Мысль эта, при всей своей сумасбродности, была не лишена определённой доли притягательности. Действительно, а почему бы нет? Вот взять сейчас да и решиться на подвиг сей…

«Чтобы вернуться потом таким же слюнявым идиотом, беспрерывно бормочущим о каком-то там жёлтом песочке, — тут же включилась в дискуссию здравомыслящая часть моего сознания. — А может даже, не вернуться вовсе!»

Я не был трусом, но и отчаянно бездумным храбрецом тоже не мог себя назвать. Отправляться невесть куда, без оружия, тем более, даже без одежды — нет, до такого безрассудства мне ещё расти да расти!

А интересно, где всё же смог побывать Морт Клейтон за время своего отсутствия в помещении пятого ангара, и что это за жёлтый песок он там обнаружил? И, кстати, почему у него были к моменту возвращения такие горячие и влажные ладони? Или, во всяком случае, одна из ладоней…

Песчаных мест на земле сколько угодно, и им вовсе не обязательно быть пустыней, но мысль о пустыне пришла мне в голову в самую первую очередь. А думая о пустыне, в самую первую очередь думается именно о пустыне Сахара.

Вот где песка, и именно жёлтого, не меряно. Он там ещё и весьма горячий временами бывает…

Это что же выходит: рядовой Клейтон смог мгновенно переместиться из ангара в пустыню, скажем, Сахара (или ещё в какое-либо, столь же отдалённое и жаркое место), а потом таким же невероятным образом вновь воротился сюда, в ангар?

Это же некая нуль-транспортировка получается, доступная покамест лишь героям научно-фантастических повестей и романов о весьма отдалённом будущем?

Я не относил себя к особо ярым поклонникам подобного рода беллетристики, но о нуль-транспортировке имел всё же некоторое, хоть и весьма поверхностное представление. Как и о, так называемых, порталах, тоже являющихся непременным атрибутами модной сейчас фантастической литературы.

А тут, блин, нечто подобное наяву произошло!

Некоторое время я усиленно размышлял о том, что хорошенько разобравшись в механизме удивительного сего явления, мы, первыми в мире, смогли бы осуществлять мгновенные переносы людей в пределах, буквально, всей нашей, довольно-таки обширной планеты. К примеру, забрасывать диверсионные или разведывательные подразделения в глубокий тыл наиболее вероятнейшего противника…

«Без оружия и даже без одежды! — иронически хмыкнул внутренний голос. — И что они там делать будут в таком случае? Одежду у местных жителей воровать, луки со стрелами себе мастерить из подручного материала?»

Внутренний голос имел, разумеется, веское основание для своего сарказма. Впрочем, разобравшись вначале хорошенько с самим механизмом мгновенного пространственного перемещения, мы смогли бы потом постепенно решить и проблему одежды с оружием…

Или проблема сия вообще не имеет решения?

И вновь я некоторое время лишь молча и отрешённо всматривался в очерченный мелом участок на бетонном полу ангара. Всматривался, уже отчётливо понимая, что ни на какой «следственный эксперимент» сейчас не решусь. Тем более, находясь тут в полнейшем одиночестве…

Просто духу не хватит на такое решиться, а значит, оставаться далее в ангаре не имело ни малейшего смысла.

Выйдя наружу, я первым же делом аккуратно запер за собой дверь (какое это всё же убожество: в двадцать первом веке пользоваться допотопными механическими запорами, к тому же ещё и изрядно проржавевшими изнутри!) Потом я обновил печать на входной двери и, ещё разочек напомнив часовому о бдительности, заодно проверил охрану остальных входов в ангар (а их было, считая с этим, три: два основных, и один запасной, и в настоящее время охрана была поставлена у всех трёх входов).

Везде был полный порядок, в том смысли, что печати на обоих запертых воротах оказались никем нетронутыми. Посему я с лёгким сердцем направился в сторону административного корпуса, но, так и не дойдя до него, решил для начала проверить, как себя чувствует в данный момент рядовой Морт Клейтон. Впрочем, сигнала от Бейкера всё ещё не поступало, а это значило, что рядовой Клейтон по-прежнему пребывает в состоянии полнейшей прострации.

Так оно и оказалось. И Мартин Бейкер тоже ничем не смог меня порадовать, разве тем только, что в бессвязном бормотании Клейтона несколько раз уловил словосочетание «бескрайнее море». И тут мне впервые пришло в голову, что речь могла идти не об огромной пустыне, как я первоначально предположил, а, скорее, об острове, маленьком песчаном островке, затерянным где-то посреди бесконечных морских просторов.

Оставаться далее в медпункте тоже не имело смысла, и я, дав напоследок Бейкеру ценные указания, направился в свой кабинет, по пути, правда, поинтересовавшись у дежурного лейтенанта, как себя чувствует на данный момент полковник Хилл. Не то, чтобы я мечтал сейчас о новой встрече с Джеймсом, но просто поинтересоваться его самочувствием, не напрямую, а как бы между прочим…

Действительно, а почему бы и не поинтересоваться?..

Получив ответ, что господин полковник вот уже полчаса, как успел отбыть по месту жительства, то есть, был благополучно доставлен туда собственным адъютантом и передан с рук на руки жене, я окончательно успокоился. Посему, зайдя в собственный кабинет, просто плюхнулся в мягкое кресло, стоящее у стены, и, время от времени поглядывая на настенные часы напротив, принялся терпеливо дожидаться окончания рабочего дня. И представьте себя, дождался!

* * *

На следующее утро, едва только я появился в вестибюле, дежурный лейтенант торопливо сообщил, что господин полковник вот уже не менее получаса, как изволит ожидать моего появления на службе. Несколько раз за это время он звонил сюда вниз и с явным раздражением осведомлялся, появился ли майор Тайлер, а потом с ещё большим раздражением напоминал лейтенанту о том, что в случае моего появления, следует немедленно доложить об этом господину полковнику, а самого майора Тайлера срочно к нему направить.

— Ну, что ж, доложите и направьте! — благодушно согласился я и, уже поднимаясь по лестнице, принялся усиленно размышлять: отправляться ли мне в кабинет к Джеймсу немедленно, либо перво-наперво посетить собственное служебное помещение. Последнее соображение взяло верх, но пребывание моё в собственном кабинете длилось недолго, я лишь открыл расположенный у правой стены сейф и некоторое время оценивающе рассматривал его содержимое.

Потом, переправив кое-что из сейфа в кожаный портфель, сиротливо стоящий у стола, я вновь запер сейф, потом кабинет, и через какое-то время уже входил в находящийся напротив кабинет полковника Хилла. В портфеле, который я держал в левой руке, стеклянно позвякивало и даже чуток побулькивало.

— Разрешите? — чуть приоткрывая дверь, проговорил я.

Полковник Джеймс Хилл восседал на том же самом месте, что и вчера, но имелось во внешности сегодняшнего полковника Хилла кое-что, существенно отличающего его от полковника Хилла вчерашнего.

Во-первых, китель его, тщательно вычищенный и даже выглаженный, был сейчас застёгнут на все возможные пуговицы, а это означало, что полковник Хилл покамест абсолютно трезв, отчаянно страдает дичайшей мигренью и тухлой отрыжкой, а посему совершенно даже не расположен радоваться жизни.

Во-вторых, на опухшем и изрядно помятом лице полковника имелось несколько хорошо заметных царапин, нанесённых, по всей видимости, остро отточенными женскими коготками.

— Разрешите? — повторил я и, опуская портфель на пол, добавил: — Приветствую тебя, старина! Как самочувствие?

Некоторое время полковник Хилл, не произнося ни слово, лишь молча на меня взирал из-под здорово припухших век, потом он изо всей силы грохнул кулаком по столу.

— Вот уже скоро час, как я вынужден торчать здесь в ожидании вашего доклада, майор Тайлер! — рявкнул он, чуть приподнимаясь в кресле. — Почему бы вам не являться на службу вовремя, господин майор?! Или вы считаете, что я…

Тут полковник умолк, как бы пытаясь подобрать наиболее подходящее случаю выражения… тщетно пытаясь…

— …считаете, что я… что вы…

Этот всплеск энергии, кажется, отнял у полковника Хилла слишком много сил и он, слабо промычав что-то совершенно уж нечленораздельное, вновь обессилено плюхнулся в кресло, и, подхватив дрожащей рукой стакан с водой, стоящий на столе, жадно поднёс его к собственным пересохшим губам. Вернее, попытался сие осуществить, но стакан, предательски выскользнув из ослабевших пальцев полковника, грохнулся на пол и, кажется, раскололся при этом на несколько вполне самостоятельных фрагментов.

— Проклятие! — простонал полковник, глядя куда-то себе под ноги, скорее всего, на растекающуюся по полу лужу. — Вот же, чёртово невезение!

Впору было ему посочувствовать, но я уже тоже завёлся, хоть и не первый раз случались у нас с Джеймсом такие вот утренние перепалки.

— Господин полковник! — строго-официальным тоном проговорил я. — Позвольте вам заметить, что сейчас ещё без пятнадцати восемь, а служба моя должна начинаться, как вам вероятно известно, с восьми ноль-ноль и не секундой раньше! Так что обвинять меня в опоздании у вас нет ни малейших даже оснований! Впрочем, ежели вы и в самом деле хотите дать этому делу официальный ход, сэр…

Так и не закончив фразы, я намеренно добавил в самом конце её словечко «сэр», вложив в него всю накопившуюся во мне иронию, но, кажется, Джеймс к этому времени уже совершенно остыл и даже успел пожалеть о недавней своей горячности.

— Ладно тебе, Тед! — пробурчал он, кивком головы указывая мне на свободное кресло у стола. — Давай, садись и выкладывай…

Поколебавшись, я сел, мысленно прикидывая, что именно я готов сейчас выложить Джеймсу, а что покамест неплохо было бы от него утаить.

Впрочем, для начала следовало чётко уяснить, что именно помнит со вчерашнего дня сам полковник.

— Что выкладывать, Джеймс? — проговорил я, тоже вполне миролюбиво. — Поясни!

— Пояснить?!

Мне показалось, что Джеймс сейчас вновь взорвётся, но он лишь как-то тяжело вздохнул и с укором на меня посмотрел.

— Не надо делать из меня полного идиота, Тед! Ты ведь и сам прекрасно понимаешь, о чём я…

Он замолчал в ожидании моего ответа, но я так ничего и не ответил. Лишь как-то неопределённо пожал плечами.

— Ты думаешь, вчера я вообще ничего не соображал?

Тема была весьма скользкой, и посему я вновь вынужден был промолчать.

— Я имею в виду вчерашнее исчезновение в пятом доке. Исчезновение рядового… как там его…

— Рядового третьего класса Морта Клейтона, — подсказал я, отчаянно пытаясь сообразить, что же мне ответить, если Джеймс сейчас задаст следующий вопрос.

Вопрос о том, нашёлся ли рядовой Клейтон после своего таинственного исчезновения, а ежели нашёлся, то где он пребывал ранее…

Пока я так усиленно соображал, Джеймс добил меня окончательно.

— По пути сюда я наведался в медпункт, — произнёс он как бы между прочим. Потом посмотрел на меня искоса и добавил: — Немного потолковал с уоррент-офицером Бейкером, спросил его о самочувствии рядового Клейтона. Пока что без изменений…

Вид у меня после всего услышанного был слегка огорошенный, и это почему-то здорово развеселило Джеймса.

— Так что давай, выкладывай, Тед! — проговорил он миролюбиво. — Хватит уже со мной в кошки-мышки играть!

Что ж, хватит, так хватит!

Я выложил ему всё. Всё, что знал. И, как бы между прочим, осторожно намекнул, какие могут ожидать преференции тех, кто первым разберётся в механизме уникального сего явления.

По сразу же заблестевшим глазам Джеймса я понял, что он уже примеряет на своих плечах золотистые генеральские погоны. Причём, не бригадного генерала даже, а, по меньшей мере, генерал-майора. А может и в генерал-лейтенанты метит…

— Ты хорошо сделал, Тед, что сразу же засекретил это дело, — понизив голос почти до шёпота, произнёс Джеймс. — Что с пятого ангара всех удалил, что опечатал его вовремя…

Тут Джеймс почему-то вздохнул и добавил с какой-то еле заметной горечью в голосе:

— Что подписку о неразглашении с кретинов этих взять догадался…

«И всё же именно кто-то из этих кретинов тебе обо всём и доложил аккуратненько сегодня утром, — невольно подумалось мне. — Интересно только, кто именно мог совершить такое?»

Сержанта Холройда я вычеркнул из списка подозреваемых почти сразу, не такой это человек, да и полковника Билла, кажется, откровенно недолюбливает…

Что же касается Мартина Бейкера…

Он, скорее всего, разоткровенничался с полковником после того лишь, как тот нанёс неожиданный утренний визит в медпункт, уже будучи заранее обо всё осведомлённым.

Интересно только, от кого именно мог получить господин полковник всю интересующую его информацию?

Или не было у него никакой информации на тот момент, а всего лишь случайное стечение обстоятельств?

Такое тоже вполне могло произойти. К примеру, понадобились господину полковнику таблетки от головной боли, вот и завернул шеф в медпункт просто по пути к служебному кабинету. А этот дуралей Бейкер всё ему так сразу и выложил, наивно предположив, что заглянул полковник к нему исключительно ради сведений о последствиях вчерашнего странного происшествия с рядовым Клейтоном.

— Такой случай упускать нельзя, Тед! — задумчиво проговорил Джеймс, перебивая мои мысли. — И я самолично возглавлю всё расследование!

Это было именно то, чего я и страшился больше всего! И потому всячески хотел избежать.

Не в том дело даже, что сие решение Джеймса отодвигало меня куда-то, не на второй даже, на третий план, автоматический превращая в некое подобие мальчика на побегушках. Куда более неприятным являлся тот неоспоримый факт, что полковник Билл совершенно не умел держать язык за зубами (тем более, в пьяном виде). И потом, уж кому-кому, а мне было хорошо известно об удивительной способности господина полковника с блеском проваливать любое порученное ему дело. Вернее, с треском, и притом превеликим…

Но и уговаривать Джеймса оставить всё как есть, то есть, по-прежнему считать, что предстоящее расследование подлежит именно моему ведомству, а значит, полностью находится в моей непосредственной компетенции, было напрасной тратой времени. Когда господину полковнику попадала шлея под хвост, ни уговоры, ни угрозы, ни даже апелляции к здравому смыслу, ничего из этого просто не действовало, на практике сто раз проверено. Тут требовались некие обходные маневры.

К счастью, именно они у меня и имелись в настоящий момент…

Открыв портфель, я вытащил из него бутылку виски. Не «бурбона», правда, но тоже весьма неплохого по качеству.

— А не подлечиться ли нам немного, Джеймс? — Лукаво прищурившись, я водрузил бутылку на стол. — Как смотришь?

Полковник Билл, кажется, смотрел отрицательно. В том смысле, что смотрел он сейчас на бутылку, как на злейшего своего врага: с ненавистью и даже с отвращением.

— Убери это, Тед! — не проговорил даже, простонал Джеймс, дублируя своё категорическое неприятие спиртного протестующим взмахом руки. — Убери немедленно!

— Как знаешь!

Я сделал вид, что засовываю бутылку обратно в портфель.

— Впрочем… — Джеймс судорожно сглотнул и лихорадочно облизал запекшиеся губы. — Ежели по одной только…

— А зачем нам больше?

Разливая виски по стаканам (Джеймсу полную, себе — чуть более половины), я мелком взглянул на часы. До времени, когда мы с сержантом Холройдом договорились встретиться возле ангара номер пять, оставалось ещё более часа. Вопрос в том только: успею я к этому времени довести полковника Билла до вчерашнего невменяемого состояния или всё же не успею?

Вообще-то, должен успеть…

Глава 3

Хорошо всё же, что я не пожадничал, ограничившись одной бутылкой из сейфа.

Полковник «дозрел», когда содержимое второй бутылки уменьшилось уже до критического уровня.

— Ты отличный парень, Тед! — заплетающимся голосом произнёс Джеймс, окидывая меня тяжёлым невидящим взглядом, — но ты, как всегда, ни черта не смыслишь в семейных отношениях! Для тебя, закоренелого холостяка, это, то же самое, что для сопляка из первого класса высшая математика. И не вздумай мне возражать!

Взяв пример со вчерашней бутылки из-под «бурбона», возражать я, естественно, не стал, тем более, что до предстоящей встрече возле ангара оставалось уже не более двадцати минут. Сочувственно вздохнув, я в очередной раз наполнил стакан Джеймса. Потом сделал вид, что наполняю свой, и так наполненный до предела.

— Из грязи её вытащил! — внезапно рявкнул Джеймс. — Из такой грязи… а эта дрянь вчера даже не соизволила…

Не договорив, полковник одним махом выдул содержимое стакана и, сунув в рот несколько картофельных чипсов, меланхолически ими захрустел.

Чипсы, случайно обнаруженные Джеймсом в верхнем ящике служебного стола, и являлись единственной нашей закуской.

— Из такой грязи… — мрачно повторил Джеймс, машинально ощупывая толстыми, похожими на сосиски пальцами параллельно расположенные царапины на левой щеке. Потом он резко подвинул ко мне пустой стакан. — Наливай!

«Когда ж ты свалишься? — мысленно вздохнул я, выливая в стакан Джеймса всё, что оставалось ещё в бутылке. — Или надо было ещё и третью прихватить? В качестве контрольного выстрела в голову…»

Впрочем, «контрольный выстрел» так и не понадобился. Даже не взглянув на наполненный стакан, Джеймс уронил голову на руки и, кажется, окончательно вырубился.

И в то же время я ощутил в нагрудном кармане кителя едва различимую вибрацию. Вспомнив, что перед визитом в кабинет Джеймса, самолично отключил звуковой сигнал мобильника, я сунул руку в карман. Это, наверное, Холройд уже беспокоится…

Но это был не Холройд. Мне звонил Мартин Бейкер, а это могло означать лишь одно: рядовой Клейтон, кажется, пришёл в чувства.

Стараясь не шуметь, я поднялся и, выйдя в коридор, плотно притворил за собой дверь. Лишь после этого поднёс телефон к уху.

— Что у тебя, Мартин? — спросил я. — Неужто Клейтон оклемался?