— Дай вспомнить. Я жил в восточном. Вроде бы, были и другие.

— Однажды все уцелевшие прогрессоры с семьями ринулись к северному бункеру. Никто не знает, сколько тысяч человек успело туда уйти прежде, чем были перекрыты дороги. Да и после этого люди шли лесами, прорывались с боями и исчезали. Навсегда. Когда войска церкви обнаружили и окружили бункер, был страшный бой. Прогрессоры использовали лучевое оружие, но их было мало. А войска зарылись в землю, обстреливали бункер из катапульт конскими трупами, бурдюками с нефтью и горящими стрелами. В сплошном дыму от лазера не больше пользы, чем от ножа. Саперы тем временем днем и ночью строили дамбу и рыли новое русло для речки. Но затопить бункер не успели. Однажды ночью бункер взорвался со страшной силой, похоронив половину армии. На том месте и сейчас озеро. Круглое и глубокое.

— Откуда ты это узнала?

— Давнее дело. Когда-то я послала брата Полония изучать историю Пришествия. Помнишь, предводитель фракции мокрых штанов? Он с твоим Титом Болтуном и раскопали. Теперь понял, зачем мне надо знать о нуль-т?

— Ты что, хочешь слетать на Сэконд?

— Хочу, не хочу… Не в этом дело. Я должна знать, что там происходит. Вдумайся в ситуацию. Тысячу лет назад их выперли с этой планеты. Выперли не очень нежно. Какие чувства они могут к нам испытывать? Да боюсь я их, понимаешь, боюсь! За тысячу лет они могли такую силу набрать… Поэтому я должна быть там первой!

— И что ты там одна сделаешь?

— Откуда я знаю? На месте разберусь. Может, они все вымерли. От насморка. А если нет, тут уже действуют психология и дипломатия.

— Ну, в самом худшем случае?

— Это если они точат на нас мечи, ножи, вилки, ножницы? Встану в позу и скажу: «Парни, наше дело правое, мы победили! Хоть вы, засранцы, прохлаждались тут, пока мы за вас воевали, кто хочет, айда домой!» Сам же всегда говоришь — главное не допустить создания образа врага.

— А если они деградировали? В шкурах бегают, в пещерах живут?

— Тогда я буду рыдать от восторга. Нет, серьезно. Пошлем туда миссионеров с Амазонки. Если они отстают в развитии от нас, никаких проблем не будет. У церкви многовековой опыт форсированного развития отсталых народов.

— Неубедительно как-то. Тысячу лет они там живут, никого не трогают. И вдруг — на тебе… Да за тысячу лет они давно забыли бы, что кто-то когда-то их где-то обидел.

— Сама знаю, что неубедительно. Но есть один шанс из тысячи, что они на нас могут напасть. И этот шанс не дает мне спать. В конце концов, тебе не стыдно?

— Не понял..? — сказал дракон и обиженно заморгал.

— Ты десять лет ноешь, что жить скучно, приключений не хватает. Вот тебе целый мир для приключений. И почему, собственно, у меня одной за всю планету должна душа болеть? Давай вспомним, кто меня заставил политикой заняться? С крылышками такой… не встречал?

— Ангел, наверное?

— А еще утверждал, что драконы всегда говорят правду.

— Всегда.

— Слышала бы тебя Уголек… Ну ладно, кого возьмем в экспедицию? Я, ты, Сэм, Кора. Лиру возьмем?

— Анна, знаешь ты кто? Я же, вроде бы, не давал согласия.

— Знаю, все знаю. Шантажистка, лиса, ведьма. Чем и интересна. Черт с бабой спорил, да сдох. А ты — ангел. Сам сказал. Поэтому твое согласие — дело решенное. Давай над другим подумаем. Восточный бункер взорвал твой предок Джафар.

— В восточном бункере не было аппаратуры нуль-т.

— Да? это уменьшает шансы. Северный бункер взорвали то ли прогрессоры, то ли солдаты. Там эта аппаратура была. По логике, должны существовать западный и южный бункеры. Не знаешь, где?

— Не знаю. Я — то есть, Джафар — всегда кантовался между базой и восточным бункером. Но вся аппаратура нуль-т на поверхности планеты была снабжена самоликвидаторами. Так что не надейся особо найти что-нибудь здесь. Да и слабые эти мобильные передатчики. И камеры у них маленькие. Меня что, как слона в анекдоте, в два приема передавать? Другое дело — на стационарной орбитальной базе. Но начать, конечно, нужно с поиска бункеров.

Анна устало откинулась в кресле.

— Как иногда с тобой трудно, Мастер. Легче пол синода переспорить. Открой дверь. Там тебя Уголек ждет с каким-то важным делом.

СЭКОНД

Сандру повалили на живот, задрали левую штанину, что-то острое полоснуло по ноге.

— Кровь…

Мужчины радостно загалдели, хлопая друг друга по спинам. Всхлипывающую Сандру снова посадили. Короткий, но глубокий порез на икре болел и кровоточил.

— Вот видишь, а ты боялась — хлопнул ее по спине Скар.

— Я же говорила, что живая. Развяжи меня, пожалуйста. Мне в кусты сходить надо.

— Скар, у меня цепь есть, — сказал кто-то.

Ногу обернули два раза цепью, повесили замок — чуть меньше амбарного. Другой конец таким же образом закрепили на толстом дереве. Сандра получила десять метров свободы.

— Завтра надо посмотреть, есть ли от нее тень, — сказал кто-то.

Девушка тихонько застонала. В руках восстанавливалось кровообращение, и теперь под кожей кололи тысячи иголок.

— Скар, ты, вроде, говорил, будто она сама в нуль ушла. Расскажи.

— Точно, сама. Когда мы разделились, вы пошли к Черной Птице, След и я — в разведку. След направо, а я налево. Вижу — костер. Подкрадываюсь — эта девка сидит, носом клюет, что-то варит. Я стрелу сонным мхом обмотал, и тихонько так в костер пустил. Что вы думаете — проснулась! Стрелу увидела — и ка-к дунет в лес! Треск, топот — словно урсус, напролом. Я за ней. Отбежала шагов на сто, потом поворачивается и назад, к костру. Чуть нос к носу не столкнулись. Но она по сторонам не смотрит, только вперед. Выходит к костру, смотрит туда, откуда я стрелу пустил, и руки показывает. Что, пустые, без оружия. Я уже за ее спиной стою. Сонным мхом воняет — мертвый почувствует. А она тянет из костра мою стрелу, осматривает внимательно, потом подносит к носу, и как вдохнет полной грудью. Конечно, тут же в нуль ушла. Если б не подхватил, так и упала бы головой в костер.

— А не выдумываешь?

— Так все и было, — неожиданно для самой себя подала голос Сандра.

— Ишь ты! — удивленно повернулся к ней Скар. — А зачем мох нюхала?

— Глупая была. Я не знала, что от него засыпают, — всхлипнула девушка. — У нас такого нет.

— Ты откуда такая? Тебя Черная Птица принесла?

— Я с Земли. Земля — это откуда ваши предки пришли. Мы сначала через нуль-т прыгнули, а потом на шаттле летели. Вы его черной птицей зовете.

— Вы с Черной Птицей договорились, чтоб она вас на Секон принесла?

Сандра улыбнулась. Эти люди считали шаттл живым существом. Потом вспомнила, как Ким и два десятка киберов ремонтировали шаттл. Ким, конечно, не считал его живым, но хвалил, ласкал, ругал… И так глупо все получилось.

— Ким с любой техникой договорится.

— И с Черной Птицей?

— Подожди, След. Ты не одна? Сколько вас? Где остальные?

— Нас пятеро было. Я, Ливия, Сэм — он самый главный, Ким и Дик. — Тут Сандра поняла, что чуть не сболтнула лишнее. Незачем этим дикарям знать про биованны, в которых лежат тела ее друзей.

— Что замолчала?

— Они… они все там остались, — и вдруг зарыдала. В голос, во всю силу легких, изливая в слезах недавний смертельный ужас и тот страх, который накопился за часы ночной поездки, и за сутки одиночества в незнакомом лесу, и за короткие, слишком короткие секунды, когда она тащила по коридору и укладывала в биованны изувеченные тела друзей, и за долгие минуты падения в ночь на смертельно раненой машине.

— Вот так оно… Беда одна не ходит. Пусть поплачет девка, — сказал кто-то.

ЗЕМЛЯ

— Кир… Афа, я больше не могу! Сядем?

— Уголек, садимся. Кора устала.

Три дракона приземлились на окраине леса, отстегнули и сложили в стороне контейнеры металлоискателей с длинными усами датчиков.

— Мастер, пусть Кора пока отдохнет, а мы вдвоем эти квадраты прочешем.

— Вот те раз! Это кому надо крылья тренировать?

— Ты просто садист, Мастер. Посмотри, до чего довел бедную девушку! Почему бы на самом деле не использовать флаеры?

— В любом флаере масса металла. Электроприводы, переменные токи. Сплошные помехи. Поэтому лететь на нем надо будет не выше 50 метров, и полосу он проверит не шире ста метров за раз. А на болоте он сесть сможет? Нет. Мы трое за раз проверяем полосу в пять километров. Это же в пятьдесят раз быстрее.

— Ага, каждые полчаса вниз-вверх, вниз-вверх. Флаеру на 50 метров подниматься нужно, а нам на целый километр. Мастер, ты серьезно думаешь, что так быстрее? Я уже жалею, что во мне ни одной металлической косточки. Может, гаечный ключ проглотить?

— Бунт на корабле?

— Все, все, умолкаю. Наступило утро и Шахерезада прекратила дозволенные речи.

— Кора, ты как? Отдышалась? Смотрите на карту. Здесь мы все проверили. Остались квадраты шестой, седьмой, восьмой, девятый. На квадратах с десятого по шестнадцатый море или побережье. Там бы я бункер ставить не стал. Сердце мне говорит, что он в девятом квадрате. Очень уж удобное место.

— Мастер, так давай его сейчас и проверим.

— А план? Заранее разработанный и утвержденный!

— Афа, смотри, тут речка нарисована. Совсем как у нас.

— Сговорились! Вдвоем на одного, да? Убедили. Летим в девятый квадрат.

СЭКОНД

Костер угасал. Мужчины расстелили на земле кожаные попоны, закутались в одеяла и уснули, положив под головы седла или седельные сумки. Сандре тоже кинули одну попону и жесткое, как брезент, одеяло. Сначала она хотела уснуть, но было холодно и страшно. Тогда Сандра бросила в костер оставшиеся дрова, укуталась в одеяло, сверху завернулась в попону и стала обдумывать планы освобождения. Сначала нужно освободиться от цепи. Замок тяжелый, прочный, но простой. Если бы иметь кусок проволоки… Кожаный пояс с ножом в ножнах и лазерным пистолетом пропал. А ведь Скар ни слова о нем не сказал. Маленький складной ножик из кармана тоже пропал. Из карманов вообще все пропало. Ладно, — думала девушка, — допустим, я сниму цепь. Возьму лучшую лошадь. Без седла — не привыкать. Недоуздок — есть. Куда ехать? Из всего маршрута помню только, что через ручей переехали. Луна вот там была. Значит, когда назад поеду, она там должна быть. Нет, она же по небу движется. В какую сторону? А хоть в какую, все равно из-за облаков не видно. Куда я побегу? Спрячусь, они меня искать будут у черной птицы, фу ты, у шаттла. А я за ними, по их следам. А если они не пойдут к шаттлу? Зачем им идти к шаттлу, если там никого живого не осталось? С тех пор, как я надышалась этой гадостью, пока ехали, часов десять прошло. Если быстрой рысью — десять на десять — это же сто километров. Мамочки! Не может лошадь с двумя седоками рысью сто километров без отдыха пройти. Ну, пусть шестьдесят. Сэмик с полной выкладкой пятьдесят бегал, а он не лошадь. Не найти мне шаттл. Тогда и бежать сейчас нельзя. Надо сначала дорогу узнать. Так они мне и скажут… Анне бы сказали. Она умеет… А я должна научиться. Если нюни распускать буду, кто на меня посмотрит? Надо, чтоб они за мной хвостом бегали. Что мужики ценят? Красотой я не вышла. Сэмик на меня, как на девушку, и не смотрит. Только как на товарища. Я должна быть интересной. Интересной, загадочной и непредсказуемой. И еще — храброй. Как дьявол. И послушной. Ничего не боюсь, а своего мужчину слушаюсь. Ой, мамочка, не нужен мне мужчина. Сэм мой мужчина, не хочу другого. А надо выбрать. Какой выбор — меня Скар схватил. Буду притворяться, что без ума от него, лицемерить. Господи, до чего противно. Как в навозную жижу с головой окунуться. Дракон пел про музыканта. Как бы плохо на душе не было, а играть надо. Слов не помню, только мелодию и это — играй, музыкант…

Сандра проснулась. Тело закоченело. В костре догорало несколько подернутых золой угольков. Небо по-прежнему было темным. Раскутавшись, она поискала на ощупь дрова. Цепь путалась в кустах, замок бил по косточке, обдирал кожу на щиколотке. Сандра села под деревом и тщательно ощупала всю цепь, звено за звеном. Одно звено было вдвое больше и толще остальных. И — не заварено. Сандра ухватилась за него пальцами, напряглась — куда там. Железо — чуть тоньше ее мизинца — не поддалось ни на миллиметр. Девушка закусила губу, потерла звено о край замка. Потом подсунула его под дужку замка. Звено влезло до половины. Сандра прижала обмотанную цепью ногу к стволу дерева, подсунула вторую половину звена под дужку второго замка, потянула замки в разные стороны, пытаясь разогнуть звено. Что-то щелкнуло, и замок на лодыжке раскрылся.

— Тоже неплохо — прошептала девушка и улыбнулась. Потом аккуратно сложила цепь под деревом, закуталась в одеяло и легла спать поближе к остывающему костру.

Лежать на земле было жестко и холодно. Одеяло почти не грело. Точнее, грело, если сверху накинуть попону. Девушка спала сидя, урывками, поминутно просыпаясь от неудобной позы и страшных звуков ночного леса. Ночь тянулась бесконечно. Тут же сутки длиннее — вспомнила она, и стало совсем тоскливо.

ЗЕМЛЯ

Анна зевнула, потянулась и включила коммуникатор.

— Привет, Мастер. Себе не верю. Ты — и в такую рань! Нашли?

Дракон выглядел черезвычайно смущенным.

— Еще вчера нашли. Девятый квадрат. Понимаешь, Анна, у нас проблема. Ты не можешь разыскать Лиру и Сэма с его командой. Еще нужно десяток ремонтных киберов, телеаппаратуру, аккумуляторы, запчасти и все прочее.

— Ты знаешь, что Лира с Сэмом поссорились.

— Вот поэтому я и хочу свести их вместе.

Некоторое время Анна раздумывала.

— Мастер, может, не надо торопиться..? Рядом с Сэмом сейчас все время мелькает одна женская головка. Очень толковая головка. Всем все ясно, только Сэм не замечает. Если рядом будет Лира, у нее ни одного шанса.

— Ага. И ты туда же. Вместо того, чтоб Лире мозги вправить… Как зовут несчастное дитя?

— Ты ее знаешь. Сандра. Узкоглазая, черненькая. У нее мать с островов. Лет восемь — десять назад ты ей чешуйку подарил.

— Помню. Японочка из команды Сэма. Подружка Уголька. Но Лира мне все равно нужна. Ты пойми, мне нужны профессионалы. Лучшие из лучших.

— А если жахнет? Как в северном бункере? Вы там все разом…

— Останешься с лучшими из худших, типун тебе на язык!

— Я серьезно спрашиваю.

— Поэтому мне и нужны лучшие. Слушай, никак ты боишься? Не бойся, аккумуляторы все давно разрядились, а если какой-то не до конца, то энергии в нем не хватит и комара убить.

— Смотри, пернатый. Ну ладно, что у тебя за проблема?

Дракон смущенно потоптался на месте.

— Там дверь… В бункере… Мы ее открыли…

— Кто-нибудь ранен?

— Нет. Не то. Мы… в дверь не пролезаем.

СЭКОНД

Проснулась от сильного пинка пониже спины. Забилась, выпутываясь из попоны и одеяла, растерянно огляделась. Солнце только взошло, трава была мокрой от росы.

— Уйди от костра. Мешаешь, — бросил ей парень, который так неласково разбудил. В руках он держал охапку сухих сучьев.

Играй, музыкант…