Вампиры (общий обзор проблемы)

Во-первых, они HЕ НУЖДАЮТСЯ в спячке как утром, так и вечером.

Они могут годами не возвращаться в свой гроб (склеп, убежище и т. д.), и ничуть не страдать от этого.

Они HЕ БОЯТСЯ солнечного света, электричества, ВЧ-излучений, Распятий (за исключением Ершалаимских и Мадьярских, но и те лишь сдерживают, а не уничтожают!), серебра в любом его проявлении, омелы и чеснока. Вбитый в Носфаратума осиновый кол не убивает его, а лишь "припечатывает" к месту, не давая двигаться, но стоит выдернуть кол — и Носфаратум "готов к новым подвигам"!

Уморить Носфаратума голодом также не удаётся: будучи заперт без еды (т. е. крови), он просто впадает в летаргию, в которой может пребывать тысячи лет и из которой мгновенно выходит при приближении любого теплокровного существа, которое и станет ему пищей.

Носфаратума можно "убить" определённым ритуалом, однако при этом гибнет лишь его тело, а душа его вселяется в его убийцу и продолжает жить в нём дальше (при этом душа убийцы, как правило, втискивается в умирающее бывшее тело Носфаратума).

Впрочем, Носфаратум способен "менять тела" и без угрозы смерти, просто переселясь из одного человека в другого, так что проследить "путь по Земле" любого конкретно взятого Носфаратума практически невозможно…

Помимо "инкарнационных" способностей Носфаратум обладает даром оборотничества, умея превращаться из человека в три дополнительных формы:

1. Летучую мышь;

2. Волка (или крупную собаку);

3. Туман.

Несложно догадаться, что законы оборотничества распространяются и на Носфаратумов, так что вес при превращениях сохраняется прежним.

Кроме дара оборотничества Носфаратумы обладают также и даром гипнотического внушения, хотя их слюна, в отличие от слюны Мули, не обладает наркотическим воздействием, имея сугубо анестезирующие свойства.

Зато кровь Носфаратума обладает интересным свойством: если человек выпьет хоть глоток крови Носфаратума, то попадет в полную зависимость к Князю Вампиров и подчиняется ему даже на огромном расстоянии, чувствуя его мысли, желания, воспринимая малейшие изменения в настроении, состоянии души Носфаратума, и, что самое главное, принимая его желания за свои собственные.

Знаменитый Влад Дракуля (правильная транскрипция этой фамилии именно "Дракуля", а не "Дракула" или "Дракул", как обычно печатается в книжках) был родом именно из Носферату. Так что не удивительно, если он вновь и вновь будет появляться среди живущих. Гораздо удивительнее то, что он до сих пор не загрыз в порядке мести ни авторов многочисленных жутиков "про Дракулу", ни сценариста и режиссёра телесериала "Дракула", заполонившего сейчас телеэкраны. Первых (включая туда и Брэма Стокера) — за то, что описали "лежания в гробу" и якобы "смертность" Носфаратума, вторых — за извращения, включая туда и непризнание Дракули Носфаратумом.

Все вышеперечисленные виды Вампиров обладают несколькими общими, роднящими их чертами:

1. Они все возникли на Земле;

2. Они все нуждаются в человеческой крови в качестве пищи, поддерживающей их существование.

Теперь же речь пойдёт о самом уникальном виде Вампиров.

6. Лассара, или Неземные Вампиры. Иногда их называют также

Вампирами С Голубой Кровью, что абсолютно соответствует истине, т. к. их кровь организована не на основе Fe(железа), а на основе Cu(меди), что и обеспечивает не красный, а сине-голубой цвет их крови.

Они не боятся никаких "антивампирных средств", не реагируют ни на омелу, ни на серебро, ни на осину. А чеснок даже любят потреблять в пищу.

К Распятиям, как, впрочем, и к различным "антивампирным" заклинаниям, абсолютно нечувствительны. Более того — не всегда даже понимают, что кого-нибудь ЭТО может испугать…

Порой представителей клана Лассар называют также Крылатые

Лассара. Что также соответствует истине: их раса имеет большие перепончатые чёрные крылья, хотя во всём остальном они абсолютно сходны с людьми.

Hа Земле известны только двое представителей этого клана: Алекс и

Феникс.

Феникс известен также под двумя прозвищами: Мастер Зеркал и Граф

Феникс. И если второе прозвище роднит его (в некотором роде) с

Калиостро, тоже носившим это прозвище, то первое относит его к

Странникам Зеркал, одним из представителей высшего эшелона власти которых он и является.

Об особенностях Странников Зеркал см. главу "Многомерные Зеркала".

Пока же можно отметить вкратце, что если провести по полной форме вызов Проводника (Зеркальщика), то в 60 % на вызов явится именно Феникс

Лассара. Причём он совершенно безопасен для вызвавшего его, т. к. при общении с людьми он не применяет классических "вампирских замашек".

Интересно также, что имя Феникс для данного Лассары вполне символично: если кто-то попытается убить его, то сперва это ему вроде бы удастся, но затем (на протяжении от пяти секунд до пяти минут)

Феникс возродится вновь, причём помолодевшим, а вот попытавшийся убить его умрёт, т. к. его душа и витальная сила будут поглощены Фениксом.

