Уровни Эдема [СИ]

Повернулся к Юлии и с улыбкой предложил:

- Пойдем?

На меня смотрел жалостливый и задумчивый взгляд карих глаз.

- Сергей, я не голодна. Может, просто прогуляемся? - Спросила она.

- Я обещал, и я перед вами обязан, - стоял я на своем, взял ее ладонь в свою и сделал шаг в сторону кафе.

- Сережа, будет достаточно просто мороженого, - улыбнулась она, указывая взглядом на магазин и не двигаясь с места.

- А, вы не подумайте, - спохватился я, сопоставив взгляды и сцену с мелочью, и тут же достал красненькое доказательство своей платежеспособности из кармана. - Вчера ведь зарплата была, - спохватившись, залегендировал я свои капиталы. - К тому же, я тоже пропустил обед и сам не против перекусить, - голодными глазами посмотрел я в сторону вывески кафетерия.

- Сергей, - закусила она губу, о чем-то взволнованно думая. - А давайте я нам приготовлю? Купим продукты, - шагнула она в сторону магазина.

- Да, но я обещал кафе, - смутился я. - Уверяю, там уютно и очень вкусно.

- Не беспокойтесь, я умею готовить не хуже, - гордо приподняла она носик и повела меня за руку к дверям магазина. - В кафе будет по пятьсот рублей на человека, - чуть тише пробормотала она. - А вам еще месяц на что-то жить.

Блин, гребанная легенда. Не спорить же, в самом деле. А сказать что-то на вроде 'мне родители помогают' - совсем плохо в глазах девушки.

Да и, если честно, любопытно отведать что-нибудь домашнего. Меню в кафе уже год не меняется, а память о домашней вкусноте еще не выветрилась с выходных. Опять же, стану расхваливать приготовленное ею на все лады, и инцидент с проводом будет исчерпан.

То, что кое-что начисто вылетело из головы за думами о еде, настигло меня после проворота ключа у второго замка и открытия двери.

- Приношу извинения, у меня небольшой ремонт, - закусив от досады губу, посмотрел я на разгромленную перфоратором прихожую.

За всеми рабочими хлопотами попросту не успел доделать проводку, так и оставив стены с сорванными обоями и прогрызенным на всю длину бетоном. Да и дома был нечасто, вот и вылетело из головы... Хоть, строительный мусор убрал и полы вымыл. Ладно, что уж теперь...

- Зато аренда недорогая, - словно не услышав меня, изобразила вдохновленную улыбку Юлия, благосклонно приняла мои тапочки на свои ножки и прошагала на кухню.

Ну и я, шурша пакетом с едой, в носках за ней, потому как второго набора тапок в этой квартире не предусматривало семейное положение.

Хоть кухня у меня приличная и холодильник большой. Только пустой - заглянул я в него вслед за хозяйничающей вовсю девушкой. Разве что нижние полки забиты закатками из дома.

- Вот, мама передала, - с теплотой отреагировал я на банки с вареньем. - Можно компот сделать.

Это чтобы хоть какое-то участие в процессе готовки принять - иначе стою тут в сторонке, чтобы стремительному вихрю Юлиных перемещений не мешать. Не уходить же из комнаты - вот и пытаюсь себе придумать дело. Ну или надеюсь дождаться настоящей мужской работы, вроде резки репчатого лука или выброса мусора. Могу еще мясо порубить, у меня для этого топор на балконе есть. Он в каждом доме должен быть. Только мы мясо не брали. Овощи разные, фрукты, сыр, немного грецкого ореха.

- Сережа, - коснулась Юлия моей руки и заглянула в глаза. - Скоро тебя обязательно повысят. Ты хороший парень, тебя все очень хвалят. Все наладится!

- А? Да нет, все отлично, - вынырнув из медитативной задумчивости, бодро опроверг я.

- Это поначалу тяжело, без стажа. Я вот в общежитии с подругой жила на эти шесть тысяч, но потом все наладилось. Премии стали платить за выслугу лет. - Стала она успокаивающе поглаживать меня по руке. - Сейчас уже почти двадцать две тысячи, вполне можно жить! Только подождать надо чуть-чуть.

