Помоги проекту - поделись книгой:
- Наверное. У Тэмми миссия сделать нас всех толще на Новый Год - так она сможет поднять свой бизнес первого января. Она приносила выпечку трижды на этой неделе. – Еще раз поправив верх, она плюхнулась на другой конец дивана. – Это блестящий план, половина из нас там сладкоежки размером с Техас.
Я усмехнулась.
- Ты не настолько плоха, как некоторые из них. Пенелопа использует выдвижные ящички для тортиков Литтл Дэбби[1] каждую неделю, потому что пробегает рядом постоянно. Наверняка она съедает коробку печенья в день.
Поджав губы, Шарон отвела взгляд от меня.
- Ты можешь смеяться, потому что не понимаешь нашей борьбы. Я тебе говорила, что тайно ненавижу тебя за это?
- Тысячу раз, - просияла я. Понимая ее огорчение, и зная, что она без сомнения себя мысленно пинает каждый раз, когда прогибается, я смягчилась. – Посмотри, у каждого есть пороки, некоторые из них просто легче скрыть, чем другие.
- И каков твой порок? Я тебя знаю столько лет и никогда не видела, чтобы ты боролась с зависимостью,- она отпила немного кофе, в котором было в два раза больше сахара, чем в моем, я уверена.
- Жалость, - я с трудом сглотнула, опуская взгляд в свою чашку.
- Жалость? - повторила она, ворочаясь в кресле. – Как можно быть зависимой от жалости?
Прикусив губу, я посмотрела на нее. Ее каштановые волосы были в беспорядке, очки немного покосились, ее рубашка по-прежнему подпрыгивала вверх, а леггинсы не скрывали живот, но я никогда не прекращала видеть ее красоту. Я была в состоянии найти красоту практически везде.
За исключением смерти Бабули.
- Я прокручиваю последние недели Бабуля в голове снова и снова. Если бы я осмотрела ее или заставила раньше пойти в госпиталь, она была все еще здесь сегодня. У нее была пневмония, а не рак. Она…- слезы жгли глаза, грудь сжало так, что стало трудно дышать. Я попыталась успокоить свою панику. Каждый раз, когда я думала об этом, то пинала себя, снова и снова. Ей не нужно было умирать.
Шарон подвинулась ко мне, положив твердую руку на мое бедро.
- Ты не можешь изменить то, что уже случилось, дорогая. И у тебя не может быть будущего, пока ты живешь прошлым. Она бы не хотела, чтобы ты перестала жить, только потому что она умерла., - Шарон крепко обняла меня.
Горький смешок вырвался из меня, когда печаль укоренилась в моем сердце, слезы наконец-то вырвались на свободу и стремительно заскользили по щекам.
- Стоун говорил то же самое, - я сглотнула. – Он сказал много замечательных вещей, которые заставляют меня чувствовать себя полной дурой за то, что поверила ему сейчас, - я почувствовала как черты лица исказились, пока я боролась за контроль. – Я действительно не ожидала. – Я покачала головой в смятении. – Я была слепа и просто глупа. – Потянувшись, я поставила чашку на столик. Откинувшись на спинку, я вытерла щеки. – Я настолько отчаялась найти кого-то, что вообще игнорирую признаки, указывающие на потенциальный плохой исход?
- Дорогая, тебе тридцать. Мы все немного отчаялись в этом возрасте. Черт возьми, я больше чем немного отчаянная в сорок. Я начинаю думать, что это никогда не произойдет и от этого только хуже. У тебя еще есть время, у тебя все еще есть надежда. А у меня капризный кот, который ненавидит объятия и бесперспективная работа, и лишний вес. – она легонько встряхнула меня. – Но у тебя есть надежда, Лора, надежда, которую я хотела бы иметь.
Легкая улыбка пробилась сквозь мое расстройство, хотя она была не совсем уверенной. Она была для того, чтобы скрыть новую волну боли, расцветающую в душе из-за подруги.
- Это очень грустно Шэр Бэр, - я ухватилась за ее руку и шмыгнула носом, пытаясь усмирить эмоции. – Но если я не могу сдаться, то ты тоже не можешь. Помнишь, мне нужно сыграть свадьбу весной на лугу с цветами, а ты достойна своей осенней свадьбы. Если сейчас мы остановимся, то никогда не заполучим их.
Она выпрямилась и повернулась ко мне.
- Звучит ужасно, но я с нетерпением жду того дня, когда встречу правильного мужчину. – Ее глаза заблестели. Шарон прятала боль лучше, чем большинство, и у нее было прошлое, которое бы разбило большинство людей.
Мое сердце болело за нее. Схватив ее руку, я легонько сжала.
- Только потому, что ни один мужчина не приблизился к тому, чтобы быть достойным разделить с тобой этот день.
Уставившись в черный экран телевизора через всю комнату, она вздохнула.
- Может, ты и права, - она легко сжала мою руку в ответ. – Слушай, дорогая, ты по-другому реагировала на Стоуна. Я обычно не сторонник этой всей выжидающей фазы, но он, казалось, делает тебя счастливее, и я думала из всех мужчин чата, он кажется самым-самым и поэтому заслуживает презумпции невиновности. – Отпустив меня, она встала, посмотрела сверху вниз и сжала губы в решимости. – Но только на ближайшие сорок восемь часов. После этого он станет героем моей книги.
На этот раз моя улыбка была искренней.
- Спасибо.
Ее ухмылка намекала на грусть за ее словами.
- Ты все, что у меня есть, Ло. Я всегда буду рядом с тобой, пока ты есть у меня.
- Ээй, если я не могу жить прошлым, то и ты не можешь, - я сузила свои глаза, моя улыбка померкла.
Шэр закатила глаза.
- У всех нас есть свои демоны, верно? – она пыталась придать тону радость, чтобы сделать менее очевидными свои грустные мысли, но она никогда не могла скрыть правду от меня.
Подвинувшись на диване, я кивнула в согласии.
- Демоны, пороки, кофе и вино.
Это сокрушило ее настрой. Она выбросила руки вверх.
- Спасибо высшим силам за это вино, - она засмеялась и опустила руки. – Я знаю, что мы выпили две бутылки вчера вечером, но не думаю, что не куплю одну сегодня по пути домой.
- Просто не дай ему дать зависимостью, - подмигнула я.
- Дорогая, вино на уровне выше зависимости. Это мое проклятое здравомыслие после решения проблем всех этих идиотов, со звонками которых я работаю весь день, - она глотнула еще кофе.
- Как там говорит Пауль? – я постучала пальцем по подбородку в задумчивости. – О, вспомнила, - подняла палец вверх. – Обслуживание клиентов – неблагодарная работа, но какой-то идиот должен это делать.
Шарон покачала ногой, сделав глубокий вдох.
- Разве это не правда, - она залпом проглотила остаток напитка, передав мне чашку. – Ладно, дорогая, мне нужно наконец-то попасть домой, принять душ, переодеться и вернуться к неблагодарной работе.
- Эй, - я сжала ей плечо, привлекая ее внимание. – Я знаю, что сверхурочные хорошо сказываются на твоей зарплате, но постарайся не доводить себя до инфаркта. Я помню насколько напряженная работа в это время года, - я быстро обняла ее, – напиши мне позже.
Вернувшись в гостевую спальню, она покачала головой в смятении.
- Клянусь, иногда ты ведешь себя как старуха.
Я закатила глаза и улыбнулась.
- Это называется – беспокоиться, потому что я люблю тебя.
- Я тоже люблю тебя, дорогая, - она откинула волосы через плечо и послала мне воздушный поцелуй.
Схватив подушку, я кинула ее в Шарон.
- Иди уже, а то опоздаешь. Долго ты собираешься. - А теперь ей нужно вдвое больше времени, потому что я научила ее как делать прическу и макияж, гарантируя, что она всегда будет выглядеть прекрасно, на случай, если она столкнется с мистером Тот Самый.
Она засмеялась.
- Ох, прошу, ты думаешь, я всегда опаздываю, потому что не успеваю.
- Именно. А теперь иди, - я махнула рукой.
- Эксплуататор, - Шарон шмыгнула носом, но в ее тоне была игривость.
В годы, когда я познакомилась с Шарон, мы обе стали более уверенными, и это отчасти было связано с нашей дружбой. Мы чувствовали уверенность, зная, что кто-то всегда будет на твоей стороне. Это позволяло подняться, быть смелее.
Она сделала это для меня после смерти Бабули. И поэтому она всегда будет в моем сердце.
Я наблюдала, как она скрылась в гостевой спальне. Шарон была единственной гостьей, которая занимала эту комнату, но она не хотела, чтобы это была ее личная комната. Мы говорили о том, чтобы жить вместе, множество раз, но когда разговор зашел о том, что нельзя будет перенести чье-нибудь «свидание» на дом, идея была похоронена.
Жуткий крах хреновой личной жизни.
Подхватив свою чашку, я залпом допила свой кофе и отнесла пустые чашки на кухню. Несколько минут спустя я услышала прощальные слова Шарон по пути к двери.
- Хорошего тебе дня, - крикнула я, вытирая вторую чашку, прежде чем поставить ее в тумбочку. Я попыталась убираться, хотя собиралась в эти выходные не заниматься домашними делами. Но если бы так, то мне бы пришлось весь день думать о Стоуне.
Вздохнув, я пошла в свою комнату, чтобы на всякий случай взять телефон. Потому что независимо от того, что я была на него обижена, за то, что он отменил все в последнюю минуту, какая-то часть меня надеялась, что он напишет, и сделает, как говорила бабуля, как правильный мужчина. Извинится и помириться со мной.
Стоун
Перевернувшись, я вытянул руку вверх на подушке. Я все еще не мог дышать, но по крайней мере сегодня все уже не настолько сильно болело.
Схватив телефон с тумбочки, я пролистал сообщения. Ни одного от нее. Черт.
Последняя женщина, с которой я общался он-лайн, взорвала звонками мой телефон, и я должен был заблокировать ее всюду. Как иронично, мне хотелось, чтобы Лора была больше похожа на ту женщину. Я чувствовал себя преследователем, потому что она никогда не писала мне первой. И как часто, достигая чего-то, я уходил. Я не тратил много время на анализ, как бы это ни было пафосно.
Когда-то отец сказал мне: «Правильная женщина сделает тебя тем, кого ты в себе не узнаешь, она заставит тебя делать то, что ты думал, никогда не сделаешь и, делать все с улыбкой».
Это не значит, что я не провожал женщин, которых находил, чтобы привлечь, просто никогда не было такого рвения. Обычно к этому моменту они делали достаточно вещей, которые чертовски раздражали меня.
Она была исключением. Я не мог сказать точно, в чем, но она была другой. Или, может мое отчаяние зашкалило.
Посмотрев на телефон, я понял: это не так. Мне не терпится познакомиться с ней, увидеть все эти изгибы вживую, но не потому, что у меня не было других вариантов. Они просто перестали интересовать меня, когда Лора вошла в мою жизнь.
Пролистнув к ее имени в контактах, я быстро написал.
«Доброе утро, красавица. Прости за вчерашний вечер», - я мог только надеяться, что она была всепрощающей женщиной.
Спрыгнув с кровати, я пошел принять горячий душ. Если мне повезет, то пар поможет снова дышать через нос. Я звучал, как чертов Дарт Вейдер. Это гарантированно исключит любое свидание.
