Баллада о Мертвой Королеве

Объявив распродажу, шасы распространили ее не только на товары Тайного Города, но вообще – на все товары. И потому в торговом зале самого большого супермаркета Гильдии царила суета, несмотря на довольно позднее время. Покупатели метались от полок с бытовой химией к колбасам, от них – к апельсинам, бутылкам, сметане, кашам быстрого приготовления и одноразовой посуде. Пестрели перечеркнутые ценники. К кассам выстраивались длинные очереди. Сотрудники не успевали подносить к полкам товар, а живые карпы неспокойно кружили по аквариуму, не понимая, с чего вдруг эти странные существа принялись вести себя так импульсивно.

Карпов вытаскивали из воды и бросали на весы.

Этого они тоже не понимали.

– До чего интересно! – Лакриций не удержался – остановился и снял общий план.

Белосвет обернулся на щелчок фотоаппарата.

– Зачем тебе эти кадры? Здесь только челы.

– Ты посмотри, какое шоу! – улыбнулся ко́нец и прицелился объективом в девчонку в мини-юбке, снимавшую с верхней полки белоснежный кремовый торт.

Тр-р-щелк!

– Какое шоу?

Лакриций взглянул в жидкокристаллический дисплей фотоаппарата, удовлетворенно хмыкнул и поднял глаза на люда.

– Ты не понимаешь?

– Нет.

– Тогда не важно! Лучше помоги придумать название.

– Для этой фотографии? – уточнил Белосвет.

– Для серии, – отозвался Лакриций. – «Праздник потребления»? Гм… По́шло. Может, «День удачи»?

– Мы ведь говорим о распродаже.

– Зато они счастливы!

– Разве? – Люд оглядел покупателей, на лицах которых постепенно проявлялось выражение сосредоточенного напряжения, и покачал головой:

– Вряд ли.

– Приглядись, – предложил ко́нец.

– Перестань маяться дурью. У нас заказ.

– Это стрит! Великое искусство репортажной съемки!

– Это потеря времени.

– Ладно. Когда смонтируем, увидим, кто был прав.

Обиженный оператор опустил фотоаппарат и заспешил к неприметной металлической двери с надписью «Служебный вход». Белосвет намеренно пропустил его вперед, ухмыльнулся и зашагал следом, готовый пресечь любые попытки ко́нца вновь увлечься искусством фотографии в рабочее время.

За табличкой скрывался небольшой холл, в который выходили двери лифтов. Прямо у двери расположился маленький столик, за которым скучал молодой чуд в форме службы безопасности.

– Служебный вход! – пробормотал он, среагировав на открывающуюся дверь. – Посторонним вход запрещен.

А сам продолжил переписываться с кем-то в мессенджере.

– «Тиградком», – сообщил Белосвет.

– За покупками?

– По работе.

– Репортаж, – добавил Лакриций, который уже нажал кнопку вызова лифта.

– Смотрите, чтобы вас там не затоптали.

– Зрители?

– Покупатели.

– Не в первый раз.

Поднявшись на второй этаж, посетители попадали под дизайнерские своды совсем другого супермаркета – в волшебное царство Биджара Хамзи. Клиентов встречали вышколенные девушки, об очередях здесь не слышали, в процессе изучения каталогов можно было побаловать себя чашечкой кофе, или бокалом коньяка, или просто посидеть в широком кресле – все зависело от суммы заказа.

На втором этаже правила бал сдержанная роскошь.

Но сегодня оживление, вызванное щедрой распродажей, проникло и сюда. Разумеется, стойки с персоналом не сменили жужжащие кассовые аппараты. И девушки на входе все так же приветливо улыбались, предлагая посетителям помощь. Но менеджеры передвигались между клиентами в два раза быстрее, все кресла были заняты, то здесь, то там, точно на великосветском приеме, виднелись кучки беседующих друг с другом нелюдей, порхали официанты, а у демонстрационного зала толпились покупатели.

Каким-то чудом шасы удерживали возбужденных клиентов на самой грани безумия, искусно лавировали между спросом и предложением, ценой и качеством, скидками и прибылью и не забывали успешно избавляться от лежалого товара, сбывая его представителям всех рас и семей.

– Мы по договоренности с Селиной Хамзи, – сообщил Белосвет девушке за стойкой и окинул взглядом тщательно срежессированный хаос.

– Оптовые закупки для «Тиградком»?

– Съемочная группа.

– Одну минутку… – Администратор взялась за телефон.

Племянница Биджара Хамзи, запыхавшаяся и ужасно озабоченная, появилась через несколько минут. Но оказалась не только симпатичной, но и деловой: Селина выстреливала требования короткими пулеметными очередями, успевала говорить по телефону, улыбаться знакомым и что-то отмечать в планшете, пока мчалась к нужному отделу, чудом удерживаясь на виражах на каблуках-шпильках.

Купить в супермаркетах Гильдии можно было все что угодно, от зубочисток до ядерного оружия, но в сезон распродаж хозяева делали ставку на ширпотреб, меха и ювелирные украшения.

Репортажи о счастливицах-чудах, которые щеголяли в норковых манто перед гвардейскими капитанами, самодовольно подкручивающими ус, о модельных ведьмах Зеленого Дома, наряженных в дизайнерские шмотки, и расфуфыренных ко́нцах, купавшихся в женском обожании, повторялись в том или ином варианте из года в год. Такие репортажи всем давно надоели, но консервативные шасы продолжали платить, а «Тиградком» – снимать.

Повинуясь указующему персту Селины, Белосвет и ко́нец свернули к отделам косметики, парфюмерии и женского белья. Несмотря на старания менеджеров, здесь скопилась небольшая очередь, было шумно и пестро. Такое количество прекрасных дам не снилось даже владельцам популярного женского клуба «Кастрюля».

Лакриций сделал такой глубокий вдох, точно собирался прыгнуть в воду с пятиметровой вышки, а через секунду – еще один, на сей раз – печальный, потому что услышал прохладное напоминание от Белосвета:

– Не накосячь, как в прошлый раз.

– Помню я, помню.

В прошлый раз ко́нец поддался царящему вокруг возбуждению и бросился в пучину любовных утех, едва не сорвав Белосвету репортаж, а шасам – распродажу. Тогда скандал удалось замять, но люд не хотел повторения.

– Все будет нормально, – пообещал Лакриций. И поднял камеру. – Поехали.

Белосвет отработал короткое вступление, взял несколько интервью, поулыбался дамам, постоял рядом с командором войны, выгуливающим на распродажу молодую подругу, затем велел Лакрицию «наснимать всякого», а сам отошел в сторону и открыл на смартфоне записную книжку.

Примерно полгода назад люд снимал репортаж о тяжелых буднях агентов Службы и почти неделю мотался с одним из них по Тайному Городу, отвечая на все приходящие вызовы, начиная с внезапного отключения артефакта морока, из-за чего перепуганные челы увидели пролетающего над Сити дракона, и заканчивая уборкой трупов. Сопровождающего звали Тахас Томба, и они с Белосветом, можно сказать, сдружились.

– Тахас, привет, можешь говорить?

– Бел, дружище, конечно, – жизнерадостно отозвался шас. – Чем дышит медийная составляющая Тайного Города?

– Скандалами и грязным бельем.

– Потерял розовые очки?

– В том числе и с твоей помощью.

– Обратись в нашу Службу, Бел, мы можем вернуть все, – Тахас усмехнулся и добавил: – Согласно действующим тарифам, разумеется.

– Вот я и звоню.

– Что случилось? – насторожился Томба.

– Нужна кое-какая информация.

– Ты ведь знаешь, что нам запрещено давать интервью, – тут же напомнил шас. – Корпоративные правила и все такое. Жизнь клиентов не обсуждается и не выставляется на всеобщее обозрение. Кто именно тебя интересует и сколько ты готов заплатить?

– У меня один маленький вопрос, который не приведет к скандалу и никак не отразится на твоей репутации, – мягко произнес люд. – Я мог бы позвонить оператору, но не хочу тратить время на бюрократические формальности.

– Похоже, ты решил сэкономить на старом друге, – протянул Тахас.

Однако отделаться от Белосвета было трудно – он хорошо продумал атаку и позвонил старому другу не просто так.

– Кстати, знаешь, где я сейчас нахожусь? Делаю репортаж о распродаже в супермаркете Биджара.

Шас засопел.

– И совершенно случайно увидел тут Клариссу с подругами…

Сопение стало сильнее.

– Хочешь, мы снимем твою подружку в рекламе нижнего белья? Вижу, там есть что снимать…

– Держись от Клариссы подальше, – нервно попросил Тахас.

Однако Белосвет сделал вид, что не услышал:

– Тут как раз Лакриций…

– Только не надо мне угрожать.

– А ему нравятся брюнетки… Ты помнишь Лаки?

Если даже Тахас и не помнил Лаки, он совершенно точно понимал, на что способен лысый оператор, и сдался:

– Свяжи своего ко́нца и не подпускай его к Клариссе на пушечный выстрел, – проворчал он. – За это я, так уж и быть, отвечу на твой вопрос, если он действительно окажется простым.

– Бесплатно ответишь, – уточнил Белосвет.

– Разумеется.

– Сегодня в Петровском парке была большая буза.

– Скорее, резня.

– Увы.

– И, кстати, ты там был, – припомнил шас.

– Мне до сих пор снятся кошмары.

– Ты еще не ложился спать, – поморщился Тахас.

– Неважно, – рассмеялся люд. И снова стал серьезным: – Я хочу повертеть эту историю. Она тянет на отличный репортаж.

– Она тянула бы на сногсшибательный репортаж, если бы не была засекречена Великими Домами, – отозвался Тахас. – Что тебя интересует?

– Кто из ваших там побывал?

– Погоди… – Белосвет услышал, как пальцы шаса забегали по клавишам. – Седьмая оперативная группа. Они прибыли грузовым порталом вскоре после дознавателей Великих Домов.

– Их я видел.

– А чего не подошел?

– Кто приехал первым?

– Ты с приятелями.

– А после нас?

– Дознаватели.

– А из ваших?

– Я же сказал: седьмая группа, – в голосе Тахаса послышались раздраженные нотки. – Ты что, надышался распродажей?