не мог удержаться от улыбки.
- Кончай ворчать, старое прожорливое брюхо, и давай искать следы.
- Как? Э-э, так точно. Не словом, а нюхом! Слово не воробей, а дело верней! Глаза во фрунт и все такое.
Они продвигались до отчаяния медленно. Требовалось обыскать тянувшийся к западу овраг и равнину с одной стороны дороги; сам тракт и лесная опушка с другой его стороны были также тщательно осмотрены. Нескончаемый дождь и гнетуще-серое небо так удручающе действовали на них, что Матиас чувствовал, что их поиски безнадежны.
Ближе к полудню они оставили тракт и укрылись под деревьями с лесистой стороны дороги, присели там на корточки и подкрепились хлебом и сыром, передавая друг другу по очереди флягу с черносмородиновой наливкой. Сжавшись в комок у самой земли, они с подавленным чувством глядели вдаль, на западные равнины и горизонт, скрытый пеленою дождя, прислушиваясь к бесконечному дробному стуку капель по листьям. Сердце каждого из них сжималось от своей боли, своей потери, печали и грусти или просто сожаления о том, что мрачная невзгода так неожиданно и странно обрушилась на их мирный дом в Рэдволле.
Как всегда, первым воспрянул духом Бэзил. Долговязый заяц снова поскакал под дождь на размытую дорогу.
- Эй, вы, увальни косолапые, - позвал он. - Что это все значит? Валяетесь под деревьями, как куча объевшихся горностаев, набивая себе щеки, как ополоумевшие кроты. Скорчились там и хлопаете пастью, как лягушки на мух. А ну, приведите себя в порядок! Становись! Живот втянуть, подбородок вперед, плечи выровнять, лапы по швам. Последний в строю сигналит в свисток. Смирно!
Бэзил высоко подпрыгнул, твердо приземлившись на растопыренные задние лапы. Едва они, шлепнув по грязи, коснулись земли, как он тотчас снова взвился в воздух с искаженной от боли мордой.
- Ой-о-о-о, проклятье!
Матиас мигом оказался подле него.
- Бэзил, что такое, ты ранен?
Заяц выставил вперед заднюю лапу.
- Ранен? Да меня чуть насмерть не пропороло, старина. Взгляни-ка, что с моей толчковой лапой? В меня вонзилось целое бревно.
Матиас осмотрел лапу Бэзила.
- Гм, большая заноза, вошла довольно глубоко.
- Заноза? - Отставной полковой заяц в негодовании надул щеки. - Заноза, говоришь? Чтоб мне провалиться, если это не вражеская стрела или, по крайней мере, не ржавый кинжал, он вонзился в меня - или мое имя не Бэзил Олень!
- Ладно, Бэзил. - Матиас попытался сохранить серьезное выражение. Ковыляй сюда, под деревья, на траву. Джесс, ты нам не поможешь? Ты хорошо вынимаешь занозы, э-э, то есть бревна из лап. Все остальные, выходите на дорогу и продолжайте двигаться на север. Мы догоним вас, как только разберемся с нашим раненым героем.
Миссис Черчмаус взвесила на лапе медный половник, который она захватила с собой в качестве оружия.
- Ладно, стройтесь и за мной. Осматриваем дорогу и местность по обе стороны. До встречи.
Поделиться книгой: