Помоги проекту - поделись книгой:
- Взбунтовались, значит? - пробормотал Мэтрикс, чем изрядно меня удивил. Я почему-то думал, что у военных умение обезоружить ничтожество вроде меня идет в комплекте с берцами и камуфляжкой.
Открылась дверь, впустив четверых солдат. Они тут же вскинули автоматы.
- Брось нож, Риверос! - заорал один. - Мэтрикс, в сторону!
Полковник медленно повернулся к нему.
- Соблюдай субординацию, щенок, или я тебе устрою!
- Черт подери, Мэтс!
И тут в комнату ворвалась Вероника. В таких же, как у остальных солдат, штанах и берцах, в защитного цвета топике, с раскрасневшимися не то от гнева, не то от спиртного лицом она замерла на мгновение, оценивая обстановку, потом стремительным ударом ноги выбила автомат из рук ближайшего солдата.
- Ха-ха! - заорал Мэтрикс. - Тебя девка разоружила!
Двое солдат взяли на мушку Веронику, третий целился в Джеронимо. Я же, справедливо рассудив, что все как-нибудь решится без меня, аккуратно положил нож на стол.
- Вы что тут устроили? - процедила сквозь зубы Вероника. - Я думала, мы друзья.
- Все так, - отозвался солдат. - Брось автомат, и наша дружба...
- Я тысячу раз говорила, что мой брат - моя проблема, и ничья больше. Почему я вижу его здесь? Почему он, разрази вас дьявол, плачет?!
Я покосился на Джеронимо. Несмотря на все еще бегущие по щекам слезы, он улыбался, глядя на сестру. Столько искренней любви, обожания и восхищения читалось в его взгляде, что я почти забыл, как он показывал мне фотоальбом.
- А ты? - Вероника посмотрела на брата. - Тебе я сколько раз говорила, чтобы звонил мне, если влипаешь в неприятности?
- Не хотел тебя тревожить, - пискнул Джеронимо. - У тебя ведь праздник.
Почему-то слово "праздник" будто ледяной водой заполнило каморку.
- Пра-а-аздник, - протянул Мэтрикс. Должно быть, с такой интонацией ребенок говорит: "Поле-е-езно", когда его заставляют есть чеснок в рыбьем жире вместо прошеной шоколадки.
- Мэтс, - поморщилась Вероника. - Картошка! Сквозь снятую шкурку должен проникать свет.
И будто переключили Мэтрикса. Забормотав: "Да-да, шкурка, картошка", он вернулся за стол и продолжил работу. Мой эмоциональный двойник рассмеялся. Теперь сцена выглядела и вовсе идиотской.
Заговорил один из тех солдат, что держали на мушке Веронику:
- Мы выполняем приказ Фантома.
- Ты хотел сказать, дона Альтомирано, - скрипнула зубами Вероника.
- Так точно. Он отдал приказ задержать, а при необходимости убить Джеронимо, если он попытается покинуть дом.
Вновь стало тихо. Только Мэтрикс насвистывал, нежно раздевая очередную картофелину. По неподвижному лицу Вероники ничего нельзя было понять.
- Джеронимо, пошел вон отсюда, - сказала она. - И подружку забери.
- Не пойдет! - Другой солдат перевел оружие на Джеронимо. - Приказ...
- Мозги включи, Эдмундо, - посоветовала Вероника. - Я двоих точно убить успею, а при хорошем раскладе - троих. Но если даже убьешь меня, подумай, в какой из трех биореакторов тебя засунет живьем мой отец?
Солдат негромко выругался, у остальных, кажется, тоже решимости поубавилось.
- Пусть дети выйдут, - продолжала Вероника. - А мы все спокойно решим. Пока мой брат у кого-то на мушке, я спокойно говорить не могу.
"Дети!" - возмутился я мысленно. Эта пигалица, на два года младше меня, ведет себя так, будто старше на десять! В этот миг я твердо решил при первой же возможности страшно отомстить. Ну, там, за волосы дернуть или стул мелом измазать - хотя бы.
- Эдмундо, - чуть смягчила голос Вероника. - Можно подумать, вам приказали "найти и уничтожить". Имелось же в виду, что надо смотреть в оба и, в случае чего, принять меры, так? Вам показалось, что вы нашли кого-то, похожего на Джеронимо, вы приняли меры, и вдруг поняли, что это не он. Пожали плечами и отпустили. Мелочь, которую даже в рапорт можно не включать.
- А Риверос?
- Проблема Рикардо. Кроме того, этот таинственный безымянный малыш сейчас вернет его на место. Так?
После недолгих раздумий Эдмундо качнул автоматом к двери. Я медленно пошел в указанном направлении, ощущая, как лазерные лучи, линии потенциального огня автоматов. Положив ладонь на ручку двери, я обернулся. Джеронимо встал напротив обезоруженного солдата и, приподняв голову, заглянул ему в глаза.
- Где. Моя. Петрушка? - спросил он таким тоном, что если бы слова могли убивать, от каждого погибала бы целая рота.
Ответила Вероника:
- В казарме. Карло притащил, вместе с рюкзаком. Иначе как бы я вообще узнала?
- Pendejo!
Я пропустил Джеронимо вперед, а сам на миг задержался. Было что-то грустное в том, чтобы оставить эту бесстрашную амазонку одну, против троих вооруженных солдат и одного безоружного. Ну а чем я мог помочь?
Стоило закрыть дверь, как наше внимание привлек топот. Я завертел головой и увидел не меньше десятка солдат, несущихся на нас.
- Мне это один старый фильм напоминает, "Пункт назначения", - сказал я.
- Не волнуйся, прямо сейчас ты не умрешь, - усмехнулся Джеронимо. Этот пацан на удивление быстро приходил в себя.
Я уже различал злые решительные лица солдат, но на меня не смотрел никто, все внимание досталось Джеронимо.
- Сестра там? - спросил, остановившись, тот, что бежал первым.
- Там, - кивнул Джеронимо. - Одного разоружила, трое держат ее на прицеле, еще один, самый опасный, чистит картошку.
- Ясно! - Солдат дернул затвор автомата.
Кто-то сунул в руки Джеронимо шарманку, кто-то другой бросил мне рюкзак.
- Уходите, - велел главный и стукнул кулаком по двери. - Эй, Эдмундо! Я вхожу, и со мной - десять стволов! Пока открываю, успей сорок раз обдумать свои действия.
Джеронимо повесил на шею свое устройство и схватил меня за руку.
- Идем, - прошептал он, на бегу доставая смартфон. - Вот этот!
- Кто "этот"? - Мы остановились под крылом белоснежного авиалайнера. - Ты соображаешь, как это будет выглядеть? Будто твоя сестра помогла нам бежать. Тебе ее совсем не жалко?
- Вероника уже мертва, - пробормотал Джеронимо, сосредоточенно колдуя над экраном смартфона. - И мне ее безумно жалко. Но лучшее, что я могу для нее сделать - идти вперед.
Я прислушался. Со стороны каморки доносились только голоса - злые, резкие, - но не выстрелы. Должно быть, Джеронимо имел в виду что-то другое.
- А, вот, нашел!
Послышалось приятное гудение. Я поднял голову и увидел, как из открывшегося люка спускается, будто образуясь из воздуха, ступенька за ступенькой, трап.
- Теперь ваш выход, сеньор Риверос, - улыбнулся мне Джеронимо.
В салоне и в кабине пахло горелой проводкой и свежесваренным кофе - очевидно, не настоящим, а ароматизаторами. Я сел в кресло первого пилота и запустил электронику. Джеронимо, пристегнув ремень в кресле рядом, тут же принялся что-то настраивать в смартфоне.
- Запускай пока, - сказал он. - Я попробую открыть ворота. У них тридцать пять различных кодов, их гоняют в случайном режиме месяц, потом меняют весь набор. Надо перебрать...
Я его не слушал. Передо мной тысячью огней горела приборная панель. Я потыкал одну из кнопок, но без особого результата.
- Трап только дистанционно убирается?
- Черт, да! - воскликнул Джеронимо. - Проклятие, надо выйти из интерфейса... Ага, вот, сейчас.
Я почувствовал какими-то рудиментами дара Риверосов, как поднимается трап, закрывается люк. На панели зажглась еще одна лампочка, показывая, что самолет загерметизирован.
Я запустил двигатель и с сомнением покосился на Джеронимо.
- Твоя сестра и все те ребята без респираторов. Откроешь ворота - произойдет декомпрессия. В момент вылета в ангаре не должно быть людей.
- Так, - буркнул Джеронимо, пока его пальцы с невероятной быстротой сновали над экраном. - К чему ты клонишь?
- Они все могут погибнуть, - пояснил я. - Открытие-закрытие ворот - не меньше пяти минут, плюс выезд. А если что-нибудь заклинит?
- Заклинит, - поморщился Джеронимо, убирая гаджет в карман. - Ни один код не подходит, или я что-то перепутал. Давай так, ворота не слишком толстые.
- Прикалываешься? - покосился я на него.
- Что? Я изучал сопромат. Вынесешь ворота, почти не погнув, самолет не пострадает. Собственно, с тем расчетом они и строились.
Джеронимо смотрел куда угодно, только не на меня. Сквозь стекло проникал голубой неоновый свет, от панели исходило темно-красное сияние, и в этом смешении мне казалось, Джеронимо мертвенно-бледен.
- Ты меня не слышал? Твоя сестра там. Она может не успеть добежать до кислородного баллона или герметичного помещения. А еще температура...
- Она тебе руку вывихнула - забыл? - чуть ли не взвизгнул Джеронимо. - Или тебя это и останавливает?
Он взялся за рычаг и плавно повел его вверх, наращивая обороты. Кабину затрясло.
- Чтобы разблокировать колеса... - начал Джеронимо.
- Я знаю, как разблокировать колеса.
- Тогда в чем дело?
- В твоей сестре.
- Она тебе так сильно понравилась? Может, выйдешь и проживешь с ней остаток жизни?
- Кажется, она как раз что-то такое хочет предложить.
Джеронимо, наконец, повернулся ко мне, раскрыл рот, да так и замер, увидев пистолет, приставленный к моему затылку. К пистолету крепилась рука, плавно переходящая, собственно, в Веронику, за спиной которой висел трофейный автомат. Я начал со скошенных глаз, потом стал медленно поворачивать голову и, ободренный отсутствием своих мозгов на штурвале, улыбнулся:
- Приветствую, сеньорита! А мы как раз о вас говорили.
- Я слышала, - прозвучал ответ.
Ствол теперь упирался мне в висок и казался частью некой стальной конструкции: неподвижный, жесткий. Этой стальной конструкцией была сама Вероника, только вот глаза ее отчего-то потускнели.
- Не вздумай сопротивляться, - тихо сказал Джеронимо. - Она убивать научилась раньше, чем ходить.
Эта мысль меня пленила. Всегда приятнее довериться профессионалу, чем в кромешной тьме с вывихнутой рукой карабкаться на виселицу, чтобы закрепить веревку. Я бы, наверное, дернулся, попытался вскочить, или сделал бы вид, что хочу отобрать пистолет, но тут заговорила Вероника. И я не смог пошевелиться, услышав невыразимое отчаяние в ее голосе:
- Вот, значит, как? - Задрожал и опустился пистолет. - О нем ты беспокоишься, а мне хладнокровно приговор подписал. После всего... всего-всего?
Я посмотрел на поникшего Джеронимо, чувствуя, что полностью разделяю чувства Вероники. Не очень-то хотелось пускаться в путь с человеком, который так легко жертвует сестрой.
- Ты все равно завтра умрешь, - прошептал он. - Какая разница?
- Да с чего ты взял, что умру? - закричала Вероника. - Джеронимо, тебе нужно было всего лишь спокойно посидеть несколько дней, а потом...
Вспышка озарения - такая яркая, что смолчать не получилось:
- Постой! Так ты завтра проходишь церемонию облучения? Станешь новым Фантомом? - Я чуть подумал и уточнил: - Фантомессой?
Ствол едва не пробил мне дыру в голове без всякой пули.
- Ну ни черта себе - говорящая куча дерьма! - рявкнула Вероника. - А что ты еще умеешь?
- Могу составить компанию в шахматы. Если верить приложению на планшете, я близок к первому разряду.
- У меня первый, - вздохнул Джеронимо. - Скучная игра. Совершенно нет авиации. Как и в жизни.
Он отстегнул ремень и поднялся.
- Бог дает людям крылья, а они рубят их и предпочитают ползать. Ладно, Вероника, ты победила. Мои крылья у тебя в кармане, и я поползу вместе с тобой. Кнопка разгерметизации слева от тебя. Нажми, и мы выйдем.
Ствол опять исчез. Я одновременно с Вероникой посмотрел на стену. Большая красная кнопка с надписью "Разгерметизация".
Тревожный звоночек у меня в голове превратился в гул набата, когда Джеронимо вцепился в спинку своего кресла и чуть согнул ноги в коленях.
- Все будет хорошо, Джеронимо, - тихо сказала Вероника. - Я обещаю.
Поделиться книгой: