– Что?! – снова вознегодовала Лираэль. – Ты хочешь сказать, я зря воровала еду? Ведь если бы меня застукали, я…

– Совсем не зря! – возразила Псина, тычась носом ей в бедро и глядя на хозяйку огромными молящими глазами. – А вовсе даже для меня! И я тебе глубоко признательна, правда-правда. А теперь пощупай-ка уже мой ошейник и раз и навсегда убедись, что я не стилкен, и не маргру, и не хиш. Заодно можешь почесать мне шею.

Лираэль засомневалась было, но Псина так походила на дружелюбных псов, которых девушка охотно гладила в трапезной, что ее рука почти машинально легла на собачий загривок. Лираэль почувствовала под пальцами теплую кожу и шелковистую короткую шерсть и принялась почесывать Псину по спине, в сторону шеи. Псина блаженно потягивалась и приговаривала:

– Чуть выше. И левее. Нет-нет, назад. Агггрххх!

Но вот Лираэль коснулась ошейника – совсем легонько, двумя пальцами, – и на мгновение оказалась словно выброшена из мира. Все, что она видела, слышала и осязала, – это знаки Хартии повсюду вокруг нее, словно она ненароком нырнула в Хартию. Под рукой ее больше не было ошейника, не было собаки, да и кабинет исчез. Осталась только Хартия.

А в следующую минуту девушка снова пришла в себя – пошатываясь, борясь с головокружением. Обеими руками она почесывала Псину под подбородком – сама не зная, как это вышло.

– Твой ошейник, – промолвила Лираэль, восстановив наконец равновесие. – Твой ошейник – он как камень Хартии – врата в Хартию. Однако в ходе твоего создания я и Свободную магию видела. Она наверняка где-то там есть… правда?

Девушка умолкла, но и собака не ответила ни слова – до тех пор, пока Лираэль не перестала ее почесывать. Тогда Псина внезапно подпрыгнула и лизнула хозяйку в губы.

– Тебе был нужен друг, – объяснила Псина, пока Лираэль отплевывалась и утиралась рукавами, левым и правым по очереди. – Я и пришла. Разве этого не достаточно? Ты же сама видишь, мой ошейник – от Хартии и, кем бы я ни была, способен меня сдержать, даже если я и задумаю причинить тебе зло. И ведь нам еще предстоит разобраться со стилкеном, верно?

– Ага, – кивнула Лираэль. И, повинуясь внезапному порыву, нагнулась и обняла Псину за шею, чувствуя сквозь тонкую ткань рубашки исходящее от собаки тепло и негромкое гудение знаков Хартии в песьем ошейнике.

Шкодливая Псина терпеливо сносила ласку где-то с минуту, а затем запыхтела и заерзала. Лираэль, благодаря близкому знакомству с псами гостей, отлично все поняла и выпустила собаку.

– Так вот, – объявила Псина. – Со стилкеном необходимо покончить как можно скорее, прежде чем он вырвется на свободу и найдет, кого еще можно освободить или впустить извне – кого-то пострашнее себя. Ты, я надеюсь, уже раздобыла все необходимое, чтобы сковать чудовище?

– Нет, – покачала головой Лираэль. – Если ты имеешь в виду все то, о чем пишет Найджи, – рябиновый прут или меч, в который вложены знаки Хартии, – то нет…

– Да, да, можешь не продолжать, – перебила девушку Псина, прежде чем та продекламирует весь список. – Я поняла. Так почему ты до сих пор не разжилась мечом?

– Ну, зачарованные мечи на дороге просто так не валяются, – принялась оправдываться Лираэль. – Я подумала, добуду где-нибудь обычный меч и наложу заклятия…

– На это уйдет слишком много времени – не один месяц и не два! – перебила Псина, с серьезным видом расхаживая взад и вперед. – А стилкен, я думаю, прорвется сквозь твое запирающее заклинание уже через несколько дней.

– Что?! – пронзительно закричала Лираэль. И, уже тише, повторила: – Что? Ты хочешь сказать, стилкен того гляди выберется наружу?

– Да, очень скоро, – подтвердила Псина. – Я думала, ты знаешь. Свободная магия разъедает не только плоть, но и знаки Хартии. Наверное, ты могла бы обновить заклинание.

