Бродяга

Просто удивительно, как быстро человек может выучить новый язык, когда у него нет другого выбора. В школе Серый учил английский много лет, имея по нему твердую четверку. Потом пару лет колледжа. При этом он слабо представлял, что же учит и зачем ему это нужно. Будь у него больше возможностей применять эти знания, он, наверное, и английский выучил быстро.

Спустя две недели после своего громкого появления у ворот харчевни, Серый уже начал понимать речь релаумцев. Но он старался не показывать этого. Ему хотелось немного осмотреться, прежде чем давать какие-либо объяснения местным. Нередко он был свидетелем интересных разговоров о нем самом. Его "битва" с упырем, судя по всему, стала самым интересным событием Релаума за последние несколько лет.

Вот и сейчас Серый, привлеченный упоминанием своего имени, прислушался к разговору. Они втроём с Фосером и Свитом пытались выкатить из кладовки свежую бочку пива. Арм с Гратом "как раз проходили мимо" и решили "помочь". Видимо, продегустировать.

- Странное имя - Серый. Никогда такого не слыхал, - удивлялся Фосер. - Может это кличка, а он не может нам объяснить.

- Мало ли чего ты не слышал! - насмешливо бросил Арм. - Когда мне было лет двенадцать, к нам в графство зашел один бродяга. Так вот он рассказывал, что пришел с Великих черных гор. Должен сказать, в сравнении с ними Горы смерти - небольшая возвышенность. Хотя Вольный Легион бродил по Горам смерти больше девяти лет... иногда, правда, немного задерживаясь...

- Арм, про твои подвиги лучше слушать за кружкой пива, а не в этой тесной комнатушке, - нетерпеливо перебил его Фосер.

- Так пива хватает! - нимало не смущаясь, выкрикнул Арм, смачно хлопнув ладонью по бочке. - Но я вот к чему веду. По словам бродяги, в тех местах поклоняются богу с таким же именем - Серый.

- Это еще веселее упыря с расквашенной губой, - хохотнул Грат, а на лице Фосера появилось выражение какой-то детской растерянности.

- Откуда же он пришел, и что это за страна такая, где детей называют именами богов? Или может это все-таки кличка? - добавил он с надеждой.

- Второе даже круче, - подмигнул Арм Грату.

Сообразив, что его разыгрывают, Фосер разобиделся и безапелляционно гаркнул.

- Проваливайте работать! Нечего меня отвлекать!

- Ого! - с поддельным испугом воскликнул Арм, - сказывается наследственность! - и они с Гратом, шатаясь от хохота, направились к выходу из кладовой.

Серый узнал, что попал в провинцию королевства Пикасто - на Релаумскую дорогу. Свое название этот глухой уголок получил от старой военной дороги и леса Релаума. Дорогу построили, когда старая граница была еще совсем новой. Было это более трехсот лет тому назад. После переноса границы на восток местность стала еще более дикой, чем до прихода пикастинской армии. Местные жители замечали королевские указы только тогда, когда из них можно было извлечь выгоду. Взимать налоги здесь было более накладно, чем просто забыть о них. Крупные землевладельцы все же считались с королевскими сборщиками налогов и прочими представителями власти, но их было немного. Релаумская дорога оставалась краем маленьких фермерских хозяйств с суровыми, но вольными нравами.

В более цивилизованных местах эти края называли Упыриной гатью из-за главной напасти - упырей. Какой-либо серьезной магии в этих монстрах не было. Если не считать того, что на них самих никакая магия не действовала. Обычное оружие убивало тварей неплохо, однако нужна была фантастичная ловкость и везение, чтобы справится с матёрым упырем в лесу. Во времена старой границы солдаты пытались перебить тварей, но минуло время, а меньше их не стало. Едва ли не больше. Король со спокойным сердцем отказался бы и от таких земель, и от таких подданных, если бы Упыриная гать не располагалась в самом центре разросшегося королевства.

За столетия местные жители научились бороться с напастью не хуже армейских отрядов. Кроме воинской сноровки они приобрели еще и независимый нрав, от чего столичные чиновники жутко расстраивались.

Не так давно, лет сорок назад, один королевский министр, возмущенный таким положением дел, предложил снарядить поход "для усмирения бунтарей". На что тогдашний король Ролам V ответил: "Если бы у меня была армия для усмирения релаумцев, я бы использовал её для завоевания всего мира". Видимо, он хорошо помнил печальный опыт своего предшественника. После его карательного похода вся Релаумская дорога взбунтовалась, и вся страна несколько лет была разрезана на две части. Ролам IV был вынужден объявить такие вольности всей провинции, каких не имел даже старейший город королевства - великий морской порт Арзарум.

Короли Пикасто старались не повторять ошибки предков, поэтому министр полетел с кресла, а релаумцы по-прежнему что хотели, то и делали. Радостно судача про глупость незадачливого министра при каждой возможности.

Большинство королей Пикасто отличались завидной мудростью и дальновидностью. Политика этой без сомнения великой державы заключалась в расширении владений мирным путем - за счет диких неосвоенных земель. Пикастинцы любили шутить: "За нашими границами не могут угнаться даже контрабандисты". И тут Релаумская дорога также оставалась главной зубной болью королевских служб. Ведь по ней в королевство шел беспрерывный поток контрабанды.

Арма и Грата как раз и занесло в Релаум, благодаря одному из недавних указов, направленных на истребление упырей. Король повелел за каждого убитого упыря выплачивать в награду золотой. Пять монет совсем не маленькая сумма. В доказательство требовалось предоставлять зубы упыря.

Охотников за наградой в Релаум набежало больше, чем в нем побывало людей со времен сотворения мира, но живыми сумело выбраться едва ли половина. Очень скоро желающих "легко" подзаработать не стало вовсе. Арм и Грат прибыли в числе первых.

Встретившись на Великой войне малых империй, они вместе побывали в множестве переделок, вместе с Вольным Легионом прошли шесть боевых походов. Конечно же услышав о "Зубастом указе", друзья отправились за легким заработком - упыриными зубами. Одними из первых добравшись до Релаума, они вдвоем отправились в лес. А самое удивительное, что спустя неделю, они выбрались из него живыми. Точнее едва живыми, но зато с двумя десятками упыриных клыков!

Среди релаумцев они стали настоящей легендой. Но подобный "легкий" заработок бывшим легионерам не понравился. Грат провалялся две недели в койке из-за двух рваных ран. Одна на боку, вторая на шее. А вот вольная жизнь релаумских фермеров им понравилась. Они устроились охранниками харчевни к Нумару, чему тот был жутко рад. Еще бы - и охрана отличная, и реклама неплохая.

Арма и Грата за их безумный вояж по Релауму местные очень уважали, а Серым они просто восхищались. Хотя жизнь это ему не очень-то облегчало. Релаумский фермер ни за что не даст попрошайке даже корки хлеба, если тот способен сам её заработать. А не способные заработать до Релаума просто не добирались. Живыми.

Зато даже вся королевская гвардия не смогла бы добраться до Серого при всем её желании. Такового, правда, пока не наблюдалось.

Пикасто было не рабовладельческим королевством. При этом, не желая портить отношения с соседом, оно возвращало в королевство Канава беглых рабов. Тех, которые попадались. Релаумцы не выдавали беглецов, поэтому сюда пробирались беглые рабы с приграничных канавских рудников и каменоломен. Правда, чтобы выбрать между рабством и соседством упырей последнее, нужно было очень любить свободу.

Про все эти тонкости Серый еще не знал. Он видел, что его считают беглым рабом. И несмотря на все восторги, ему приходится вытирать столы, мыть полы и помогать разносить заказы официанткам по вечерам. Одно для Серого было ясно: лучше слыть заурядным, но свободным человеком, чем популярным беглым рабом.

*

Недавно Серый познакомился с местным бродячим артистом по имени Итол, который остановился на лето в соседней деревеньке и называл себя странствующий бард. Родом он был из Аурали - славной столицы королевства Трим. А в Релаум Итол пришел набирался местного колорита для написания новых песен. Серый быстро сдружился с этим веселым и еще довольно молодым парнем. Несмотря на молодость, Итол успел повидать жизнь, а также получить неплохое образование.

Серый попросил своего нового друга обучить его языку тримлян. Якобы чтобы лучше понимать баллады древнего Аурали в исполнении барда. Возможно, Итол догадался, что Серым движет не только тяга к искусству, но виду не подал. Вскоре Серый мог говорить как по исорски, так и на тримском бросте. Исорский был официальным языком королевства Пикасто и нескольких соседних мелких государств, что открывало большой выбор для создания себе легенды.

Работать Серому приходилось наравне со всеми, поэтому спал он в два захода: перед рассветом и после обеда. Днем посетителей было мало. Купцы использовали весь световой день для как можно более дальнего перехода.

Жил он в маленькой коморке вместе с мальчишкой на побегушках по имени Свит. Такие же, как во всей харчевне, стены из огромных бревен, кое-где утыканные клочками мха, составляли самую примечательную её часть. Узкое, больше смахивающее на бойницу, оконце в стене над кроватью Свита давало совсем мало света. Лежаки упирались в толстую дверь и представляли собой две кучи соломы, накрытые дерюгами, из похожего на мешковину материала. Все было чистым, однако имело далеко не эстетичный вид.

Немного оправившись от упыриных укусов, Серый втянулся в жизнь харчевни и стал её полноправным обитателем. Теперь ему был не страшен ни королевский гнев, ни местная шпана.

Серый об этом не догадывался, хотя и чувствовал особое к себе отношение. Его мучила неопределенность, из-за того, что он никак не мог разобраться, как к нему относятся релаумцы. Всё-таки сказывался языковой барьер. Одно было очевидно - большинство местных считает его беглым рабом.

Приятного в таком положении, конечно же, мало. Все мысли Серого были сосредоточены на том, чтобы придумать правдоподобную историю своего появления в Релауме. Это должно было укрепить положение Серого в местной общине, немного узаконив его статус или хотя бы сделав его менее рискованным. Выдуманная им история получилась мало романтичной, но зато довольно правдоподобной с точки зрения Серого. Оставалось рассказать её так, чтобы ему поверили.

*

Симоканнские погонщики мулов кутили всю прошлую ночь до утра. Их огромный караван полностью занял харчевню. Некоторым одиночным путникам пришлось довольствоваться соломой во дворе под охраной частокола. В зале не осталось ни одного свободного стола. Вино лилось рекой, закускам не было числа. Вся обслуга харчевни бегала до рассвета как угорелая.

Проснувшись ещё до полдня, Серый понял, что как всегда дико не выспался. Зевая и потягиваясь, он пытался размять затекшие руки и ноги. Спать и раньше часто приходилось прямо на лавке в обеденном зале, потому что добраться до своей коморки наверху просто не хватало ни сил, ни желания. А этой ночью, даже их со Свитом скромное жильё, отдали постояльцам. Выходит, что подниматься было теперь и некуда.

Оглянувшись по сторонам, Серый с грустью понял, что уборка предстоит нешуточная. Впрочем, как всегда. Более расторопный Свит уже суетился между столами, сметая с них объедки. Взяв веник, Серый принялся подметать пол.

Его по-прежнему удивляло, откуда у контрабандистов силы, на такие безумные гулянки? Ведь до этого они весь день шли в жару по опасной Релаумской дороге, а впереди их ждал ещё один изнурительный дневной переход. Он сам, не выпив даже капли спиртного, по утрам еле держался на ногах.

Приведя в порядок зал, Серый со Свитом пошли на кухню, в надежде перекусить. А заодно узнать для виду, конечно же, не нужна ли там помощь. Запах копченой зайчатины сводил с ума их голодные желудки. Однако светила им, максимум, каша. В дверях они столкнулись с Нумаром.

- Куда это вы направляетесь, бездельники? Что вы забыли на кухне? - недовольно пробурчал заспанный хозяин харчевни.

- Ну, может помочь чем надо... - протянул Свит.

- И перекусить не помешало бы, - добавил Серый, старательно изображая наивность.

- А кто зал убирать... - тут Нумар увидел, блестящие влагой, чистые столы с аккуратно придвинутыми к ним стульями. - Да, ребята... Видно вы действительно очень проголодались. Идите быстро поешьте и назад. Серый, я вижу, ты здорово навострился говорить по исорски. Есть просишь шибче Свита. Пора бы уже тебе нам поведать, откуда ты и как смог в одиночку добраться до моей харчевни. Кое-кто уже скоро взорвётся от любопытства. Это я не про себя.

- Прямо сейчас? - спросил Серый, разочаровано глядя вслед побежавшему на кухню Свиту.

- Поешь и сразу ко мне за стойку.

- Ага, - ответил Серый уже на бегу.

Свит, прислонившись к стене, уплетал свою порцию каши. Серый направился к Ламе, потому что никого другого на кухне видно не было.

- Привет! Как насчет того, чтобы накормить умирающего от голода человека копченой зайчатиной?

- А как насчет того, чтобы заплатить? - ответила Лама, изобразив коварную улыбку.

- Если бы он мог заплатить, то не умирал бы от голода, - усмехнулся Свит, слизывая с ложки остатки каши.

- С оплатой действительно беда. Видимо, придется есть кашу.

- Если будешь так корчить свой нос, то и каши не получишь, - смеясь, прибавила девушка и тут же протянула Серому полную миску.

- Умг, - только и ответил Серый. Он уже жевал первую ложку каши. Прислонившись к стене рядом со Свитом, Серый взялся за еду всерьез, и его миска пустела на глазах. Сам он походил на жадного хомяка. Работа нагоняла жуткий аппетит.

- Лама симпатичная девушка, скажи? - шепнул Свит, робко поглядывая в сторону официантки.

- Ну... Не буду спорить, - Серый также покосился на девушку. - А чего ты ждешь, раз она тебе нравится? Вперед!

- Понимаешь, есть одна проблема.

- Да? - удивился Серый немного притворно. Все его внимание поглощали остатки каши.

- Ей нравишься ты.

Поперхнувшись от неожиданности, Серый чуть не подавился остатками завтрака. Он удивленно взглянул на Ламу, но та была занята мойкой посуды и не обращала внимания на их разговор. Ошеломление на лице Серого сменила недовольная гримаса.

Свиту как и Ламе было лет по четырнадцать. Серый с высоты своих почти восемнадцати лет мог бы смотреть на них свысока. Но его опыт общения с девушками был, пожалуй, не намного больше, чем у Свита. Поэтому неожиданный разговор поверг его в полное смятение.

- Вообще-то это её проблемы, - растерянно пробормотал он.

- Я ей так и сказал, но ты же знаешь этих девчонок - они ни за что не станут слушать другого парня.

- Что сказал? На что ты намекаешь?

- Что она тебе не нравится. Ты мог бы поговорить с ней.

- Ха! У меня и так проблем по горло. И откуда ты знаешь, может она мне нравиться? - в ответ на эти слова лицо Свита приняло такое отчаянное выражение, что Серый испугался за друга. Ещё чего доброго умрет от горя или миской запустит. Шутки шутками, но выглядел парнишка довольно жалко. Хотя ничего смешного во всем этом не было. Серый не раз испытал это на собственной шкуре. Нужно спасать ситуацию.

