Помоги проекту - поделись книгой:
На боку у него висел славный, с чудодейственной силой славный меч Эскалибур, а следом за ним ехали два юных сына короля Пеллинора.
Мерлин с улыбкой спросил короля Артура:
– Что, по – вашему, драгоценней, король: меч Эскалибур или его ножны?
– Разумеется, меч!
– Нет, вы неправы. Хорош меч Эскалибур, но у этих ножен есть чудесное свойство: кто носит их на себе, не будет ранен в бою. И вот почему Пеллинор не мог поразить вас.
– Если бы я знал об этом, Мерлин, то бросил бы эти ножны. Ты омрачил мне радость победы, – опечалился король Артур
***
Прибыв в Камелот, узнал король Артур, что сэр Саграмор оправился от своих ран. Артур вернул ему белого коня.
– Здравствуй, верный боевой друг! – крикнул коню сэр Саграмор, а конь взвился на задние копыта и заплясал от радости.
– Я сам готов заржать, – заметил сенешаль Кэй. – О, если б каждый мой друг был бы хоть немного похож на этого коня!
И рыцари, смеясь, согласились с ним.
Повсюду прошел слух о могучем мече Эскалибуре и его волшебных ножнах.
Захотелось злобной королеве Моргане похитить меч Эскалибур. Глубокой ночью крадучись вошла она в спальню короля Артура. В головах у него лежал обнаженный меч. Моргана потянула меч за рукоять, но король шевельнулся и открыл глаза.
Попятилась королева и уже хотела уйти, как вдруг приметила драгоценные ножны, сверкавшие в лучах лунного света. Лежали эти ножны на полу в сторонке, потому что немилы они были королю Артуру.
Схватила ножны королева Моргана и скрылась из Камелота, а по дороге забросила их в первое озеро, какое попалось ей на глаза. Из воды появилась женская рука, поймала ножны на лету, и они исчезли навеки. Но король Артур не печалился об этой потере. Не хотел он защищать себя силою чар.
Однажды во время веселого пира король Артур покинул своих гостей и уединился вместе с Мерлином в далеких покоях.
– Говорите, король. Что тревожит вас? Кубок ваш остается полным, а ложе несмятым. В тоске бродите вы по замку!… Я все вижу!
– Добрый друг мой, вы столько раз приходили ко мне на выручку! Послужите мне еще раз. Поможете ли вы сделать так, чтобы я стал не похож на самого себя? Чтобы никто не мог узнать меня?
– Какой же облик вы хотите принять? Человека или зверя? Прекрасный или страшный?
– Я хочу походить на простого парня, Мерлин. Ведь простой парень может глядеть на кого пожелает… И тогда я отправлюсь в замок короля Леодегранса Камелиард, где живет дочь его – юная Гинерва. Ее избрал я дамой своего сердца. О, если б Гинерва стала моей женой!
При этих словах потемнело лицо Мерлина.
– Гинерва добра, умна, прекрасна, нет во всей Британии девушки, подобной ей. Но все же, король… изберите себе другую невесту.
– Нет, она или никто! Я полюбил ее в хижине отшельника, полюбил с первого взгляда и не могу разлюбить, как не может солнце с полпути вернуться обратно к востоку.
Глубоко вздохнул Мерлин и подал Артуру старый колпак:
– Если так, наденьте его, король.
Артур напялил колпак на голову, взял со стола серебряное блюдо и погляделся в него. И невольно рассмеялся. Он увидел молодого виллана, с лицом рябым, как кукушкино яйцо. Волосы торчат, как пакля, уши, как ручки у корзины.
Кто узнает теперь короля Британии?
Сбросил колпак король Артур и сразу принял свой прежний облик. Не стал он долго медлить и один, без воинов и свиты, поспешил в Камелиард.
В густом лесу, неподалеку от Камелиарда, приметил он хижину лесорубов. А чуть вдали лесорубы усердно стучали топорами. Увидев рыцаря, они остановились и стали глазеть на него.
– Хотите заработать несколько золотых? – спросил Артур.
– Охотно, сэр рыцарь, – обрадовались лесорубы. – Мы за всю жизнь свою и одного – то не видывали.
– Тогда сохраните моего коня и мои доспехи. И ни слова никому! Смотрите не проговоритесь.
Король Артур сошел с коня, снял с себя рыцарские доспехи и напялил на голову колпак. И тут лесорубы от страха обмерли: рыцарь исчез, а вместо него появился рябой парень. Шелковая туника превратилась в рваную одежду.
Махнул им парень рукой и побежал по дороге.
В Камелиарде Артур стал просить, нет ли для него какой – нибудь работы. Конюший и глядеть на него не захотел, повар прогнал прочь, а вот садовник пожалел парня.
– Ну уж так и быть, трудись у меня в саду, только старайся не попадаться на глаза господам. А особенно госпоже Гиневре… Скажу не во гнев тебе, молодец, уж очень непригляден ты. Посмотришь – глаза занозишь!
В тот же день, Артур, спрятавшись в густых кустах, увидел Гиневру. Она гуляла в розовом саду, но что по сравнению с ней были розы, и утро, и вся краса мира?!
Минуло несколько дней.
Однажды утром Мелисена, прислужница Гиневры, проснулась раньше обычного, на рассвете. Замок еще спал. Допевали свои песни ночные соловьи. Томная и тягучая волна чудесного аромата поднималась от роз. Вышла Мелисена в сад и вдруг замерла на месте. Стоит возле фонтана стройный прекрасный рыцарь. Волосы и борода у него цвета красного золота. Плещет он водой, омывает лицо и руки.
Услышал Артур шорох позади себя и бросился в кусты. Нахлобучил на себя колпак и снова вышел на дорожку.
– Эй, парень! – спросила Мелисена. – Где рыцарь, куда он исчез?
– Какой рыцарь?
– Да тот. что умывался сейчас у фонтана?
– Здесь, госпожа, никого, кроме меня, не было. Вам, девушкам, во сне и наяву рыцари грезятся.
– А ты еще и дерзить! – рассердилась Мелисена. – Смотри, я прикажу отхлестать тебя плетью.
Поспешила она к госпоже своей Гиневре и обо всем рассказала.
– Может ли это быть? – изумилась Гиневра. – Неведомый рыцарь здесь у меня в саду? Под моим окном? Завтра утром разбуди меня на рассвете: я хочу убедиться своими глазами, правда это или сон.
– Скорей, госпожа, скорей! – будит Гиневру Мелисена на другое утро. – Незнакомый рыцарь опять умывается возле фонтана.
Добежала Гиневра до фонтана. А возле него стоит рыжий мужлан. Взглянула Гиневра на влажную от росы дорожку и увидела, что к фонтану ведут следы только одного человека. А на мраморной ограде фонтана лежит золотая цепь, и сверкают в ней сапфиры и рубины. Только королю носить ее.
Зорко взглянула Гиневра на рыжего парня, словно пыталась прочитать на его лице что – то нужное для себя.
– Здесь только что был рыцарь. Говори: куда он скрылся?
Молчит парень, с лицом кукушкиным, некрасивым, потупил голову.
– Что молчишь? Глухой ты или немой? Отвечай немедленно! Ты – то сам зачем здесь?
– Я подручный садовника, госпожа.
– Сними шапку перед дочерью короля, невежа! – сердито крикнула Млисена.
– Не могу, госпожа моя, – смиренно ответил парень. – На голове у меня плешь, во – от какая большая.
– Хорош же ты! – усмехнулась Гиневра. – Вот тебе мой приказ. Возьми эту драгоценную цепь и отдай тому, кто забыл ее здесь. А мне поднеси корзину, полную свежих роз.
Парень срезал самые лучшие розы в саду, положил их в корзину и подал ее Гиневре.
– Опустись на колени, неуч! Разве так служат дочери короля?
Опустился на колени парень, не ожидая подвоха, а Гиневра внезапно сорвала с него колпак.
Король Артур вскочил на ноги, и увидела Гиневра: стоит перед ней прекрасный рыцарь, статный и стройный, а волосы и борода у него цвета красного золота.
Словно каменными стали Артур и Гиневра, стояли неподвижно и молча глядели друг другу в глаза долгим взглядом.
Будто невзначай уронила Гиневра на землю вышитый шарф. Медленно повернулась она и пошла в замок. А Мелисене наказала:
Прошел день – другой, и воцарилось в замке Кмелиарде великое смятение, какого ранее не бывало.
Вторгся в страну со своей дружиной злобный и воинственный герцог Нортумберлендский и стал лагерем неподалеку от Камелиарда. Зычно возвестили герольды, что герцог шлет вызов королю Леодегрансу. Готов сразиться в в единоборстве хоть с ним самим, хоть с любым из его рыцарей. А иначе поведет герцог свое войско на приступ.
Но стар король Леодегранс. И нет у него рыцарей, способных одолеть такого могучего воина, как герцог Нортумберлендский.
Правда, в Камелиарде гостили четыре рыцаря из дружины короля Артура. Двое из них его родные племянники – сэр Гавейн, сын Морганы, и сэр Ивейн, сын Маргазы, – уже прославили себя множеством подвигов. И остальные двое – сэр Пеллиас и сэр Герайнт – тоже могли похвалиться знаменитыми победами.
– Госпожа Гиневра просила нас о помощи! – воскликнул Гавейн. – Я приму вызов герцога.
– Я тоже готов выйти на бой, – сказал свое слово Пеллиас. – Просьба девушки в беде – закон для рыцаря.
– Но мы только гости здесь, – возразил Ивейн. – Наперед бы следовало узнать волю короля Артура, не прогневается ли он на нас за то, что мы поссоримся с его рецогом Нортумберлендским.
– Верность королю превыше всего, – согласился с Ивейном Герайнт
Слово за слово – закипел спор. Двое против двоих. Посыпались обидные слова.
А пока рыцари спорили, выехал из леса неизвестный воин в великолепных доспехах, украшенных золотой насечкой. К шлему привязан длинный шарф. Голубой с белым. Лицо закрыто шлемом. Приблизился он к шатру герцога Нортумберлендского и громогласно объявил, что принимает вызов.
– Не знаю, достоин ли ты биться со мной, – надменно ответил герцог. – Кто ты? Открой мне свое имя. Победы перечисли. Не против каждого обнажу я меч.
– Я дал зарок не открывать своего имени, – отвечал неведомый рыцарь. – Но вот перстень короля Артура. Я из числа его рыцарей, и, поверь мне, не последний. Нет для тебя стыда биться со мной.
– Похваляешься? Посмотрим, каков ты в деле.
И вот начался бой на широком поле.
Смотрят воины Нортумберленда, смотрят с крепостных стен защитники Камелиарда.
Прильнув к узкой бойнице, глядит Гиневра. Сильно забилось ее сердце, краской алой покрылось лицо, когда узнала она свой шарф на шлеме неведомого рыцаря.
У герцога на щите синий лев и девиз: «Ударом львиной лапой побеждаю». Гарцует на своем скакуне герцог, красуется в своем величии, уверен в своей победе.
Но подали сигнал громкие трубы. Рыцари помчались навстречу друг другу, в щепу разлетелись копья… и опустело седло, сброшен на землю сильным и верным ударом неведомого рыцаря герцог.
А с высоты башни кажется Гиневре, будто большой золотой жук ударился на лету о преграду, расставленную искусной рукой, и упал, оглушенный, на спину.
Ликуя, смеясь от восторга, сбежала она вниз с башни. Бежала по крутым и узким ступенькам, будто летела горлицей.
Призвала рыцарей, стыдливо прячущих лица из —за трусости своей, и молвила им с усмешкой:
– О верные рыцари короля Артура, как вы благоразумны и осторожны! Без его соизволения ни шагу, словно маленькие дети. Дивлюсь я, как еще к вам нянька не приставлена
Стыдом ожгло сердца рыцарей, краской пунцовой залились лица при этих словах, и Гавейн вскричал:
– Не смейтесь над нами так жестоко, госпожа моя. В наказание за то, что промедлили, готовы мы исполнить любое ваше повеление. Пошлите нас хоть в логово самого страшного дракона – и не дрогнем мы, принесем его голову!
– В логово дракона? Нет, задача моя потруднее – улыбнулась Гиневра. – Уж не знаю, будет ли она вам по плечу?…
– Прикажите только, – воскликнули рыцари.
– Мелисена, приведи рыцарей в розовый сад. Там ты покажешь им одного из моих слуг. Того. Кто срезает для меня цветы… С этой минуты, рыцари, вы должны покорно служит ему, словно королю, пока не скажу я: «Довольно». Всякую волю его надлежит вам исполнить в точности. Для начала послужите ему за столом.
Побледнел Гавейн – не этого он дал. Смутились и другие рыцари.
Но нечего делать – слово дано. Слово рыцарское, а оно как присяга для рыцаря – нарушить нельзя.
Пошли рыцаря вслед за Мелисеной в розовый сад, печально головы опустив свои. Еще бы, им, знатным и богатым, надо обслуживать простолюдина! Какой позор!
А там садовник ругает на чем свет стоит рыжего и рябого парня: где он пропадал и как смел отлучиться.
– Насмешница нарочно выбрала самого скверного урода из всех своих слуг, – скрежетал от злости и негодования Ивейн.
– Не угодно ли пожаловать к столу в пиршественный зал? – сказал Гавейн парню, дрожа от гнева. – Угостим вас на славу.
Парень открыто и без краски смущения посмотрел на рыцаря и ответил, едва ли не по – королевски:
– В самом деле, солнце высоко, пора пообедать. Пусть двое из вас носят кушанье из кухни, а двое прислуживаю мне, подают пищу и наливают вина в кубок.
От такой неслыханной речи, дерзкой и с повелительными нотками, рыцари глухо зароптали:
Поделиться книгой: