— Теперь-то точно поверит, — подмигнул он и вновь улыбнулся.

— Ребята, что-то кушать больно хотца, — протянул Денис.

— Вот теперь я не советовал бы здесь долго задерживаться, — заметил Савелий, кивнув в сторону стола, из-под которого он только что вылез. — Прихвати чтонибудь на кухне, и побыстрее сматываемся отсюда.

Ни слова не говоря, Денис метнулся на кухню, залез в холодильник и наполнил огромную полиэтиленовую сумку всем, что попалось под руку. Когда он вернулся к ребятам, они уже были готовы к выходу. Подхватив за руки и за ноги Мушмакаева, они вышли из дома и не торопясь направились к машине, которая стала им почти родной.

Как и предполагал Савелий, за ними кто-то следил. Интересно, кто? Боевики Дудаева или боевики из отряда Мушмакаева? Если подойдут, то это будут, скорее всего, мушмакаевцы, если, конечно, Дудаев не приказал им не вмешиваться!

Как бы то ни было, но они спокойно усадили Мушмакаева на заднее место, рядом с Денисом, а Михаил сел за руль. По городку они проехали спокойно, но на выезде их остановила вооруженная группа боевиков.

— Пароль? — спросил старший группы.

— Какой пароль? — сердито бросил по-чеченски Михаил. — Не видишь, что хозяина вновь враги подранили? Везем в больницу в Аргун.

— А вы кто такие? — подозрительно спросил он.

— Я — Михаил Гадаев, его личный порученец, — с гордостью ответил Михаил. — Послушай, если ты еще нас подержишь немного и хозяин очнется, можешь мне поверить, что он тебя по головке не погладит. Тебе что, Дудаев ничего не сказал? — спросил он, чуть понизив голос.

— А что он должен был мне сказать? — Тот нисколько не удивился упоминанию фамилии Дудаева. Значит, генерал проезжал здесь.

— Как что? О нас, выходит, он ничего не говорил? — раздраженно бросил Михаил.

— В том-то и дело, что нет.

— Проблемы? — поинтересовался Савелий, заметив, что Михаил начинает нервничать.

— Джохар ничего не сказал патрулю, а пароль наверняка сменился.

— Наверное, поэтому он и предлагал своих сопровождающих, — как можно спокойнее заметил Савелий, обращаясь скорее к патрулю, и это возымело действие.

— Дудаев предлагал своего человека? — встрял в разговор старший патруля.

— Не веришь, сам спроси у него.

— Хорошая мысль, — подхватил тот, вытащил из кармана трубку сотового телефона и быстро набрал номер. — Соедини с командиром, это старший лейтенант Тутаев, командир патруля. — Проговорив эти слова, он стал ждать, не спуская глаз с сидящих в машине. — Я остановил машину, в которой везут раненого племянника вашего… — начал объяснять он по-чеченски. — Один из них, русский, говорит, что вы предлагали им своего сопровождающего. Слушаюсь! — Он вытянулся и протянул трубку Савелию. — С тобой хочет говорить.

— Бешеный? — услыхал Савелий знакомый голос Дудаева.

— Он самый! А вы кто? — Савелий специально сделал вид, что не узнал собеседника.

— Это Дудаев. Приветствую вас.

— И я вас. Давно не виделись, — усмехнулся Савелий.

— Как мой племянник? — не обращая внимания на иронию, спросил тот.

— Не надолго, но приходил в себя, — понимая, чего добивается Дудаев, ответил Савелий.

— И что? — с некоторой тревогой спросил тот.

— Минуту, — Савелий взглянул на старшего патруля, — я должен отойти, разговор больно личный.

— Хорошо, но только один и не очень далеко, — чуть подумав, согласился тот, и Савелий отошел метров на десять.

— Извините, но я немного уединился: вряд ли вам хочется, чтобы кто-то посторонний слышал наш разговор, — сказал он в трубку.

— Вы правильно подумали. Итак?

— Я, помнится, сказал, что привык выполнять данное мной слово, — напомнил Савелий.

— И все-таки?

— Племянник сказал, что финансовые дела между вами вы решите по его выздоровлении, так что чемоданчик ваш, но… — Савелий красноречиво замолчал.

— Сколько?

— Двести пятьдесят тысяч баксов.

— Двести пятьдесят? — переспросил Дудаев.

— Да, и это на пятьдесят тысяч меньше, чем вы обещали.

— В таком случае я также привык выполнять свои обещания, плачу триста тысяч! — заверил он.

— Как вам будет угодно.

— Каким образом будет происходить обмен?

— Вы присылаете сюда, на патрульный пост, своего человека с деньгами и паролем на доставку вашего племянника в больницу, я говорю, где находится чемоданчик. Как только чемоданчик будет у вас, вы даете отмашку своему человеку, и тот вручает нам деньги, а я сообщаю вам код замка и код входа в систему, после чего мы расстаемся, как старые приятели. Идет?

— Вполне. Дайте-ка командира патруля.

— Минуту. — Савелий вернулся и протянул старшему лейтенанту трубку. — Он хочет с тобой поговорить.

— Да, старший лейтенант Тутаев у телефона, — вытянулся тот по стойке «смирно», немного послушав, он что-то бросил по-чеченски, отключил связь и повернулся к Савелию. — Хозяин сказал, чтобы вы подождали его человека с нами: хотите — в землянке, хотите — на воздухе, хотите — в машине.

— Благодарю вас, старлей, мы в машине подождем, — стараясь быть вежливым, ответил Савелий.

— Хорошо. Вон там поставьте машину. — Старший патруля кивнул в сторону от дороги, а сам что-то сказал своим подчиненным, и они вернулись на прежнее место.

Савелий сел в машину, ее перегнали в указанное место, но выходить не стали.

— Что он ответил Дудаеву? — спросил Савелий.

— Что тот может не беспокоиться о своих друзьях: они будут с нами максимально учтивы, — перевел Михаил. — Я могу тебя спросить?

— Конечно.

— Тебе что, удалось поставить взрыв на определенный час? — с некоторым недоверием спросил он.

— Нет, на определенные действия. — Савелий хитро усмехнулся.

— Как это? — нахмурился Денис.

— Очень просто, откроют чемоданчик, а он как бабахнет, — рассмеялся Михаил.

— А если открывать будет не тот, кому нужно, тогда как? — снова усмехнулся Савелий.

— Тогда не знаю, — признался Михаил.

— После того как крышка будет открыта, система сработает через сто восемьдесят минут!

— Почему именно через три часа?

— Не знаю, мне показалось, что это оптимальное время со всех сторон. На нас меньше подозрений, это во-первых, да и ночь уже будет, глубокий сон, это во-вторых.

Забегая вперед, надо сказать, что Савелий рассчитал почти все правильно, но не учел одного: Дудаев именно в эту ночь был приглашен на годовщину свадьбы своего давнего приятеля и задержался там. Неизвестно, сколько бы продолжилось гулянье, если бы к нему, среди ночи, не приехал один из его помощников, который сообщил о взрыве и о том, что погибли все, кто был в тот момент в его комнате: домохозяйка, его порученец и двое охранников. Когда Дудаев приехал и взглянул на место взрыва, он сразу понял, что взорвался «дипломат», и так разозлился, что всех прогнал прочь, а его ругань слышалась еще с полчаса. В конце концов Дудаев решил, что во всем виновато любопытство: кто-то из погибших решил заглянуть внутрь «дипломата», и в нем сработала система защиты…

Вскоре раздался звонок на его мобильном телефоне. Савелий взял трубку:

— Слушаю.

— Это Дудаев. Мой посыльный появился?

— Пока нет.

— Сейчас будет.

И действительно, не успел закончить фразу Дудаев, как на шоссе показалась красного цвета «Нива».

— Он на чем должен приехать?

— На красной «Ниве».

— Вроде едет.

— Его зовут Мирза. Посигнальте ему трижды светом и один раз гудком.

Савелий быстро проделал предложенное, и «Нива» тут же повернула к ним.

— Один из вас пусть подойдет к нему, проверит наличие денег.

— Зачем? Я и так вам верю, — заметил Савелий.

— Во всем должен быть порядок, — возразил Дудаев.

— Хорошо, это я сам сделаю, не прекращая с вами разговаривать. — Савелий вышел из машины, подошел к «Ниве», остановившейся в десяти метрах от них. — Привет, Мирза, — бодро сказал он в сторону кабины, в которой сидел молодой водитель и еще один кавказец с бородой.

— Привет, — холодно ответил тот, что сидел рядом с водителем.

— Командир сказал, что ты мне должен что-то показать. — Савелий подошел к нему.

— Вот, — бородатый открыл спортивную сумку, в которой лежали банковские упаковки со стодолларовыми купюрами, — тридцать пачек по десять тысяч.

— Отлично, — одобрил Савелий, сунув руку в сумку. Он вытащил первую попавшуюся пачку и шелестнул купюрами, проверяя ее содержимое.

— Все нормально, — сказал он посланцу и пошел к своему «уазику». — Вы меня слушаете? — спросил он в трубку.

— Все в порядке?

— В полном. Чемоданчик находится в той самой комнате, где мы с вами беседовали, под крышкой письменного стола. Через сколько времени ожидать вашего звонка? — спросил Савелий.

— Минут через сорок позвонит мой порученец и передаст «привет от ДД». Зовут его Тимур. У него с собой будет два телефона: по одному связь со мной, по другому-с вами. Далее — как договорились.

— Хорошо, жду. — Савелий отключил телефон и сел в машину.

— Ну и как? — едва ли не хором спросили ребята.

— Все в порядке: через сорок минут все кончится. Как там наш раненый?

— Спит пока, как убитый. Думаю, минут тридцать еще продержится, — заверил Михаил.

— Не будем рисковать, через двадцать минут добавь ему чуток «удовольствия».

— Хорошо. — Михаил повернулся к Денису: — Давай в города поиграем?

— Как это?

— Я называю город, а ты должен на его последнюю букву назвать другой город и так далее, понял?

— Понял. Пномпень, — тут же сказал он.

— Почему Пномпень? — удивился Михаил.

— Я с отцом там был, очень понравилось, — хитро прищурился Денис.

— Теперь ты — на мягкий знак.

— Конечно же, не на мягкий, а на «н», — возразил Михаил.

— Нечестно! Ты же сам сказал: на последнюю букву. — Денис озорно посмотрел ему в глаза.

— Чего ты мне мозги паришь? — догадавшись, воскликнул вдруг Михаил. — Ты же отлично знаешь эту игру. — Он даже чуть-чуть обиделся.

— Не сердись, пошутил я, — успокоил друга Денис, — говори на «н»!

Пока ребята играли, Савелий углубился в свои мыс ли.