Людоед на первом этаже

- Нас явно сдувает ветром, - сказал Каспар. – Лучше найти знакомую дорогу и следовать по ней, иначе мы потеряемся.

Самое яркое оранжевое сияние теперь находилось далеко справа. Они поплыли против ветра в том направлении. Так продвигаться было гораздо сложнее. Скоро Гвинни начала громко жаловаться, что устала.

- Замолчи, - велел ей Каспар. – Представь, кто-нибудь услышит тебя и сообщит полиции.

К этому времени он и сам сильно устал. Чувство потрясающего возбуждения, которое он испытывал вначале, полностью исчезло. Он взмок, и его охватило беспокойство. Единственное, что не давало ему предложить вернуться домой – то, что это ужасно скучно. Но факт состоял в том, что одна темная улица походила на другую, и просто летать вдоль них быстро перестало быть интересным.

- Давайте отдохнем, - предложил Джонни.

Они уцепились за подходящую телевизионную антенну и парили, тяжело дыша. Под ними на углу находился паб, и люди шумно входили и выходили из него.

- Вот тебе порок, Джонни, - сказал Каспар, когда толстый мужчина вразвалку подошел к краю тротуара и, остановившись там, начал петь.

Гвинни засмеялась, поскольку он был таким толстым, что она не видела его ног. Джонни с сомнением посмотрел на него. Толстый мужчина перестал петь и начал выкрикивать грубые замечания в адрес воображаемых людей на другой стороне дороги.

- Это не порок, - возразил Джонни. – Он просто пьяный.

- Слушайте! - воскликнула Гвинни. - Это же тот паб на углу рядом с домом, где мы раньше жили! Я знаю этого толстяка. Это зеленщик, который дал мне неправильную сдачу. Мы должны быть недалеко от Маркет стрит. Да, смотрите, - она указала перчаткой на большой комплекс зданий, возвышающихся на фоне оранжевого сияния. – Офис Людоеда. Я встретила его неподалеку оттуда, поэтому знаю, что если мы пройдем мимо него, Маркет стрит будет всего через несколько крыш.

- Так и есть! – согласился Джонни.

А Каспар почувствовал себя дураком из-за того, что не узнал окрестностей давным-давно.

Снова против ветра они направились к зданию, отталкиваясь от антенн. Каждая антенна при этом сгибалась и звенела как струна, и в итоге позади них улицы гудели. Затем они оттолкнулись, в длинном броске пересекая небольшое темное пространство, похожее на глубокое ущелье, и смогли подтянуться, перебирая руками, вдоль высокой стены офисного комплекса. Внутри везде горел свет. Они пробрались мимо окна, которое могло быть окном офиса Людоеда. Внутри стояли накрытые пишущие машинки и выглядевшие не слишком удобными столы и стулья.

- Немного похоже на школу, - заметила Гвинни. – Когда я вырасту, в офисе работать не буду.

- Не представляю, как Людоед это выносит, - сказал Джонни. – Наверное, потому что он не человек.

Они нырнули от офисного комплекса через несколько высоких крутых крыш – почти слишком высоких, чтобы перебраться над ними – и, наконец, оказались в конце Маркет стрит. И она великолепно выглядела с воздуха. Вспыхивали и гасли цветные уличные вывески, спешили люди, сияли магазины, а по центру в ряд ехали автомобили – так близко друг к другу, что, как заметил Джонни, сверху они казались поездом, который кто-то разрезал на кусочки. Снизу поднимался сильный шум, а выхлопы бензина заставили Каспара зачихать. Разочаровала только Рождественская иллюминация. С воздуха она выглядела каркасом и проводами с небольшим, почти незаметным мерцанием внизу.

- Она сделана так, чтобы ее было видно с земли, - сказал Каспар.

Они начали пробираться по улице, почти навстречу ветру. Продвижение шло ужасно медленно, даже с использованием парапетов и слуховых окон для отталкивания, и Каспар не мог перестать нервничать из-за натянутых вдоль улицы электрических проводов. Они миновали дискотеку на другой стороне дороги. Каспар узнал ее по большому красному светящемуся диску снаружи и приглушенному звуку музыки.

- Дуглас хотел сегодня пойти сюда со своими друзьями, но Людоед его не пустил, - сообщил он остальным.

Они не удивились. После этого они остановились, уцепившись за арку над Таун Холлом, с которой, спасаясь от их парящих ног, с хлопаньем крыльев слетело несколько испуганных и оскорбленных голубей. Здесь Джонни решил, что видит порок, который представлял собой группу молодежи прямо под ними – смеющуюся, кричащую и перебирающую струны гитар.

- Нет, это всего лишь друзья Дугласа, - сказал Каспар. – Наверное, они возвращаются домой после дискотеки.

- Я почти готова решить, что Людоед в кои-то веки был прав, - сурово произнесла Гвинни. – Эти друзья выглядят шумными и грубыми.

- Они просто старые, - ответил Каспар.

- Готов поспорить, Людоед запретил просто из вредности, как всегда, - заметил Джонни. – Не так ли, Каспар?

- Давайте возвращаться домой, - предложил Каспар.

Он вдруг подумал, что Людоед скажет и сделает с ними, если узнает, что они были на Маркет стрит, и эта мысль заставила его заметить, что он замерз и очень устал. Джонни и Гвинни чувствовали то же самое. Они снова двинулись по Маркет стрит.

Они почти добрались до кругового движения в начале улицы, когда Гвинни пронзительно вскрикнула, прихлопнула ладошкой рот и указала на другую сторону улицы. Мальчики посмотрели туда. Они были так поражены увиденным, что перестали грести, и ветер понес их обратно к концу улицы.

На другой стороне Маркет стрит, примерно десятью футами ниже них плыл некто, похожий на воздушного водолаза. Он продвигался мимо освещенных окон над головами людей, опустив лицо вниз, прижав руки к бокам и равномерно размахивая громадными черными ластами на ногах.

- Ничего себе – они приземлились! – воскликнул Джонни.

Им всем в первую очередь пришло в голову именно это. Но когда фигура поравнялась с фонарем, они увидели, что это Дуглас, который надел ласты и накинул на голову капюшон анорака. Они все в глубине души согласились, что ласты – отличная идея, и пожалели, что сами до этого не додумались.

- Они тоже обнаружили летучий порошок, - заметил Джонни.

- И он воспользовался им, чтобы пойти на дискотеку, - сказал Каспар, пришедший в благоговение от дерзости Дугласа. – Он опоздал. Остальные уже ушли.

- Давайте проследим за ним, - предложила Гвинни. – Тогда мы сможем делать ужасные намеки о том, где он был.

- И пугать его до смерти тем, что расскажем Людоеду, - добавил Джонни. – Ага! Он даже не догадывается, что он в нашей власти!

Хихикая над этой крайне приятной мыслью, они понеслись обратно по Маркет стрит так быстро, как могли. Попутный ветер помогал, но Дуглас – тоже с попутным ветром, а кроме того с ластами – неизменно плыл впереди. Как бы сильно они ни отталкивались от окон и балконов, к тому времени, как он добрался до дискотеки, они нисколько к нему не приблизились. Но, к их великому удивлению, Дуглас промчался мимо над большим красным диском и дальше по улице.

- Наверное, ему надо подождать, пока оно не выветрится, и где-нибудь незаметно приземлиться, - предложил Каспар возможное объяснение.

Даже если так, странно, что теперь далекая фигура Дугласа, размеренно махая ластами, пересекла уличное движение и продолжила подниматься по Маркет стрит по той же стороне, на которой находились они.

Они поспешили следом. Но к тому моменту, как они добрались до отеля Маркет Кросс, они потеряли его.

- Возможно, он уже спустился, - сердито произнес Джонни.

Гвинни уцепилась за каркас над буквой К большой синей вывески отеля и отказалась двигаться дальше.

- Я устала, - сказала она, выплывая из-за полосы, будто в бассейне.

- Не трогай это! – велел Каспар. – Тебя ударит электричеством.

- И, возможно, погасит все огни на улице, - добавил Джонни.

- Плевать, - сказала Гвинни. – Я так устала, что могу умереть.

Джонни вдруг тоже схватился за каркас, прямо над буквой Е.

- Джонни! – воскликнул Каспар.

- Я тяжелею! – сказал Джонни.

- И я! – задохнулась Гвинни. – Каспар, что нам делать?

Глава 5

Это был один из самых кошмарных моментов в жизни Каспара. Он был уверен, что если Джонни или Гвинни коснутся каркаса ногами и руками одновременно и замкнут цепь, их ударит током – достаточно сильно, чтобы убить. Но сейчас они не могли разжать руки. Сам он пока не тяжелел. Видимо, он из-за того, что смеялся, налил на себя гораздо больше летучего зелья, чем остальные. Но через несколько минут оно наверняка выветрится и у него тоже.

- Держи ноги подальше от этой штуки! – велел он Джонни и схватил Гвинни за талию.

Позади каркаса и светящихся букв находился узкий уступ, который пролегал вдоль фасада отеля между двумя рядами окон. Он выглядел достаточно широким, чтобы на нем поместились их ноги. Каспар проплыл к нему задом наперед против ветра, крепко прижимая к себе Гвинни, которая казалась тяжелой, как свинец. Сумев развернуть ее и подтолкнуть к уступу, он прижал ее спиной к стене отеля.

- Не вздумай шевелиться! – велел он и поплыл обратно к Джонни.

Джонни неистово колотил ногами, пытаясь с помощью остатков легкости не дать им коснуться каркаса. Каспару пришлось подобраться к нему с боку и схватить его за шею. К тому времени, как они достигли уступа, Джонни издавал придушенные звуки и мог только хватать ртом воздух и виснуть на Каспаре.

После чего Каспар почувствовал, что тоже тяжелеет. У него едва хватило времени повернуться и прислониться спиной к стене отеля, прежде чем зелье покинуло его, и он опустился на уступ с таким тяжелым ударом, что чуть не потерял равновесие и не упал. Это было бы серьезное падение, учитывая громадное расстояние до земли. Высота, на которой они находились, и которая была такой возбуждающей совсем недавно, теперь приводила в ужас. Вспотев, Каспар закрыл глаза.

- Что будем делать? – спросила Гвинни. – Позовем на помощь?

Внизу по-прежнему проходили толпы людей, но они не смели наклонить головы, чтобы посмотреть на них.

- Не сходи с ума! – сказал Джонни. – Нас заберут в полицию, и не пройдет и часа, как Людоед лично будет нас допрашивать.

Он запрокинул голову, чтобы попытаться разглядеть далеко ли они от верхнего ряда окон, и чуть не потерял равновесие. Одновременно с цеплянием за стену дома это оказалось слишком сложно. Колени начали дрожать, а голова закружилась.

- Каспар, что нам делать? – спросила Гвинни.

- Думаю, лучше подождать, пока не вернется Дуглас, - ответил Каспар.

- О, нет! Только не он! – слабо произнес Джонни.

- Но ты сказал, он сейчас уже должен спуститься, - запротестовала Гвинни. – Если он пройдет под нами, мы его не увидим. А если он перейдет на другую сторону дороги, он нас не услышит. Кроме того, чем он поможет?

- Не знаю, - сказал Каспар. – Но это всё, что я могу придумать.

- Ненавижу его, - возразил Джонни.

- Он единственный в мире человек, который поймет, что случилось, - заметил Каспар. – За исключением Малколма, полагаю.

- Ненавижу его еще больше, - сказал Джонни.

Тем не менее они приготовились ждать. Веселая улица мерцала и грохотала вокруг них. Рождественская иллюминация сверкала. Уличные вывески вспыхивали и гасли. Люди внизу разговаривали и смеялись, а в отеле кто-то ужасающе плохо играл на фортепиано. Одинокие, никем не видимые, замершие, словно статуи, трое детей стояли на уступе и ждали, с каждой проходящей минутой всё больше теряя надежду.

Они так устали и были так несчастны, что чуть не пропустили Дугласа, когда он появился. Он пронесся, загребая ластами, прямо под выступом и вывеской отеля. И был уже перед словом «КРОСС», когда они увидели его – почти слишком далеко, чтобы он услышал их настойчивый шепот.

- Дуглас! – отчаянно прошипели они хором.

Ласты Дугласа запнулись, а потом начали двигаться быстрее. Джонни рискнул крикнуть:

- ДУГЛАС!

Всплеснув ластами, Дуглас остановился, повис на каркасе прямо под первой «Т», и повернулся посмотреть, кто кричал. Увидев их, он пожал плечами и явно собрался плыть дальше.

- Пожалуйста, - умоляюще позвала Гвинни.

Медленно и неохотно Дуглас подтянулся обратно вдоль букв, пока не повис под «Л», глядя наверх на них. И смотрел он совсем не дружелюбно.

- Хорошо, - сказал он. – Мы тоже обнаружили летучий порошок. Если вы хотели сохранить его в тайне, нечего было устраивать такую бешеную суматоху, снимая Гвинни с потолка.

- Так ты видел ее? – спросил Каспар.

- Да. Какие-то проблемы? – неприятным тоном поинтересовался Дуглас.

- Нет, - заверила Гвинни. – Дуглас, мы все потяжелели.

Последовало наполненное городским шумом молчание, в течение которого Дуглас выглядел абсолютно выведенным из себя.

- И мы застряли здесь, - объяснил Джонни.

- Так же, как ты застрял на стене дома. Знаю. Чего вы от меня хотите? Сколько у вас осталось порошка?

- Боюсь, нисколько, - ответил Каспар. – Остатки упали с абажура, когда мы улетали.

- О, вы мелкие тупые ничтожества, вечно сумеете влипнуть в неприятности! – воскликнул Дуглас. – Как типично! Хорошо, я принесу вам нашего, но вам придется подождать. Сначала я должен проверить Малколма. У него неприятности даже посерьезнее ваших.

С этими словами Дуглас, ловко взмахнув ластами, оттолкнулся от «Л» и помчался прочь среди других уличных вывесок.

Теперь, когда у них появилась какая-то надежда на спасение, ожидание стало легче. Но ничто не могло сделать опасное стояние на уступе приятным. Ноги Джонни онемели, и ему пришлось осторожно переминаться с ноги на ногу.

- Стой спокойно, - сказал Каспар. – Ты столкнешь нас всех.

Гвинни внезапно запела:

- Пребудь со мной. Вечернее что-то там небо[2].

- Э? – произнес Джонни.

- Умолкни! – велел Каспар.

- Я пела, чтобы поднять наш дух, - объяснила Гвинни.

- Ну так перестань, - сказал Каспар. – Ты скорее поднимешь метрдотеля, он вызовет пожарных, и мы погрязнем в неприятностях. И представь, как разозлится Дуглас, когда зазря проделает весь путь назад.

Это заставило их некоторое время стоять молча. Потом Джонни спросил:

- А чем занимался Дуглас, если не ходил на дискотеку?

- Что-то связанное с неприятностями, в которых оказался Малколм? – предположила Гвинни.

Каспар ничего не сказал. В глубине души он был сильно разочарован тем, что Дуглас, оказывается, не бросал вызов Людоеду.

- Да, что за неприятностиу него? – заинтересовался Джонни. – Если он потяжелел в каком-то необычном месте, Дугласу не нужно было бы лететь сюда, правильно?

- Если они тоже обнаружили порошок, это объясняет свитер на дымоходе, - заметила Гвинни. – Это были они.

- Вечно сумеют затаиться и позволить всем обвинениям обрушиться на нас! – сказал Джонни.