- Но что я могу сделать?

- Просто скажи ей, что она тебе не нравиться, - с надеждой пробормотал Свит.

- Нет, Свит, брось. Ничего такого я Лане говорить не стану. Зачем мне её обижать? Ещё пожить охота. Давай я просто не буду ничего предпринимать, а ты действуй. Согласись - это уже немало?

- Немало... Тебе бы такое немало, - несмотря на недовольное ворчание, Свит заметно повеселел. - Ты же герой и о тебе говорят по всей Релаумской дороге. А я просто мальчик на побегушках.

- Свит, нет такой работы - герой. Я занимаюсь тем же, чем и ты - вытираю столы. Да! Мне же к Нумару надо. Идем вместе? - и не дожидаясь ответа, Серый быстро поспешил вон из кухни. Подальше от неудобного разговора. К другому неудобному, но неизбежному разговору.

Нумара они нашли за стойкой, трущим полотенцем одну из глиняных кружек. Серый подумал, что протирание кружек и стаканов до полной прозрачности, это любимое занятие барменов всех миров. Материал изделий при этом не играет никакой роли. Хотя, порой, в значительной степени усложняет поставленную задачу. Глиняной кружке Нумара до прозрачности было еще далеко, но, судя по всему, он не собирался сдаваться. У стойки, потягивая местный аналог виски, уже сидели Арм с Гратом. Судя по всему, их тоже интересовала история Серого. Немного смущенный такой широкой аудиторией, Серый нерешительно спросил Нумара.

- Рассказывать?

- Можешь ещё и сплясать? - хмыкнул Корчмарь. Оба охранника дружно заржали. - Тихо! А то будете слушать пересказ истории в караулке со слов Свита. Давай уже, рассказывай. Сказочник.

- Я из Узи. Это тримский портовый городок на реке Васибор, - начал Серый. После его слов Грат с Армом переглянулись и их улыбки стали еще шире. Хотя куда уж шире-то? Морды же треснут. Серый, стараясь не обращать внимания на их провокации, невозмутимо продолжал. - В семье я был уже пятым и не последним. Родственникам я был нужен, как телеге пятое колесо. Поэтому, когда мне исполнилось семнадцать, выпросил у отца немного денег и отправился в Арзарум на первом же корабле. На девятый день пути, когда корабль вошел в большой разлив Васибора и встал на ночную стоянку, мне понадобилось по нужде и я умудрился свалиться за борт. К счастью мы стояли близко к берегу. В темноте я перепутал направление и вместо корабля поплыл в противоположную сторону. Побродив в темноте по берегу, я чуть не свалился обратно в реку. Тут я понял, что лучше дождаться рассвета. Иначе совсем заблужусь. Так и задремал. А проснувшись утром, корабля на реке не увидел. И самой реки тоже. Один лишь сплошной лес вокруг.

- Интересно как это ты умудрился свалиться за борт в такой неподходящий момент? - невинно удивился Грат.

- А-а-а... - Серому от волнения перехватило дыхание. Неужели ему не поверят, и все его планы рухнут? - Мы с матросами немного отпраздновали мой выигрыш в кости. Поэтому ходил я не совсем ровно.

- Но все-таки доплыл до берега, - поддакнул в свою очередь Арм.

- Я же родился в портовом городе! - попытался возмутиться Серый.

- Парни, не мешайте рассказывать. Продолжай, Серый, нам всем жутко интересно дослушать до конца твою историю, - кивнул Нумар.

- А дальше и рассказывать нечего. Я быстро вернулся к реке и берегом дошел до дороги. А к вечеру уже был здесь.

- Ну, парень, ну дает. К вечеру он был уже здесь! - восхищённо передразнил Серого Арм. - Да любой из нас к вечеру был бы уже покойник. А большинство вообще к утру. Увеселительная такая прогулочка. А где ты того упыря нашёл, которого притащил за собой?

- Так он напал на меня возле самой харчевни, и я чудом от него убежал.

- Сам ты чудо, - не выдержал Нумар. - Ты же ему всю морду разбил и зуб выбил!

- Когда? - Серый по настоящему удивился. Несмотря на множество услышанных о себе сплетен всей истории он не знал.

- Ну, я уже не могу! - от смеха Грат повалился на стойку.

- Ладно, не приставайте к парню, - решил разрядить обстановку Нумар. - А ты, Серый, оставался бы пока в харчевне. Тебя же в Арзарум волки не гонят? Чего тебе там делать без гроша? Хоть и говорят, что там деньги на земле валяются, но поверь моему опыту: трупы в подворотнях там валяются, а не деньги. Особенно как шайки меж собой какие-нибудь сцепятся. Мой тебе совет: пока не заработаешь немного монет, в Арзарум даже не суйся. Через два дня у тебя первая зарплата. Не обижу. А вы, зубоскалы, не цепляйтесь к человеку, - повернулся он к охранникам. - Все, что хотел он рассказал. Если захочет, позже расскажет еще. Вот, кстати, и первый посетитель, пора работать.

Первым посетителем оказался купец из Валы. Он прибыл с караваном вчера вечером. За ним спускались два охранника и пятеро погонщиков мулов. Вскоре появились остальные его люди.

Такие купцы были основной клиентурой Нумара. В основном за их счет существовала цепь харчевен вдоль Релаумской дороги. Название контрабандисты подходило им, конечно, гораздо больше. Караваны пробирались по опасной дороге вдоль Релаума, потому что предпочитали встречу с упырем свиданию с королевскими таможенниками Пикасто и Канавы. Изредка в стычках погибали даже большие ватаги, но всегда находились все новые и новые охотники за легким золотом. Поэтому, хотя Релаумская дорога и слыла глухой окраиной, но назвать её безлюдной и мало оживленной никак нельзя.

Серый всерьез задумывался о своей дальнейшей судьбе. После слов Нумара, что без денег никуда не податься, он понял, что ему действительно необходимо. Хорошая легенда, конечно, здорово, но без гроша в кармане он так и остался никем, что бы о себе ни рассказывал. И что бы ни рассказывали о нем другие.

"Но где взять денег? Неизвестно как в Арзаруме, а на Релаумской дороге они точно не валяются", - печально размышлял Серый, протирая очередной стол. - "На заработки в харчевне много не накопишь. Сидеть в харчевне полгода или год это слишком. Пьяные контрабандисты и так уже в печёнках сидят. А что ещё?. Вот разве что грабить караваны", - усмехнулся он сам себе, вспомнив беззаботную земную жизнь. - "Интернет. Совсем недавно казалось, что без него не прожить и дня. Как всё было просто в компьютерных игрушках!"

*

Серый со Свитом как раз сидели возле стойки, когда бард Итол сцепился с Фосером. Драки не было, но разговор шел на таких повышенных тонах, что слышно было, пожалуй, даже упырям в лесу.

- Фосер, все это самообман. Тебя это просто не интересует, - запальчиво выкрикнул бард уже не в первый раз.

- Да ну что ты так кричишь, Итол? Нет просто времени, да и деньги нужны, - бормотал примирительно сын корчмаря и с надеждой заглянул в свою кружку. Судя по скорченной им гримасе, пива там давно уже не было.

- Если бы ты действительно интересовался книгами и науками, то нашел бы и время, и деньги. Я тебе больше скажу, если бы тебя по настоящему интересовали науки, я бы встретил тебя не здесь за стойкой, а в Арзарумском университете философии, - не унимался разгоряченный тримец.

- Все ведь не так просто. Отцу тоже может не нравиться его работа, но он же ради меня...

- Да ведь ты же несчастлив, тебе тоскливо и плохо! Сам ведь жаловался!

- Но я должен помогать... - пытался оправдываться Фосер.