- Да без проблем, не переживай, - чуть неловко отодвинулся, посмотрев на стол, где нарезанные компоненты нашей еды ожидали несобранным конструктором. - Может, поедим? - С надеждой добавил я.

Полчаса до конца обеда, в самом деле. Да и разговор неловкий.

- Ты еще недоедаешь, бедняга, - совсем жалостливо смотрела девушка.

- Да, - повесил я голову.

Если тактика с опровержениями не работает, то надо соглашаться. Так как легкий голод стал уже перерастать в ту фазу, когда хочется вцепиться в остатки не порезанного сыра зубами и с блаженством запивать горячим чаем.

- Я тебя покормлю, - нежно провела Юлия ладонью по моим волосам и заглянула снизу вверх карими бесконечностями заботы.

Руки как-то сами собой легли на ее талию и привлекли к себе, а губы легонько прикоснулись к приоткрытому ротику, готовые отпрянуть в то же мгновение, если почудится тень отказа - не важно, в движении, звуке или напряжении тела. Но ничего такого не было, в руках была теплая и приятная нега, а сверху мое предложение встретило напористое и активное согласие. Подхватил на руки, когда мои ладони уловили слабость в теле Юлии, и перенес в спальню.

В общем, в итоге обед свелся к кусочкам нарезанных вкусностей, которыми я с рук кормил девушку, то уклоняясь от игривого покусывания жемчужными зубками, то позволяя Юлии изобразить плохую девочку - порочную и уже опаздывающую на работу.

- Ой, я побежала, - спохватившись, коротко поцеловала она меня и принялась собирать одежду с пола.

А еще говорят, девушки медленно одеваются.

Ну и я, пользуясь привилегированным положением в отделе, не торопился вставать с постели, чтобы не мешать. В итоге, проводил ее до двери, и только после этого стал надевать рубашку. Затем таки наведался на кухню и догрыз остатки сыра под чай, ощутив сытость и полное довольство жизнью. Которое, увы, просуществовало недолго - до момента, когда на тумбе возле выхода не обнаружилась аккуратная такая и совершенно чужая тысяча рублей.

- Блин, Юля, - матернулся я, не зная, как реагировать. - Короче, верну, - наплевал я на легенды и якобы плохое финансовое состояние, положил купюру в карман рубашки, собрался полностью и пошел на остановку.

Потому что наши люди на работу на такси не ездят, а пешком - все же избыточно долго.

- У вас все хорошо работает? - Наведался я в кабинет Юлии, сетуя, что не записал даже номера ее телефона.

- Да, все в порядке, - невозмутимо ответила она. - Спасибо.

Собственно, после этого диалога внимание ко мне от остальных присутствующих в кабинете полностью исчезло. Пользуясь чем, присел рядом с ней, якобы рассматривая системный блок. Но вместо этого снял с ее ножки туфельку и медленно провел ладонью, едва касаясь, от пальчиков ног в направлении внутренней поверхности бедра. Юлия вздрогнула и сомкнула ножки, в районе коленок которых я и вложил сложенную вчетверо купюру.

- Не нужно благодарностей, - не менее буднично произнес я. - Если что-то случится, обращайтесь.

Собрался встать, как Юлия ловко зацепила купюру и закинула мне ее за воротник рубашки.

- Обязательно обращусь, - строго произнесла она. - Если что-то вновь пойдет не так, буду жаловаться вашему начальнику.

- Хорошо, - обреченно вздохнул я и потопал из кабинета.

Не рубашку же снимать у всех на виду, да и деньги можно потом на нее потратить. Тем более, что она уверена, что сделала хорошее дело - бедному парню помогла. А я, выходит, птица гордая, но неблагодарная.

Ее коллеги, тем временем, уважительно посмотрели в сторону Юлии и с видом 'знай наших' - в мою.

Ну а вечером, после работы, был клуб реконструкторов, которые за эти два дня пропусков уже меня потеряли. В этот раз настал черед спаррингов, традиционно приходящийся на среду, в котором ваш покорный слуга к удивлению коллектива взял первое место.

- Вот что значит упорный и систематический труд, - ставил Михаил меня в пример.

А я изображал улыбку и не знал, как относиться к тому, что стоило напрячься с копьем в руках - и все движения противника становились медленными, вязкими, будто картинно обозначающими удары, от которых до смешного легко было увернуться, в то же мгновение касаясь острием тела соперника.

Еще я не знал, как быть, когда после резкого движения головой, которым будто хотел скинуть наваждение, контуры тел ребят окрасились теплым ореолом, тускловатым в местах крепления доспехов и более ярким у непокрытой головы. Свечение пропало только после тщательного моргания - объяснил невольным наблюдателям, что попала пылинка.

Хотя, на фоне всего этого незнания, хотя бы один факт железно прояснился тем вечером.

После ряда поединков, я отложил копье в сторону и прошелся, разминаясь, по залу. Вернувшись, не глядя протянул руку в сторону копья, ожидая почувствовать его в ладони. Промахнулся. Зато оформившееся желание взять копье отозвалось слабым покалыванием в том месте, где остался символ-таблетка от исчезнувшего синего окатыша. Боясь спугнуть чувство, отвернулся от всех левым боком к стене и украдкой приподнял футболку - там, где был след на теле, теперь через изумление я видел деревянный конец того самого, пропавшего копья. Попытка тихонечко потянуть его завершилась облачком серой пыли и потерей сантиметра оружия, распавшегося, стоило соприкоснуться с воздухом школьного подвала.

Тогда-то и пришла мудрая и грустная мысль, похоронившая надежду вытащить копье здесь и поместить в этот 'карман' оружие посовершеннее - например, пулемет.

Вещи каждого мира принадлежат только ему самому.

Глава 11

Завершение эпопеи с компьютерами праздновалось роскошно, хоть и в узком кругу нашего коллектива из трех человек. Вечером четверга, с опережением установленного срока на один день, были подписаны и украшены печатями последние акты приемки, переданы в бухгалтерию, после чего дверь в наш кабинет была закрыта на ключ, а из двух больших пакетов, привезенных Эдуардом Семеновичем в обед, на начальственный стол стали выгружаться контейнеры с салатами, пачки сока, баночка икры, немного напластованного хлеба и праздничная бутылка шампанского. Да мы так ни одного дня рождения не праздновали. Хотя тут повод для счастья у шефа куда существеннее, чем минус один год до пенсии.

- Сегодня у нашего дружного коллектива три знаменательных события! - Шустро откупорив шампанское и разлив по пластиковым стаканчикам, взял слово Эдуард Семенович.

Я скосил взгляд на Анну Михайловну, оценивая реакцию на слово 'дружного'. Но та, в общем-то, смотрела нейтрально и внимала начальственным словам с полуулыбкой, удерживая импровизированный бокал на уровне груди.

К столу босса были поставлены дополнительные стулья, но праздничным речам мы внимали, разумеется, стоя.

- В первую очередь, хочу поздравить нашего дорогого Сергея Никитича с повышением, - поставив свой стаканчик на стол, шеф лихим движением открыл верхний ящик стола, выудил заполненный бланк приказа в прозрачном файле и величественным жестом протянул его мне. - 'Старший специалист первого разряда'!

Тут и мне пришлось поставить стаканчик, принять документ двумя руками и поохать, рассыпаясь в благодарностях и глазами поедая текст. Ведь кем я был до того? Простым специалистом первого разряда, а теперь - старший. Короче, оклад выше на пятьсот рублей и право на премиальные в шестьдесят процентов, что с коэффициентом в две целых пять десятых и минус НДФЛ дает нам двенадцать тысяч рублей заработной платы. Две трети аренды за квартиру, весьма неплохо.

- Спасибо, Эдуард Семенович, - изобразил я полупоклон и прижал документ к груди.

Тот с довольным видом отмахнулся и посулил дальнейший карьерный рост.

Выпили, заели, шустро наполнили стаканчики и приготовились внимать второму поводу для торжества.

- Наша прекрасная Анна Михайловна, - обратился шеф с новым тостом. - От всего коллектива желаю вам успехов в новой вехе вашей жизни.

'Это какой?' - удержал я любопытство.

- Пусть она будет вам подспорьем в работе и радует, - Эдуард Семенович в два шага прошел к окну и распахнул в занавеску, глядя на парковку.

Подошел вслед за ним и отчего-то сразу понял, о чем идет речь. Она одна там такая была - новенькая серебристая 'Лада Гранта' с номерами свежей серии, в длинном ряду тойот и мерседесов.

- Ну, с чего-то надо начинать, - обозначил конец тоста шеф, подмигнув заместительнице и опрокинул в себя шампанское.

Я тоже поздравил и отпил показавшийся горьким и невкусным напиток.

Значит, договорились таки. Честно, ожидал от Анны Михайловны диверсий, звонков в Москву, отказа подписать акт или же целого ряда замечаний, которые она в него запишет. А вышло вот оно как.

Только договорились-то они, а ночами, обеспечивая скромное экономическое чудо всем причастным, не спал я. В общем, осадок на душе остался, чего скрывать - но оно такое, сам ведь по тысяче за компьютер просил. Мог бы, по всей видимости, в три раза поднять цену - так кого в том винить?

Третьего тоста так и не дождался, начальство засело за стол и стало под еду с шампанским обсуждать вопросы своего уровня. Но, в целом, кому должны были быть предназначены еще одни поздравления - и так угадывалось. Шеф просто от скромности не стал возвеличивать себя, да и размер вознаграждения так же вряд ли стоил огласки.

- За уважаемого Эдуарда Семеновича! - Все же поднял я стаканчик, дождался нехотя поднявшихся шефов, чокнулся с ними и, пока те садились обратно, свинтил за свой стол, прихватив наиболее вкусный салат.

Те моего исчезновения не заметили, вновь вернувшись к разговору под шампанское.

Ну а я коротал время до конца банкета за компьютером, стараясь не сильно крошить на клавиатуру. Кое-как отделался от коловшего разум чувства разочарования - маневры Анны Михайловны прошли мимо меня, а значит стоило немедленно вычищать из наших периодических встреч прикипевшие было эмоции и быть куда осторожнее в будущем. Иначе рано или поздно продадут - сам не замечу, доверившись. Ведь могла намекнуть потребовать на вознаграждение за труды мои, но промолчала... Долей своей рисковать не захотела?

Заел грусть-тоску салатом и открыл новостную колонку. Затем сравнил с подборкой условно-развлекательных ресурсов на ту же тему и какой уже день подряд неодобрительно покачал головой.

Неделей раньше великий Китай объявил односторонний выход из соглашений о 'Той стороне' и объявил экспансию на новые территории. Даже лозунг под это дело ввели - 'Новые просторы родины!' и благоразумно начали строительство нового города вокруг группы из десятка порталов севернее Гуаньчжоу. Благоразумно - потому как лишние люди видны будут сразу (шпионаж в таком деле никто не отменял), да и вдруг мировое сообщество долбанет чем увесистым. А мировое сообщество очень этого хотело - судя по тем самым официальным новостям. Истерика в ООН поднялась адовая, раз за разом пытались принять запрещающие, угрожающие и призывающие меморандумы, но Китай всякий раз налагал свое вето на любой документ. Странная, все же, организация - всем серьезным странам наплевать на ее решения, а мнение несерьезных государств никому не интересно.

В общем, так бы и продолжалась вся эта говорильня, если бы вчера в пятимиллионном городе Шаньтоу на побережье Тихого океана не вспыхнула чума.

Тут даже говорить о масштабах начавшейся истерики как-то неловко. Во всех новостях всех стран мира - одно и то же. Траурная картина карантинной области, журналисты в масках (даже те, что в Нью-Йорке), данные о потерях мирного населения и призывы немедленно призвать Китай к благоразумию - ведь именно с порталами новости связывают новую беду. Никому не интересно, что между новым 'Городом южных ворот' и Шаньтоу что-то около четырехсот километров, а пресс-релизы правительства Китая сообщают о кратно меньшем числе заболевших и высоком проценте выживших. Все же, не средние века - есть лекарства и понимание стратегии борьбы. Ну а справедливые видео-доказательства, что инфекция после перехода через портал вообще не выживает - игнорируется начисто. Даже своими собственными гражданами игнорируется, судя по неким намекам на бунт, когда один из замурованных порталов в Шаньтоу хотели разблокировать для экстренного лечения зараженных. В общем, теперь там комендантский час, армия на улицах и никакого интернета - потому как истерика в сети заражает куда быстрее любой заразы и жертв от нее как бы не больше.

В нашей же стране смотрят на это все с опаской, а из-за расстояния - куда спокойнее и взвешеннее. Мол, граждане, не допустит портал к нам заразу - он вообще что-то типа иммунной системы меж двух миров, есть такая версия. Но о порталах вы все-таки сообщайте, если увидите. Мало ли...

Сдается мне, подставили китайцев, а смертельная инфекция в город прибыла не через портал, а в колбочке из заморских лабораторий. Но Китаю от этого не легче. Накрылись их 'новые просторы', думается.

- Пора и честь знать, - подняв пустую бутылку из-под шампанского и посмотрев через зеленоватое стекло на свет потолочной лампы, задумчиво вымолвил Эдуард Семенович.

Рядом поддакнула Анна Михайловна, и слегка неловко из-за выпитого поднялась с места. Это у нас стартовал традиционный забег 'последний убирает со стола'.

- Я еще посижу, поработаю, - дал я отбой этой неловкой гонке. - Сам уберу, не беспокойтесь.

В самом деле, покидать контейнеры обратно в пакеты - минутное дело. Тем более, что есть разница - быть назначенным крайним или благородно взять на себя несложное обязательство.

- До завтра, - признательно качнул головой шеф и покинул кабинет вместе с замом.

Я подождал пару минут и с интересом выглянул в окно, глядя на парковку. Что-то такси они не вызвали, странно. Вряд ли такой вечер хочется завершить толкотней в общественном транспорте. Хотя, может, сейчас вызовут...

Но нет - вышли мои боссы из здания и по прямой линии к 'ладе' Анне Михайловны. Машина моргнула отключенной сигнализацией и молча отреагировала на поглаживания шефом по своему капоту. Из-за окон и расстояния не понятно, о чем говорили двое возле 'гранты', но по чуть скованным движениям Анны и размашистым и легкомысленным позам босса, я бы поставил на то, что хозяйка сомневалась, стоит ли садиться за руль, а ее убеждали, что шампанское за алкоголь не считается. В итоге, Анна Михайловна села на пассажирское сидение своей машины, а Эдуард Семенович приземлился за руль и лихо вывернул с парковки.

- Алоу? - Набрал я номер городского батальона ДПС со скайпа. - Тут двое пьяных на серебристой гранте в сторону Ленкома поехали. Номер 643. Вот прямо сейчас, машина жутко виляет. Как бы не убили кого. Да не за что.

Нажал отбой и с невозмутимым видом вернулся к салатику. Заговорщики хреновы.

Снесет какой-нибудь придурок остановку с людьми, и уже потом выяснится, что не придурок это был до того, как пьяным за руль сел, а вполне уважаемый коллегами человек. Это уже потом он будет зэком, который отчаянно будет желать, чтобы его остановили на час раньше, пусть даже ценою прав.

В общем, никакого желания промолчать и стать соучастником, если они реально куда-нибудь въедут. Перед потерпевшими стыдно будет, они в чужой глупости не повинны.

Прибрал со стола, вымыл руки и по привычке заглянул в серверную.

- Девятнадцать градусов, - отметил я с довольством, глядя на индикатор кондиционера.

Один градус все же скрадывался через гипсокартонную перегородку, но особого дела до него не было. Материал фальш-стены под краской спокойно реагировал на соприкосновение двух полюсов температур - условного тепла северной и холода Эдема. Возможно, был конденсат по ту сторону перегородки, но для внезапного проверяющего это не будет заметно, а остальное не важно.