Однако справедливости ради стоит отметить, что Феникс (как, впрочем, и Алекс) НИКОГДА HЕ НАПАДАЕТ ПЕРВЫМ. И не провоцирует нападения на себя.

Интересно также, что если Феникс Лассара, как и подобает

Страннику, на Землю только время от времени наведывается, то Алекс облюбовал одну из небольших стран Земли как место своего жительства, где и обитает уже множество лет, работая, кстати, редактором одного из журналов.

При этом он пользуется той особенностью Лассар, что они отражаются в зеркалах могут быть отсняты на кино- и фотоплёнку, а также той катастрофой, в которой потерял свои крылья (теперь остались только культи…), так что найти его среди людей можно только по двум признакам: по характерной форме зубов и по цвету крови.

А теперь, учитывая, что Алекс относится к "пишущей братии", приведу фрагмент из его собственного произведения, объясняющего некоторые дополнительные особенности Лассар (согласитесь, мало какое издание может похвастаться интервью с Вампиром, а уж получить для публикации материал, написанный Вампиром специально, да ещё с эксклюзивным правом первопубликации именно в моём сборнике…):

* * *

Костёр

Люди, чувствующие себя обездоленными, не оценёнными по достоинству и обладающие при этом благообразной внешностью, часто ищут удовлетворения в расовом чванстве.

Томас Манн. "Доктор Фаустус"

Ветер, раздувший костёр из соломы в начале его деятельности, с этого времени стал дуть папе только в лицо.

Хорст Херманн. "Сованарола"

Идиллика поверхностно скотом

Hе называйте, каменные люди!

Я мыслю о немыслимом — о том, Чего, быть может, никогда не будет…"

Игорь Северянин. "Солнечный дикарь"

Я совершаю некое магическое таинство? Зажёг одну спичку — подумал, зажёг вторую — опять то же. И всё-таки — надо! Беру одно письмо, за ним — второе. Жгу их. Пять писем — уже небольшой костёр.

Адское пламя (другое не приходит на ум) до жадности бережно лижет бока святым письмам. Я без сожаления отдаю их огню — чьи-то хрупкие надежды, а может — чей-то холодный рассчёт, чьи-то выплаканные слёзы, а может — преступную бесчувственность. Заигрываю пальцами с золотым петушком, и на душе — становится ещё легче, ещё яснее. Десятое письмо, одиннадцатое. Я предаю уничтожению иллюзорность мечтаний.

Кто-нибудь видел плачущего Вампира? Он плачет красными слезами.

Он, замысливший своё бессмертие раздать поровну по капельке тем, кто таковым не обладает. А они, не держа ни малейшего злого умысла, попросту не захотели или не смогли принять этот скромный дар, отвергли и дар, и дарителя. И я сижу, согреваясь у костра из святых писем, и с его небольшим пламенем уже заигрывают не руки, а красные капельки слёз. Всё просто: они порождены было зарождающимся огнём сострадания, и они же — возвращаются огню.

Кто породил в человеке неприятие? Я знал только одного недоброго лиходея, который был способен только брать. Поначалу мы много с ним спорили об истинном предназначении Вампира. Hо, поскольку мы оставались всё равно разнополюсны, споры сами собой прекратились.

Вдогонку мне он наградил меня в его понимании нелестным определением

"Вампир с голубой кровью". Что я не стал отрицать, полагая, что жизнь нас рассудит. При этом, я ушёл чувствуя себя победителем, как-будто бы взвесив на незримых весах свой энергетический запас со знаком "Давать" и его — со знаком "Брать", и моя чаша вроде бы — перевесила.

Мы долго с ним не встречались. Я крутился средь народа, каждый из которого был готов поделиться всем, что имел. Hо мне не надо было крови. Я питался и жил ожиданием того светлого момента, когда вкруг меня поймут истину: когда тебе нечего дать, хотя ты хочешь, и вроде бы можешь, но будь готов принять то, не кровь как пищу, и не пищу как кровь, а нечто — иное. И мне уже казалось — момент вот-вот наступает, и я наконец-то обрету смертную душу и тело. Hо на днях — он опять прошёл близко, он — недобрый, прошёл охотничьей тропой, после себя оставляя россыпи злоалчущих холодных глаз, клубки сплетённых неестественно вывернутых в скрюченности пальцев, лужи плевков себе же под ноги и себе подобным. И сегодня, в свой самый серый-серый день, я еле дотащил своё бренное тело до логова, минуя вселенскую помойку, на которой тысячи тысяч голодных и оборванных вырывали друг у друга последние объедки плохо пахнущей снеди. А тут и там некая добрая рука посыпала грязные дороги святыми письмами. Я не поленился, подобрал стопку-другую. Я то знаю, их разбрасывал он, недобрый, не поражённый мною соперник. Hо — всё он врал, и в письмах, и в прочих измышлениях.

Его святые письма — горят, а я — плачу красными слезами. А кровь у меня — голубая? Я это знаю. Я готов влачить своё вечное изгнание, я — Вампир другой расы и другого цвета крови, я — подожду ещё два-три тысячелетия. Может, люди всё же востребуют хоть капельку моего бессмертия, своего бессмертия, может быть…

Алекс Лассара

* * *

Пожалуй, добавить к этому практически нечего. За исключением, пожалуй, того, что кровь Лассар не вызывает "эффекта подчинения", как кровь Носфаратума.