Джек Ричер, или Без второго имени

– Это ваши слова, не мои, – продолжал Ричер. – Вы поблагодарили меня за помощь. Но в чем именно она состояла? Я не думаю, что вам следовало употребить эту фразу. Вы должны были сказать: «Вау, это что-то!» или нечто подобное. Или просто приподнять бровь, чтобы наладить контакт, или сломать лед. Как если бы мы были двумя парнями, которые просто поболтали. Однако вы весьма формально принесли мне благодарность. Вы сказали: «Большое вам спасибо за помощь в этом деле».

– Я лишь пытался быть вежливым, – ответил Аарон.

– Такой формальный подход требует подготовки. Вы сказали «в этом деле». В каком? Чтобы использовать слова «в этом деле», потребуется больше времени, чем доля секунды. Должно что-то предшествовать. И вы употребили длительное время. Вы сказали, что я вам «помогаю». Значит, что-то происходит прямо сейчас. То, что началось до того, как парень вырвал сумку, и продолжается после. Кроме того, было еще множественное число. Вы сказали: за помощь «нам». Вам и Бушу. В том, чем вы уже владели, с чем бежали, но все немного пошло не так, однако в целом ущерб получился небольшим. Я полагаю, вы благодарили меня именно за такого рода помощь. Потому что испытали огромное облегчение. Возможно, если б парень сумел сбежать, было бы намного хуже. Вот почему вы сказали «большое вам спасибо». Слишком прочувствованное «спасибо» за помощь при обычном ограблении. То, что там произошло, показалось вам исключительно важным.

– Я лишь старался быть вежливым.

– И я думаю, что мои свидетельские показания нужны главным образом для шефа полиции и членов городского правления, а не для компьютерной игры. Чтобы показать им: не вы виноваты в том, что давно начатая операция едва не провалилась. Вот почему вам требовался обычный человек. Любое третье лицо. В противном случае у вас были бы только собственные показания, которые вы давали бы в свою пользу. Вы с Бушем прикрываете друг другу спины.

– Мы просто гуляли.

– Вы даже не переглянулись. Ни секунды колебаний. Вы побежали за сумкой. Вы думали о ней целый день. Всю неделю.

Аарон не ответил, и у него больше не было возможности продолжить обсуждение, потому что дверь распахнулась и внутрь заглянул другой человек. Аарону жестом предложили выйти, он исполнил приказ, и дверь за ним захлопнулась. Но прежде чем Ричер успел подойти и проверить, заперта ли она, дверь снова открылась, и теперь внутрь голову засунул Аарон.

– Дальше показания с вас будут снимать другие детективы, – сказал он.

Дверь снова закрылась.

И опять открылась.

Первым вошел мужчина, который секунду назад заглянул в комнату для допросов. За ним следовал другой, похожий на него как две капли воды. Оба выглядели как классические персонажи со старых черно-белых фотографий Новой Англии. Результат многих поколений напряженной работы и сурового самоограничения. Оба крепкие, состоящие из сплошных сухожилий, казавшиеся слишком худыми. Они были в брюках из твила, клетчатых рубашках и синих спортивных пиджаках. Очень короткие стрижки без малейшего намека на стиль. Максимальная функциональность. Они сообщили, что работают на Агентство по борьбе с наркотиками, организацию, контролирующую все, что происходит в штате Мэн. И их расследование имеет более высокий приоритет, чем работа полицейских округов. Поэтому теперь допрос будут вести они. Они сказали, что у них есть вопросы относительно того, что видел Ричер.

Агенты уселись на стулья, которые освободили Аарон и Буш. Того, кто сидел слева, звали Кук; тот, что справа, сказал, что он Дилейни. Складывалось впечатление, что он был ведущим в паре и явно собирался сам вести разговор. О том, что Ричер видел, повторил он. Ничего больше. Так что ему не о чем беспокоиться.

– Но сначала мы должны выяснить один аспект, – тем не менее продолжал он. – Мы считаем, что наши коллеги из округа отнеслись к произошедшему слишком небрежно. Они покрывали чьи-то ошибки, возможно, сознательно.

– Что вы имеете в виду? – спросил Ричер.

– Каким было ваше психическое состояние и ваши намерения в тот момент, когда вы сбили с ног парня, укравшего сумку?

– Вы серьезно?

– Вашими собственными словами.

– И сколько именно должно быть слов?

– Столько, сколько потребуется.

– Я помогал полицейским.

– И ничего больше?

– Я увидел преступление. Злоумышленник бежал в мою сторону. Он оторвался от своих преследователей. У меня не было сомнений относительно его виновности. Поэтому я встал у него на пути. Он даже не получил серьезных повреждений.

– Как вы поняли, что те двое – полицейские?

– Таким было мое первое впечатление. Я ошибся?

Дилейни сделал небольшую паузу.

– Теперь расскажите все, что вы видели, – попросил он.

– Я уверен, что вы слушали, как я рассказывал в первый раз.

– Так и есть, – не стал спорить Дилейни. – Как и продолжение вашего разговора с детективом Аароном. После того, как детектив Буш вышел из комнаты для допросов. Складывается впечатление, что вы видели больше, чем рассказали во время дачи свидетельских показаний. Вы что-то говорили о существовании долговременной операции.

– Это лишь догадки, – сказал Ричер. – А они не относятся к свидетельским показаниям.

– С точки зрения этики?

– Пожалуй.

– Значит, вы следуете правилам этики, мистер Ричер?

– Стараюсь как могу.

– Но теперь вы можете снять груз со своей души. Вы уже дали показания и можете строить любые предположения. Что вы видели?

– И почему вы спрашиваете меня?

– Возможно, у нас возникла проблема, вдруг вы сможете нам помочь.

– Как?

– Вы были военным полицейским. Вы знаете, как это работает. Понимаете общую картину. Что вы видели?

– Полагаю, я видел Аарона и Буша, которые следили за девушкой с сумкой, – сказал Ричер. – Что-то вроде операции наблюдения. Точнее, наблюдения за сумкой, а не за девушкой. Когда все случилось, они полностью игнорировали девушку. Скорее всего, она собиралась передать сумку какому-то неизвестному человеку. Видимо, позднее. И в другом месте. Нечто вроде доставки или оплаты. Может быть, они хотели стать свидетелями передачи. Может быть, неизвестный подозреваемый являлся последним звеном в цепочке. Вот почему свидетели должны были иметь достаточно высокий статус. Или что-то в таком духе. Вот только план провалился, потому что вмешалась судьба в лице случайного грабителя. Просто не повезло. Такое бывает даже с лучшими из нас. На самом деле ничего страшного. Они могут все повторить завтра.

Дилейни покачал головой.

– Мы в мутных водах. Здесь речь о людях, которые больше не станут иметь дело с тем, кто пропустил встречу. Все кончено.

– Тогда я сожалею, – сказал Джек. – Но такое случается. Значит, лучше об этом забыть.

– Вам легко говорить.

– Не мои обезьяны, – сказал Ричер. – И не мой цирк. Я проходил мимо.

– Тут возникает еще одна небольшая проблема. Как мы сможем с вами связаться, если потребуется? У вас есть сотовый телефон?

– Нет.

– И как люди вас находят?

– Они этого не делают.

– Даже семья и друзья?

– У меня не осталось родственников.

– И друзей не осталось?

– Во всяком случае, таких, которые звонят каждые пять минут.

– И как люди узнают, где вы находитесь?

– Я знаю, – ответил Ричер. – Этого достаточно.

– Вы уверены?

– Пока меня еще ни разу не требовалось спасать.

Дилейни кивнул.

– Тогда вернемся к тому, что вы видели.

– К какой части?

– С самого начала. Может быть, еще не все закончилось. Возможна ли другая интерпретация событий?

– Все бывает, – сказал Ричер.

– И какого рода вещи возможны?

– Раньше мне платили за такого рода беседы.

– Округ может угостить вас чашкой кофе.

– Договорились, – сказал Джек. – Черный, без сахара.

Кук отправился за кофе, а когда он вернулся, Ричер сделал глоток и сказал:

– Благодарю вас. Но в целом я считаю, что все произошло случайно.

– Используйте свое воображение, – предложил Дилейни.

– Используйте свое, – ответил Джек.

– Ладно, – сказал Дилейни. – Предположим, Аарон и Буш не знали, где, когда, кто или как, но ждали, что рано или поздно сумка перейдет в другие руки.

– Хорошо, предположим, – сказал Ричер.

– Может быть, так и случилось. Просто немного раньше, чем они рассчитывали.

– Все бывает, – повторил Джек.

– Мы можем предположить, что плохие парни решили проделать все тайно и незаметно. Может быть, назначили фальшивую встречу, в то время как планировали похитить сумку по пути. Чтобы все получилось неожиданно и непредсказуемо. А это лучший способ избавиться от слежки. Может быть, они даже все отрепетировали заранее. По вашим словам, девушка легко рассталась с сумкой. Вы сказали, что она села на землю, а потом вскочила и убежала.

Ричер кивнул.

– Из чего следует, что парень в черной толстовке являлся неизвестным подозреваемым и должен был получить сумку с самого начала.

Дилейни тоже кивнул.

– И мы его схватили; значит, операция имела полный успех.

– Вам легко говорить. И очень удобно.

Дилейни не ответил.

– Где сейчас парень? – спросил Ричер.

Агент указал в сторону двери.

– В двух комнатах отсюда. Скоро мы отвезем его в Бангор.

– Он начал говорить?

– Пока нет. Он ведет себя как хороший маленький солдат.

– Вот только он вовсе не солдат.

– Мы думаем, что это именно так. И считаем, что он заговорит, когда поймет, какая опасность ему грозит.

– Есть еще одна серьезная проблема, – сказал Ричер.

– Какая?

– Сумка показалась мне пустой. В таком случае о какой доставке или платеже может идти речь? Вам не удастся получить обвинительный приговор, если сумка с самого начала была пустой.

– Сумка не была пустой, – сказал Дилейни. – Во всяком случае, в начале.

– И что в ней находилось?

– Мы еще до этого доберемся. Но прежде нам следует вернуться назад. К тому, что я спросил у вас в самом начале. Чтобы знать наверняка. О вашем психическом состоянии.

– Я помогал полицейским.

– Неужели?

– Вас беспокоит ответственность, которую я могу понести? Если я – гражданское лицо, которое оказало помощь, то получаю такую же неприкосновенность, как и полицейские. К тому же парень не пострадал. Максимум пара синяков. Возможно, поцарапал колено. Никаких проблем. Если только у вас здесь не работают очень странные судьи.

– С нашими судьями всё в порядке. В особенности когда они понимают все обстоятельства.

– А какие здесь вообще возможны варианты? Я стал свидетелем преступления. Полицейские очевидным образом собирались поймать злоумышленника. Я им помог. Вы хотите сказать, что у вас с этим какие-то проблемы?

– Прошу нас извинить, – сказал Дилейни.