Лираэль покачала головой. У нее все еще болело горло с прошлого раза – когда она произнесла главный знак. Попытаться повторить его прежде, чем девушка окончательно поправится, слишком рискованно. Ей не обойтись без поддержки – силы меча, в который вложены заклинания Хартии, – а это вновь возвращало ее все к той же насущно важной проблеме.

– Значит, тебе придется одолжить меч, – объявила Псина, не сводя с Лираэль серьезного взгляда. – Не думаю, что у кого-либо найдется нужный прут. Клэйры с рябиной обычно не работают.

– С мечами, битком набитыми сковывающими заклятиями, тоже, – возразила Лираэль, тяжело опускаясь в кресло. – Ну почему мне не дано быть самой обыкновенной Клэйрой? Если бы я только обладала Прозрением, я не бродила бы по библиотеке и не искала неприятностей на свою голову! Если Прозрение однажды придет ко мне, клянусь Хартией, я больше никогда не стану совать свой нос куда не надо!

– Мммм, – протянула Псина многозначительно; выражение ее морды осталось для Лираэль загадкой. – Это уж как сложится. А что до меча, здесь ты заблуждаешься. В этих самых стенах хранится несколько мечей силы. Один – у капитана рейнджеров, три – у Стражей Обсерватории… ну ладно, один из них, строго говоря, не меч, а секира, но заклятия в сталь вложены те же самые. А если посмотреть поближе к дому – так у главного библиотекаря тоже есть меч. Весьма древний и прославленный и, кстати, с очень уместным именем – Обуздатель. Он тебе отлично подойдет.

Лираэль воззрилась на Псину с таким недоумением, что та перестала расхаживать туда-сюда, откашлялась и проговорила:

– Лираэль, ты невнимательна. Я говорила, что ты заблуждаешься…

– Я все прекрасно расслышала, – огрызнулась девушка. – А ты, похоже, совсем спятила! Не могу же я украсть меч у главного библиотекаря! Она с ним не расстается! Наверняка даже в постель с собой берет.

– Так и есть, – довольно подтвердила собака. – Я проверяла.

– Ну Псинушка, – взмолилась Лираэль жалобно, пытаясь дышать ровнее и глубже и пореже, чем раз в секунду. – Пожалуйста, ну пожалуйста, не шныряй ты по комнатам главного библиотекаря! И вообще нигде не шныряй! Ты себе представляешь, что случится, если тебя заметят?

– Так ведь не заметили же, – радостно заявила Псина. – Как бы то ни было, главный библиотекарь хранит меч в спальне, но вовсе не спит с ним в обнимку. А ставит на стойку рядом с кроватью. Так что, пока она смотрит сны, ты вполне можешь одолжить его на время.

– Нет, – покачала головой Лираэль. – Я в спальню к начальнице не полезу. Лучше уж я сражусь со стилкеном без всякого меча.

– Тогда ты погибнешь. – Шкодливая Псина сразу посерьезнела. – Стилкен выпьет твою кровь и станет еще сильнее. Тогда он затаится в нижних пределах библиотеки и будет время от времени выбираться на охоту, ловить библиотекарей одного за другим и пожирать добычу в каком-нибудь темном углу, где костей никогда не сыщут. А еще он найдет союзников, тварей, скованных в глубинах библиотеки, и он отворит двери злу, что рыщет снаружи. Ты должна сковать его, но без меча у тебя ничего не получится.

– А ты мне поможешь? – с надеждой спросила Лираэль. Ну наверняка же есть какой-нибудь способ избежать столкновения с главным библиотекарем, наверняка можно как-нибудь обойтись без меча. Попытаться завладеть мечом Мирелле или одним из мечей Обсерватории ничуть не легче, чем покуситься на собственность начальницы. Девушка даже не знала в точности, где она находится, эта Обсерватория.

– Да я бы со всем моим удовольствием, – отвечала Псина. – Но это твой стилкен. Ты его выпустила. Значит, тебе и разбираться с последствиями.

– То есть ты мне не поможешь, – удрученно подвела итог Лираэль. На краткое мгновение она понадеялась было, что Шкодливая Псина вмешается и все за нее уладит. Она же магическое существо, в конце-то концов, и явно наделена какой-никакой силой. Но, по-видимому, для того, чтобы победить стилкена, этой силы недостаточно.

– Я буду советчиком, – пообещала Псина. – Как оно и подобает. Но позаимствовать меч тебе придется самой и совершить обряд сковывания – тоже. Кстати, нынешняя ночь ничем не хуже прочих.

– Как, уже сегодня? – пискнула Лираэль.

– Сегодня, – подтвердила Псина. – С двенадцатым ударом часов, – а все такие приключения обычно начинаются в полночь! – ты войдешь в покои главного библиотекаря. Меч ты обнаружишь слева, за гардеробом, который, как ни странно, битком набит черными жилетами. Если все пройдет хорошо, ты успеешь вернуть его еще до рассвета.

– Если все пройдет хорошо, – мрачно повторила Лираэль, вспоминая глаза стилкена, полыхающие серебряным огнем, и жуткие крючковатые когти. – А как… как ты думаешь, не следует ли мне оставить записку, на случай… на случай, если не все пройдет хорошо?

– Да, – подтвердила Псина, тем самым безжалостно уничтожая в душе девушки последнюю искорку уверенности в себе. – Да. Это было бы в высшей степени разумно.

Глава двенадцатая

В берлоге главного библиотекаря

Когда стрелки на гигантских часах средней трапезной, что работали от энергии воды, показали без пятнадцати двенадцать, Лираэль покинула свое потайное убежище на кухне, в раздаточной завтраков, вскарабкалась вверх по воздуховоду и выбралась в Узкий коридор, по которому собиралась выйти к Южному мысу и к покоям главного библиотекаря Ванселле.

Лираэль была одета в библиотечную форму на случай, если кого-нибудь повстречает, а в руках держала конверт, адресованный начальнице. Основной костяк отделения порою работал и по ночам, хотя третьих младших помощниц вроде Лираэль к этому обычно не привлекали. Но если ее остановят, девушка скажет, что ей нужно доставить срочное послание. На самом-то деле в конверте находилась ее записка «на всякий случай», сообщающая главному библиотекарю о стилкене.

Но Лираэль так никого и не встретила. Никто не спускался по Узкому коридору, который вполне заслуживал своего названия: в нем даже двое не разминулись бы. Пользовались им редко, потому что, встретив кого-то, идущего в противоположном направлении, младшей из Клэйр приходилось отступать – иногда до самого конца коридора, то есть больше полумили.

Южный мыс был шире – и не столь безопасен для Лираэль, ведь на этом обширном пространстве располагались покои очень многих старших Клэйр. К счастью, знаки, так ярко освещавшие его в течение дня, ночью гасли до тусклого отблеска, и девушке не составило бы труда спрятаться в густых тенях.

Однако дверь жилища начальницы оказалась эффектно подсвечена знаками Хартии, которые обрамляли эмблему в виде книги и меча, вырезанную в камне рядом с проемом.

Лираэль недовольно воззрилась на подсветку. Далеко не в первый раз девушка задумалась, что же она такое делает. Наверное, правильнее было бы во всем признаться несколько месяцев назад, когда она впервые вляпалась в неприятности. Тогда со стилкеном разбирался бы кто-нибудь другой…

Что-то пушистое коснулось ее ноги; Лираэль подскочила на месте и едва не заорала от ужаса. Но тут же сдержала крик, узнав Шкодливую Псину.

– Ты же вроде не собиралась мне помогать, – зашептала она. Собака подпрыгнула, норовя лизнуть хозяйку в лицо. – Лежать, ты, дурында!

– А я вовсе не помогаю, – благодушно заверила Псина. – Я просто посмотреть пришла.

– Радость-то какая! – отозвалась Лираэль, вкладывая в ответ как можно больше сарказма. Но в глубине души она действительно обрадовалась. Внезапно логово главного библиотекаря показалось не таким уж и страшным – теперь, когда Псина рядом.

– Ну и когда же начнется что-нибудь интересное? – спросила Псина минуту спустя. Лираэль все еще стояла в тени, не сводя глаз с двери.

– Прямо сейчас, – объявила девушка, надеясь, что произнесенное вслух слово придаст ей храбрости приступить к делу. – Прямо сейчас!

За десять стремительных шагов Лираэль пересекла коридор, схватилась за бронзовую ручку и толкнула дверь. Клэйры обычно дверей не запирали – нужды в том не было; так что девушка не ожидала никакого противодействия. И в самом деле, дверь распахнулась – и Лираэль переступила порог. Собака проворно юркнула в проем, опережая хозяйку.

Лираэль тихонько прикрыла за собою дверь и оглядела комнату. Бо́льшая ее часть отводилась под жилое пространство, а вдоль трех стен тянулись книжные стеллажи, стояли несколько удобных кресел и высокая, плоская скульптура – что-то вроде расплющенной лошади, – вырезанная из полупрозрачного камня.

Но внимание девушки привлекла четвертая стена. Она представляла собою одно-единственное огромное окно от пола до потолка из прозрачнейшего, чистейшего стекла. Лираэль в жизни не видела ничего подобного.

Сквозь окно просматривалась вся долина реки Раттерлин, что протянулась к югу; далеко внизу серебром мерцала в лунном свете широкая прожилка воды. Снаружи порошил легкий снежок, снежинки кружились в буйной пляске – и ложились на склон горы. Ни одна не прилипла к окну и не оставила на нем следа.

За стеклом, сквозь метель, пронеслась темная тень. Лираэль отпрянула было, но тут же поняла: да это просто сова летит вниз, в долину, в надежде на поздний ужин.

– До рассвета нам много чего еще нужно успеть, – как бы между делом прошептала Псина.

Лираэль все еще не отрывала взгляда от окна, завороженно разглядывая ленту реки, что, петляя, убегала далеко за горизонт, и нездешние, залитые луною пейзажи, раскинувшиеся вокруг, насколько хватало глаз. За горизонтом, собственно, начиналось королевство как таковое: там высился великолепный город Белизаэр со всеми его чудесами, открытый ветрам и окруженный морем. Там находился весь мир – мир, который прочие Клэйры провидели во льду Обсерватории; а она, Лираэль, знала о нем только из книг, да еще из рассказов путешественников, ненароком подслушанных в нижней трапезной.

Впервые в жизни Лираэль задумалась, а что такое Клэйры пытаются там провидеть, созывая расширенный состав Стражи? Где это место, которое так сопротивляется Прозрению? Что за будущее берет в нем начало, возможно, в этот самый момент, у нее на глазах?

Что-то всколыхнулось в глубине ее подсознания – некое ощущение дежавю или смутное воспоминание. Но оно так ни во что и не оформилось, а потому девушка продолжала зачарованно любоваться на внешний мир.

– Дел невпроворот! – вновь напомнила Псина чуть громче.

Лираэль неохотно оторвалась от окна и сосредоточилась на насущно важном деле. Спальня начальницы наверняка где-то здесь, рядом с этой комнатой. Но где же дверь? Тут только окно, входная дверь и книжные стеллажи…

Лираэль улыбнулась: она только сейчас заметила, что в конце одной из полок торчит дверная ручка вместо плотной стопки книг. И кто бы удивился, что у главного библиотекаря дверь служит еще и книжным стеллажом!

– Меч ты найдешь на стойке слева, – прошептала Псина, внезапно словно встревожившись. – Не открывай дверь слишком широко.

– Спасибо, – поблагодарила девушка, опасливо потянувшись к дверной ручке и проверяя, надо ли толкнуть ее, потянуть на себя или повернуть. – А я думала, ты не собираешься мне помогать.

Псина не ответила; едва Лираэль коснулась ручки, как повернулся весь книжный шкаф. Девушка едва успела вцепиться в ручку покрепче и помешать двери распахнуться настежь – и изо всех сил потащила ее назад, оставив узкую щель, только чтобы протиснуться самой.

В спальне было темно; лишь лунный свет, просачиваясь из внешней комнаты, немного разгонял мрак. Лираэль медленно просунула внутрь голову, выждала немного, чтобы глаза попривыкли, и прислушалась, не уловит ли какого шороха, свидетельствующего, что хозяйка спальни внезапно проснулась.

Спустя минуту или около того девушка смутно различила темные очертания кровати и ровное дыхание спящей, хотя Лираэль не была уверена, в самом ли деле его слышит, или это игра воображения.

Как и говорила Псина, рядом с дверью обнаружилась стойка. Что-то вроде цилиндрической металлической клети, открытой только сверху. Даже в полутьме Лираэль видела: меч по имени Обуздатель – там, причем в ножнах. Рукоять торчала ниже края стойки всего-то на несколько дюймов – достать труда не составит. Но чтобы вытянуть меч на нужную высоту и извлечь его из клети, необходимо подойти к стойке вплотную.

Девушка отпрянула назад и перевела дух. В спальне воздух отчего-то казался более спертым. Темнее и удушливее, точно замышлял что-то недоброе против воришек вроде Лираэль.

Псина ободряюще подмигнула хозяйке. Сердце Лираэль билось все чаще и чаще; девушка осторожно прокралась в спальню – и внезапно на нее словно повеяло холодом.

Мелкими опасливыми шажочками она приблизилась к стойке. Взялась за нее обеими руками, затем попыталась было ухватить меч за эфес и ножны чуть ниже рукояти.

Но едва пальцы Лираэль коснулись металла, меч внезапно издал тихий свист, а знаки Хартии на рукояти ослепительно вспыхнули. Девушка машинально выпустила клинок и наклонилась над ним, пытаясь собой заслонить свет и приглушить звук. Обернуться она не посмела. Чего доброго, начальница проснулась – и разъярена не на шутку.

Но негодующего окрика не последовало; ничей строгий голос не призвал девушку к ответу. Алое зарево перед ее глазами погасло, ночное зрение восстановилось; Лираэль напряженно вслушивалась, не раздастся ли какой-нибудь посторонний звук на фоне гулкого биения ее сердца.

И свист, и вспышка света продлились не более секунды, сообразила Лираэль. Этого вполне достаточно, чтобы понять: Обуздатель сам выбирает, кому им владеть – или не владеть.

Лираэль на минуту задумалась, затем нагнулась и зашептала – так тихо, что сама себя едва слышала:

– Меч, мне хотелось бы позаимствовать тебя на эту ночь: мне нужна твоя помощь, чтобы сковать стилкена, порождение Свободной магии. Обещаю, что ты будешь возвращен на место еще до рассвета. Я клянусь в этом Хартией, знаком которой отмечено мое чело.

Девушка коснулась знака Хартии на лбу и вздрогнула: ярко вспыхнувший свет озарил оружейную стойку. А затем теми же двумя пальцами Лираэль тронула эфес меча.

Свиста не послышалось, и знаки на рукояти просто мягко засияли. Лираэль вздохнула было, но в последний момент подавила вздох, опасаясь, как бы себя не выдать.

Меч беззвучно выскользнул из оружейной стойки – хотя Лираэль пришлось поднять его высоко над головою, чтобы высвободить острие. Клинок оказался тяжеленным – Лираэль даже не представляла себе его длины и веса. Да он раза в два массивнее ее небольшого тренировочного меча и где-то на треть длиннее. Слишком длинный, чтобы пристегнуть ножны к поясу: надо либо пояс поднять до подмышек, либо острие будет волочиться по земле.

Этот меч ковали не для четырнадцатилетней девчонки, решила про себя Лираэль, неслышно прокрадываясь за порог и аккуратно прикрывая за собою дверь. Дальше развивать неприятную мысль она не стала.

Шкодливая Псина куда-то подевалась. Лираэль огляделась по сторонам, но вокруг не нашлось ничего достаточно крупного, где могла бы спрятаться собака, – разве что она здорово уменьшилась в размерах и затаилась под одним из кресел.

– Псина! Меч у меня! Идем! – прошипела Лираэль.

Ответа не было. Лираэль выждала никак не меньше минуты, которая показалась ей вечностью. А затем подошла к внешней двери и, приложив к ней ухо, прислушалась, не раздадутся ли в коридоре шаги. Вернуться в библиотеку с мечом – это самая сложная часть всего предприятия. Если по пути ей встретится кто-нибудь из Клэйр, убедительного объяснения девушка предоставить не сможет.

Но снаружи царила тишина, так что Лираэль выскользнула в коридор. Дверь затворилась за ней с легким щелчком – а из темной тени напротив неслышно отделилась тень, и девушка похолодела от страха. Но зря: это снова оказалась Шкодливая Псина.

– Ты меня насмерть перепугала! – зашептала Лираэль, в свою очередь поспешив укрыться в тени и проворно устремляясь ко второй подсобной лестнице, которая выводила прямо к библиотеке. – Почему ты не подождала меня?

– А я не люблю ждать, – фыркнула Псина, семеня по пятам за хозяйкой. – Кроме того, мне хотелось заглянуть в покои Мирелле.

– Нет! – воскликнула Лираэль громче, чем собиралась. Она опустилась на одно колено, засунула меч под мышку и обхватила руками собачью морду. – Я же не разрешала тебе шнырять по чужим комнатам! Что нам прикажешь делать, если тебя сочтут опасной?

– Так я на самом деле очень опасна, – пробурчала Псина. – Если меня хорошенько разозлить. Кроме того, я же знала, что хозяйки нет дома. Я почуяла, что ее нет.

– Пожалуйста, ну пожалуйста, не суй ты свой нос туда, где тебя могут увидеть, – взмолилась Лираэль. – Пообещай мне, что больше не будешь.

Псина попыталась отвернуться, но Лираэль крепко удерживала ее морду. Наконец собака пробормотала что-то невразумительное, где вроде бы угадывалось слово «обещаю». Лираэль решила, что в создавшихся обстоятельствах сойдет и это.

Спустя несколько минут, украдкой спускаясь по второй подсобной лестнице, Лираэль вспомнила о своем собственном обещании заколдованному мечу. Она поклялась, что вернет его в спальню Ванселле еще до восхода. Но что, если она не сможет этого сделать?

Они спустились по лестнице до конца и направились вниз по главной спирали, пока не оказались почти у двери в комнату с цветущей лужайкой. Чуть-чуть не доходя до нее, Лираэль резко остановилась. Псина, что приотстала на несколько ярдов, вприпрыжку догнала хозяйку и вопросительно воззрилась на нее.

– Псина, послушай, – медленно проговорила Лираэль. – Я знаю, что в битве со стилкеном ты мне не помощница. Но если я не сумею сковать его, возьми меч и отнеси его обратно в комнату Ванселле. До восхода.

– Ты сама отнесешь меч на место, хозяйка, – уверенно сказала Псина – не столько сказала, сколько прорычала. И, поколебавшись, добавила уже мягче: – Но я выполню твою просьбу, если понадобится. Обещаю тебе.

Лираэль благодарно кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Она прошла последние тридцать футов до страшной двери. Лишний раз удостоверилась, что заводная мышь – на месте, в правом жилетном кармане, а в левом – небольшая серебряная фляга. А затем извлекла из ножен меч и впервые взяла его в руку как оружие – изготовившись к бою. Знаки Хартии на клинке ослепительно вспыхнули, почуяв врага, и Лираэль ощутила скрытую силу магии меча. Девушка знала: Обуздатель на своем веку победил много странных существ, и это вселило в нее надежду. Но тут она вспомнила, что меч, пожалуй, впервые попал в руки девчонки, которая сама не знает, что делает.

Не позволяя этой мысли парализовать волю, Лираэль подалась вперед и сокрушила запирающее заклинание на двери. Как и объясняла Псина, Свободная магия так разъела чары, что они развеялись всего-навсего от прикосновения и шепотом произнесенного приказа.

Лираэль взмахнула рукой. Вспыхнули изумруды браслета – и дверь со скрипом распахнулась. Девушка уже приготовилась к стремительной атаке стилкена – но за дверью никого не оказалось.

Лираэль с опаской переступила порог, чутко принюхиваясь, не повеет ли Свободной магией, широко открытыми глазами высматривая хоть какой-нибудь намек на присутствие чудовища.

В отличие от прошлого раза, яркий свет здесь больше не горел. Сейчас здесь разливалось жутковатое нездешнее свечение, воссозданное силой магии Хартии лунное сияние, в котором все краски померкли до оттенков серого. Где-то в этой сумеречной полутьме затаился стилкен. Лираэль подняла меч выше и шагнула в комнату; цветы шуршали у нее под ногами.