Эта мысль скрутила все мои кишки, а мой медведь поднял голову, когда огорчение проскользнуло по мне. Я должен был превратиться прошлым вечером. Я должен был плюнуть на все и пройти через это. Я бы не стоял здесь, как идиот, представляя, как же она пахнет, хотя я не вообще мог почувствовать запах сейчас или какая на ощупь ее кожа.
Я не был бы здесь с массивной гребаной эрекцией, основанной только на любопытстве. Эрекция, возможно, была и из-за чего-то еще, но конкретный факт, она была из-за размышлений жалкого вер-медведя.
Прижав ладони к кафельной стене, я позволил обжигающим струям воды падать на меня. Даже во время болезни только мысль о ее изгибах и заставляла меня в мыслях приприжимать ее к любой поверхности и трахать ее сладкую киску. Добавьте к этому ее мягкость и непременно сладкий голосок, и я был близок к тому, чтобы кончить без единого прикосновения.
Блядь. Мой член напрягся, головка покачивалась у нижней части живота. Сжав кулак вокруг своего ствола, я зашипел. Я никогда не был настолько твердым только от мыслей о женщине.
О боже. Почувствовать ее сочные губки на члене, услышать, как ее нежный голосок стонет, пока я трахаю ее, видеть, как она отвечает, пока я вколачиваюсь в нее.
Блядь! Я задыхался, мое тело горело по совсем другой причине. Прежде чем я понял, что я делаю, предэякулят выступил на кончике головки и заскользил вниз. Одна рука прижата к стене душа, а я яростно качаю другой, мысленно представляя ее. Вода скользила между пальцами, облегчая каждое движение.
Дыхание было тяжелым, тело напряглось, каждый мускул сжался. Мои конечности стали гореть, моя потребность размножаться превратила меня в безумного, хищного зверя.
Закрыв глаза, я мысленно сфокусировался на ее груди. Черт. Я бы все отдал, чтобы присосаться к ее сочным дынькам прямо сейчас, а потом смотреть как маленькие холмики подскакивают, когда я вхожу в нее снова и снова, слушая ее крики.
Блядь! Жар пронесся вниз по спине и обосновался в паху, прежде чем я кончил. Стиснув зубы, я низко застонал, когда облегчение затопило каждый дюйм моего тела, когда волны удовольствия проносились через меня.
Тяжело дыша из-за влажности, окутывающей горло при каждом вдохе, я замер и открыл глаза. Взглянув вниз, я вздохнул. Черт. Прошло уже много времени с того момента, когда я последний раз так сильно кончал. Это придало еще больше решимости познакомиться с ней.
Хер с ней. Болезнь или не болезнь, я встречусь с ней сегодня, даже если мне придется прочесать каждую улицу в городе чтобы найти ее.
Сразу после того, как я схожу в «Режим Зверя», чтобы проверить, что все идет гладко.
Лора
Прошло уже четыре часа с тех пор, как он прислал мне сообщение. Я посмотрела на время отправки. Он проснулся в шесть утра в субботу, а ведь был болен.
Я нахмурилась, беспокойство зародилось во мне. Либо он был упрямым идиотом, который не позволял отдохнуть телу и восстановиться, или он на самом деле не был болен.
Прикусив нижнюю губу, я уставилась на экран. Был всего один способ понять – позвонить. Я работала медсестрой уже достаточно долго, чтобы понять, когда кто-то притворяется.
Нажав на иконку рядом с именем, я поднесла телефон к уху. Три гудка спустя Стоун ответил, и я сразу поняла, он не врал.
- Эй, красавица, - его голос был ниже, чем обычно, более хриплый и осипший и он говорил в нос.
Звук стал глуше, будто он прикрыл телефон рукой, но я все же услышала кашель.
Мое сердце обливалось кровью.
Пока не услышала звук металла о металл на заднем фоне.
Брови сошлись на переносице, и во мне вспыхнул гнев.
Поделиться книгой: