Таинственный противник - английский и русский параллельные тексты

Agatha Christie	Агата Кристи
The Secret Adversary	Таинственный противник
TO ALL THOSE WHO LEAD MONOTONOUS LIVES IN THE HOPE THAT THEY MAY EXPERIENCE AT SECOND HAND THE DELIGHTS AND DANGERS OF ADVENTURE	Посвящается всем ведущим монотонную жизнь с пожеланиями хоть опосредованно испытать удовольствия и опасности приключения
PROLOGUE	Пролог
IT was 2 p.m. on the afternoon of May 7, 1915.	Было два часа дня 7 мая 1915 года.
The Lusitania had been struck by two torpedoes in succession and was sinking rapidly, while the boats were being launched with all possible speed.	"Лузитанию" одна за другой поразили две торпеды, и пароход начал быстро погружаться. Матросы поспешно спускали шлюпки.
The women and children were being lined up awaiting their turn.	Женщин и детей выстраивали в очередь.
Some still clung desperately to husbands and fathers; others clutched their children closely to their breasts.	Жены и дочери судорожно обнимали мужей и отцов, молодые матери крепко прижимали к груди младенцев.
One girl stood alone, slightly apart from the rest. She was quite young, not more than eighteen.	Чуть в стороне стояла совсем еще юная девушка, лет восемнадцати, не больше.
She did not seem afraid, and her grave, steadfast eyes looked straight ahead.	Она, казалось, не испытывала страха - ясные серьезные глаза спокойно смотрели в морскую даль.
"I beg your pardon." A man's voice beside her made her start and turn.	- Прошу прощения, - раздался рядом с ней мужской голос. Девушка, вздрогнув, обернулась.
She had noticed the speaker more than once amongst the first-class passengers.	Этого мужчину она уже не раз замечала среди пассажиров первого класса.
There had been a hint of mystery about him which had appealed to her imagination.	Было в нем нечто таинственное, бередившее ее фантазию.
He spoke to no one.	Он заметно сторонился остальных пассажиров.
If anyone spoke to him he was quick to rebuff the overture.	Если к нему обращались, он тут же пресекал все попытки завязать разговор.
Also he had a nervous way of looking over his shoulder with a swift, suspicious glance.	А еще у него была привычка нервно и подозрительно оглядываться через плечо.
She noticed now that he was greatly agitated.	Сейчас он был чрезвычайно взволнован.
There were beads of perspiration on his brow.	Его лоб был покрыт капельками пота.
He was evidently in a state of overmastering fear. And yet he did not strike her as the kind of man who would be afraid to meet death!	Она не сомневалась, что этот человек способен мужественно встретить смерть, тем не менее он явно находился во власти панического страха.
"Yes?" Her grave eyes met his inquiringly.	- Да? - Взгляд ее выражал участие.
He stood looking at her with a kind of desperate irresolution.	Но он смотрел на нее в нерешительности, почти с отчаянием.

"It must be!" he muttered to himself. "Yes-it is the only way." Then aloud he said abruptly: "You are an American?"	- А что поделаешь? - пробормотал он словно самому себе. - Другого выхода нет! - И уже громче отрывисто спросил: - Вы американка?
"Yes."	-Да.
"A patriotic one?"	- И патриотка?
The girl flushed.	Девушка вспыхнула.
"I guess you've no right to ask such a thing!	- Разве можно спрашивать о таких вещах?
Of course I am!"	Конечно, патриотка.
"Don't be offended.	- Не сердитесь.
You wouldn't be if you knew how much there was at stake.	На карту поставлено слишком много.
But I've got to trust some one-and it must be a woman."	Я вынужден довериться кому-то. Причем женщине.
"Why?"	- Но почему?
"Because of 'women and children first.'" He looked round and lowered his voice. "I'm carrying papers-vitally important papers.	-"Женщины и дети первыми в шлюпки!" Вот почему. - Торопливо оглядевшись по сторонам, мужчина понизил голос. - Я везу документ. Чрезвычайной важности.
They may make all the difference to the Allies in the war.	Он может сыграть решающую роль в судьбе союзных держав.
You understand?	Понимаете?
These papers have got to be saved!	Его необходимо спасти!
They've more chance with you than with me.	И у вас на это несравненно больше шансов, чем у меня.
Will you take them?"	Ну что, возьмете?
The girl held out her hand.	Девушка молча протянула руку.
"Wait-I must warn you.	- Погодите... Я обязан вас предупредить.
There may be a risk-if I've been followed.	Это сопряжено с риском... если меня выследили. Но, по-моему, я ускользнул.
I don't think I have, but one never knows.	Однако, как знать?
If so, there will be danger.	Если все-таки выследили, вам будет угрожать большая опасность.
Have you the nerve to go through with it?"	Хватит у вас духа?
The girl smiled.	Девушка улыбнулась.
"I'll go through with it all right.	- Хватит.
And I'm real proud to be chosen!	Я горжусь тем, что вы выбрали меня.
What am I to do with them afterwards?"	Ну а потом что мне делать?
"Watch the newspapers! I'll advertise in the personal column of the Times, beginning	- Следите за колонкой объявлений в "Таймс". Мое будет начинаться с обращения
' Shipmate.'	"Попутчица!".

At the end of three days if there's nothing-well, you'll know I'm down and out.	Если оно не появится в течение трех дней... Значит, я вышел из игры.
Then take the packet to the American Embassy, and deliver it into the Ambassador's own hands.	Тогда отвезите пакет в американское посольство и отдайте послу в собственные руки.
Is that clear?"	Все ясно?
"Quite clear."	- Все.
"Then be ready-I'm going to say good-bye." He took her hand in his. "Good-bye. Good luck to you," he said in a louder tone.	- Тогда приготовьтесь! Пора прощаться. - Он взял ее руку и уже громко произнес: - Прощайте! Желаю удачи!
Her hand closed on the oilskin packet that had lain in his palm.	Ее пальцы сжали клеенчатый пакет, до последнего момента скрытый в его ладони.
The Lusitania settled with a more decided list to starboard.	"Лузитания" все заметнее кренилась на правый борт.
In answer to a quick command, the girl went forward to take her place in the boat.	Девушку окликнули, и она спустилась в шлюпку.
CHAPTER I. THE YOUNG ADVENTURERS, LTD.	Глава 1 Молодые Авантюристы с ограниченной ответственностью
"TOMMY, old thing!"	- Томми, старый черт!
"Tuppence, old bean!"	- Таппенс, старая перечница!
The two young people greeted each other affectionately, and momentarily blocked the Dover Street Tube exit in doing so.	Обмениваясь этими дружескими приветствиями, молодые люди на секунду застопорили движение на выходе из метро на Дувр-стрит.
The adjective "old" was misleading. Their united ages would certainly not have totalled forty-five.	Словечки "старый" и "старая" были не слишком точны - общий возраст этой парочки не достигал и сорока пяти.
"Not seen you for simply centuries," continued the young man. "Where are you off to?	- Сто лет тебя не видел! - продолжал молодой человек. - Куда ты летишь?
Come and chew a bun with me.	Может, перехватим где-нибудь пару плюшек?
We're getting a bit unpopular here-blocking the gangway as it were.	А то здесь нам, того и гляди, врежут -перегородили проход.
Let's get out of it."	Пошли отсюда!
The girl assenting, they started walking down Dover Street towards Piccadilly.	Девушка кивнула, и они зашагали по Дувр-стрит в сторону Пикадилли.
"Now then," said Tommy, "where shall we go?"	-Так куда мы направимся? - осведомился Томми.
The very faint anxiety which underlay his tone did not escape the astute ears of Miss Prudence Cowley, known to her intimate friends for some mysterious reason as "Tuppence."	Чуткие уши мисс Пруденс Каули, по некой таинственной причине которую в кругу близких людей звали "Таппенс", не преминули уловить легкую тревогу в его голосе.
She pounced at once. "Tommy, you're stony!"	- Томми, ты на мели! - безапелляционно заявила она.
"Not a bit of it," declared Tommy unconvincingly. "Rolling in cash."	- Да ничего подобного! - запротестовал Томми. -Кошелек еле застегивается.

"You always were a shocking liar," said Tuppence severely, "though you did once persuade Sister Greenbank that the doctor had ordered you beer as a tonic, but forgotten to write it on the chart.	- Врать ты никогда не умел, - сурово изрекла Таппенс. - Разве что сестре Гринбенк, когда ты внушил ей, что тебе назначено пиво для поднятия тонуса, просто врач забыл вписать это в карту.
Do you remember?"	Помнишь?
Tommy chuckled. "I should think I did! Wasn't the old cat in a rage when she found out?	- Еще бы! - Томми засмеялся. - Матушка Гринбенк шипела точно кошка, когда дело прояснилось.
Not that she was a bad sort really, old Mother Greenbank!	Хотя вообще-то неплохая была старушенция!
Good old hospital-demobbed like everything else, I suppose?"	Госпиталь - наш госпиталь! - тоже, наверное, расформирован?
Tuppence sighed. "Yes. You too?"	- Да. - Таппенс вздохнула. - Тебя демобилизовали?
Tommy nodded. "Two months ago."	- Два месяца назад.
"Gratuity?" hinted Tuppence.	- А выходное пособие? - осторожно спросила Таппенс.
"Spent."	- Израсходовано.
"Oh, Tommy!"	- Ну, Томми!
"No, old thing, not in riotous dissipation.	- Нет, старушка, не на буйные оргии.
No such luck!	Где уж там!
The cost of living-ordinary plain, or garden living nowadays is, I assure you, if you do not know--"	Прожиточный минимум нынче, - самый минимальный минимум, - составляет, да будет тебе известно...
"My dear child," interrupted Tuppence, "there is nothing I do not know about the cost of living. Here we are at Lyons', and we will each of us pay for our own.	- Детка! - перебила его Таппенс. - Относительно прожиточных минимумов мне известно все, и очень хорошо известно... А, вот и "Лайонс"! Чур, каждый платит за себя.
That's it!" And Tuppence led the way upstairs.	Идем! - И Таппенс направилась к лестнице на второй этаж. Зал был полон.
The place was full, and they wandered about looking for a table, catching odds and ends of conversation as they did so.	Бродя в поисках свободного столика, они невольно слышали обрывки разговоров.
"And-do you know, she sat down and cried when I told her she couldn't have the flat after all."	- ...и знаешь, она села и... да-да, и расплакалась, когда я ей сказал, что надеяться на квартиру ей в общем нечего...
"It was simply a bargain, my dear!	-...ну просто даром, дорогая!
Just like the one Mabel Lewis brought from Paris--"	Точь-в-точь такая же, какую Мейбл Льюис привезла из Парижа...
"Funny scraps one does overhear," murmured Tommy. "I passed two Johnnies in the street to-day talking about some one called Jane Finn.	- Поразительно, чего только не наслушаешься! -шепнул Томми. - Утром я обогнал двух типчиков, которые говорили про какую-то Джейн Финн.
Did you ever hear such a name?"	Нет, ты слышала когда-нибудь подобную фамилию!

But at that moment two elderly ladies rose and collected parcels, and Tuppence deftly ensconced herself in one of the vacant seats.	Тут как раз две пожилые дамы встали из-за стола и принялись собирать многочисленные свертки. Таппенс ловко проскользнула на освободившийся стул.
Tommy ordered tea and buns. Tuppence ordered tea and buttered toast.	Томми заказал чай с плюшками, Таппенс - чай и жареные хлебцы с маслом.
"And mind the tea comes in separate teapots," she added severely.	- И чай, пожалуйста, в отдельных чайничках, -добавила она строго.
Tommy sat down opposite her.	Томми уселся напротив нее.
His bared head revealed a shock of exquisitely slicked-back red hair. His face was pleasantly ugly-nondescript, yet unmistakably the face of a gentleman and a sportsman.	Его рыжие волосы были гладко зализаны, но некрасивое симпатичное лицо не оставляло сомнений: перед вами джентльмен и любитель спорта.
His brown suit was well cut, but perilously near the end of its tether.	Безупречно сшитый коричневый костюм явно доживал свои дни.
They were an essentially modern-looking couple as they sat there.	Оба они смотрелись очень современно.
Tuppence had no claim to beauty, but there was character and charm in the elfin lines of her little face, with its determined chin and large, wide-apart grey eyes that looked mistily out from under straight, black brows.	Таппенс - не то чтобы красавица, но маленькое ее личико с волевым подбородком и большими широко расставленными серыми глазами, задумчиво глядящими на мир из-под прямых черных бровей, не было лишено очарования.
She wore a small bright green toque over her black bobbed hair, and her extremely short and rather shabby skirt revealed a pair of uncommonly dainty ankles.	На черных, коротко остриженных волосах кокетливо примостилась зеленая шапочка, а далеко не новая и очень короткая юбка открывала на редкость стройные ножки.
Her appearance presented a valiant attempt at smartness.	Весь ее вид свидетельствовал о мужественных усилиях выглядеть элегантно.
The tea came at last, and Tuppence, rousing herself from a fit of meditation, poured it out.	Но вот наконец им принесли чай, и Таппенс, очнувшись от своих мыслей, разлила его по чашкам.
"Now then," said Tommy, taking a large bite of bun, "let's get up-to-date.	- Ну а теперь, - сказал Томми, впиваясь зубами в плюшку, - давай обменяемся информацией.
Remember, I haven't seen you since that time in hospital in 1916."	Мы же не виделись с самого госпиталя, то есть с шестнадцатого года.
"Very well." Tuppence helped herself liberally to buttered toast. "Abridged biography of Miss Prudence Cowley, fifth daughter of Archdeacon Cowley of Little Missendell, Suffolk.	- Ну что ж! - Таппенс откусила кусок жареного хлебца. - Краткая биография мисс Пруденс Каули, пятой дочери архидьякона Каули из Малого Миссенделла, графство Суффолк.
Miss Cowley left the delights (and drudgeries) of her home life early in the war and came up to London, where she entered an officers' hospital.	В самом начале войны мисс Каули, презрев прелести (и докучные обязанности) домашней жизни, едет в Лондон и поступает на работу в офицерский госпиталь.
First month: Washed up six hundred and forty-eight plates every day.	Первый месяц: каждый день перемывает шестьсот сорок восемь тарелок.
Second month: Promoted to drying aforesaid plates.	Второй месяц: получает повышение и перетирает вышеперечисленные тарелки.

Third month: Promoted to peeling potatoes.	Третий месяц: получает повышение и переводится на чистку картошки.
Fourth month: Promoted to cutting bread and butter.	Четвертый месяц: получает повышение и намазывает маслом ею же нарезанный хлеб.
Fifth month: Promoted one floor up to duties of wardmaid with mop and pail.	Пятый месяц: получает повышение на следующий этаж с возложением на нее обязанностей санитарки и вручением ей швабры и ведра.
Sixth month: Promoted to waiting at table.	Шестой месяц: получает повышение и прислуживает за столом.
Seventh month: Pleasing appearance and nice manners so striking that am promoted to waiting on the Sisters!	Седьмой месяц: на редкость приятная внешность и хорошие манеры обеспечивают ей очередное повышение - теперь она накрывает стол для самих палатных сестер!
Eighth month: Slight check in career.	Восьмой месяц: печальный срыв в карьере.
Sister Bond ate Sister Westhaven's egg!	Сестра Бонд съела яйцо сестры Уэстхевен.
Grand row!	Великий скандал!
Wardmaid clearly to blame!	Виновата, естественно, санитарка.
Inattention in such important matters cannot be too highly censured.	Недопустимая халатность в столь ответственном деле!
Mop and pail again!	Назад к ведру и швабре!
How are the mighty fallen!	Какое крушение!
Ninth month: Promoted to sweeping out wards, where I found a friend of my childhood in Lieutenant Thomas Beresford (bow, Tommy!), whom I had not seen for five long years.	Девятый месяц: опять повышение - подметает палаты, где и натыкается на друга детства в лице лейтенанта Томаса Бересфорда (Томми, где твой поклон!), которого не видела долгих пять лет.
The meeting was affecting!	Встреча трогательная до слез.
Tenth month: Reproved by matron for visiting the pictures in company with one of the patients, namely: the aforementioned Lieutenant Thomas Beresford.	Десятый месяц: строгий выговор от старшей сестры за посещение кинематографа в обществе одного из пациентов, а именно: вышеупомянутого лейтенанта Томаса Бересфорда.
Eleventh and twelfth months: Parlourmaid duties resumed with entire success.	Одиннадцатый и двенадцатый месяцы: возвращение к обязанностям уборщицы, с коими справляется блестяще.
At the end of the year left hospital in a blaze of glory.	В конце года покидает госпиталь в сиянии славы.
After that, the talented Miss Cowley drove successively a trade delivery van, a motor-lorry and a general!	После чего, обладающая множеством талантов, мисс Каули становится шофером и возит сначала продуктовый фургон, грузовик, затем генерала.
The last was the pleasantest.	Последнее оказалось самым приятным.
He was quite a young general!"	Генерал был молод. - Кого же из них? - спросил Томми. - Просто тошно вспомнить, как эти хлыщи катали из Военного министерства в "Савой" и из

"What blighter was that?" inquired Tommy. "Perfectly sickening the way those brass hats drove from the War Office to the Savoy, and from the Savoy to the War Office!"	"Савоя" в Военное министерство. - Фамилию его я позабыла, - призналась Таппенс. - Но вернемся к теме.
"I've forgotten his name now," confessed Tuppence. "To resume, that was in a way the apex of my career.	В известном смысле это был мой высший взлет.
I next entered a Government office.	Затем я поступила в правительственное учреждение.
We had several very enjoyable tea parties.	Какие дивные чаепития мы устраивали!
I had intended to become a land girl, a postwoman, and a bus conductress by way of rounding off my career-but the Armistice intervened!	В мои планы входило испробовать себя на сельскохозяйственных работах, поработать почтальоншей, а завершить карьеру на посту автобусной кондукторши - но грянуло перемирие.
I clung to the office with the true limpet touch for many long months, but, alas, I was combed out at last.	Пришлось, точно пиявке, присосаться к своему учреждению на долгие-долгие месяцы, но, увы, в конце концов от меня избавились.
Since then I've been looking for a job.	С тех пор никак не устроюсь.
Now then-your turn."	Ну, а теперь твоя очередь - рассказывай!
"There's not so much promotion in mine," said Tommy regretfully, "and a great deal less variety.	- В моем послужном списке повышений куда меньше, - не без горечи сказал Томми. - Сплошная рутина, никакого разнообразия.
I went out to France again, as you know.	Как тебе известно, меня снова отправили во Францию. Потом в Месопотамию, где я опять угодил под пулю.
Then they sent me to Mesopotamia, and I got wounded for the second time, and went into hospital out there.	Отлеживался в тамошнем госпитале.
Then I got stuck in Egypt till the Armistice happened, kicked my heels there some time longer, and, as I told you, finally got demobbed.	Потом до самого перемирия застрял в Египте, поболтался там некоторое время и был демобилизован, как я тебе уже говорил.
And, for ten long, weary months I've been job hunting!	И вот уже долгие десять месяцев мучаюсь в поисках места!
There aren't any jobs!	А мест нет.
And, if there were, they wouldn't give 'em to me.	Или, если и есть, меня на них не берут.
What good am I?	Какой от меня толк?
What do I know about business?	Что я смыслю в бизнесе?
Nothing."	Ровным счетом ничего.
Tuppence nodded gloomily.	Таппенс угрюмо кивнула.
"What about the colonies?" she suggested.	- А как насчет колонии? - Она вопросительно взглянула на него.
Tommy shook his head.	Томми мотнул головой.
"I shouldn't like the colonies-and I'm perfectly certain they wouldn't like me!"	- Вряд ли мне там понравится, и уж я там точно придусь не ко двору.

"Rich relations?"	- Может, богатые родственники?
Again Tommy shook his head.	Томми еще раз мотнул головой.
"Oh, Tommy, not even a great-aunt?"	- О, Томми, ну, хотя бы двоюродная бабушка!- Есть у меня старик дядя, который более или менее преуспевает.
"I've got an old uncle who's more or less rolling, but he's no good."	Но он не в счет.
"Why not?"	- Да почему?
"Wanted to adopt me once. I refused."	- Он хотел усыновить меня, а я отказался.
"I think I remember hearing about it," said Tuppence slowly. "You refused because of your mother--"	- Кажется, я что-то об этом слышала... - задумчиво произнесла Таппенс. - Ты отказался из-за матери...
Tommy flushed.	Томми покраснел.
"Yes, it would have been a bit rough on the mater.	- Ну да, представляешь ее положение.
As you know, I was all she had.	Ведь, кроме меня, у нее никого не было. А старикан ее ненавидел.
Old boy hated her-wanted to get me away from her. Just a bit of spite."	И хотел забрать меня просто назло ей.
"Your mother's dead, isn't she?" said Tuppence gently.	- Твоя мать ведь умерла?- тихонько спросила Таппенс.
Tommy nodded. Tuppence's large grey eyes looked misty.	Томми кивнул, и ее большие серые глаза затуманились.
"You're a good sort, Tommy. I always knew it."	- Ты настоящий человек, Томми, я это всегда знала.
"Rot!" said Tommy hastily. "Well, that's my position.	- Чушь! - буркнул Томми. - Вот такие мои дела.
I'm just about desperate."	Я уже на пределе.
"So am I!	- Я тоже!
I've hung out as long as I could.	Держалась, сколько могла.
I've touted round.	Исходила все конторы по найму.
I've answered advertisements.	Бежала по каждому объявлению.
I've tried every mortal blessed thing.	Хваталась за любую возможность.
I've screwed and saved and pinched!	Экономила, скаредничала, во всем себе отказывала!
But it's no good.	Все без толку.
I shall have to go home!"	Придется вернуться под отчий кров.
"Don't you want to?"	- А тебе неохота?
"Of course I don't want to!	- Конечно, неохота!
What's the good of being sentimental?	К чему сентиментальничать.
Father's a dear-I'm awfully fond of him-but you've no idea how I worry him!	Папа - прелесть, и я его очень люблю, но ты и вообразить не можешь, какой я для него крест!

He has that delightful early Victorian view that short skirts and smoking are immoral.	Этот ярый викторианец убежден, что короткие юбки и курение неприличны и безнравственны.
You can imagine what a thorn in the flesh I am to him!	Я для него хуже занозы, сам понимаешь.
He just heaved a sigh of relief when the war took me off.	Когда война забрала меня, он вздохнул с облегчением.
You see, there are seven of us at home.	Видишь ли, нас у него семеро.
It's awful!	Просто кошмар!
All housework and mothers' meetings!	С утра до вечера домашнее хозяйство, да еще заседания в клубе матерей!
I have always been the changeling.	Я всегда была кукушонком. Так не хочется возвращаться.
I don't want to go back, but-oh, Tommy, what else is there to do?"	Но, Томми, что мне еще остается?
Tommy shook his head sadly.	Томми грустно покачал головой.
There was a silence, and then Tuppence burst out:	Наступившее молчание снова нарушила Таппенс: - Деньги! Деньги!
"Money, money, money!	Деньги!
I think about money morning, noon and night!	С утра до ночи я думаю только о деньгах.
I dare say it's mercenary of me, but there it is!"	Наверное, я чересчур меркантильна, но что с собой поделаешь?
"Same here," agreed Tommy with feeling.	- Вот, и со мной так же, - согласно кивнул Томми.
"I've thought over every imaginable way of getting it too," continued Tuppence.	- Я перебрала все мыслимые и немыслимые способы оказаться при деньгах.
"There are only three! To be left it, to marry it, or to make it.	Впрочем, их набралось только три, - продолжала Таппенс. - Получить наследство, выскочить за миллионера и заработать.
First is ruled out.	Первое отпадает.
I haven't got any rich elderly relatives.	Богатых дряхлых родственников у меня нет.
Any relatives I have are in homes for decayed gentlewomen!	Все мои престарелые бабушки и тетушки доживают свой век в приютах для неимущих дам и девиц благородного происхождения.
I always help old ladies over crossings, and pick up parcels for old gentlemen, in case they should turn out to be eccentric millionaires.	Я всегда перевожу старушек через дорогу и подаю оброненные свертки старичкам, в надежде, что они окажутся эксцентричными миллионершами или миллионерами.
But not one of them has ever asked me my name-and quite a lot never said 'Thank you.'"	Но ни один из них не пожелал узнать моего имени, многие даже и "спасибо" не сказали.
There was a pause.	Они помолчали.
"Of course," resumed Tuppence, "marriage is my best chance. I made up my mind to marry money when I was quite young.	- Естественно, самый верный шанс - это брак, -продолжала Таппенс. - Я чуть не подростком подумывала выйти замуж за богатенького! А что?

Any thinking girl would!	Достойное решение для всякой разумной девицы.
I'm not sentimental, you know." She paused. "Come now, you can't say I'm sentimental," she added sharply.	Ты же знаешь, что я не сентиментальна. - Она помолчала. - Ну скажи, разве я сентиментальна? -в упор спросила она.
"Certainly not," agreed Tommy hastily. "No one would ever think of sentiment in connection with you."	- Конечно нет, - торопливо согласился Томми. -Никому и в голову не придет заподозрить тебя в этом!
"That's not very polite," replied Tuppence. "But I dare say you mean it all right.	- Не слишком лестно! - возразила Таппенс. -Впрочем, ты, я полагаю, просто неудачно выразился.
Well, there it is! I'm ready and willing-but I never meet any rich men!	Ну и вот: я готова, я стражду, но ни одного миллионера на примете.
All the boys I know are about as hard up as I am."	Все мои знакомые молодые люди сидят на мели, как и я.
"What about the general?" inquired Tommy.	- Ну, а генерал? - осведомился Томми.
"I fancy he keeps a bicycle shop in time of peace," explained Tuppence. "No, there it is!	- По-моему, в мирное время он торгует велосипедами, - пояснила Таппенс. - Вот так!
Now you could marry a rich girl."	Но ведь ты-то можешь жениться на богатой.
"I'm like you. I don't know any."	- У меня тоже никаких перспективных знакомств.
"That doesn't matter.	- Ну и что? Взял бы да познакомился.
You can always get to know one.	Ты ведь мужчина. Я же не могу, подсторожив у
Now, if I see a man in a fur coat come out of the Ritz I can't rush up to him and say:	"Ритца" какого-нибудь типа в меховом пальто, остановить его и брякнуть:
'Look here, you're rich.	"Послушайте, вы человек богатый.
I'd like to know you.'"	Мне бы хотелось с вами познакомиться!"
"Do you suggest that I should do that to a similarly garbed female?"	- А мне ты советуешь подкатиться с такими словами к соответственно одетой девице?
"Don't be silly.	- Не говори глупостей!
You tread on her foot, or pick up her handkerchief, or something like that.	Ты же можешь наступить ей на ногу, поднять ее носовой платок или еще что-нибудь в этом роде.
If she thinks you want to know her she's flattered, and will manage it for you somehow."	Она поймет, что ты хочешь с ней познакомиться, обрадуется и остальное возьмет на себя.
"You overrate my manly charms," murmured Tommy.	- Боюсь, ты переоцениваешь мое мужское обаяние, - вздохнул Томми.
"On the other hand," proceeded Tuppence, "my millionaire would probably run for his life!	- Ну, а мой миллионер, скорее всего, бросится от меня как ошпаренный!
No-marriage is fraught with difficulties.	Нет, на брак по расчету надеяться нечего.
Remains-to make money!"	Остается, стало быть, "сделать" деньги!
"We've tried that, and failed," Tommy reminded her.	- Но мы ведь попробовали и у нас ничего не получилось, - напомнил Томми.
"We've tried all the orthodox ways, yes.	- Мы испробовали все общепринятые способы, верно?

But suppose we try the unorthodox.	А если попробовать что-нибудь неординарное?
Tommy, let's be adventurers!"	Томми, давай станем авантюристами!
"Certainly," replied Tommy cheerfully. "How do we begin?"	- Идет! - весело ответил Томми. - С чего начнем?
"That's the difficulty.	- В том-то и загвоздка.
If we could make ourselves known, people might hire us to commit crimes for them."	Если бы мы могли себя чем-нибудь зарекомендовать, то нас нанимали бы для совершения разных преступлений.
"Delightful," commented Tommy. "Especially coming from a clergyman's daughter!"	- Восхитительно! - заметил Томми. - И особенно в устах дочери священника.
"The moral guilt," Tuppence pointed out, "would be theirs-not mine. You must admit that there's a difference between stealing a diamond necklace for yourself and being hired to steal it."	- Нравственная ответственность падет на работодателей, - возразила Таппенс. - Согласись, есть все-таки разница: украсть бриллиантовое колье для себя или для того, кто тебя нанял.
"There wouldn't be the least difference if you were caught!"	- Если тебя поймают, никакой разницы не будет!
"Perhaps not.	- Возможно.
But I shouldn't be caught.	Но только меня не поймают.
I'm so clever."	Я жутко умная.
"Modesty always was your besetting sin," remarked Tommy.	- Твоим главным грехом всегда была скромность, - вздохнул Томми.
"Don't rag.	- Не ехидничай.
Look here, Tommy, shall we really?	Послушай, Томми. Может, правда попробуем?
Shall we form a business partnership?"	Образуем деловое товарищество.
"Form a company for the stealing of diamond necklaces?"	- Компания по краже бриллиантовых колье с ограниченной ответственностью?
"That was only an illustration.	- Ну, колье это я так, для примера.
Let's have a-what do you call it in book-keeping?"	Давай организуем... как это в бухгалтерии называется?
"Don't know.	- Не знаю.
Never did any."	Я никогда не имел дел с бухгалтерией.
"I have-but I always got mixed up, and used to put credit entries on the debit side, and vice versa-so they fired me out. Oh, I know-a joint venture!	- В отличие от меня. Только я всегда путалась и заносила убытки в графу прибыли, а прибыль в графу убытков, за что меня и уволили... Вспомнила! Совместное предприятие!
It struck me as such a romantic phrase to come across in the middle of musty old figures.	Когда я встретила это название среди занудных цифр, мне оно показалось ужасно романтичным.
It's got an Elizabethan flavour about it-makes one think of galleons and doubloons.	Есть в нем какой-то елизаветинский привкус: напоминает о галеонах и дублонах!
A joint venture!"	Совместное предприятие!
"Trading under the name of the Young Adventurers, Ltd.?	- "Молодые Авантюристы" с ограниченной ответственностью?

Is that your idea, Tuppence?"	Так и назовем, а, Таппенс?
"It's all very well to laugh, but I feel there might be something in it."	- Смейся, смейся, но, по-моему, в этом что-то есть.
"How do you propose to get in touch with your would-be employers?"	- Ну и как ты собираешься находить потенциальных клиентов?
"Advertisement," replied Tuppence promptly. "Have you got a bit of paper and a pencil?	- Через объявления, - не задумываясь ответила Таппенс. - У тебя не найдется листка бумаги и карандаш?
Men usually seem to have. Just like we have hairpins and powder-puffs."	Мужчины, по-моему, всегда их носят с собой, ну, как мы - шпильки и пудреницы.
Tommy handed over a rather shabby green notebook, and Tuppence began writing busily.	Томми протянул ей довольно потрепанную зеленую записную книжку, и Таппенс начала деловито царапать карандашом.
"Shall we begin:	- Начнем так:
'Young officer, twice wounded in the war--'"	"Молодой офицер, дважды раненный на фронте..."
"Certainly not."	- Ни в коем случае!
"Oh, very well, my dear boy.	- Как угодно, мой милый.
But I can assure you that that sort of thing might touch the heart of an elderly spinster, and she might adopt you, and then there would be no need for you to be a young adventurer at all."	Но, поверь, именно эта фраза может растрогать сердце богатой старой девы, она тебя усыновит, и тебе уже не придется идти в молодые авантюристы.
"I don't want to be adopted."	-Я не хочу, чтобы меня усыновляли.
"I forgot you had a prejudice against it.	- Да, совсем забыла, у тебя на этот счет идиосинкразия.
I was only ragging you!	Не сердись, я просто пошутила. В газетах, полным-полно таких историй... Ну, а если так? "Два молодых авантюриста готовы заняться чем угодно и отправиться куда угодно. За приличное вознаграждение".
The papers are full up to the brim with that type of thing. Now listen-how's this?	Это надо, чтобы было ясно с самого начала.
'Two young adventurers for hire. Willing to do anything, go anywhere.	Да!
Pay must be good.' (We might as well make that clear from the start.) Then we might add:	Еще можно добавить:
'No reasonable offer refused'-like flats and furniture."	"Любое предложение в пределах разумного будет принято" - ну, как с квартирами и мебелью.
"I should think any offer we get in answer to that would be a pretty unreasonable one!"	- По-моему, любое предложение в ответ на такое объявление может быть только очень неразумным!
"Tommy! You're a genius!	- Томми, ты гений!
That's ever so much more chic.	Так куда шикарнее.

'No unreasonable offer refused-if pay is good.'	"Любое неразумное предложение будет принято -при соответствующей оплате".
How's that?"	Ну как? - Я бы про оплату больше не упоминал.
"I shouldn't mention pay again.	Звучит как-то назойливо.
It looks rather eager."	- Ну, так оно и есть.
"It couldn't look as eager as I feel!	И даже более того!
But perhaps you are right.	Впрочем, может, ты и прав.
Now I'll read it straight through.	А теперь я прочту, что получилось:
'Two young adventurers for hire. Willing to do anything, go anywhere.	"Два молодых авантюриста готовы заняться чем угодно и куда угодно отправиться.
Pay must be good.	За приличное вознаграждение. Любое неразумное предложение будет принято".
No unreasonable offer refused.'	Как бы ты воспринял такое объявленьице? - Как розыгрыш или как бред сумасшедшего. - Ну разве это бред?
How would that strike you if you read it?"	Никакого сравнения с тем бредом, который я прочла сегодня утром.
"It would strike me as either being a hoax, or else written by a lunatic."	Совершенно замечательное объявление.
"It's not half so insane as a thing I read this morning beginning	Начиналось с имени "Петуния", а подписано было "Самый лучший мальчик". - Она вырвала листок и протянула его Томми. - Ну, вот.
'Petunia' and signed	Я думаю, лучше всего это поместить в
'Best Boy.'" She tore out the leaf and handed it to Tommy. "There you are.	' ' Таймс".
Times, I think. Reply to Box so-and-so.	Обратный адрес: почтовый ящик номер такой-то.
I expect it will be about five shillings.	Будет стоить пять шиллингов.
Here's half a crown for my share."	Вот мои полкроны.
Tommy was holding the paper thoughtfully. His faced burned a deeper red.	Томми вдумчиво изучал текст, лицо его заметно покраснело.
"Shall we really try it?" he said at last. "Shall we, Tuppence?	- Может, действительно попробовать? - сказал он наконец. - А, Таппенс?
Just for the fun of the thing?"	Просто для смеха? - Томми, ты молодец.
"Tommy, you're a sport!	Я знала, что ты согласишься.
I knew you would be!	Выпьем за наши будущие успехи! - Она разлила по чашкам остатки остывшего чая. - За наше совместное предприятие!
Let's drink to success." She poured some cold dregs of tea into the two cups. "Here's to our joint venture, and may it prosper!"	Пусть оно процветает!
"The Young Adventurers, Ltd.!" responded Tommy.	- "Молодые Авантюристы" с ограниченной ответственностью! - подхватил Томми.

They put down the cups and laughed rather uncertainly.	Они поставили чашки и немного смущенно засмеялись. Таппенс встала.
Tuppence rose.	- Ну, мне пора возвращаться в мои роскошные апартаменты.
"I must return to my palatial suite at the hostel."	-А я, пожалуй, прогуляюсь пешком до
"Perhaps it is time I strolled round to the Ritz," agreed Tommy with a grin. "Where shall we meet? And when?"	"Ритца", - сказал Томми с усмешкой. - Где и когда встретимся?
"Twelve o'clock to-morrow.	- Завтра в двенадцать в метро на
Piccadilly Tube station.	"Пикадилли".
Will that suit you?"	Тебе удобно?
"My time is my own," replied Mr. Beresford magnificently.	- Я целиком собой располагаю, - величественно объявил мистер Бересфорд.
"So long, then."	- Тогда пока, до завтра. - До скорого, старушка.
"Good-bye, old thing."	И они разошлись в разные стороны.
The two young people went off in opposite directions.	Общежитие Таппенс находилось в районе, который слишком великодушно именовался
Tuppence's hostel was situated in what was charitably called Southern Belgravia.	"Южной Белгрейвией".
For reasons of economy she did not take a bus.	Из экономии она не села в автобус. И уже прошла половину Сент-Джеймского парка, как вдруг вздрогнула от неожиданности, услышав за спиной мужской голос:
She was half-way across St. James's Park, when a man's voice behind her made her start.	- Простите, не могли бы вы уделить мне несколько минут?
"Excuse me," it said. "But may I speak to you for a moment?"	Глава 2
CHAPTER II. MR. WHITTINGTON'S OFFER	Предложение мистера Виттингтона
TUPPENCE turned sharply, but the words hovering on the tip of her tongue remained unspoken, for the man's appearance and manner did not bear out her first and most natural assumption.	Таппенс резко обернулась, но приготовленные слова так и не сорвались с ее языка: ибо внешность и манера держаться окликнувшего ее человека начисто опровергли ее естественные предположения.
She hesitated. As if he read her thoughts, the man said quickly:	Она озадаченно молчала, а он, словно прочитав ее мысли, быстро сказал:
"I can assure you I mean no disrespect."	- Уверяю вас, вам не стоит меня опасаться.
Tuppence believed him.	И Таппенс успокоилась.
Although she disliked and distrusted him instinctively, she was inclined to acquit him of the particular motive which she had at first attributed to him. She looked him up and down.	Хотя незнакомец естественно должен был вызвать у нее неприязнь и недоверие, она чувствовала, что у него нет тех намерений, которые она поначалу ему приписала.
He was a big man, clean shaven, with a heavy jowl.	Высокий мужчина, чисто выбритый, с тяжелой челюстью.

His eyes were small and cunning, and shifted their glance under her direct gaze.	Под ее пристальным взглядом маленькие хитрые глазки заюлили. - Так в чем же дело? - спросила она.
"Well, what is it?" she asked.	Он улыбнулся.
The man smiled.	- Я случайно услышал часть вашей беседы с молодым джентльменом в "Лайонсе".
"I happened to overhear part of your conversation with the young gentleman in Lyons'."	- И что же?
"Well-what of it?"	- Да ничего.
"Nothing-except that I think I may be of some use to you."	Только я подумал, что могу оказаться вам полезен.
Another inference forced itself into Tuppence's mind:	- Ага, вот оно что!
"You followed me here?"	Значит, вы все время шли за мной?
"I took that liberty."	- Я позволил себе такую вольность.
"And in what way do you think you could be of use to me?"	- И чем, по-вашему, вы можете оказаться мне полезным?
The man took a card from his pocket and handed it to her with a bow.	Он достал из кармана визитную карточку и с поклоном протянул ей.
Tuppence took it and scrutinized it carefully.	Таппенс внимательно ее прочла.
It bore the inscription, "Mr. Edward Whittington."	"Мистер Эдвард Виттингтон".
Below the name were the words	Под фамилией было написано
"Esthonia Glassware Co.," and the address of a city office.	"Эстонское стекло" и адрес лондонской конторы.
Mr. Whittington spoke again:	Мистер Виттингтон сказал:
"If you will call upon me to-morrow morning at eleven o'clock, I will lay the details of my proposition before you."	- Зайдите ко мне завтра утром в одиннадцать, я изложу вам мое предложение.
"At eleven o'clock?" said Tuppence doubtfully.	- В одиннадцать? - с сомнением повторили Таппенс.
"At eleven o'clock."	- В одиннадцать.
Tuppence made up her mind. "Very well. I'll be there."	- Ладно, приду, - решительно сказала она.
"Thank you. Good evening." He raised his hat with a flourish, and walked away.	- Благодарю вас, всего хорошего. - Он элегантным жестом приподнял шляпу и ушел.
Tuppence remained for some minutes gazing after him.	Таппенс несколько секунд смотрела ему вслед.
Then she gave a curious movement of her shoulders, rather as a terrier shakes himself.	Затем передернула плечами, словно терьер, стряхивающий воду с шерсти.
"The adventures have begun," she murmured to herself. "What does he want me to do, I wonder?	- Приключения начинаются, - пробормотала она. -Интересно, что ему от меня нужно? Есть в вас нечто такое, мистер Виттингтон, что мне очень и очень не нравится.

There's something about you, Mr. Whittington, that I don't like at all.	И все же я ни капельки вас не боюсь.
But, on the other hand, I'm not the least bit afraid of you.	Сколько раз мне приходилось твердить:
And as I've said before, and shall doubtless say again, little Tuppence can look after herself, thank you!"	"Малютка Таппенс умеет за себя постоять, можете не сомневаться!" - я готова повторять это снова!
And with a short, sharp nod of her head she walked briskly onward.	И, тряхнув головой, она быстро пошла вперед. Однако кое-какие соображения заставили ее свернуть с дороги и зайти на почту.
As a result of further meditations, however, she turned aside from the direct route and entered a post office.	Там она несколько минут размышляла, держа в руке телеграфный бланк.
There she pondered for some moments, a telegraph form in her hand.	Мысль о том, что пять шиллингов могут быть потрачены зря, перевесила остальные соображения.
The thought of a possible five shillings spent unnecessarily spurred her to action, and she decided to risk the waste of ninepence.	И она решила рискнуть всего девятью пенсами.
Disdaining the spiky pen and thick, black treacle which a beneficent Government had provided, Tuppence drew out Tommy's pencil which she had retained and wrote rapidly:	Презрев скрипучее перо и густую черную патоку, которыми благодетельное почтовое ведомство снабжает свои отделения, Таппенс вынула карандаш Томми, который нечаянно присвоила, и быстро написала:
"Don't put in advertisement.	"Объявление не помещай.
Will explain to-morrow." She addressed it to Tommy at his club, from which in one short month he would have to resign, unless a kindly fortune permitted him to renew his subscription.	Объясню завтра", указав адрес клуба Томми, с которым ему на следующий месяц, видимо, предстояло расстаться - если только судьба не смилостивится и не пошлет денег на ежегодный взнос.
"It may catch him," she murmured. "Anyway, it's worth trying."	- Может, он успеет ее получить, - пробормотала Таппенс. - Может, и повезет. Расплатившись, она поспешила домой, заглянув лишь в булочную, чтобы купить свежих плюшек на три пенса.
After handing it over the counter she set out briskly for home, stopping at a baker's to buy three penny-worth of new buns.	Расположившись в своей каморке под крышей, она жевала плюшки и размышляла о будущем.
Later, in her tiny cubicle at the top of the house she munched buns and reflected on the future.	Что за фирма
What was the Esthonia Glassware Co., and what earthly need could it have for her services?	"Эстонское стекло" и зачем там могли понадобиться ее услуги?
A pleasurable thrill of excitement made Tuppence tingle.	Ее охватило приятное волнение.
At any rate, the country vicarage had retreated into the background again.	В любом случае отчий кров снова отодвинулся далеко на задний план.
The morrow held possibilities.	Будущее уже не казалось столь безнадежным.

It was a long time before Tuppence went to sleep that night, and, when at length she did, she dreamed that Mr. Whittington had set her to washing up a pile of Esthonia Glassware, which bore an unaccountable resemblance to hospital plates!	Ночью Таппенс долго не могла заснуть, а потом ей приснилось, что мистер Виттингтон поставил ее мыть груду штуковин из эстонского стекла, которые почему-то жутко напоминали госпитальные тарелки.
It wanted some five minutes to eleven when Tuppence reached the block of buildings in which the offices of the Esthonia Glassware Co. were situated.	Было без пяти минут одиннадцать, когда Таппенс приблизилась к зданию, в котором размещалась контора фирмы. Прийти раньше означало бы проявить недипломатичную заинтересованность.
To arrive before the time would look over-eager.	А потому она решила прогуляться до конца улицы и лишь ровно в одиннадцать нырнула в подъезд.
So Tuppence decided to walk to the end of the street and back again. She did so. On the stroke of eleven she plunged into the recesses of the building.	Фирма
The Esthonia Glassware Co. was on the top floor.	"Эстонское стекло" была расположена на верхнем этаже.
There was a lift, but Tuppence chose to walk up.	В здании имелся лифт, но Таппенс предпочла подняться по лестнице.
Slightly out of breath, she came to a halt outside the ground glass door with the legend painted across it	Слегка запыхавшись, она остановилась перед дверью, на матовом стекле которой краской было выведено "Эстонское стекло и К°".
"Esthonia Glassware Co."	Таппенс постучала.
Tuppence knocked.	Изнутри донесся голос, послышалось что-то вроде "войдите".
In response to a voice from within, she turned the handle and walked into a small rather dirty outer office.	Она повернула ручку и оказалась в небольшой, довольно грязной приемной.
A middle-aged clerk got down from a high stool at a desk near the window and came towards her inquiringly.	Пожилой клерк соскользнул с высокого табурета у конторки возле окна и вопросительно на нее посмотрел.
"I have an appointment with Mr. Whittington," said Tuppence.	- Меня ждет мистер Виттингтон, - сказала Таппенс.
"Will you come this way, please." He crossed to a partition door with "Private" on it, knocked, then opened the door and stood aside to let her pass in.	- Сюда, пожалуйста. - Он подошел к внутренней двери, постучав, открыл ее и пропустил Таппенс внутрь.
Mr. Whittington was seated behind a large desk covered with papers.	Мистер Виттингтон сидел за большим письменным столом, заваленным бумагами.
Tuppence felt her previous judgment confirmed. There was something wrong about Mr. Whittington.	Таппенс поняла: вчерашнее впечатление ее не обмануло, в мистере Виттингтоне действительно чувствовалось что-то подозрительное.
The combination of his sleek prosperity and his shifty eye was not attractive.	С одной стороны, холеная физиономия преуспевающего дельца, с другой - бегающие глазки - сочетание несимпатичное.
He looked up and nodded.	Он оторвался от бумаг и кивнул.
"So you've turned up all right?	- Та-ак, значит, все-таки пришли?

That's good.	Отлично.
Sit down, will you?"	Садитесь, прошу вас.
Tuppence sat down on the chair facing him.	Таппенс опустилась на стул напротив.
She looked particularly small and demure this morning.	Такая миниатюрная, такая застенчивая.
She sat there meekly with downcast eyes whilst Mr. Whittington sorted and rustled amongst his papers.	Скромно потупив глазки, она ждала, а мистер Виттингтон все шуршал и шуршал своими бумагами.
Finally he pushed them away, and leaned over the desk.	Наконец он отодвинул их в сторону.
"Now, my dear young lady, let us come to business." His large face broadened into a smile. "You want work?	- А теперь, милая барышня, перейдем к делу. - Его широкое лицо расползлось в улыбке. - Вам нужна работа?
Well, I have work to offer you.	Ну, так я могу вам кое-что предложить.
What should you say now to ?100 down, and all expenses paid?"	Сто фунтов на руки и оплата всех расходов.
Mr. Whittington leaned back in his chair, and thrust his thumbs into the arm-holes of his waistcoat.	Что скажете? - Мистер Виттингтон откинулся на спинку кресла и засунул большие пальцы в проймы жилетки. Таппенс настороженно посмотрела на него и спросила:
Tuppence eyed him warily.	- А что мне предстоит делать?
"And the nature of the work?" she demanded.	- Ничего.
"Nominal-purely nominal.	Практически ничего.
A pleasant trip, that is all."	Приятное путешествие, и только.
"Where to?"	- Куда?
Mr. Whittington smiled again.	Мистер Виттингтон снова улыбнулся.
"Paris."	- В Париж.
"Oh!" said Tuppence thoughtfully. To herself she said:	- О-о! - задумчиво произнесла Таппенс, а про себя подумала:
"Of course, if father heard that he would have a fit!	"Слышал бы это мой папочка, его бы удар хватил. Но мистер Виттингтон в роли Дон-Жуана... -что-то не представляю".
But somehow I don't see Mr. Whittington in the role of the gay deceiver."	- Да, - продолжал Виттингтон, - что может быть чудеснее?
"Yes," continued Whittington. "What could be more delightful?	Отвести стрелки часов на несколько лет назад, всего лишь года на два-три, не больше.
To put the clock back a few years-a very few, I am sure-and re-enter one of those charming pensionnats de jeunes filles with which Paris abounds--"	И вновь поступить в один из тех очаровательных пансионов для молодых девиц, какими изобилует Париж...
Tuppence interrupted him. "A pensionnat?"	- В пансион?! - вырвалось у Таппенс.
"Exactly.	-Вот именно.
Madame Colombier's in the Avenue de Neuilly."	Пансион мадам Коломбье, авеню де Нейи.

Tuppence knew the name well.	Таппенс прекрасно знала это имя.
Nothing could have been more select.	Пансион для избранных!
She had had several American friends there.	Несколько ее американских подруг в свое время учились там.
She was more than ever puzzled.	Ее недоумению не было границ.
"You want me to go to Madame Colombier's?	- Вы хотите, чтобы я поступила в пансион мадам Коломбье?
For how long?"	И на какой срок?
"That depends. Possibly three months."	- Пока не знаю, возможно, месяца на три.
"And that is all?	- Это все?
There are no other conditions?"	И никаких других условий? - Никаких.
"None whatever.	Разумеется, вы поступите туда под видом моей подопечной и не станете поддерживать никакой связи со своими близкими.
You would, of course, go in the character of my ward, and you would hold no communication with your friends.	Пока будете находиться там, никто не должен знать, где вы находитесь.
I should have to request absolute secrecy for the time being.	Это мое условие.
By the way, you are English, are you not?"	Да, кстати, вы ведь англичанка?
"Yes."	-Да.
"Yet you speak with a slight American accent?"	- Но говорите вы с легким американским акцентом.
"My great pal in hospital was a little American girl.	- В госпитале я дружила с одной американкой. Возможно, заразилась от нее.
I dare say I picked it up from her.	Но мне ничего не стоит от него избавиться.
I can soon get out of it again."	- Нет-нет.
"On the contrary, it might be simpler for you to pass as an American.	Даже лучше, если вас примут за американку.
Details about your past life in England might be more difficult to sustain.	Не придется изобретать подробности вашей прошлой жизни.
Yes, I think that would be decidedly better.	Да, так оно будет лучше.
Then--"	Итак...
"One moment, Mr. Whittington! You seem to be taking my consent for granted."	- Минуточку, мистер Виттингтон, вы, кажется, решили, что я уже согласилась?
Whittington looked surprised.	Виттингтон посмотрел на нее с удивлением.
"Surely you are not thinking of refusing?	- Неужели вы хотите отказаться?
I can assure you that Madame Colombier's is a most high-class and orthodox establishment.	Уверяю вас, пансион мадам Коломбье чрезвычайно фешенебельное заведение.
And the terms are most liberal."	А оплата весьма щедрая...

"Exactly," said Tuppence. "That's just it.	- Вот именно, - сказала Таппенс. - В том-то и дело.
The terms are almost too liberal, Mr. Whittington.	Оплата слишком щедрая, мистер Виттингтон.
I cannot see any way in which I can be worth that amount of money to you."	Я не понимаю, зачем вам платить мне такие деньги?
"No?" said Whittington softly. "Well, I will tell you.	- Не понимаете? - мягко сказал Виттингтон. - Ну хорошо, я вам объясню.
I could doubtless obtain some one else for very much less.	Конечно, я мог бы найти кого-нибудь еще за гораздо меньшую сумму.
What I am willing to pay for is a young lady with sufficient intelligence and presence of mind to sustain her part well, and also one who will have sufficient discretion not to ask too many questions."	Но раз уж мне требуется благовоспитанная барышня, причем умная и находчивая, способная хорошо сыграть свою роль и к тому же умеющая не задавать слишком много вопросов, я готов платить.
Tuppence smiled a little.	Губы Таппенс тронула улыбка.
She felt that Whittington had scored.	Очко в пользу Виттингтона.
"There's another thing.	- И еще.
So far there has been no mention of Mr. Beresford.	Вы пока не упомянули про мистера Бересфорда.
Where does he come in?"	Как будет с ним?
"Mr. Beresford?"	- Мистер Бересфорд?
"My partner," said Tuppence with dignity. "You saw us together yesterday."	- Мой компаньон, - с достоинством ответила Таппенс. - Вчера вечером вы видели нас вместе.
"Ah, yes.	- Ах да.
But I'm afraid we shan't require his services."	Но, боюсь, его услуги нам не понадобятся.
"Then it's off!" Tuppence rose. "It's both or neither.	- В таком случае нам не о чем больше разговаривать! - отрезала Таппенс, вставая. - Либо мы оба, либо... извините.
Sorry-but that's how it is.	Очень сожалею.
Good morning, Mr. Whittington."	Будьте здоровы, мистер Виттингтон.
"Wait a minute.	- Погодите.
Let us see if something can't be managed.	Попробуем что-нибудь придумать.
Sit down again, Miss--" He paused interrogatively.	Садитесь, мисс... - Он вопросительно умолк.
Tuppence's conscience gave her a passing twinge as she remembered the archdeacon.	Таппенс вспомнила про архидьякона, и ей стало совестно.
She seized hurriedly on the first name that came into her head.	Она выпалила первое пришедшее в голову имя: -Джейн Финн... - И так и осталась с открытым ртом, ошеломленная действием, которое возымело это простенькое имя.
"Jane Finn," she said hastily; and then paused open-mouthed at the effect of those two simple words.	Маска добродушия сползла с лица Виттингтона.
All the geniality had faded out of Whittington's face.	Он побагровел от ярости.

It was purple with rage, and the veins stood out on the forehead.	На лбу вздулись жилы.
And behind it all there lurked a sort of incredulous dismay.	Но весь его гнев не мог скрыть мучительной растерянности.
He leaned forward and hissed savagely:	Перегнувшись через стол, он свирепо прошипел:
"So that's your little game, is it?"	- Изволите развлекаться?
Tuppence, though utterly taken aback, nevertheless kept her head.	Таппенс, хоть и была захвачена врасплох, сохранила ясность мысли.
She had not the faintest comprehension of his meaning, but she was naturally quick-witted, and felt it imperative to "keep her end up" as she phrased it.	Она понятия не имела, что он имел в виду, но мигом сообразила, что расслабляться ей в любом случае не следует.
Whittington went on:	А Виттингтон продолжал:
"Been playing with me, have you, all the time, like a cat and mouse?	- Решила со мной поиграть, точно кошка с мышкой? С самого начала знала, зачем мне понадобилась, и разыгрывала дурочку?
Knew all the time what I wanted you for, but kept up the comedy.	Знала? - Он постепенно успокаивался, лицо его обретало обычный цвет.
Is that it, eh?" He was cooling down. The red colour was ebbing out of his face.	- Кто проболтался?
He eyed her keenly. "Who's been blabbing? Rita?"	Рита? - Он буравил ее взглядом.
Tuppence shook her head.	Таппенс покачала головой.
She was doubtful as to how long she could sustain this illusion, but she realized the importance of not dragging an unknown Rita into it.	Она понимала, что нечаянный розыгрыш долго длиться не может, но все равно не стоило впутывать в игру еще какую-то Риту.
"No," she replied with perfect truth. "Rita knows nothing about me."	- Нет, - честно сказала она. - Рита обо мне ничего не знает.
His eyes still bored into her like gimlets.	Его глаза все еще сверлили ее точно два буравчика.
"How much do you know?" he shot out.	- А ты что знаешь? - выпалил он.
"Very little indeed," answered Tuppence, and was pleased to note that Whittington's uneasiness was augmented instead of allayed.	- Собственно говоря, ничего, - ответила Таппенс и с удовольствием заметила, что тревога Виттингтона не только не уменьшилась, но и возросла.
To have boasted that she knew a lot might have raised doubts in his mind.	Похвасталась бы, что знает все, у него бы возникли сомнения.
"Anyway," snarled Whittington, "you knew enough to come in here and plump out that name."	- В любом случае, - рявкнул Виттингтон, - ты знаешь достаточно, чтобы явиться сюда и брякнуть это имя.
"It might be my own name," Tuppence pointed out.	- А если меня и в самом деле так зовут? - заметила Таппенс.
"It's likely, isn't it, then there would be two girls with a name like that?"	- Да уж, рассказывай, чтобы этакое имечко - и у двух девиц?

"Or I might just have hit upon it by chance," continued Tuppence, intoxicated with the success of truthfulness.	- А может, я назвала первое попавшее? -продолжала Таппенс, опьяненная собственной невероятной честностью.
Mr. Whittington brought his fist down upon the desk with a bang.	Мистер Виттингтон ударил кулаком по столу.
"Quit fooling!	- Хватит чушь молоть!
How much do you know?	Что тебе известно?
And how much do you want?"	И сколько ты хочешь?
The last five words took Tuppence's fancy mightily, especially after a meagre breakfast and a supper of buns the night before.	Последние слова воспламенили фантазию Таппенс, чему немало способствовал скудный завтрак и вчерашний ужин из плюшек.
Her present part was of the adventuress rather than the adventurous order, but she did not deny its possibilities.	Она явно чувствовала себя авантюристкой, а не новоиспеченным сотрудником фирмы, но и эта роль открывала определенные возможности.
She sat up and smiled with the air of one who has the situation thoroughly well in hand.	Поведя плечами, она многозначительно улыбнулась.
"My dear Mr. Whittington," she said, "let us by all means lay our cards upon the table. And pray do not be so angry.	- Дорогой мистер Виттингтон, - проворковала она. - Давайте-ка раскроем карты, и прошу вас, не сердитесь так.
You heard me say yesterday that I proposed to live by my wits.	Вы ведь слышали, как я вчера говорила, что собираюсь жить своим умом.
It seems to me that I have now proved I have some wits to live by!	По-моему, я сейчас доказала, что у меня есть ум, которым можно жить.
I admit I have knowledge of a certain name, but perhaps my knowledge ends there."	Не отрицаю, мне действительно известно некое имя, но, возможно, этим все мои сведения и исчерпываются.
"Yes-and perhaps it doesn't," snarled Whittington.	- А возможно, и не исчерпываются, - съязвил Виттингтон.
"You insist on misjudging me," said Tuppence, and sighed gently.	- Вы упорно не желаете меня понять, - сказала Таппенс с легким вздохом.
"As I said once before," said Whittington angrily, "quit fooling, and come to the point.	- Повторяю: хватит молоть чушь, - сердито сказал Виттингтон. - Перейдем к делу.
You can't play the innocent with me.	И можешь не разыгрывать передо мной невинность.
You know a great deal more than you're willing to admit."	Ты знаешь куда больше, чем говоришь.
Tuppence paused a moment to admire her own ingenuity, and then said softly:	Таппенс помолчала, восхищаясь своей находчивостью, а потом сладким голосом произнесла:
"I shouldn't like to contradict you, Mr. Whittington."	- Мне очень неприятно раздражать вас, мистер Виттингтон. - Итак, вернемся к главному вопросу: сколько?
"So we come to the usual question-how much?"	Таппенс растерялась.

Tuppence was in a dilemma.	До сих пор она очень ловко водила Виттингтона за нос.
So far she had fooled Whittington with complete success, but to mention a palpably impossible sum might awaken his suspicions.	Но если она назовет явно неподходящую сумму, у него сразу же возникнут подозрения.
An idea flashed across her brain.	И тут ее осенило:
"Suppose we say a little something down, and a fuller discussion of the matter later?"	- Предположим сначала небольшой аванс, остальное обсудим потом, идет?
Whittington gave her an ugly glance.	Виттингтон прожег ее свирепым взглядом.
"Blackmail, eh?"	- Шантаж, так?
Tuppence smiled sweetly.	Таппенс кротко улыбнулась.
"Oh no!	- Ну что вы!
Shall we say payment of services in advance?"	Просто предоплата будущих услуг.
Whittington grunted.	Виттингтон буркнул что-то невнятное.
"You see," explained Tuppence still sweetly, "I'm so very fond of money!"	- Видите ли, - объяснила Таппенс все так же кротко, - деньги - моя страсть.
"You're about the limit, that's what you are," growled Whittington, with a sort of unwilling admiration. "You took me in all right. Thought you were quite a meek little kid with just enough brains for my purpose."	- Нахалка ты, и больше ничего, - проворчал Виттингтон с невольным одобрением. - Ловко ты меня провела. - Думал, тихоня, у которой мозгов ровно столько, сколько мне нужно.
"Life," moralized Tuppence, "is full of surprises."	- Жизнь полна неожиданностей, - назидательно изрекла Таппенс.
"All the same," continued Whittington, "some one's been talking.	- И все-таки, - продолжал Виттингтон. - Кто-то трепал языком.
You say it isn't Rita.	Ты говоришь, не Рита.
Was it--? Oh, come in."	Так, значит... Войдите!
The clerk followed his discreet knock into the room, and laid a paper at his master's elbow.	Тихо вошел клерк и положил перед начальником какой-то листок.
"Telephone message just come for you, sir."	- Передали по телефону, сэр.
Whittington snatched it up and read it. A frown gathered on his brow.	Виттингтон схватил листок и, прочитав, нахмурился.
"That'll do, Brown. You can go."	- Хорошо, Браун, можете идти.
The clerk withdrew, closing the door behind him.	Клерк удалился, прикрыв за собой дверь.
Whittington turned to Tuppence.	Виттингтон взглянул на Таппенс.
"Come to-morrow at the same time.	- Приходи завтра в это же время.
I'm busy now.	А сейчас мне некогда.
Here's fifty to go on with."	Для начала вот тебе пятьдесят фунтов.
He rapidly sorted out some notes, and pushed them across the table to Tuppence, then stood up, obviously impatient for her to go.	Быстро отсчитав несколько банкнот, он подтолкнул пачку к Таппенс и нетерпеливо поднялся, ожидая, когда та уйдет.

The girl counted the notes in a businesslike manner, secured them in her handbag, and rose.	Таппенс деловито пересчитала деньги, спрятала их в сумочку и встала.
"Good morning, Mr. Whittington," she said politely. "At least, au revoir, I should say."	- Всего хорошего, мистер Виттингтон, - сказала она вежливо. - Или мне следовало бы сказать - au revoir.
"Exactly. Au revoir!" Whittington looked almost genial again, a reversion that aroused in Tuppence a faint misgiving. "Au revoir, my clever and charming young lady."	- Вот именно, au revoir! - Виттингтон вновь обрел благодушный вид, и в душе Таппенс шевельнулось дурное предчувствие. - До свидания, моя умненькая очаровательная барышня.
Tuppence sped lightly down the stairs.	Таппенс единым духом одолела ступеньки лестницы.
A wild elation possessed her.	Ее распирало от восторга.
A neighbouring clock showed the time to be five minutes to twelve.	Уличные часы показывали без пяти двенадцать.
"Let's give Tommy a surprise!" murmured Tuppence, and hailed a taxi.	-Устроим Томми сюрприз! - пробормотала она, останавливая такси.
The cab drew up outside the tube station. Tommy was just within the entrance.	Когда машина подкатила ко входу в метро, Томми был на месте.
His eyes opened to their fullest extent as he hurried forward to assist Tuppence to alight.	Вытаращив от удивления глаза, он кинулся открывать дверцу.
She smiled at him affectionately, and remarked in a slightly affected voice:	Ласково улыбнувшись, Таппенс бросила с нарочитой небрежностью:
"Pay the thing, will you, old bean?	- Уплати по счетчику, старичок, ладно?
I've got nothing smaller than a five-pound note!"	А то у меня нет ничего мельче пятифунтовых бумажек.
CHAPTER III.	Глава 3
A SET BACK	Нежданная помеха
THE moment was not quite so triumphant as it ought to have been.	Однако торжество было чуть-чуть испорчено.
To begin with, the resources of Tommy's pockets were somewhat limited.	Наличность в карманах Томми была определенно ограниченна.
In the end the fare was managed, the lady recollecting a plebeian twopence, and the driver, still holding the varied assortment of coins in his hand, was prevailed upon to move on, which he did after one last hoarse demand as to what the gentleman thought he was giving him?	В конце концов леди пришлось извлечь из своей сумочки плебейский двухпенсовик и вложить в ладонь шофера, уже полную разнообразной мелочи, и таксист, возмущенно ворча - что, мол, это ему насовали, - полез в машину.
"I think you've given him too much, Tommy," said Tuppence innocently. "I fancy he wants to give some of it back."	- По-моему, ты заплатил больше, чем следует, -невинным голоском заметила Таппенс. - Он, кажется, хочет вернуть лишнее.
It was possibly this remark which induced the driver to move away.	Вероятно, это ее замечание заставило таксиста окончательно ретироваться.

"Well," said Mr. Beresford, at length able to relieve his feelings, "what the-dickens, did you want to take a taxi for?"	- Ну, - сказал мистер Бересфорд, получив наконец возможность дать волю своим чувствам. - Какого дьявола... тебе вздумалось брать такси?
"I was afraid I might be late and keep you waiting," said Tuppence gently.	- Я боялась, что опоздаю и заставлю тебя ждать, -кротко ответила Таппенс.
"Afraid-you-might-be-late!	-Боялась... что... опоздаешь! О, Господи, у меня нет слов! - воскликнул мистер Бересфорд.
Oh, Lord, I give it up!" said Mr. Beresford.	- И честное-пречестное слово, - продолжала Таппенс, округлив глаза, - меньше пятифунтовой бумажки у меня ничего нет.
"And really and truly," continued Tuppence, opening her eyes very wide, "I haven't got anything smaller than a five-pound note."	- Ты отлично это сыграла, старушка, но он ни на секунду тебе не поверил.
"You did that part of it very well, old bean, but all the same the fellow wasn't taken in-not for a moment!"	Ни на одну.
"No," said Tuppence thoughtfully, "he didn't believe it.	- Да, - сказала Таппенс задумчиво. - Не поверил.
That's the curious part about speaking the truth. No one does believe it.	Такая вот странность: когда говоришь правду, тебе никто не верит. В этом я убедилась сегодня утром.
I found that out this morning.	А теперь пошли питаться.
Now let's go to lunch.	Может, в "Савой"?
How about the Savoy?"	Томми ухмыльнулся. - А может, в
Tommy grinned.	"Ритц"?
"How about the Ritz?"	- Нет, пожалуй, я предпочту
"On second thoughts, I prefer the Piccadilly.	"Пикадилли".
It's nearer. We shan't have to take another taxi.	Он ближе, не надо брать такси.
Come along."	Пошли!
"Is this a new brand of humour?	-Так теперь принято шутить?
Or is your brain really unhinged?" inquired Tommy.	Или ты действительно свихнулась? - осведомился Томми.
"Your last supposition is the correct one.	- Второе твое предположение абсолютно верно.
I have come into money, and the shock has been too much for me!	На меня свалились деньги, и я не выдержала такого потрясения!
For that particular form of mental trouble an eminent physician recommends unlimited Hors d'oeuvre, Lobster ? l'am?ricane, Chicken Newberg, and P?che Melba!	Для исцеления такого рода заболеваний некий светило психиатрии рекомендует набор закусок, омаров по-американски, котлеты де-валяй и пломбир с персиками под малиновым соусом!
Let's go and get them!"	Пошли, приступим к лечению.
"Tuppence, old girl, what has really come over you?"	- Таппенс, старушка, все-таки что на тебя нашло?
"Oh, unbelieving one!" Tuppence wrenched open her bag. "Look here, and here, and here!"	- О, неверующий! - Таппенс открыла сумочку. -Погляди вот на это, на это и на это!

"Great Jehosaphat!	- Тысяча чертей! Девочка моя, поменьше размахивай фунтиками.
My dear girl, don't wave Fishers aloft like that!"	- Они вовсе не фунтики.
"They're not Fishers.	Они в пять раз лучше фунтиков.
They're five times better than Fishers, and this one's ten times better!"	А вот эта так в десять! Томми испустил глухой стон.
Tommy groaned.	- Видимо, я нализался, сам того не заметив!
"I must have been drinking unawares!	Таппенс, я брежу?
Am I dreaming, Tuppence, or do I really behold a large quantity of five-pound notes being waved about in a dangerous fashion?"	Или действительно созерцаю неисчислимое количество пятифунтовых банкнот, которыми размахивают самым непотребным образом?
"Even so, O King!	- Твоими устами глаголет истина, о повелитель!
Now, will you come and have lunch?"	Ну, теперь-то ты пойдешь завтракать?
"I'll come anywhere. But what have you been doing?	- Пойду куда угодно, и тем не менее, что ты успела натворить?
Holding up a bank?"	Ограбила банк?
"All in good time.	- Всему свое время.
What an awful place Piccadilly Circus is.	Нет, Пикадилли-Серкус все-таки жуткое место. Этот автобус так и норовит нас сбить.
There's a huge bus bearing down on us.	Какой будет ужас, если пятифунтовые бумажки погибнут!
It would be too terrible if they killed the five-pound notes!"	-В
"Grill room?" inquired Tommy, as they reached the opposite pavement in safety.	"Гриль"? - спросил Томми, когда им удалось благополучно добраться до тротуара.
"The other's more expensive," demurred Tuppence.	- Это для меня слишком дешево! - уперлась Таппенс.
"That's mere wicked wanton extravagance.	- Нечего зря транжирить.
Come on below."	Вот и лестница! - А ты уверен, что там я смогу заказать все, что мне хочется?
"Are you sure I can get all the things I want there?"	- То крайне дикое меню, которое ты только что составила?
"That extremely unwholesome menu you were outlining just now?	Конечно сможешь.
Of course you can-or as much as is good for you, anyway."	Во всяком случае, в той мере, в какой ты это выдержишь.
"And now tell me," said Tommy, unable to restrain his pent-up curiosity any longer, as they sat in state surrounded by the many hors d'oeuvre of Tuppence's dreams.	Ну, а теперь рассказывай, - не утерпев, скомандовал Томми, когда перед ними наставили закусок, сочиненных воспаленным воображением Таппенс.
Miss Cowley told him.	И мисс Каули все ему рассказала.

"And the curious part of it is," she ended, "that I really did invent the name of Jane Finn!	- А самое смешное, - заключила она, - что Джейн Финн я назвалась совершенно случайно.
I didn't want to give my own because of poor father-in case I should get mixed up in anything shady."	Выдумала с ходу, - ради папы предпочла не упоминать свою настоящую фамилию - а вдруг бы впуталась в какое-нибудь темное дело?
"Perhaps that's so," said Tommy slowly. "But you didn't invent it."	- Все верно, - медленно сказал Томми. - Но это имя ты назвала не случайно.
"What?"	-То есть как не случайно?
"No.	- А вот так!
I told it to you.	Ты услышала его от меня.
Don't you remember, I said yesterday I'd overheard two people talking about a female called Jane Finn?	Помнишь, я упомянул вчера, как двое типов говорили про какую-то женщину по имени Джейн Финн?
That's what brought the name into your mind so pat."	Потому оно тебе сразу и пришло на ум.
"So you did.	- Ну, конечно!
I remember now.	Теперь припоминаю.
How extraordinary--" Tuppence tailed off into silence. Suddenly she aroused herself. "Tommy!"	Как странно... - Таппенс на секунду умолкла, потом выпалила: - Томми!
"Yes?"	-Что?
"What were they like, the two men you passed?"	- А как они выглядели, эти двое?
Tommy frowned in an effort at remembrance.	Томми сосредоточенно сдвинул брови.
"One was a big fat sort of chap. Clean shaven, I think-and dark."	- Один толстый, огромный такой, с гладко выбритой физиономией и темными волосами.
"That's him," cried Tuppence, in an ungrammatical squeal. "That's Whittington!	- Он! - пискнула Таппенс. - Это Виттингтон.
What was the other man like?"	А другой?
"I can't remember.	- Не помню.
I didn't notice him particularly.	На второго я вообще не обратил внимания.
It was really the outlandish name that caught my attention."	Просто мне запомнилось имя девушки.
"And people say that coincidences don't happen!" Tuppence tackled her P?che Melba happily.	- Да, нарочно не придумаешь! - Таппенс ликующе принялась за пломбир с персиками. Но Томми стал вдруг очень серьезен.
But Tommy had become serious.	- Таппенс, старушка, а дальше что?
"Look here, Tuppence, old girl, what is this going to lead to?"	- Еще денег дадут!
"More money," replied his companion.	Что же еще? - заявила его собеседница.
"I know that.	- Это-то ясно.
You've only got one idea in your head.	Это ты хорошо усвоила.

What I mean is, what about the next step? How are you going to keep the game up?"	А дальше что, что ты ему дальше будешь плести?
"Oh!" Tuppence laid down her spoon. "You're right, Tommy, it is a bit of a poser."	- Ты прав, Томми! - Таппенс положила ложку. -Тут есть над чем поломать голову.
"After all, you know, you can't bluff him forever.	- Ты же понимаешь, что долго морочить его тебе не удастся.
You're sure to slip up sooner or later.	Рано или поздно на чем-нибудь споткнешься.
And, anyway, I'm not at all sure that it isn't actionable-blackmail, you know."	К тому же можешь угодить в какую-нибудь историю, - шантаж, ты же понимаешь?
"Nonsense.	- Ерунда.
Blackmail is saying you'll tell unless you are given money.	Шантаж, это когда ты угрожаешь, что все расскажешь, если тебе не заплатят. А я утверждаю, что мне рассказывать нечего, что я ничего не знаю!
Now, there's nothing I could tell, because I don't really know anything."	- Хм-м, - с сомнением протянул Томми, - и все же, дальше-то что?
"Hm," said Tommy doubtfully. "Well, anyway, what are we going to do?	Сегодня Виттингтону надо было от тебя поскорее избавиться.
Whittington was in a hurry to get rid of you this morning, but next time he'll want to know something more before he parts with his money.	А в следующий раз, прежде чем раскошелиться, он захочет кое-что выяснить.
He'll want to know how much you know, and where you got your information from, and a lot of other things that you can't cope with.	Что, собственно, ты знаешь, и если знаешь, то откуда получила свои сведения, и мало ли еще что, о чем ты вообще не имеешь представления.
What are you going to do about it?"	Так что же ты намерена делать?
Tuppence frowned severely.	Таппенс нахмурилась.
"We must think.	- Надо подумать.
Order some Turkish coffee, Tommy.	Закажи кофе по-турецки, Томми.
Stimulating to the brain. Oh, dear, what a lot I have eaten!"	Крепкий кофе стимулирует деятельность мозга... Боже мой, сколько я съела!
"You have made rather a hog of yourself!	- Да уж, все летело прямо как в прорву.
So have I for that matter, but I flatter myself that my choice of dishes was more judicious than yours.	Впрочем, не ты одна, но льщу себя тем, что мой выбор блюд был более благоразумен.
Two coffees." (This was to the waiter.) "One Turkish, one French."	Два кофе! (Это адресовалось официанту.) Один по-турецки, другой по-французски.
Tuppence sipped her coffee with a deeply reflective air, and snubbed Tommy when he spoke to her.	Таппенс в глубокой задумчивости прихлебывала кофе, а когда Томми с ней заговорил, буркнула:
"Be quiet. I'm thinking."	- Помолчи, я думаю!
"Shades of Pelmanism!" said Tommy, and relapsed into silence.	- О, Господи! - ошарашенно воскликнул Томми и погрузился в молчание.
"There!" said Tuppence at last. "I've got a plan.	- Ну вот! - наконец объявила Таппенс. - У меня есть план.

Obviously what we've got to do is to find out more about it all."	Совершенно очевидно, нам следует прежде всего выяснить, в чем, собственно, дело.
Tommy applauded.	Томми беззвучно похлопал в ладоши.
"Don't jeer.	- Не измывайся.
We can only find out through Whittington.	Выяснить это можно только через Виттингтона.
We must discover where he lives, what he does-sleuth him, in fact!	Надо узнать, где он живет, чем занимается -короче говоря, установить за ним слежку.
Now I can't do it, because he knows me, but he only saw you for a minute or two in Lyons'.	Взять это на себя я не могу, потому что он уже хорошо меня разглядел.
He's not likely to recognize you.	Но тебя он видел всего один раз, и то мельком, и вряд ли запомнил.
After all, one young man is much like another."	В конце-то концов все молодые люди на одно лицо.
"I repudiate that remark utterly.	- Ну, тут я готов с тобою поспорить.
I'm sure my pleasing features and distinguished appearance would single me out from any crowd."	Я убежден, что моя замечательная физиономия и благородные манеры просто не могут не запомниться.
"My plan is this," Tuppence went on calmly, "I'll go alone to-morrow. I'll put him off again like I did to-day.	- Так вот что я придумала, - продолжала Таппенс, пропустив его реплику мимо ушей. - Завтра я пойду туда одна и буду морочить ему голову, как сегодня.
It doesn't matter if I don't get any more money at once.	Не беда, если не получу всех денег сразу.
Fifty pounds ought to last us a few days."	Пятидесяти фунтов на первые дни должно хватить.
"Or even longer!"	- И не только на первые! - Ты будешь ждать на улице.
"You'll hang about outside.	Когда я выйду, то даже не взгляну в твою сторону - на случай, если за мной будут следить.
When I come out I shan't speak to you in case he's watching.	Встану неподалеку, а когда он выйдет из подъезда, уроню платок или еще как-нибудь дам тебе знать.
But I'll take up my stand somewhere near, and when he comes out of the building I'll drop a handkerchief or something, and off you go!"	Тут ты и примешься за дело. - За какое еще дело?
"Off I go where?"	- Пойдешь за ним следом, глупышка.
"Follow him, of course, silly!	Ну что?
What do you think of the idea?"	Как тебе мой план?
"Sort of thing one reads about in books.	- Прямо как в романе.
I somehow feel that in real life one will feel a bit of an ass standing in the street for hours with nothing to do.	Только в жизни-то, если часами будешь без толку торчать на улице, я думаю, очень скоро почувствуешь себя идиотом.
People will wonder what I'm up to."	Да и прохожие заподозрят неладное.

"Not in the city.	- Только не в Лондоне.
Every one's in such a hurry. Probably no one will even notice you at all."	Здесь все так торопятся, что на тебя просто никто не обратит внимания.
"That's the second time you've made that sort of remark.	- Опять ты непочтительна к моей замечательной особе!
Never mind, I forgive you.	Впрочем, прощаю.
Anyway, it will be rather a lark.	Во всяком случае - придумано неплохо.
What are you doing this afternoon?"	А сегодня ты что собираешься делать?
"Well," said Tuppence meditatively. "I had thought of hats! Or perhaps silk stockings! Or perhaps--"	- Ну-у, - мечтательно произнесла Таппенс. - У меня были кое-какие мысли насчет шляпки, насчет шелковых чулок, насчет...
"Hold hard," admonished Tommy. "There's a limit to fifty pounds!	- Уймись! - порекомендовал Томми. - Даже пятидесяти фунтам есть предел.
But let's do dinner and a show to-night at all events."	Знаешь, пообедаем вместе, а вечером сходим в театр.
"Rather."	- Заметано!
The day passed pleasantly. The evening even more so.	День был упоителен, а вечер - еще лучше.
Two of the five-pound notes were now irretrievably dead.	Две пятифунтовые бумажки канули в небытие.
They met by arrangement the following morning and proceeded citywards.	На следующее утро они встретились, согласно уговору, и отправились в Сити.
Tommy remained on the opposite side of the road while Tuppence plunged into the building.	Томми остался на противоположной стороне, а Таппенс, перебежав улицу, нырнула в подъезд.
Tommy strolled slowly down to the end of the street, then back again.	Для начала Томми медленно прошелся до конца улицы, потом зашагал обратно.
Just as he came abreast of the building, Tuppence darted across the road.	На полпути его перехватила Таппенс.
"Tommy!"	- Томми!
"Yes. What's up?"	- Что случилось?
"The place is shut. I can't make anyone hear."	- Дверь заперта, и никто не отзывается.
"That's odd."	- Странно.
"Isn't it?	-Вот именно!
Come up with me, and let's try again."	Пойдем и попробуем вместе.
Tommy followed her.	Томми с готовностью последовал за ней. На третьем этаже из двери какой-то конторы вышел молодой клерк.
As they passed the third floor landing a young clerk came out of an office.	Немного поколебавшись, он спросил Таппенс:
He hesitated a moment, then addressed himself to Tuppence.	- Вам нужно

"Were you wanting the Esthonia Glassware?"	"Эстонское стекло"?
"Yes, please."	-Да.
"It's closed down.	- Они закрылись.
Since yesterday afternoon.	Еще вчера.
Company being wound up, they say.	Говорят, фирма ликвидирует свои дела.
Not that I've ever heard of it myself.	Мне лично об этом ничего не известно.
But anyway the office is to let."	Но помещение они освободили.
"Th-thank you," faltered Tuppence. "I suppose you don't know Mr. Whittington's address?"	-Спа... спасибо,- пробормотала Таппенс. - Вы случайно не знаете домашнего адреса мистера Виттингтона?
"Afraid I don't.	- К сожалению, нет.
They left rather suddenly."	Все это произошло так неожиданно.
"Thank you very much," said Tommy. "Come on, Tuppence."	- Большое спасибо, - сказал Томми. - Идем, Таппенс.
They descended to the street again where they gazed at one another blankly.	Выйдя на улицу, они с недоумением переглянулись.
"That's torn it," said Tommy at length.	- Вот так-то, - высказался наконец Томми.
"And I never suspected it," wailed Tuppence.	- Этого я никак не ожидала, - пожаловалась Таппенс.
"Cheer up, old thing, it can't be helped."	- Веселей, старушка, тут уж ничего не поделаешь.
"Can't it, though!" Tuppence's little chin shot out defiantly. "Do you think this is the end?	- Да? - Подбородок Таппенс упрямо вздернулся. -Ты думаешь, это конец?
If so, you're wrong.	Если так, ты очень и очень ошибаешься.
It's just the beginning!"	Это только начало. - Начало чего?
"The beginning of what?"	- Наших приключений!
"Of our adventure!	Томми, как ты не понимаешь?
Tommy, don't you see, if they are scared enough to run away like this, it shows that there must be a lot in this Jane Finn business!	Если они до того перепугались, что сразу убежали, значит, за этой историей с Джейн Финн что-то кроется.
Well, we'll get to the bottom of it.	И мы доберемся до истины.
We'll run them down!	Мы их отыщем!
We'll be sleuths in earnest!"	Устроим настоящую слежку!
"Yes, but there's no one left to sleuth."	- Да, вот только за кем?
"No, that's why we'll have to start all over again.	- Просто нам придется начать с самого начала.
Lend me that bit of pencil.	Дай-ка сюда карандашик.
Thanks.	Спасибо.
Wait a minute-don't interrupt.	Погоди... только не перебивай!

There!" Tuppence handed back the pencil, and surveyed the piece of paper on which she had written with a satisfied eye:	Ну, вот. - Таппенс вернула карандаш и с удовлетворением посмотрела на листок бумаги, зажатый у нее в ладошке.
"What's that?"	- Что это?
"Advertisement."	- Объявление.
"You're not going to put that thing in after all?"	- Неужели ты все-таки решила напечатать эту чушь?
"No, it's a different one."	-Да нет, совсем другое! Она протянула ему листок, и Томми прочел:
She handed him the slip of paper. Tommy read the words on it aloud:	- "Требуются: Любые сведения, касающиеся Джейн Финн. Обращаться к М.
"WANTED, any information respecting Jane Finn.	А.".
Apply Y. A."	Глава 4
CHAPTER IV. WHO IS JANE FINN?	Кто такая Джейн Финн?
THE next day passed slowly.	Следующий день тянулся очень медленно.
It was necessary to curtail expenditure.	Требовалось резко сократить расходы.
Carefully husbanded, forty pounds will last a long time.	Если экономить, сорок фунтов можно растянуть надолго.
Luckily the weather was fine, and "walking is cheap," dictated Tuppence.	К счастью, погода стояла прекрасная, и, как объявила Таппенс, "нет ничего дешевле прогулок пешком".
An outlying picture house provided them with recreation for the evening.	А вечером они отправились развлекаться в дешевую киношку.
The day of disillusionment had been a Wednesday.	Итак, крах надежд произошел в среду.
On Thursday the advertisement had duly appeared. On Friday letters might be expected to arrive at Tommy's rooms.	Объявление появилось в четверг, и вот теперь, в пятницу, на адрес Томми должны были поступить первые письма. Под некоторым нажимом он дал торжественное обещание не вскрывать их, а принести в Национальную галерею, где в десять часов его будет ждать компаньон.
He had been bound by an honourable promise not to open any such letters if they did arrive, but to repair to the National Gallery, where his colleague would meet him at ten o'clock.	Первой на свидание пришла Таппенс.
Tuppence was first at the rendezvous.	Она уселась на красный плюшевый диванчик в зале Тернера и принялась невидящими глазами созерцать его шедевры.
She ensconced herself on a red velvet seat, and gazed at the Turners with unseeing eyes until she saw the familiar figure enter the room.	Зато знакомую фигуру увидела сразу:
"Well?"	-Ну?
"Well," returned Mr. Beresford provokingly. "Which is your favourite picture?"	- Ну? - повторил мистер Бересфорд ехидно. -Какое полотно тебе особенно приглянулось?

"Don't be a wretch.	- Не измывайся!
Aren't there any answers?"	Пришло что-нибудь?
Tommy shook his head with a deep and somewhat overacted melancholy.	Томми покачал головой с глубокой и несколько ненатуральной печалью.
"I didn't want to disappoint you, old thing, by telling you right off.	- Не хотелось сразу разочаровывать тебя, старушка.
It's too bad.	Очень грустно.
Good money wasted." He sighed. "Still, there it is.	Только деньги на ветер выбросили. - Он вздохнул. - Но что поделаешь!
The advertisement has appeared, and-there are only two answers!"	Объявление поместили и... всего два ответа.
"Tommy, you devil!" almost screamed Tuppence. "Give them to me.	- Томми, черт тебя возьми! - почти крикнула Таппенс. - Дай их мне сейчас же.
How could you be so mean!"	Это же надо быть такой скотиной!
"Your language, Tuppence, your language!	- Следи за своей речью, Таппенс, следи за своей речью!
They're very particular at the National Gallery.	Ты в Национальной галерее.
Government show, you know.	Все-таки государственное учреждение.
And do remember, as I have pointed out to you before, that as a clergyman's daughter--"	И, пожалуйста, не забывай, как я уже тебе неоднократно напоминал, что, поскольку ты дочь священнослужителя...
"I ought to be on the stage!" finished Tuppence with a snap.	- То должна была бы пойти в актрисы! - ядовито докончила Таппенс.
"That is not what I intended to say.	- Я хотел сказать совсем другое.
But if you are sure that you have enjoyed to the full the reaction of joy after despair with which I have kindly provided you free of charge, let us get down to our mail, as the saying goes."	Однако если ты сполна насладилась радостью, столь острой после отчаяния, в которое я так любезно тебя поверг, причем совершенно бесплатно, то займемся нашей почтой.
Tuppence snatched the two precious envelopes from him unceremoniously, and scrutinized them carefully.	Таппенс бесцеремонно выхватила у него оба конверта и подвергла их тщательному осмотру.
"Thick paper, this one.	- Этот из плотной бумаги.
It looks rich.	Пахнет богатством.
We'll keep it to the last and open the other first."	Его отложим на потом и вскроем другое.
"Right you are.	- Как угодно.
One, two, three, go!"	Раз, два, три, давай!
Tuppence's little thumb ripped open the envelope, and she extracted the contents.	Пальчики Таппенс вскрыли конверт и извлекли на свет его содержимое.
"DEAR SIR,	"Дорогой сэр!
"Referring to your advertisement in this morning's paper, I may be able to be of some use to you.	Касательно вашего объявления в утренней газете. Полагаю, я могу оказаться вам полезен.

Perhaps you could call and see me at the above address at eleven o'clock to-morrow morning.	Не сочтите за труд посетить меня по вышеуказанному адресу. Завтра в одиннадцать часов утра.
"Yours truly, "A. CARTER."	Искренне ваш, А. Картер".
"27 Carshalton Gardens," said Tuppence, referring to the address. "That's Gloucester Road way.	- Каршелтон-террас, 27, - прочла Таппенс. - Где-то в районе Глостер-роуд.
Plenty of time to get there if we tube."	Если поехать на метро, у нас еще масса времени.
"The following," said Tommy, "is the plan of campaign. It is my turn to assume the offensive.	- Объявляю план кампании, - сообщил Томми. -Теперь моя очередь взять на себя инициативу.
Ushered into the presence of Mr. Carter, he and I wish each other good morning as is customary.	Меня проводят к мистеру Картеру, и мы с ним, как водится, пожелаем друг другу доброго утра.
He then says:	Потом он скажет:
'Please take a seat, Mr.-er?'	"Прошу вас, садитесь, мистер... э?"
To which I reply promptly and significantly:	На что я незамедлительно и многозначительно отвечаю:
'Edward Whittington!' whereupon Mr. Carter turns purple in the face and gasps out:	"Эдвард Виттингтон!" Тут мистер Картер лиловеет и хрипит:
' How much?'	"Сколько?"
Pocketing the usual fee of fifty pounds, I rejoin you in the road outside, and we proceed to the next address and repeat the performance."	Положив в карман стандартный гонорар (то бишь очередные пятьдесят фунтов), я воссоединяюсь с тобой на улице, мы двигаемся по следующему адресу и повторяем процедуру.
"Don't be absurd, Tommy.	- Перестань дурачиться, Томми.
Now for the other letter.	Посмотрим второе письмо.
Oh, this is from the Ritz!"	Ой, оно из "Ритца"!
"A hundred pounds instead of fifty!"	- Ого! Это уже не на пятьдесят, а на все сто фунтов потянет.
"I'll read it:	- Дай прочесть.
"DEAR SIR,	"Дорогой сэр!
"Re your advertisement, I should be glad if you would call round somewhere about lunch-time.	В связи с вашим объявлением был бы рад видеть вас у себя около двух часов.
"Yours truly, "JULIUS P. HERSHEIMMER."	Искренне ваш, Джулиус П. Херсхейммер".
"Ha!" said Tommy. "Do I smell a Boche?	- Ха! - сказал Томми. - Чую боша!
Or only an American millionaire of unfortunate ancestry?	Или это всего лишь американский миллионер, с неудачно выбранными предками?
At all events we'll call at lunch-time.	Кто бы он ни был, нам следует навестить его в два часа пополудни.
It's a good time-frequently leads to free food for two."	Отличное время: глядишь, обломится бесплатное угощение.
Tuppence nodded assent.	Таппенс кивнула.
"Now for Carter.	- Но сначала к Картеру.

We'll have to hurry."	Надо торопиться.
Carshalton Terrace proved to be an unimpeachable row of what Tuppence called "ladylike looking houses."	Каршелтон-террас, по выражению Таппенс, состояла из двух рядов благопристойных, типично "дамских домиков".
They rang the bell at No. 27, and a neat maid answered the door. She looked so respectable that Tuppence's heart sank.	Они позвонили в дверь номера двадцать семь, открыла горничная настолько респектабельного вида, что у Таппенс упало сердце.
Upon Tommy's request for Mr. Carter, she showed them into a small study on the ground floor where she left them.	Когда Томми объяснил, что они хотят видеть мистера Картера, она провела их в небольшой кабинет на первом этаже и удалилась.
Hardly a minute elapsed, however, before the door opened, and a tall man with a lean hawklike face and a tired manner entered the room.	Примерно через минуту двери отворились, и в кабинет вошел высокий человек с худым ястребиным лицом. Вид у него был утомленный.
"Mr. Y. A.?" he said, and smiled. His smile was distinctly attractive. "Do sit down, both of you."	- Мистер М. А.? - сказал он с чарующей улыбкой. - Вас и вас, мисс, прошу садиться.
They obeyed.	Они сели.
He himself took a chair opposite to Tuppence and smiled at her encouragingly.	Сам мистер Картер опустился в кресло напротив Таппенс и ободряюще ей улыбнулся.
There was something in the quality of his smile that made the girl's usual readiness desert her.	Что-то в этой улыбке лишило ее обычной находчивости.
As he did not seem inclined to open the conversation, Tuppence was forced to begin.	Однако он продолжал молчать, и начать разговор была вынуждена она:
"We wanted to know-that is, would you be so kind as to tell us anything you know about Jane Finn?"	-Нам хотелось бы узнать... То есть не могли бы вы сообщить нам что-нибудь о Джейн Финн?
"Jane Finn?	- Джейн Финн?
Ah!" Mr. Carter appeared to reflect. "Well, the question is, what do you know about her?"	А-а! - Мистер Картер как будто задумался. -Прежде позвольте спросить, что вы о ней знаете?
Tuppence drew herself up.	Таппенс негодующе выпрямилась.
"I don't see that that's got anything to do with it."	- А какая, собственно, разница?
"No?	- Какая?
But it has, you know, really it has." He smiled again in his tired way, and continued reflectively. "So that brings us down to it again. What do you know about Jane Finn?	Большая. И очень. - Он опять утомленно улыбнулся и мягко продолжал: - Итак, что же все-таки вы знаете о Джейн Финн?
"Come now," he continued, as Tuppence remained silent. "You must know something to have advertised as you did?" He leaned forward a little, his weary voice held a hint of persuasiveness. "Suppose you tell me...."	Так что же, - настаивал он, поскольку Таппенс молчала. - Раз вы дали такое объявление, значит, вы что-то знаете, не так ли? - Он слегка наклонился к ней, его утомленный голос стал вкрадчивей. - Так расскажите...
There was something very magnetic about Mr. Carter's personality. Tuppence seemed to shake herself free of it with an effort, as she said:	Вообще в нем было что-то завораживающее, и Таппенс лишь с усилием заставила себя выговорить:
"We couldn't do that, could we, Tommy?"	- Это невозможно, верно, Томми?

But to her surprise, her companion did not back herup.	Но, как ни странно, партнер не поддержал ее.
His eyes were fixed on Mr. Carter, and his tone when he spoke held an unusual note of deference.	Он внимательно смотрел на мистера Картера, и, когда заговорил, в его тоне звучала необычная почтительность:
"I dare say the little we know won't be any good to you, sir.	- По-моему, то немногое, что мы знаем, вам вряд ли будет интересно, сэр.
But such as it is, you're welcome to it."	Но, конечно, мы вам все расскажем.
"Tommy!" cried out Tuppence in surprise.	- Томми! - удивленно воскликнула Таппенс.
Mr. Carter slewed round in his chair. His eyes asked a question.	Мистер Картер повернулся и вопросительно посмотрел на молодого человека.
Tommy nodded.	Тот кивнул.
"Yes, sir, I recognized you at once.	- Да, сэр, я вас сразу узнал.
Saw you in France when I was with the Intelligence.	Видел во Франции, когда был прикомандирован к разведке.
As soon as you came into the room, I knew--"	Как только вы вошли, я сразу понял...
Mr. Carter held up his hand.	Мистер Картер предостерегающе поднял руку.
"No names, please.	- Обойдемся без имен.
I'm known as Mr. Carter here.	Здесь я известен как мистер Картер.
It's my cousin's house, by the way.	Да, кстати, это дом моей кузины.
She's willing to lend it to me sometimes when it's a case of working on strictly unofficial lines.	Она охотно предоставляет его в мое распоряжение, когда расследование ведется строго конфиденциально.
Well, now"-he looked from one to the other-"who's going to tell me the story?"	Ну, а теперь... - Он посмотрел на Таппенс, потом на Томми. - Кто из вас будет рассказывать?
"Fire ahead, Tuppence," directed Tommy. "It's your yarn."	- Валяй, Таппенс, - скомандовал Томми. - Это твое право.
"Yes, little lady, out with it."	- Да, барышня, прошу вас.
And obediently Tuppence did out with it, telling the whole story from the forming of the Young Adventurers, Ltd., downwards.	И Таппенс послушно рассказала всю историю от учреждения фирмы "Молодые Авантюристы" с ограниченной ответственностью до самого конца.
Mr. Carter listened in silence with a resumption of his tired manner.	Мистер Картер слушал молча все с тем же утомленным видом.
Now and then he passed his hand across his lips as though to hide a smile.	Иногда проводил рукой по губам, словно пряча улыбку.
When she had finished he nodded gravely.	Но когда она закончила, кивнул очень серьезно.
"Not much. But suggestive.	- Немного, но дает пищу для размышлений.
Quite suggestive.	Тут есть, есть над чем поразмыслить.
If you'll excuse my saying so, you're a curious young couple.	Позволю себе заметить: вы забавные ребята.

I don't know-you might succeed where others have failed ... I believe in luck, you know-always have...." He paused a moment, and then went on. "Well, how about it? You're out for adventure.	Не знаю, не знаю. Возможно, вы добьетесь успеха там, где другие потерпели неудачу... Видите ли, я верю в везение, и всегда верил... - Он помолчал. - Итак: вы ищете приключений.
How would you like to work for me?	Хотите работать со мной?
All quite unofficial, you know.	Совершенно неофициально, разумеется.
Expenses paid, and a moderate screw?"	Г арантирую оплату расходов и скромное вознаграждение.
Tuppence gazed at him, her lips parted, her eyes growing wider and wider.	Таппенс открыв рот смотрела на него, круглыми от удивления глазами.
"What should we have to do?" she breathed.	- А что нам нужно будет делать? - выдохнула она.
Mr. Carter smiled.	Мистер Картер улыбнулся.
"Just go on with what you're doing now.	-То, что вы уже делаете.
Find Jane Finn."	Искать Джейн Финн.
"Yes, but-who is Jane Finn?"	- Да, но... но кто такая Джейн Финн?
Mr. Carter nodded gravely. "Yes, you're entitled to know that, I think."	- Да, пожалуй, вам следует это узнать, - кивнул мистер Картер.
He leaned back in his chair, crossed his legs, brought the tips of his fingers together, and began in a low monotone:	Он откинулся на спинку кресла, заложил ногу на ногу и, соединив кончики пальцев, негромким монотонным голосом начал рассказ:
"Secret diplomacy (which, by the way, is nearly always bad policy!) does not concern you.	- Тайная дипломатия (кстати, в подоплеке ее почти всегда лежит неумная политика!) вас не касается.
It will be sufficient to say that in the early days of 1915 a certain document came into being.	Достаточно сказать, что в начале тысяча девятьсот пятнадцатого года был составлен некий документ.
It was the draft of a secret agreement-treaty-call it what you like.	Проект тайного соглашения... договора... Называйте как хотите.
It was drawn up ready for signature by the various representatives, and drawn up in America-at that time a neutral country.	Составлен он был в Америке - в то время еще нейтральной стране - и его оставалось только подписать неким лицам.
It was dispatched to England by a special messenger selected for that purpose, a young fellow called Danvers.	Он был отправлен в Англию со специальным курьером - молодым человеком по фамилии Денверс.
It was hoped that the whole affair had been kept so secret that nothing would have leaked out.	Предполагалось, что все сохранится в полной тайне.
That kind of hope is usually disappointed.	Как правило, такие надежды оказываются тщетными.
Somebody always talks!	Кто-нибудь из посвященных в тайну обязательно проговорится.
"Danvers sailed for England on the Lusitania.	Денверс отплыл в Англию на "Лузитании".
He carried the precious papers in an oilskin packet which he wore next his skin.	Бесценный документ он вез в клеенчатом пакете, который носил при себе.

It was on that particular voyage that the Lusitania was torpedoed and sunk.	И вот именно в этом плавании "Лузитания" была торпедирована и потоплена.
Danvers was among the list of those missing.	Денверс значился в списке погибших.
Eventually his body was washed ashore, and identified beyond any possible doubt.	Через некоторое время его труп прибило к берегу, и он был опознан.
But the oilskin packet was missing!	Однако пакета при нем не нашли!
"The question was, had it been taken from him, or had he himself passed it on into another's keeping?	Оставалось только гадать, что стало с бумагами -были ли они похищены, или он успел их кому-то передать.
There were a few incidents that strengthened the possibility of the latter theory.	Скорее второе.
After the torpedo struck the ship, in the few moments during the launching of the boats, Danvers was seen speaking to a young American girl.	По словам одного очевидца, после того как судно начало погружаться и команда принялась спускать шлюпки, Денверс разговаривал с молодой американкой.
No one actually saw him pass anything to her, but he might have done so.	Никто не видел, передал он ей что-нибудь или нет.
It seems to me quite likely that he entrusted the papers to this girl, believing that she, as a woman, had a greater chance of bringing them safely to shore.	Но, по-моему, весьма вероятно, что он доверил документ этой американке, поскольку у нее, в силу ее пола, было больше шансов благополучно добраться до берега.
"But if so, where was the girl, and what had she done with the papers?	Ну, а если так, то где эта девушка и что она сделала с документом?
By later advice from America it seemed likely that Danvers had been closely shadowed on the way over.	Позже из Америки пришли сведения, что за Денверсом с самого начала велась непрерывная слежка.
Was this girl in league with his enemies?	Была ли девушка сообщницей его врагов?
Or had she, in her turn, been shadowed and either tricked or forced into handing over the precious packet?	Или за ней, в свою очередь, также установили слежку, а потом обманом или силой отобрали бесценный пакет?
"We set to work to trace her out.	Мы приняли меры, чтобы разыскать ее.
It proved unexpectedly difficult.	Но это оказалось неожиданно сложным.
Her name was Jane Finn, and it duly appeared among the list of the survivors, but the girl herself seemed to have vanished completely.	Зовут ее Джейн Финн, и эта фамилия значилась в списке оставшихся в живых. Но сама девушка бесследно исчезла.
Inquiries into her antecedents did little to help us.	Справки, наведенные о ее прошлом, ничего существенного не дали.
She was an orphan, and had been what we should call over here a pupil teacher in a small school out West.	Она была сиротой, преподавала в младших классах небольшой школы, где-то на Западе Соединенных Штатов.
Her passport had been made out for Paris, where she was going to join the staff of a hospital.	Судя по паспорту, она ехала в Париж, где собиралась работать в госпитале.
She had offered her services voluntarily, and after some correspondence they had been accepted.	Она сама предложила свои услуги, и после соответствующих формальностей ее зачислили в штат.

Having seen her name in the list of the saved from the Lusitania, the staff of the hospital were naturally very surprised at her not arriving to take up her billet, and at not hearing from her in any way.	Обнаружив ее фамилию в списке спасшихся с "Лузитании", начальство госпиталя было, естественно, очень удивлено тем, что она не явилась и не дала о себе знать.
"Well, every effort was made to trace the young lady-but all in vain.	Короче говоря, было предпринято все, чтобы разыскать эту барышню, но - безрезультатно.
We tracked her across Ireland, but nothing could be heard of her after she set foot in England.	Нам удалось установить, что через Ирландию она проехала, но в Англии ее след теряется.
No use was made of the draft treaty-as might very easily have been done-and we therefore came to the conclusion that Danvers had, after all, destroyed it.	Документом же до сих пор никто не воспользовался, хотя удобных моментов было предостаточно - и мы пришли к выводу, что Денверс его все-таки уничтожил.
The war entered on another phase, the diplomatic aspect changed accordingly, and the treaty was never redrafted.	Военная ситуация тем временем изменилась, а с ней - и дипломатическая, так что надобность в договоре вообще отпала.
Rumours as to its existence were emphatically denied. The disappearance of Jane Finn was forgotten and the whole affair was lost in oblivion."	Слухи о том, что существуют предварительные его варианты, категорически опровергались, исчезновение Джейн Финн было забыто, как и все связанное с этим делом.
Mr. Carter paused, and Tuppence broke in impatiently:	Мистер Картер умолк, и Таппенс спросила нетерпеливо:
"But why has it all cropped up again?	-Так почему же оно всплыло опять?
The war's over."	Война ведь кончилась.
A hint of alertness came into Mr. Carter's manner.	Усталость мистера Картера как рукой сняло.
"Because it seems that the papers were not destroyed after all, and that they might be resurrected to-day with a new and deadly significance."	- Потому что документ, как выяснилось, остался цел и сегодня его тоже можно употребить, но теперь уже с самыми скверными для нас последствиями.
Tuppence stared. Mr. Carter nodded.	Таппенс удивленно уставилась на него, и мистер Картер, кивнув, продолжил:
"Yes, five years ago, that draft treaty was a weapon in our hands; to-day it is a weapon against us.	- Да, пять лет назад договор был бы нашим оружием, а теперь он оружие против нас. Сама идея оказалась ошибочной.
It was a gigantic blunder.	Непростительный для нас промах!
If its terms were made public, it would mean disaster.... It might possibly bring about another war-not with Germany this time!	И если его условия станут известны, последствия могут оказаться самыми пагубными... Вплоть до новой войны, и на этот раз не с Германией!
That is an extreme possibility, and I do not believe in its likelihood myself, but that document undoubtedly implicates a number of our statesmen whom we cannot afford to have discredited in any way at the present moment. As a party cry for Labour it would be irresistible, and a Labour Government at this juncture would, in my opinion, be a grave disability for British trade, but that is a mere nothing to the real danger."	Это, разумеется, лишь в крайнем случае, я не думаю, что дойдет до такого. Тем не менее документ, бесспорно, компрометирует ряд наших государственных деятелей, что в настоящий момент совершенно недопустимо, поскольку в этой ситуации к власти могут прийти лейбористы, что, по моему мнению, весьма отрицательно скажется на английской торговле. Но даже и это отнюдь не самое страшное.
He paused, and then said quietly:	Помолчав, он негромко добавил:

"You may perhaps have heard or read that there is Bolshevist influence at work behind the present Labour unrest?"	- Возможно, вы слышали или читали, что нынешнее недовольство рабочих во многом результат большевистских интриг.
Tuppence nodded.	Таппенс кивнула.
"That is the truth.	-Так оно и есть.
Bolshevist gold is pouring into this country for the specific purpose of procuring a Revolution.	Большевистское золото буквально рекой льется в нашу страну, чтобы вызвать в ней революцию.
And there is a certain man, a man whose real name is unknown to us, who is working in the dark for his own ends.	А некая личность - чье настоящее имя нам неизвестно - ловит рыбку в мутной воде.
The Bolshevists are behind the Labour unrest-but this man is behind the Bolshevists.	За рабочими волнениями стоят большевики... но за большевиками стоит этот человек.
Who is he?	Кто он такой?
We do not know.	Мы не знаем.
He is always spoken of by the unassuming title of 'Mr. Brown.'	Его называют просто "мистер Браун".
But one thing is certain, he is the master criminal of this age.	Но одно несомненно: это величайший преступник нашего века.
He controls a marvellous organization.	Он создал великолепную организацию.
Most of the Peace propaganda during the war was originated and financed by him.	Значительную часть пацифистской пропаганды во время войны налаживал и финансировал он.
His spies are everywhere."	И у него повсюду есть агенты.
"A naturalized German?" asked Tommy.	- Натурализовавшийся немец? - спросил Томми.
"On the contrary, I have every reason to believe he is an Englishman.	- Отнюдь. Есть все основания считать, что он англичанин.
He was pro-German, as he would have been pro-Boer.	Он занимает пронемецкую позицию, но с тем же успехом она могла бы быть и пробурской.
What he seeks to attain we do not know-probably supreme power for himself, of a kind unique in history.	Чего он добивается, мы не знаем. Возможно, заполучить в руки такую власть, какую не удавалось иметь ни одному политику.
We have no clue as to his real personality.	А нам пока не удалось найти и намека на то, кто он на самом деле.
It is reported that even his own followers are ignorant of it.	Видимо, даже его приспешники этого не знают.
Where we have come across his tracks, he has always played a secondary part. Somebody else assumes the chief r?le.	Всякий раз, когда мы нападали на его след, он действовал где-то на втором плане, а в качестве главаря выступал кто-то другой.
But afterwards we always find that there has been some nonentity, a servant or a clerk, who has remained in the background unnoticed, and that the elusive Mr. Brown has escaped us once more."	И всякий раз мы неизменно обнаруживали - среди действующих лиц не обратили внимание на какую-то малоприметную личность... слугу или клерка... а мистер Браун снова от нас ускользнул.
"Oh!" Tuppence jumped. "I wonder--"	- Ой! - Таппенс даже подпрыгнула. - А вдруг...
"Yes?"	- Ну-ну?

"I remember in Mr. Whittington's office. The clerk-he called him Brown.	- Я вспомнила, что в приемной мистера Виттингтона... Клерк... он называл его Браун.
You don't think--"	Вы не думаете?..
Carter nodded thoughtfully.	Картер кивнул.
"Very likely.	- Очень вероятно.
A curious point is that the name is usually mentioned.	Любопытно, что эта фамилия постоянно упоминается.
An idiosyncrasy of genius.	Причуда гения.
Can you describe him at all?"	Вы не могли бы его описать?
"I really didn't notice.	-Я не обратила на него внимания.
He was quite ordinary-just like anyone else."	Самый обыкновенный. Ничего примечательного.
Mr. Carter sighed in his tired manner.	Мистер Картер вновь утомленно вздохнул.
"That is the invariable description of Mr. Brown!	- Только так нам его и описывают.
Brought a telephone message to the man Whittington, did he?	Принес Виттингтону телефонограмму?
Notice a telephone in the outer office?"	А в приемной вы видели телефон?
Tuppence thought.	Таппенс подумала и покачала головой.
"No, I don't think I did."	- По-моему, его там не было.
"Exactly.	-Вот именно.
That 'message' was Mr. Brown's way of giving an order to his subordinate.	С помощью "телефонограммы" мистер Браун дал необходимое распоряжение своему подчиненному.
He overheard the whole conversation of course.	Разумеется, он слышал весь ваш разговор.
Was it after that that Whittington handed you over the money, and told you to come the following day?"	Виттингтон дал вам деньги и велел прийти на следующий день после того, как прочел "телефонограмму"?
Tuppence nodded.	Таппенс кивнула.
"Yes, undoubtedly the hand of Mr. Brown!" Mr. Carter paused. "Well, there it is, you see what you are pitting yourselves against?	- Да, характерный почерк мистера Брауна! -Мистер Картер помолчал. - Теперь видите, с кем вы столкнулись?
Possibly the finest criminal brain of the age.	Вероятно, с самым хитрым преступником в мире.
I don't quite like it, you know.	Мне это не слишком нравится.
You're such young things, both of you. I shouldn't like anything to happen to you."	Вы оба еще очень молоды, и мне бы не хотелось, чтобы с вами что-нибудь случилось.
"It won't," Tuppence assured him positively.	- Не случится! - заверила его Таппенс.
"I'll look after her, sir," said Tommy.	-Я за ней присмотрю, сэр, - сказал Томми.
"And I'll look after you," retorted Tuppence, resenting the manly assertion.	- А я присмотрю за тобой, - отрезала Таппенс, возмущенная типично мужским самодовольством.

"Well, then, look after each other," said Mr. Carter, smiling. "Now let's get back to business.	- Ну, если так, присматривайте друг за другом, - с улыбкой сказал мистер Картер. - А теперь вернемся к делу.
There's something mysterious about this draft treaty that we haven't fathomed yet.	С этим пропавшим договором далеко не все ясно.
We've been threatened with it-in plain and unmistakable terms.	Нам им угрожали - прямо и откровенно.
The Revolutionary element as good as declare that it's in their hands, and that they intend to produce it at a given moment.	Заговорщики, по сути, объявили, что он находится у них и будет опубликован в нужную минуту.
On the other hand, they are clearly at fault about many of its provisions.	Однако им явно неизвестны частности.
The Government consider it as mere bluff on their part, and, rightly or wrongly, have stuck to the policy of absolute denial.	Правительство считает, что это чистый блеф, и придерживается политики категорического отрицания.
I'm not so sure.	Но я не так уж уверен.
There have been hints, indiscreet allusions, that seem to indicate that the menace is a real one.	Определенные намеки, косвенные ссылки явно указывают, что угроза достаточно реальна.
The position is much as though they had got hold of an incriminating document, but couldn't read it because it was in cipher-but we know that the draft treaty wasn't in cipher-couldn't be in the nature of things-so that won't wash.	Они намекают, что опасный документ у них в руках, но они не могут его прочесть, поскольку он зашифрован. Но мы-то знаем, что договор зашифрован не был - по самому его содержанию это было бы невозможно.
But there's something.	Следовательно, тут что-то другое.
Of course, Jane Finn may be dead for all we know-but I don't think so.	Конечно, Джейн Финн давно могла погибнуть, но мне почему-то в это не верится.
The curious thing is that they're trying to get information about the girl from us."	Самое странное, сведения о ней они пытаются получить у нас.
"What?"	-Что?
"Yes.	- Да-да.
One or two little things have cropped up.	Некоторые детали можно истолковать только так.
And your story, little lady, confirms my idea.	И ваша история, милая барышня, - еще одно тому подтверждение.
They know we're looking for Jane Finn. Well, they'll produce a Jane Finn of their own-say at a pensionnat in Paris." Tuppence gasped, and Mr. Carter smiled. "No one knows in the least what she looks like, so that's all right.	Им известно, что мы разыскиваем Джейн Финн: ну, так они предъявят собственную Джейн Финн... например, в парижском пансионе. - Таппенс ахнула, и мистер Картер улыбнулся. - Ведь никто понятия не имеет, как она выглядела.
She's primed with a trumped-up tale, and her real business is to get as much information as possible out of us.	Ее снабдят правдоподобной историей, а истинной ее задачей будет выведать у нас как можно больше.
See the idea?"	Понимаете?

"Then you think"-Tuppence paused to grasp the supposition fully-"that it was as Jane Finn that they wanted me to go to Paris?"	-Значит, вы полагаете...- Таппенс умолкла, стараясь осмыслить этот план целиком, - ...что они собирались отправить меня в Париж как Джейн Финн?
Mr. Carter smiled more wearily than ever.	Улыбка мистера Картера стала еще более утомленной.
"I believe in coincidences, you know," he said.	- Видите ли, я не думаю, что такие совпадения могут быть случайными, - сказал он.
CHAPTER V. MR. JULIUS P. HERSHEIMMER	Глава 5 Мистер Джулиус П. Херсхейммер
"WELL," said Tuppence, recovering herself, "it really seems as though it were meant to be."	- Ну что ж, - сказала Таппенс, оправившись от изумления, - значит, это было предопределено.
Carter nodded.	Мистер Картер кивнул.
"I know what you mean.	-Вот именно.
I'm superstitious myself.	Я тоже суеверен.
Luck, and all that sort of thing.	Верю в удачу и тому подобные вещи.
Fate seems to have chosen you out to be mixed up in this."	Судьба избрала вас.
Tommy indulged in a chuckle.	Томми позволил себе усмехнуться.
"My word!	- Черт побери!
I don't wonder Whittington got the wind up when Tuppence plumped out that name!	Неудивительно, что Виттингтон сорвался с катушек, когда Таппенс брякнула эту фамилию.
I should have myself.	Я бы на его месте тоже не сдержался.
But look here, sir, we're taking up an awful lot of your time.	Но мы у вас уже отняли столько времени!
Have you any tips to give us before we clear out?"	Вы нам что-нибудь посоветуете на прощание?
"I think not.	- Нет.
My experts, working in stereotyped ways, have failed.	Мои специалисты, действуя обычными методами, потерпели неудачу.
You will bring imagination and an open mind to the task.	А у вас есть воображение, и вам не будут мешать профессиональные шаблоны.
Don't be discouraged if that too does not succeed.	Но, если у вас ничего не получится, не падайте духом.
For one thing there is a likelihood of the pace being forced."	Тем более, что события, вероятнее всего, будут развиваться дальше, и очень стремительно.
Tuppence frowned uncomprehendingly.	Таппенс поглядела на него с недоумением.
"When you had that interview with Whittington, they had time before them.	- Когда вы разговаривали с Виттингтоном, у них было еще много времени.
I have information that the big coup was planned for early in the new year. But the Government is contemplating legislative action which will deal effectually with the strike menace.	По моим сведениям, их удар планировался на начало следующего года, однако правительство намерено ввести закон, который станет серьезным препятствием для забастовок.

They'll get wind of it soon, if they haven't already, and it's possible that that may bring things to a head.	Скоро они об этом узнают, или уже узнали, и, вероятно, начнут действовать.
I hope it will myself.	Во всяком случае, будем надеяться.
The less time they have to mature their plans the better.	Чем меньше у них остается времени на подготовку, тем лучше.
I'm just warning you that you haven't much time before you, and that you needn't be cast down if you fail.	А вот у вас времени почти нет, и в случае неудачи вам не в чем будет себя упрекнуть.
It's not an easy proposition anyway.	В любом случае задача перед вами стоит очень нелегкая.
That's all."	Вот и все.
Tuppence rose.	Таппенс встала.
"I think we ought to be businesslike.	- Я думаю, нам пора браться за дело.
What exactly can we count upon you for, Mr. Carter?"	Мистер Картер, на какую помощь от вас мы можем рассчитывать?
Mr. Carter's lips twitched slightly, but he replied succinctly:	Губы мистера Картера чуть-чуть дрогнули, но ответ его был предельно четок:
"Funds within reason, detailed information on any point, and no official recognition.	- На финансовую в определенных пределах. На получение подробной информации, но в общем на помощь сугубо конфиденциальную.
I mean that if you get yourselves into trouble with the police, I can't officially help you out of it.	Иными словами, если у вас выйдут неприятности с полицией, я вмешаться не смогу.
You're on your own."	Тут вы должны рассчитывать только на себя.
Tuppence nodded sagely.	Таппенс понимающе кивнула.
"I quite understand that.	- Все ясно.
I'll write out a list of the things I want to know when I've had time to think.	В свободную минутку составлю список того, что мне необходимо узнать.
Now-about money--"	Ну, а как насчет денег?
"Yes, Miss Tuppence. Do you want to say how much?"	-Вы хотите знать, сколько, мисс Таппенс?
"Not exactly.	- Да нет.
We've got plenty to go with for the present, but when we want more--"	Пока нам хватит, но вот когда потребуется еще...
"It will be waiting for you."	- Они будут вас ждать.
"Yes, but-I'm sure I don't want to be rude about the Government if you've got anything to do with it, but you know one really has the devil of a time getting anything out of it!	-Да, но... я не хочу сказать ничего дурного о правительстве, раз вы имеете к нему какое-то отношение, но вы же знаете, сколько времени уходит на то, чтобы хоть что-нибудь из них выжать!
And if we have to fill up a blue form and send it in, and then, after three months, they send us a green one, and so on-well, that won't be much use, will it?"	Сначала нас заставят заполнять голубую анкету, через три месяца зеленую, ну и так далее... Что толку в этих деньгах!

Mr. Carter laughed outright.	Мистер Картер рассмеялся.
"Don't worry, Miss Tuppence.	- Не беспокойтесь, мисс Таппенс.
You will send a personal demand to me here, and the money, in notes, shall be sent by return of post.	Адресуйте ваш личный запрос мне сюда, и с обратной почтой получите указанную сумму.
As to salary, shall we say at the rate of three hundred a year?	А что касается жалованья, то, скажем, триста фунтов в год.
And an equal sum for Mr. Beresford, of course."	И столько же мистеру Бересфорду, разумеется.
Tuppence beamed upon him.	Таппенс одарила его сияющей улыбкой.
"How lovely.	- Замечательно!
You are kind.	Вы ужасно добры.
I do love money!	Я ведь ужасно люблю деньги!
I'll keep beautiful accounts of our expenses all debit and credit, and the balance on the right side, and red line drawn sideways with the totals the same at the bottom.	И буду вести запись наших расходов по всем правилам: дебет, кредит, остаток справа и красная черта, а под ней итог.
I really know how to do it when I think."	Нет, я все это умею - если постараюсь.
"I'm sure you do.	- Не сомневаюсь.
Well, good-bye, and good luck to you both."	Ну, всего хорошего. Желаю вам обоим удачи.
He shook hands with them, and in another minute they were descending the steps of 27 Carshalton Terrace with their heads in a whirl.	Он пожал им руки, и минуту спустя они покинули дом номер двадцать семь по Каршелтон-террас, не зная, что и думать.
"Tommy! Tell me at once, who is 'Mr. Carter'?"	- Томми, немедленно скажи мне, кто такой "мистер Картер"?
Tommy murmured a name in her ear.	Томми шепнул ей фамилию.
"Oh!" said Tuppence, impressed.	- А-а, - почтительно протянула Таппенс.
"And I can tell you, old bean, he's IT!"	- И поверь, старушка, он - во!
"Oh!" said Tuppence again. Then she added reflectively, "I like him, don't you?	- А-а! - снова протянула Таппенс, а потом задумчиво добавила: - Мне он нравится.
He looks so awfully tired and bored, and yet you feel that underneath he's just like steel, all keen and flashing.	Вид у него такой утомленный, скучающий, но под этим чувствуется сталь. Острая, сверкающая.
Oh!" She gave a skip. "Pinch me, Tommy, do pinch me.	Ой! - Она запрыгала на одной ноге. - Ущипни меня, Томми, ну, пожалуйста, ущипни!
I can't believe it's real!"	А то я никак не могу поверить, что это не во сне.
Mr. Beresford obliged.	Мистер Бересфорд любезно оказал ей эту услугу.
"Ow!	-Ух!
That's enough!	Хватит.
Yes, we're not dreaming.	Да, это нам не снится.
We've got a job!"	Мы нашли работу!
"And what a job!	- Да еще какую!

The joint venture has really begun."	"Молодые Авантюристы" начинают действовать!
"It's more respectable than I thought it would be," said Tuppence thoughtfully.	- И ничего противозаконного! - горько вздохнула Таппенс.
"Luckily I haven't got your craving for crime!	- К счастью, у меня нет твоих преступных наклонностей.
What time is it?	Который час?
Let's have lunch-oh!"	Пошли поедим...
The same thought sprang to the minds of each. Tommy voiced it first.	И тут им обоим в голову пришла одна и та же мысль, Томми воскликнул:
"Julius P.	- Джулиус П.
Hersheimmer!"	Херсхейммер!
"We never told Mr. Carter about hearing from him."	- Мы ведь ничего не сказали про него мистеру Картеру.
"Well, there wasn't much to tell-not till we've seen him.	- А что нам было говорить, раз мы его еще не видели.
Come on, we'd better take a taxi."	Лучше возьмем такси.
"Now who's being extravagant?"	- Ну, кто теперь сорит деньгами?
"All expenses paid, remember. Hop in."	-Так ведь все расходы оплачиваются, не забывай.
"At any rate, we shall make a better effect arriving this way," said Tuppence, leaning back luxuriously.	- В любом случае, - сказала Таппенс, небрежно откидываясь на сиденье, - прибыть к дому в такси куда пристойнее.
"I'm sure blackmailers never arrive in buses!"	Шантажисты наверняка не раскатывают на автобусах.
"We've ceased being blackmailers," Tommy pointed out.	- Но ведь мы больше не шантажисты, - напомнил Томми.
"I'm not sure I have," said Tuppence darkly.	- Ну, не знаю, - загадочно ответила Таппенс.
On inquiring for Mr. Hersheimmer, they were at once taken up to his suite.	Они осведомились у портье о мистере Херсхейммере, и их немедленно проводили в его номер.
An impatient voice cried "Come in" in answer to the page-boy's knock, and the lad stood aside to let them pass in.	В ответ на деликатный стук рассыльного нетерпеливый голос крикнул: "Войдите!", и бой посторонился, пропуская их внутрь.
Mr. Julius P.	Мистер Джулиус П.
Hersheimmer was a great deal younger than either Tommy or Tuppence had pictured him. The girl put him down as thirty-five.	Херсхейммер оказался куда моложе, чем они себе представляли: Таппенс решила, что ему лет тридцать пять.
He was of middle height, and squarely built to match his jaw.	Среднего роста, коренастый, с квадратным подбородком.
His face was pugnacious but pleasant.	Вид у него был задиристый, но скорее приятный.
No one could have mistaken him for anything but an American, though he spoke with very little accent.	В нем сразу можно было узнать американца, хотя говорил он практически без акцента.
"Get my note?	- Получили мою записку?

Sit down and tell me right away all you know about my cousin."	Ну, так садитесь и рассказывайте все, что вы знаете про мою кузину.
"Your cousin?"	- Вашу кузину?
"Sure thing.	- Ну, да.
Jane Finn."	Джейн Финн.
"Is she your cousin?"	- Она ваша кузина?
"My father and her mother were brother and sister," explained Mr. Hersheimmer meticulously.	- Мой отец и ее мать были братом и сестрой, -педантично разъяснил мистер Херсхейммер.
"Oh!" cried Tuppence. "Then you know where she is?"	- А! - воскликнула Таппенс. - Так вы знаете, где она?
"No! " Mr. Hersheimmer brought down his fist with a bang on the table. "I'm darned if I do!	- Нет. - Мистер Херсхейммер стукнул кулаком по столу. - Понятия не имею.
Don't you?"	А вы?
"We advertised to receive information, not to give it," said Tuppence severely.	- Мы дали объявление о том, что желаем получить информацию, а не предлагаем ее, - сурово напомнила Таппенс.
"I guess I know that.	- Полагаю, я это понял!
I can read.	Читать я умею!
But I thought maybe it was her back history you were after, and that you'd know where she was now?"	Но я подумал, может, вас заинтересует ее прошлое, а от вас я смогу узнать, где она сейчас.
"Well, we wouldn't mind hearing her back history," said Tuppence guardedly.	- Ну, так расскажите про ее прошлое, - осторожно произнесла Таппенс.
But Mr. Hersheimmer seemed to grow suddenly suspicious.	Однако мистер Херсхейммер вдруг сделался очень подозрителен.
"See here," he declared. "This isn't Sicily!	- Послушайте, - заявил он, - это вам не Сицилия!
No demanding ransom or threatening to crop her ears if I refuse.	Не вздумайте требовать выкуп или грозить, что отрежете ей уши, если я откажусь.
These are the British Isles, so quit the funny business, or I'll just sing out for that beautiful big British policeman I see out there in Piccadilly."	Здесь Британские острова, так что без шуточек! Не то я кликну того красавца полицейского, что я видел на Пикадилли.
Tommy hastened to explain. "We haven't kidnapped your cousin. On the contrary, we're trying to find her.	- Мы вашей кузины не похищали, - поспешил объяснить Томми. - Мы сами ее разыскиваем.
We're employed to do so."	Нам дано такое поручение.
Mr. Hersheimmer leant back in his chair.	Мистер Херсхейммер уселся в кресле поудобнее.
"Put me wise," he said succinctly.	- Выкладывайте, - только и сказал он.
Tommy fell in with this demand in so far as he gave him a guarded version of the disappearance of Jane Finn, and of the possibility of her having been mixed up unawares in "some political show."	Томми изложил ему тщательно проработанную версию исчезновения Джейн Финн, упомянув, что она могла случайно "вляпаться в какую-то политическую интригу".

He alluded to Tuppence and himself as "private inquiry agents" commissioned to find her, and added that they would therefore be glad of any details Mr. Hersheimmer could give them.	Себя и Таппенс он величал не иначе как "частными сыскными агентами", которым поручено ее отыскать, и посему они будут рады любым сведениям, какие им может предоставить мистер Херсхейммер.
That gentleman nodded approval.	Тот одобрительно кивнул.
"I guess that's all right. I was just a mite hasty.	- Что ж, пожалуй, я немного поторопился.
But London gets my goat!	Но Лондон меня допек!
I only know little old New York.	Я же ничего, кроме старикашки Нью-Йорка, не знаю.
Just trot out your questions and I'll answer."	Валяйте задавайте свои вопросы, а я отвечу как смогу.
For the moment this paralysed the Young Adventurers, but Tuppence, recovering herself, plunged boldly into the breach with a reminiscence culled from detective fiction.	Молодые Авантюристы в первый миг растерялись, однако Таппенс тут же мужественно ринулась на штурм, начав с вопроса, заимствованного из детективов:
"When did you last see the dece-your cousin, I mean?"	- Когда вы в последний раз видели покой... то есть, вашу кузину?
"Never seen her," responded Mr. Hersheimmer.	- Я вообще никогда ее не видел, - ответил мистер Херсхейммер.
"What?" demanded Tommy, astonished.	- Как? - воскликнул Томми.
Hersheimmer turned to him.	Херсхейммер повернулся к нему.
"No, sir.	- А вот так.
As I said before, my father and her mother were brother and sister, just as you might be"-Tommy did not correct this view of their relationship-"but they didn't always get on together. And when my aunt made up her mind to marry Amos Finn, who was a poor school teacher out West, my father was just mad! Said if he made his pile, as he seemed in a fair way to do, she'd never see a cent of it.	Я уже сказал, что мой отец и ее мать были братом и сестрой, ну, вот как вы. (Томми не стал выводить его из заблуждения.) Но они не очень ладили, и когда тетка решила выйти за Эймоса Финна, школьного учителишку где-то на Западе, мой отец взбесился и заявил, что если разбогатеет - а он уже был на пути к этому, - то ей от него ни гроша не обломится.
Well, the upshot was that Aunt Jane went out West and we never heard from her again.	Короче говоря, тетя Джейн уехала на Запад, и мы больше не имели от нее никаких известий.
"The old man did pile it up.	А старик разбогател.
He went into oil, and he went into steel, and he played a bit with railroads, and I can tell you he made Wall Street sit up!" He paused. "Then he died-last fall-and I got the dollars.	Занялся нефтью, потом сталью, поиграл с железными дорогами и, можете мне поверить, здорово тряханул Уолл-стрит! - Мистер Херсхейммер помолчал. - Ну, а потом он умер -случилось это прошлой осенью, и доллары перешли ко мне.
Well, would you believe it, my conscience got busy!	И, хотите - верьте, хотите - нет, меня начала грызть совесть.
Kept knocking me up and saying: What about your Aunt Jane, way out West?	Так и шипела мне в ухо: "А как твоя тетя Джейн там у себя на Западе?"
It worried me some.	Меня это в общем-то тревожило.

You see, I figured it out that Amos Finn would never make good.	Я ведь понимал, что Эймос Финн ничего не добьется.
He wasn't the sort.	Не из того он теста.
End of it was, I hired a man to hunt her down.	В конце концов, я даже нанял сыщика, чтобы найти ее.
Result, she was dead, and Amos Finn was dead, but they'd left a daughter-Jane-who'd been torpedoed in the Lusitania on her way to Paris.	Выяснилось, что она умерла, и Эймос Финн тоже умер, но у них была дочь... Джейн... и на пути в Париж она чуть не пошла на дно с "Лузитанией", которую торпедировали немцы.
She was saved all right, but they didn't seem able to hear of her over this side.	Джейн спаслась в шлюпке, но в Англии про нее вроде бы никто ничего не знал.
I guessed they weren't hustling any, so I thought I'd come along over, and speed things up.	Я решил, что просто до нее никому нет дела. Вот и приехал сюда все выяснить.
I phoned Scotland Yard and the Admiralty first thing.	Для начала позвонил в Скотленд-Ярд и в Адмиралтейство.
The Admiralty rather choked me off, but Scotland Yard were very civil-said they would make inquiries, even sent a man round this morning to get her photograph.	В Адмиралтействе мне дали от ворот поворот, но Скотленд-Ярд любезно обещал навести справки. И утром ко мне даже явился от них человек за ее фотографией.
I'm off to Paris to-morrow, just to see what the Prefecture is doing.	Завтра сгоняю в Париж поглядеть, что там поделывает префектура.
I guess if I go to and fro hustling them, they ought to get busy!"	Если я буду гонять то в Париж, то в Лондон да хорошенечко их подстегивать, они зашевелятся!
The energy of Mr. Hersheimmer was tremendous. They bowed before it.	Энергии у мистера Херсхейммера было хоть отбавляй, и Молодым Авантюристам оставалось только склониться перед ним.
"But say now," he ended, "you're not after her for anything?	- Ну, а теперь вы! - закончил он. - Вы чего-нибудь ей клеите?
Contempt of court, or something British?	Ну, неуважение к суду или еще что-то, до чего можете додуматься только вы, британцы?
A proud-spirited young American girl might find your rules and regulations in war time rather irksome, and get up against it.	Независимая молодая американка могла и не посчитаться с вашими военными правилами или инструкциями.
If that's the case, and there's such a thing as graft in this country, I'll buy her off."	Если я угадал и если у вас тут берут взятки, я ее выкуплю.
Tuppence reassured him.	Таппенс поспешила его успокоить.
"That's good.	- Что ж, тем лучше.
Then we can work together.	Значит, мы будем действовать совместно.
What about some lunch?	Может, перекусим?
Shall we have it up here, or go down to the restaurant?"	Закажем в номер или спустимся в ресторан?
Tuppence expressed a preference for the latter, and Julius bowed to her decision.	Таппенс предпочла ресторан, Джулиус не возражал.

Oysters had just given place to Sole Colbert when a card was brought to Hersheimmer.	Разделавшись с устрицами, они приступили к палтусу, и в этот момент Херсхейммеру принесли карточку.
"Inspector Japp, C.I.D.	- Инспектор Джепп, уголовная полиция.
Scotland Yard again.	Опять Скотленд-Ярд.
Another man this time.	Еще один полицейский!
What does he expect I can tell him that I didn't tell the first chap?	Чего ему надо? Я ведь уже все рассказал первому.
I hope they haven't lost that photograph.	Надеюсь, хоть фотографию они не потеряли!
That Western photographer's place was burned down and all his negatives destroyed-this is the only copy in existence.	Негативов нет - сгорели при пожаре в фотоателье. Так что это единственная ее фотография.
I got it from the principal of the college there."	Я раздобыл ее у директора тамошней школы.
An unformulated dread swept over Tuppence.	Таппенс почувствовала смутную тревогу.
"You-you don't know the name of the man who came this morning?"	-А... а как была фамилия того, кто к вам приходил утром, вы не помните?
"Yes, I do. No, I don't. Half a second.	- Помню, конечно... Да, нет... погодите!
It was on his card. Oh, I know!	Он тоже прислал карточку... А, да!
Inspector Brown.	Инспектор Браун.
Quiet, unassuming sort of chap."	Тихий такой, ненавязчивый.
CHAPTER VI.	Глава 6
A PLAN OF CAMPAIGN	План кампании
A veil might with profit be drawn over the events of the next half-hour.	О том, что происходило в следующие полчаса, лучше вообще умолчать.
Suffice it to say that no such person as "Inspector Brown" was known to Scotland Yard.	Достаточно упомянуть, что "инспектор Браун" Скотленд-Ярду известен не был.
The photograph of Jane Finn, which would have been of the utmost value to the police in tracing her, was lost beyond recovery.	Фотография Джейн Финн, без которой розыски ее полицией крайне затруднялись, исчезла без следа.
Once again "Mr. Brown" had triumphed.	Вновь победа осталась за "мистером Брауном".
The immediate result of this set-back was to effect a rapprochement between Julius Hersheimmer and the Young Adventurers.	Однако эта неприятность невольно стала поводом к raprochement Джулиуса Херсхейммера и Молодых Авантюристов.
All barriers went down with a crash, and Tommy and Tuppence felt they had known the young American all their lives.	Все барьеры разом рухнули, и Томми с Таппенс почувствовали, будто знакомы с молодым американцем всю жизнь.
They abandoned the discreet reticence of "private inquiry agents," and revealed to him the whole history of the joint venture, whereat the young man declared himself "tickled to death."	Оставив благопристойную сдержанность "частных сыскных агентов", они поведали ему всю историю совместного предприятия и услышали от своего собеседника вдохновляющее "Нет, я сейчас умру от смеха!".
He turned to Tuppence at the close of the narration.	Потом он повернулся к Таппенс и объявил:

"I've always had a kind of idea that English girls were just a mite moss-grown.	- А я-то думал, что английские девушки какие-то пресные.
Old-fashioned and sweet, you know, but scared to move round without a footman or a maiden aunt.	Старомодные, благовоспитанные и шагу не сделают без лакея или оставшейся в старых девах тетушки.
I guess I'm a bit behind the times!"	Видно, я отстал от жизни.
The upshot of these confidential relations was that Tommy and Tuppence took up their abode forthwith at the Ritz, in order, as Tuppence put it, to keep in touch with Jane Finn's only living relation.	В конечном итоге Томми и Таппенс тут же переселились в "Ритц", чтобы - как сформулировала Таппенс - находиться в постоянном контакте с единственным родственником Джейн Финн.
"And put like that," she added confidentially to Tommy, "nobody could boggle at the expense!"	- При такой формулировке, - добавила она, обращаясь к Томми, - никто и пикнуть не посмеет из-за расходов!
Nobody did, which was the great thing.	Никто и не пикнул, и это было прекрасно.
"And now," said the young lady on the morning after their installation, "to work!"	- Пора за работу, - заявила юная барышня на следующее утро.
Mr. Beresford put down the Daily Mail, which he was reading, and applauded with somewhat unnecessary vigour. He was politely requested by his colleague not to be an ass.	Мистер Бересфорд отложил "Дейли мейл" и принялся рукоплескать с таким энтузиазмом, что партнерша любезно попросила его не валять дурака.
"Dash it all, Tommy, we've got to do something for our money."	- Черт побери, Томми! Мы же должны что-то делать, раз нам платят деньги!
Tommy sighed. "Yes, I fear even the dear old Government will not support us at the Ritz in idleness for ever."	- Да, боюсь даже наше милое правительство не пожелает вечно содержать нас в "Ритце" в роскоши и безделье.
"Therefore, as I said before, we must do something."	- Ты меня слушаешь? Поэтому мы должны взяться за работу.
"Well," said Tommy, picking up the Daily Mail again, "do it. I shan't stop you."	- Вот и берись, - ответил Томми, возвращаясь к "Дейли мейл". - Я тебе не препятствую.
"You see," continued Tuppence. "I've been thinking--"	- Понимаешь, - продолжала Таппенс, - я долго думала...
She was interrupted by a fresh bout of applause.	Ее перебили новым взрывом аплодисментов.
"It's all very well for you to sit there being funny, Tommy.	- Ну, хватит, Томми.
It would do you no harm to do a little brain work too."	Тебе тоже не помешало бы напрячь извилины.
"My union, Tuppence, my union!	- А что скажет мой профсоюз, Таппенс?
It does not permit me to work before 11 a.m."	Он строго-настрого запрещает мне приступать к работе до одиннадцати.
"Tommy, do you want something thrown at you?	- Томми, ты хочешь, чтобы я в тебя чем-нибудь запустила?
It is absolutely essential that we should without delay map out a plan of campaign."	Мы должны немедленно составить план кампании.

"Hear, hear!"	- Вы только ее послушайте!
"Well, let's do it."	- Ну, так начнем!
Tommy laid his paper finally aside.	В конце концов Томми пришлось отложить газету.
"There's something of the simplicity of the truly great mind about you, Tuppence.	- В тебе, Таппенс, есть что-то от непосредственности гениев.
Fire ahead.	Не томи, выкладывай.
I'm listening."	Я слушаю.
"To begin with," said Tuppence, "what have we to go upon?"	- В первую очередь, - начала Таппенс, -посмотрим, какие данные есть в нашем распоряжении.
"Absolutely nothing," said Tommy cheerily.	- Никаких, - весело отозвался Томми.
"Wrong!" Tuppence wagged an energetic finger. "We have two distinct clues."	- Неправда! - Таппенс энергично погрозила ему пальцем. - Кое-что у нас есть!
"What are they?"	- Это что же?
"First clue, we know one of the gang."	- Во-первых, мы знаем одного из членов шайки в лицо.
"Whittington?"	- Виттингтона?
"Yes.	-Вот именно.
I'd recognize him anywhere."	Я его ни с кем не спутаю.
"Hum," said Tommy doubtfully, "I don't call that much of a clue.	- Хм-м, - с сомнением отозвался Томми, - тоже мне данные.
You don't know where to look for him, and it's about a thousand to one against your running against him by accident."	Где его искать, тебе не известно, а надеяться на случайную встречу глупо: тысяча шансов против одного.
"I'm not so sure about that," replied Tuppence thoughtfully. "I've often noticed that once coincidences start happening they go on happening in the most extraordinary way. I dare say it's some natural law that we haven't found out.	- Ну, не знаю, - задумчиво ответила Таппенс. - Я часто замечала, что совпадения, стоит им только начаться, следуют одно за другим, тут действует, вероятно, какой-то еще не открытый закон природы.
Still, as you say, we can't rely on that.	Но ты прав: полагаться на случай нельзя.
But there are places in London where simply every one is bound to turn up sooner or later.	Тем не менее в Лондоне есть места, где человек рано или поздно просто не может не появиться.
Piccadilly Circus, for instance.	Пикадилли-Серкус, например.
One of my ideas was to take up my stand there every day with a tray of flags."	Я буду дежурить там каждый день, буду продавать флажки с лотка.
"What about meals?" inquired the practical Tommy.	- Без обеда и без ужина? - осведомился практичный Томми.
"How like a man!	- Чисто мужской вопрос!
What does mere food matter?"	Как будто нет ничего важнее еды.
"That's all very well. You've just had a thundering good breakfast.	- Это ты сейчас так рассуждаешь, умяв прямо-таки чудовищный завтрак.

No one's got a better appetite than you have, Tuppence, and by tea-time you'd be eating the flags, pins and all.	У тебя, Таппенс, такой здоровый аппетит, что к пяти часам ты примешься за флажки, булавки и что тебе там еще подвернется под руку.
But, honestly, I don't think much of the idea.	Но, если серьезно, мне эта твоя идея не нравится.
Whittington mayn't be in London at all."	Ведь Виттингтон мог вообще уехать из Лондона.
"That's true.	- Верно.
Anyway, I think clue No. 2 is more promising."	Зато у нас есть еще одна зацепка, и, по-моему, более надежная.
"Let's hear it."	- Ну-ну?
"It's nothing much.	- В сущности, тоже немного.
Only a Christian name-Rita.	Женское имя "Рита".
Whittington mentioned it that day."	Его упомянул Виттингтон.
"Are you proposing a third advertisement: Wanted, female crook, answering to the name of Rita?"	- И ты собираешься дать третье объявление: "Требуется мошенница, откликающаяся на кличку Рита"?
"I am not.	Вовсе нет.
I propose to reason in a logical manner.	Просто я рассуждаю логически.
That man, Danvers, was shadowed on the way over, wasn't he?	За этим офицером, за Денверсом, на "Лузитании" вели слежку?
And it's more likely to have been a woman than a man--"	И наверняка это была женщина, а не мужчина.
"I don't see that at all."	- Это, интересно, почему?
"I am absolutely certain that it would be a woman, and a good-looking one," replied Tuppence calmly.	- Я абсолютно убеждена, что это была женщина, и красивая женщина, - холодно ответила Таппенс.
"On these technical points I bow to your decision," murmured Mr. Beresford.	- Ладно, подобные вопросы я предоставляю тебе решать самой, - мягко произнес мистер Бересфорд.
"Now, obviously this woman, whoever she was, was saved."	- Далее, эта женщина, кто бы она ни была, несомненно, спаслась.
"How do you make that out?"	- Это почему же?
"If she wasn't, how would they have known Jane Finn had got the papers?"	- Если бы она не спаслась, откуда бы они знали, что договор попал к Джейн Финн?
"Correct.	- Справедливо.
Proceed, O Sherlock!"	Продолжай, дорогой Шерлок Холмс!
"Now there's just a chance, I admit it's only a chance, that this woman may have been 'Rita.'"	- И можно предположить - только предположить, - что эта женщина и есть Рита.
"And if so?"	- Ну и?
"If so, we've got to hunt through the survivors of the Lusitania till we find her."	- Будем разыскивать всех, кто спасся с "Лузитании", пока не выйдем на нее.
"Then the first thing is to get a list of the survivors."	- В таком случае, нам надо раздобыть список спасшихся.

"I've got it.	- Я его уже раздобыла.
I wrote a long list of things I wanted to know, and sent it to Mr. Carter.	Я уже написала мистеру Картеру, перечислила все, что мне не мешало бы знать.
I got his reply this morning, and among other things it encloses the official statement of those saved from the Lusitania.	Сегодня утром пришел от него ответ, там имеются и фамилии всех спасшихся.
How's that for clever little Tuppence?"	Скажешь, милочка Таппенс не умница?
"Full marks for industry, zero for modesty.	- Высшая отметка за прилежание, низшая - за скромность.
But the great point is, is there a 'Rita' on the list?"	Короче, Рита в этом списке имеется?
"That's just what I don't know," confessed Tuppence.	- Вот этого я и не знаю, - призналась Таппенс.
"Don't know?"	- Не знаешь?
"Yes.	- Ну, да.
Look here." Together they bent over the list. "You see, very few Christian names are given.	Вот, смотри сам! - Они вместе склонились над списком. - Видишь, имен почти нет.
They're nearly all Mrs. or Miss."	Просто "мисс" или "миссис" и фамилия.
Tommy nodded.	Томми кивнул.
"That complicates matters," he murmured thoughtfully.	- Это усложняет дело, - пробормотал он.
Tuppence gave her characteristic "terrier" shake.	Таппенс передернула плечами в обычной своей манере "отряхивающегося терьера".
"Well, we've just got to get down to it, that's all.	- Просто надо действовать - только и всего.
We'll start with the London area.	Начнем с Лондона и его окрестностей.
Just note down the addresses of any of the females who live in London or roundabout, while I put on my hat."	Выпиши адреса всех женщин, живущих здесь или в пригородах, пока я надену шляпу.
Five minutes later the young couple emerged into Piccadilly, and a few seconds later a taxi was bearing them to The Laurels, Glendower Road, N.7, the residence of Mrs. Edgar Keith, whose name figured first in a list of seven reposing in Tommy's pocket-book.	Через пять минут молодые люди вышли на Пикадилли, и несколько секунд спустя такси уже везло их в "Лавры" (Глендоуэр-роуд, 7), резиденцию миссис Эдгар Кифф, чья фамилия была первой из семи, занесенных в записную книжку Томми.
The Laurels was a dilapidated house, standing back from the road with a few grimy bushes to support the fiction of a front garden.	"Лавры" оказались ветхим особнячком, отделенном от улицы десятком чахлых кустов, неубедительно создававших иллюзию палисадника.
Tommy paid off the taxi, and accompanied Tuppence to the front door bell.	Томми заплатил шоферу и следом за Таппенс направился к двери.
As she was about to ring it, he arrested her hand.	Она уже подняла руку, чтобы позвонить, но он схватил ее за локоть.
"What are you going to say?"	- А что ты скажешь?
"What am I going to say?	- Что скажу?

Why, I shall say-Oh dear, I don't know.	Ну, скажу... Господи, не знаю!
It's very awkward."	Как глупо.
"I thought as much," said Tommy with satisfaction. "How like a woman!	- Так я и думал, - ехидно заметил Томми. - Чисто по-женски.
No foresight!	Все с бухты-барахты.
Now just stand aside, and see how easily the mere male deals with the situation."	А теперь посторонись и посмотри, как просто выходят из положения презренные мужчины.
He pressed the bell. Tuppence withdrew to a suitable spot.	Он позвонил, и Таппенс на всякий случай попятилась.
A slatternly looking servant, with an extremely dirty face and a pair of eyes that did not match, answered the door.	Дверь открыла неряшливая служанка с чумазой физиономией и глазами, смотревшими в разные стороны.
Tommy had produced a notebook and pencil.	Томми уже извлек из кармана записную книжку и карандаш.
"Good morning," he said briskly and cheerfully. "From the Hampstead Borough Council.	- Доброе утро, - сказал он бодро. - Из муниципалитета Хемпстеда.
The new Voting Register.	Проверка списков избирателей.
Mrs. Edgar Keith lives here, does she not?"	Здесь ведь проживает миссис Эдгар Кифф?
"Yaas," said the servant.	- Ага, - сказала служанка.
"Christian name?" asked Tommy, his pencil poised.	- Имя? - спросил Томми, держа карандаш наготове.
"Missus's?	- Хозяйкино-то?
Eleanor Jane."	Элинор-Джейн.
"Eleanor," spelt Tommy. "Any sons or daughters over twenty-one?"	- Э-ли-нор, - записал Томми. - Сыновья или дочери старше двадцати одного года?
"Naow."	- Не-а.
"Thank you." Tommy closed the notebook with a brisk snap. "Good morning."	- Благодарю вас. - Томми захлопнул книжку. -Всего хорошего.
The servant volunteered her first remark:	Тут служанка решила внести свою лепту в разговор.
"I thought perhaps as you'd come about the gas," she observed cryptically, and shut the door.	- А я думала, вы насчет газа, - разочарованно произнесла она и закрыла дверь.
Tommy rejoined his accomplice. "You see, Tuppence," he observed. "Child's play to the masculine mind."	- Вот видишь, Таппенс, - сказал Томми своей сообщнице, - сущий пустяк для мужского ума.
"I don't mind admitting that for once you've scored handsomely.	- Не спорю: в кои-то веки очко в твою пользу.
I should never have thought of that."	Я бы до такого не додумалась.
"Good wheeze, wasn't it?	- Чисто сработано, верно?
And we can repeat it ad lib."	И ничего другого не придется выдумывать.

Lunch-time found the young couple attacking a steak and chips in an obscure hostelry with avidity.	В два часа молодые люди зашли в скромную закусочную, где с аппетитом набросились на бифштекс с жареным картофелем.
They had collected a Gladys Mary and a Marjorie, been baffled by one change of address, and had been forced to listen to a long lecture on universal suffrage from a vivacious American lady whose Christian name had proved to be Sadie.	Их коллекция пополнилась Глэдис-Мэри и Марджори, одна из адресатов поменяла место жительства, вследствие чего они были вынуждены выслушать целую лекцию о женском равноправии из уст энергичной американской дамы по имени Сэди.
"Ah!" said Tommy, imbibing a long draught of beer, "I feel better.	- А-а! - вздохнул Томми, приложившись к кружке с пивом. - Так-то лучше.
Where's the next draw?"	Ну, куда теперь?
The notebook lay on the table between them. Tuppence picked it up.	Таппенс взяла со столика записную книжку.
"Mrs. Vandemeyer," she read, "20 South Audley Mansions. Miss Wheeler, 43 Clapington Road, Battersea.	- Миссис Вандемейер, - прочла она. - Саут-Одли, номер двадцать. - Мисс Уиллер, Клепинтонг-роуд, номер сорок три.
She's a lady's maid, as far as I remember, so probably won't be there, and, anyway, she's not likely."	Это в Баттерси, и, если не ошибаюсь, она горничная. Так что вряд ли это она.
"Then the Mayfair lady is clearly indicated as the first port of call."	- Следовательно, наш следующий рейс - в Саут-Одли.
"Tommy, I'm getting discouraged."	- Томми, боюсь, у нас ничего не получится.
"Buck up, old bean.	- Выше нос, старушка.
We always knew it was an outside chance.	Мы же с самого начала знали, что шансы на успех тут невелики.
And, anyway, we're only starting.	Но ведь это только начало!
If we draw a blank in London, there's a fine tour of England, Ireland and Scotland before us."	Если не поймаем ничего в Лондоне, нам предстоит увлекательное турне по Англии, Ирландии и Шотландии.
"True," said Tuppence, her flagging spirits reviving. "And all expenses paid!	- Верно! - живо подхватила Таппенс. - Ведь все расходы оплачиваются.
But, oh, Tommy, I do like things to happen quickly.	Но, знаешь, Томми, я люблю, чтобы одно следовало за другим.
So far, adventure has succeeded adventure, but this morning has been dull as dull."	До сих пор приключения сыпались на нас без перерыва, и вдруг такое занудное утро.
"You must stifle this longing for vulgar sensation, Tuppence. Remember that if Mr. Brown is all he is reported to be, it's a wonder that he has not ere now done us to death.	- Таппенс, ты должна избавиться от вульгарной жажды сенсаций и помни: если мистер Браун таков, каким его нам изобразили, то в ближайшем же будущем он предаст нас смерти!
That's a good sentence, quite a literary flavour about it."	Что, красиво звучит?
"You're really more conceited than I am-with less excuse!	- Ты куда самодовольнее меня, причем с меньшим на то основанием!
Ahem!	Кхе-кхе!

But it certainly is queer that Mr. Brown has not yet wreaked vengeance upon us. (You see, I can do it too.) We pass on our way unscathed."	Но действительно странно, что мщение мистера Брауна нас еще не настигло. (Как видишь, высокий стиль и мне по плечу!) Ведь все у нас идет как по маслу.
"Perhaps he doesn't think us worth bothering about," suggested the young man simply.	- Возможно, он просто не хочет марать о нас руки, - заметил молодой человек.
Tuppence received the remark with great disfavour. "How horrid you are, Tommy. Just as though we didn't count."	- Томми, ты просто невыносим! - возмутилась Таппенс. - Можно подумать - мы пустое место.
"Sorry, Tuppence.	- Прости, Таппенс.
What I meant was that we work like moles in the dark, and that he has no suspicion of our nefarious schemes.	Я хотел сказать, что мы роем вслепую, как два трудолюбивых крота, а он даже не подозревает о наших коварных подкопах, ха-ха!
Ha ha!" "Ha ha!" echoed Tuppence approvingly, as she rose.	- Ха-ха, - с готовностью подхватила Таппенс, вставая из-за столика.
South Audley Mansions was an imposing-looking block of flats just off Park Lane.	Саут-Одли оказался внушительным многоквартирным домом за Парк-Лейн.
No. 20 was on the second floor.	Квартира номер двадцать была на втором этаже.
Tommy had by this time the glibness born of practice. He rattled off the formula to the elderly woman, looking more like a housekeeper than a servant, who opened the door to him.	К этому времени Томми успел вжиться в роль и отбарабанил вступительное слово пожилой женщине, которая открыла ему дверь. Она более походила на экономку, чем на горничную.
"Christian name?"	- Имя?
"Margaret."	- Маргарет.
Tommy spelt it, but the other interrupted him.	Томми начал писать, но она его остановила.
"No, g u e."	- Да нет... пишется Мар-га-ри-та.
"Oh, Marguerite; French way, I see."	- А, Маргарита! На французский лад.
He paused, then plunged boldly. "We had her down as Rita Vandemeyer, but I suppose that's incorrect?"	Так-так. - Он помолчал, а потом сделал смелый ход: - У нас в списке она значится как Рита Вандемейер, но, вероятно, тут какая-то ошибка?
"She's mostly called that, sir, but Marguerite's her name."	- Обычно ее называют именно так, сэр. Но полное имя - Маргарита.
"Thank you.	- Благодарю вас.
That's all.	Это все, что мне требовалось.
Good morning."	До свидания.
Hardly able to contain his excitement, Tommy hurried down the stairs.	Еле сдерживая волнение, Томми сбежал вниз по лестнице.
Tuppence was waiting at the angle of the turn.	Таппенс ждала его на площадке второго этажа.
"You heard?"	-Ты слышала?
"Yes.	-Да.
Oh, Tommy!"	Ах, Томми!
Tommy squeezed her arm sympathetically.	Томми понимающе похлопал ее по плечу.

"I know, old thing. I feel the same."	- Можешь не говорить, старушка, я чувствую то же самое.
"It's-it's so lovely to think of things-and then for them really to happen!" cried Tuppence enthusiastically.	-Это... До чего же здорово - только что-то придумаешь, и вдруг все сбывается, - в восторге воскликнула Таппенс.
Her hand was still in Tommy's. They had reached the entrance hall.	Держась за руки, они спустились в вестибюль.
There were footsteps on the stairs above them, and voices.	На лестнице послышались чьи-то шаги и голоса.
Suddenly, to Tommy's complete surprise, Tuppence dragged him into the little space by the side of the lift where the shadow was deepest.	Внезапно, к удивлению Томми, Таппенс потащила его в темный закуток у лифта.
"What the--"	- Какого ч...
"Hush!"	-Ш-ш-ш!
Two men came down the stairs and passed out through the entrance.	По лестнице спустились два человека и вышли на улицу.
Tuppence's hand closed tighter on Tommy's arm.	Пальцы Таппенс впились в локоть Томми.
"Quick-follow them.	- Быстрее... Иди за ними!
I daren't. He might recognize me.	Я не могу - меня он узнает.
I don't know who the other man is, but the bigger of the two was Whittington."	Второго я прежде не видела, но тот, который повыше, это Виттингтон.
CHAPTER VII. THE HOUSE IN SOHO	Глава 7 Дом в Сохо
WHITTINGTON and his companion were walking at a good pace. Tommy started in pursuit at once, and was in time to see them turn the corner of the street.	Виттингтон и его спутник шли довольно быстро, но Томми успел увидеть, как они свернули за угол.
His vigorous strides soon enabled him to gain upon them, and by the time he, in his turn, reached the corner the distance between them was sensibly lessened.	Он пустился бегом, и, когда в свою очередь свернул за угол, расстояние между ними заметно сократилось.
The small Mayfair streets were comparatively deserted, and he judged it wise to content himself with keeping them in sight.	Узкие улочки Мейфэр были безлюдны, и он счел, что благоразумней держаться подальше.
The sport was a new one to him.	Такого рода занятие было ему внове.
Though familiar with the technicalities from a course of novel reading, he had never before attempted to "follow" anyone, and it appeared to him at once that, in actual practice, the proceeding was fraught with difficulties.	И хотя из романов он досконально знал, как следует себя вести, когда берешься за кем-то следить, в реальной жизни идти за кем-то, оставаясь незамеченным, было отнюдь не просто.
Supposing, for instance, that they should suddenly hail a taxi?	А если они сядут в такси?
In books, you simply leapt into another, promised the driver a sovereign-or its modern equivalent-and there you were.	В романе герой просто прыгает в другую машину, обещает шоферу соверен (или более скромную сумму), и дело в шляпе.

In actual fact, Tommy foresaw that it was extremely likely there would be no second taxi.	Но Томми предвидел, что в решительную минуту свободного такси рядом, скорее всего, не окажется.
Therefore he would have to run.	Следовательно, ему придется бежать.
What happened in actual fact to a young man who ran incessantly and persistently through the London streets?	А что произойдет с молодым человеком, который вздумает бежать во весь дух по лондонским улицам?
In a main road he might hope to create the illusion that he was merely running for a bus. But in these obscure aristocratic byways he could not but feel that an officious policeman might stop him to explain matters.	На магистралях прохожие еще могут подумать, что он спешит на автобусную остановку, но в этом аристократическом лабиринте его почти наверняка перехватит ревностный полицейский и потребует объяснений.
At this juncture in his thoughts a taxi with flag erect turned the corner of the street ahead.	Именно в этот момент впереди из-за угла появилось такси с поднятым флажком.
Tommy held his breath.	У Томми перехватило дыхание.
Would they hail it?	Что, если они его остановят?
He drew a sigh of relief as they allowed it to pass unchallenged.	Нет, не остановили. Он перевел дух.
Their course was a zigzag one designed to bring them as quickly as possible to Oxford Street.	Судя по выбранному ими маршруту, они хотели кратчайшим путем добраться до Оксфорд-стрит.
When at length they turned into it, proceeding in an easterly direction, Tommy slightly increased his pace. Little by little he gained upon them.	Когда они вышли на нее и повернули на восток, Томми слегка ускорил шаги.
On the crowded pavement there was little chance of his attracting their notice, and he was anxious if possible to catch a word or two of their conversation.	В толпе прохожих он вряд ли привлечет их внимание. А было бы недурно подслушать их разговор.
In this he was completely foiled; they spoke low and the din of the traffic drowned their voices effectually.	Нагнать-то их он нагнал, но его ждало разочарование: говорили они тихо, и уличный шум начисто заглушал их голоса.
Just before the Bond Street Tube station they crossed the road, Tommy, unperceived, faithfully at their heels, and entered the big Lyons'.	Перед станцией метро "Бонд-стрит" они перешли через дорогу (Томми - за ними) и вошли в "Лайонс".
There they went up to the first floor, and sat at a small table in the window.	Там они поднялись на второй этаж и расположились у окна.
It was late, and the place was thinning out. Tommy took a seat at the table next to them, sitting directly behind Whittington in case of recognition.	В этот час зал был полупустым, и Томми из опасения быть узнанным сел за соседний свободный столик, за спиной Виттингтона.
On the other hand, he had a full view of the second man and studied him attentively. He was fair, with a weak, unpleasant face, and Tommy put him down as being either a Russian or a Pole.	При этом он мог прекрасно разглядеть спутника Виттингтона - блондина с неприятным слабовольным лицом. Русский либо поляк, решил Томми.
He was probably about fifty years of age, his shoulders cringed a little as he talked, and his eyes, small and crafty, shifted unceasingly.	На вид ему было лет пятьдесят, он сутулился, а его маленькие глазки, когда он говорил, шныряли по сторонам.

Having already lunched heartily, Tommy contented himself with ordering a Welsh rarebit and a cup of coffee.	После недавнего бифштекса Томми удовлетворился гренками с сыром и чашкой кофе.
Whittington ordered a substantial lunch for himself and his companion; then, as the waitress withdrew, he moved his chair a little closer to the table and began to talk earnestly in a low voice.	Виттингтон заказал для себя и своего спутника полный обед, а когда официантка отошла, придвинулся поближе к столику и понизил голос.
The other man joined in. Listen as he would, Tommy could only catch a word here and there; but the gist of it seemed to be some directions or orders which the big man was impressing on his companion, and with which the latter seemed from time to time to disagree.	Собеседник отвечал ему полушепотом, и, как Томми ни напрягался, ему удавалось расслышать лишь отдельные слова. Похоже, Виттингтон давал блондину какие-то инструкции, а тот иногда возражал ему.
Whittington addressed the other as Boris.	Виттингтон называл его Борисом.
Tommy caught the word	Томми несколько раз услышал слово
"Ireland" several times, also "propaganda," but of Jane Finn there was no mention.	"Ирландия", потом - "пропаганда", однако имя Джейн Финн не было упомянуто ни разу.
Suddenly, in a lull in the clatter of the room, he got one phrase entire.	Неожиданно шум в зале поулегся, и он расслышал несколько фраз подряд.
Whittington was speaking.	Говорил Виттингтон:
"Ah, but you don't know Flossie.	- Но вы не знаете Флосси!
She's a marvel.	Она просто чудо.
An archbishop would swear she was his own mother.	Ни дать ни взять, матушка архиепископа.
She gets the voice right every time, and that's really the principal thing."	Умеет взять нужный тон, а это главное.
Tommy did not hear Boris's reply, but in response to it Whittington said something that sounded like:	Ответа Бориса Томми не расслышал, но Виттингтон добавил что-то вроде:
"Of course-only in an emergency...."	- Ну, конечно, только в крайнем случае...
Then he lost the thread again. But presently the phrases became distinct again whether because the other two had insensibly raised their voices, or because Tommy's ears were getting more attuned, he could not tell.	После этого Томми опять потерял нить разговора, однако немного погодя то ли те двое повысили голос, то ли уши Томми приспособились к их шепоту, он снова начал разбирать, о чем они говорят.
But two words certainly had a most stimulating effect upon the listener. They were uttered by Boris and they were: "Mr. Brown."	И два слова, произнесенные Борисом, подействовали на него, как удар электрического тока: "мистер Браун".
Whittington seemed to remonstrate with him, but he merely laughed.	Виттингтон вроде что-то возразил, но блондин рассмеялся:
"Why not, my friend?	- Почему бы и нет, друг мой.
It is a name most respectable-most common.	Весьма респектабельная фамилия и такая распространенная!
Did he not choose it for that reason?	Не по этой ли причине он ее и выбрал?
Ah, I should like to meet him-Mr. Brown."	Мне бы очень хотелось встретиться с ним... с мистером Брауном!

There was a steely ring in Whittington's voice as he replied:	Посуровевшим голосом Виттингтон ответил:
"Who knows?	- Как знать?
You may have met him already."	Возможно, вы с ним уже встречались.
"Bah!" retorted the other. "That is children's talk-a fable for the police.	- Ну да! - воскликнул Борис. - Детские сказочки, басни для полиции.
Do you know what I say to myself sometimes?	Знаете, какой я иногда задаю себе вопрос?
That he is a fable invented by the Inner Ring, a bogy to frighten us with.	Не выдумка ли это местных патриотов? Средство, чтобы нас запугивать?
It might be so."	А если так оно и есть?
"And it might not."	- А если не так?
"I wonder ... or is it indeed true that he is with us and amongst us, unknown to all but a chosen few?	-Хотелось бы знать... правда ли, что он с нами, среди нас, но знают его лишь немногие избранные?
If so, he keeps his secret well.	В таком случае он хорошо умеет хранить свою тайну.
And the idea is a good one, yes.	И идея удачная, несомненно!
We never know.	Мы никогда ни в чем не можем быть уверены.
We look at each other- one of us is Mr. Brown-which?	Мы смотрим друг на друга: один из нас мистер Браун. Но кто?
He commands-but also he serves.	Он отдает приказ - но он же его и выполняет.
Among us-in the midst of us. And no one knows which he is...."	Он среди нас, он один из нас, и никто не знает, кто он...
With an effort the Russian shook off the vagary of his fancy. He looked at his watch.	Русский замолчал, заставив себя вернуться к действительности, и взглянул на часы.
"Yes," said Whittington. "We might as well go."	- Да, - сказал Виттингтон, - нам пора.
He called the waitress and asked for his bill.	Он подозвал официантку и попросил счет.
Tommy did likewise, and a few moments later was following the two men down the stairs.	Томми последовал его примеру и через минуту уже спускался по лестнице.
Outside, Whittington hailed a taxi, and directed the driver to go to Waterloo.	Выйдя на улицу, Виттингтон подозвал такси и велел шоферу ехать на вокзал Ватерлоо.
Taxis were plentiful here, and before Whittington's had driven off another was drawing up to the curb in obedience to Tommy's peremptory hand.	Такси здесь было хоть отбавляй, и в следующую секунду еще одно затормозило рядом с Томми.
"Follow that other taxi," directed the young man. "Don't lose it."	- Следуйте вон за тем такси, - сказал молодой человек, - не выпускайте его из виду.
The elderly chauffeur showed no interest. He merely grunted and jerked down his flag.	Пожилой шофер не проявил к его словам ни малейшего интереса, только что-то буркнул в ответ и опустил флажок.
The drive was uneventful. Tommy's taxi came to rest at the departure platform just after Whittington's.	Все шло как по маслу, и такси Томми остановилось у входа на вокзал прямо за такси Виттингтона.

Tommy was behind him at the booking-office.	И в кассу Томми встал прямо за Виттингтоном.
He took a first-class single ticket to Bournemouth, Tommy did the same.	Тот взял билет первого класса до Борнемута. Томми сделал то же.
As he emerged, Boris remarked, glancing up at the clock:	Выйдя из кассы, он услышал, как, взглянув на вокзальные часы, Борис произнес:
"You are early. You have nearly half an hour."	- Еще рано, у вас в запасе целых полчаса.
Boris's words had aroused a new train of thought in Tommy's mind.	Томми задумался.
Clearly Whittington was making the journey alone, while the other remained in London.	Ясно, что Виттингтон поедет один, а Борис останется в Лондоне.
Therefore he was left with a choice as to which he would follow.	Иными словами, он должен выбрать, за кем следить дальше.
Obviously, he could not follow both of them unless--Like Boris, he glanced up at the clock, and then to the announcement board of the trains.	Не может же он раздвоиться... Хотя... Он тоже взглянул на часы, а затем на табло.
The Bournemouth train left at 3.30.	Борнемутский поезд отходил в 15.30.
It was now ten past.	Стрелки часов показывали десять минут четвертого.
Whittington and Boris were walking up and down by the bookstall.	Виттингтон с Борисом прохаживались у газетного киоска.
He gave one doubtful look at them, then hurried into an adjacent telephone box.	С опаской на них поглядев, Томми юркнул в ближайшую телефонную будку.
He dared not waste time in trying to get hold of Tuppence. In all probability she was still in the neighbourhood of South Audley Mansions.	Он не стал тратить время на поиски Таппенс -скорее всего, она не успела вернуться.
But there remained another ally.	Однако у него был в запасе еще один союзник.
He rang up the Ritz and asked for Julius Hersheimmer.	Он позвонил в "Ритц" и попросил соединить его с Джулиусом Херсхейммером.
There was a click and a buzz.	В трубке щелкнуло, зажужжало.
Oh, if only the young American was in his room!	А если американца не окажется в номере?
There was another click, and then "Hello" in unmistakable accents came over the wire.	Раздался еще один щелчок, и знакомый голос произнес: "Алло!"
"That you, Hersheimmer?	- Херсхейммер, это вы?
Beresford speaking.	Говорит Бересфорд.
I'm at Waterloo.	Я на вокзале Ватерлоо.
I've followed Whittington and another man here.	Выслеживаю Виттингтона и еще одного.
No time to explain.	Времени объяснять нет.
Whittington's off to Bournemouth by the 3.30.	Виттингтон уезжает в Борнемут, поезд пятнадцать тридцать.
Can you get there by then?"	Вы успеете?
The reply was reassuring. "Sure. I'll hustle."	- Само собой!

The telephone rang off.	В трубке зазвучал сигнал отбоя.
Tommy put back the receiver with a sigh of relief.	Томми повесил ее со вздохом облегчения.
His opinion of Julius's power of hustling was high. He felt instinctively that the American would arrive in time.	Расторопность американца он успел оценить, и нутром чувствовал, что Джулиус не опоздает.
Whittington and Boris were still where he had left them.	Виттингтон и Борис все еще прогуливались возле киоска.
If Boris remained to see his friend off, all was well.	Если Борис решил проводить своего приятеля, то все в порядке.
Then Tommy fingered his pocket thoughtfully.	Тут Томми задумчиво сунул руку в карман.
In spite of the carte blanche assured to him, he had not yet acquired the habit of going about with any considerable sum of money on him.	Хотя ему и была обещана carte blanche, он еще не приобрел привычки носить с собой значительные суммы.
The taking of the first-class ticket to Bournemouth had left him with only a few shillings in his pocket.	После того, как он взял билет первого класса до Борнемута, у него осталось лишь несколько шиллингов.
It was to be hoped that Julius would arrive better provided.	Ладно, авось Джулиус явится с туго набитым бумажником.
In the meantime, the minutes were creeping by: 3.15, 3.20, 3.25, 3.27. Supposing Julius did not get there in time.	А большая стрелка все ползла и ползла по циферблату: 15.15, 15.20, 15.25, 15.27... Неужели не успеет?
3.29....	15.29...
Doors were banging.	Двери купе захлопывались.
Tommy felt cold waves of despair pass over him. Then a hand fell on his shoulder.	На Томми накатила холодная волна отчаяния, и в этот момент на его плечо легла тяжелая ладонь.
"Here I am, son.	-Вот и я, дружище!
Your British traffic beats description!	Ваши дорожные правила - это черт знает что!
Put me wise to the crooks right away."	Ну-ка, где эти бандиты?
"That's Whittington-there, getting in now, that big dark man.	- Вон Виттингтон. На ступеньках вагона. Смуглый толстяк.
The other is the foreign chap he's talking to."	А иностранец, с которым он разговаривает, - это второй.
"I'm on to them.	- Усек.
Which of the two is my bird?"	Кто из них мой?
Tommy had thought out this question.	Томми был готов к этому вопросу и ответил тоже вопросом:
"Got any money with you?"	- А деньги у вас с собой есть?
Julius shook his head, and Tommy's face fell.	Джулиус мотнул головой, и Томми похолодел.
"I guess I haven't more than three or four hundred dollars with me at the moment," explained the American.	- Долларов четыреста, не больше, - виновато объяснил американец.
Tommy gave a faint whoop of relief.	Томми с облегчением выдохнул.

"Oh, Lord, you millionaires!	- Черт бы вас, миллионеров, побрал.
You don't talk the same language!	Человеческого языка не понимаете.
Climb aboard the lugger. Here's your ticket.	Живо на поезд, вот билет.
Whittington's your man."	Ваш - Виттингтон.
"Me for Whittington!" said Julius darkly. The train was just starting as he swung himself aboard. "So long, Tommy."	- Мой так мой! - без особого энтузиазма буркнул Джулиус и прыгнул на подножку двинувшегося вагона. - Пока, Томми!
The train slid out of the station.	Поезд набирал ход.
Tommy drew a deep breath. The man Boris was coming along the platform towards him.	Томми перевел дух и покосился на Бориса, который шел теперь ему навстречу.
Tommy allowed him to pass and then took up the chase once more.	Томми пропустил его, развернулся и возобновил слежку.
From Waterloo Boris took the tube as far as Piccadilly Circus.	Борис спустился в метро и доехал до Пикадилли-Серкус.
Then he walked up Shaftesbury Avenue, finally turning off into the maze of mean streets round Soho.	Там он свернул на Шефтсбери-авеню и нырнул в лабиринт переулков Сохо.
Tommy followed him at a judicious distance.	Томми следовал за ним на почтительном расстоянии.
They reached at length a small dilapidated square.	В конце концов они достигли грязноватой площади.
The houses there had a sinister air in the midst of their dirt and decay.	Обшарпанные ветхие дома вокруг выглядели зловеще.
Boris looked round, and Tommy drew back into the shelter of a friendly porch.	Борис стал озираться по сторонам, и Томми отступил под укрытие ближайшего подъезда.
The place was almost deserted.	Площадь была пустынна.
It was a cul-de-sac, and consequently no traffic passed that way.	К ней вела только одна улочка, и машины туда не сворачивали.
The stealthy way the other had looked round stimulated Tommy's imagination.	Настороженный вид Бориса воспламенил воображение Томми.
From the shelter of the doorway he watched him go up the steps of a particularly evil-looking house and rap sharply, with a peculiar rhythm, on the door.	Притаившись в подъезде, он видел, как тот, поднявшись по ступенькам самого мрачного дома, несколько раз резко стукнул в дверь, не подряд, а с паузами.
It was opened promptly, he said a word or two to the doorkeeper, then passed inside.	Дверь тут же открылась, Борис что-то сказал и вошел.
The door was shut to again.	Дверь сразу захлопнулась за ним.
It was at this juncture that Tommy lost his head.	И вот тут Томми сплоховал, поддавшись азарту.
What he ought to have done, what any sane man would have done, was to remain patiently where he was and wait for his man to come out again. What he did do was entirely foreign to the sober common sense which was, as a rule, his leading characteristic.	Всякий разумный человек на его месте стал бы терпеливо ждать, пока тот не выйдет на улицу. Да, именно так следовало бы поступить и Томми. Он же, вопреки обычному своему благоразумию, ринулся вслед.

Something, as he expressed it, seemed to snap in his brain. Without a moment's pause for reflection he, too, went up the steps, and reproduced as far as he was able the peculiar knock.	У него в голове (как он объяснял впоследствии), словно что-то щелкнуло: не раздумывая, он взбежал по ступенькам и постучал, сделав нужные, как он надеялся, паузы.
The door swung open with the same promptness as before.	И опять дверь немедленно распахнулась.
A villainous-faced man with close-cropped hair stood in the doorway.	Перед ним вырос человек, подстриженный ежиком и с угрюмо-злобным лицом.
"Well?" he grunted.	- Ну? - пробурчал он.
It was at that moment that the full realization of his folly began to come home to Tommy.	И только в эту секунду Томми понял, какую он сотворил глупость.
But he dared not hesitate. He seized at the first words that came into his mind.	Однако времени для раздумий не было, и он выпалил первое, что пришло ему в голову.
"Mr. Brown?" he said.	- Мистер Браун? - спросил он.
To his surprise the man stood aside.	К его удивлению, человек с ежиком посторонился.
"Upstairs," he said, jerking his thumb over his shoulder, "second door on your left."	- Наверх! - Он указал большим пальцем через плечо. - Вторая дверь слева.
CHAPTER VIII. THE ADVENTURES OF TOMMY	Глава 8 Приключения Томми
TAKEN aback though he was by the man's words, Tommy did not hesitate. If audacity had successfully carried him so far, it was to be hoped it would carry him yet farther.	Хотя слова эти ввергли Томми в некоторую растерянность, колебаться он не стал: если его безрассудство увенчалось таким успехом, так, может, оно и дальше будет его выручать.
He quietly passed into the house and mounted the ramshackle staircase.	Он решительно вошел в парадное и поднялся по скрипучей лестнице.
Everything in the house was filthy beyond words.	Все вокруг было невероятно запущенным и грязным.
The grimy paper, of a pattern now indistinguishable, hung in loose festoons from the wall.	Под слоем копоти невозможно было различить узор на обоях, отклеившиеся края которых фестонами свисали со стен.
In every angle was a grey mass of cobweb.	По углам серела паутина.
Tommy proceeded leisurely.	Томми шел не спеша.
By the time he reached the bend of the staircase, he had heard the man below disappear into a back room.	Еще до того, как он достиг верхней площадки, привратник, судя по звукам, ушел в каморку под лестницей.
Clearly no suspicion attached to him as yet.	Значит, никаких подозрений он не вызвал.
To come to the house and ask for "Mr. Brown" appeared indeed to be a reasonable and natural proceeding.	Видимо, он угадал пароль и правильно запомнил условный стук.
At the top of the stairs Tommy halted to consider his next move.	На верхней площадке Томми остановился, обдумывая, как действовать дальше.
In front of him ran a narrow passage, with doors opening on either side of it.	Перед ним был узкий коридор с дверями по обеим сторонам.

From the one nearest him on the left came a low murmur of voices.	Из-за ближайшей слева доносились голоса.
It was this room which he had been directed to enter.	Именно туда его и направил привратник.
But what held his glance fascinated was a small recess immediately on his right, half concealed by a torn velvet curtain.	Однако он как завороженный уставился на нишу справа, полузакрытую рваной бархатной портьерой.
It was directly opposite the left-handed door and, owing to its angle, it also commanded a good view of the upper part of the staircase.	Ниша была расположена почти напротив нужной ему комнаты, но из нее хорошо просматривалась и верхняя часть лестницы.
As a hiding-place for one or, at a pinch, two men, it was ideal, being about two feet deep and three feet wide.	Два фута вглубь, три - вширь - идеальный тайник для одного, а то и двух людей.
It attracted Tommy mightily.	Это укрытие так и манило Томми.
He thought things over in his usual slow and steady way, deciding that the mention of	По своему обыкновению, он обдумывал ситуацию обстоятельно и методично.
"Mr. Brown" was not a request for an individual, but in all probability a password used by the gang.	Видимо "мистер Браун" - просто пароль, а не конкретная личность.
His lucky use of it had gained him admission.	Назвав наугад именно эту фамилию, он получил доступ в дом.
So far he had aroused no suspicion.	И пока не возбудил никаких подозрений.
But he must decide quickly on his next step.	Однако ему без промедления следовало действовать дальше.
Suppose he were boldly to enter the room on the left of the passage.	Предположим, он решится войти в указанную привратником комнату.
Would the mere fact of his having been admitted to the house be sufficient? Perhaps a further password would be required, or, at any rate, some proof of identity.	Не потребуют ли от него еще какой-нибудь пароль или удостоверение личности?
The doorkeeper clearly did not know all the members of the gang by sight, but it might be different upstairs.	Привратник явно не знал в лицо всех членов шайки, но наверху его могут встретить люди более осведомленные.
On the whole it seemed to him that luck had served him very well so far, but that there was such a thing as trusting it too far.	Пока ему очень везло, что и говорить, но не следует искушать судьбу.
To enter that room was a colossal risk.	Войти в комнату - затея весьма рискованная.
He could not hope to sustain his part indefinitely; sooner or later he was almost bound to betray himself, and then he would have thrown away a vital chance in mere foolhardiness.	Да и вообще, вряд ли ему удастся морочить им голову дальше. Рано или поздно, он наверняка себя выдаст и из-за своего дурацкого легкомыслия лишится счастливой возможности узнать что-то действительно ценное.
A repetition of the signal knock sounded on the door below, and Tommy, his mind made up, slipped quickly into the recess, and cautiously drew the curtain farther across so that it shielded him completely from sight.	Снизу вновь донесся условный стук в дверь, Томми моментально юркнул в нишу и осторожно задернул портьеру.

There were several rents and slits in the ancient material which afforded him a good view.	Теперь он надежно скрыт, а сквозь прорехи в ветхом бархате можно было наблюдать за тем, что происходит снаружи.
He would watch events, and any time he chose could, after all, join the assembly, modelling his behaviour on that of the new arrival.	Теперь он хорошенько вникнет в ситуацию и решит, стоит ли ему присоединяться к собравшимся.
The man who came up the staircase with a furtive, soft-footed tread was quite unknown to Tommy.	Человека, который тихо, словно крадучись, поднимался по лестнице, Томми видел впервые.
He was obviously of the very dregs of society.	Он явно принадлежал к малопочтенной части общества.
The low beetling brows, and the criminal jaw, the bestiality of the whole countenance were new to the young man, though he was a type that Scotland Yard would have recognized at a glance.	Низкий лоб, тяжелые надбровные дуги, скошенный подбородок, зверски тупая физиономия - такой тип был в новинку молодому человеку, хотя любой сотрудник Скотленд-Ярда с первого взгляда раскусил бы, что это за фрукт.
The man passed the recess, breathing heavily as he went. He stopped at the door opposite, and gave a repetition of the signal knock.	Детина, тяжело дыша, прошел мимо ниши, остановившись перед дверью напротив, постучал тем же условным стуком.
A voice inside called out something, and the man opened the door and passed in, affording Tommy a momentary glimpse of the room inside.	Из комнаты что-то крикнули, и вновь прибывший отворил дверь, дав Томми возможность на секунду увидеть комнату.
He thought there must be about four or five people seated round a long table that took up most of the space, but his attention was caught and held by a tall man with close-cropped hair and a short, pointed, naval-looking beard, who sat at the head of the table with papers in front of him.	Он успел заметить длинный стол, занимавший добрую ее половину. За столом сидело человек пять. Внимание Томми привлек высокий, остриженный ежиком человек с короткой заостренной бородкой, какую обычно носят морские офицеры. Он сидел во главе стола перед какими-то бумагами.
As the new-comer entered he glanced up, and with a correct, but curiously precise enunciation, which attracted Tommy's notice, he asked:	Взглянув на вошедшего, он с правильным, но каким-то слишком старательным произношением спросил:
"Your number, comrade?"	- Ваш номер, товарищ?
"Fourteen, gov'nor," replied the other hoarsely.	- Четырнадцать, хозяин, - последовал хриплый ответ.
"Correct."	- Верно.
The door shut again.	Дверь закрылась.
"If that isn't a Hun, I'm a Dutchman!" said Tommy to himself. "And running the show darned systematically too-as they always do.	"Ну, если это не немец, тогда я голландец, - сказал себе Томми. - Ни на шаг от инструкции -проклятая немецкая педантичность.
Lucky I didn't roll in.	Хорошо, что я туда не сунулся.
I'd have given the wrong number, and there would have been the deuce to pay.	Ляпнул бы не тот номер, и пиши пропало.
No, this is the place for me.	Нет, лучше места, чем это, мне не найти... Эгей!
Hullo, here's another knock."	Опять стучат". А теперь кто?

This visitor proved to be of an entirely different type to the last.	Вновь прибывший - полная противоположность предыдущему уголовнику.
Tommy recognized in him an Irish Sinn Feiner.	Похоже, ирландский шинфейнер.
Certainly Mr. Brown's organization was a far-reaching concern.	Видимо, организация мистера Брауна отличалась некой универсальностью.
The common criminal, the well-bred Irish gentleman, the pale Russian, and the efficient German master of the ceremonies!	Заурядный преступник, благовоспитанный ирландский джентльмен, блеклый русский и деловитый немец-распорядитель!
Truly a strange and sinister gathering!	Да, пестрая компания. И зловещая!
Who was this man who held in his finger these curiously variegated links of an unknown chain?	Кому и зачем понадобилось собрать в одну цепь столь разные звенья?
In this case, the procedure was exactly the same. The signal knock, the demand for a number, and the reply "Correct."	С приходом ирландца процедура повторилась: условный стук, требование назвать номер, одобрительное "верно".
Two knocks followed in quick succession on the door below.	Внизу с коротким перерывом еще дважды раздавался стук.
The first man was quite unknown to Tommy, who put him down as a city clerk. A quiet, intelligent-looking man, rather shabbily dressed.	Сначала наверх проследовал неприметный, чрезвычайно скромно одетый человек, не глупый на вид, видимо, конторский клерк, Томми видел его впервые.
The second was of the working classes, and his face was vaguely familiar to the young man.	Следующий оказался рабочим, и Томми почудилось, что где-то он его уже встречал.
Three minutes later came another, a man of commanding appearance, exquisitely dressed, and evidently well born.	Минуты через три прибыл еще один человек -представительный мужчина, элегантно одетый и, видимо, аристократического происхождения.
His face, again, was not unknown to the watcher, though he could not for the moment put a name to it.	Его лицо тоже показалось Томми знакомым, хотя он никак не мог вспомнить, где мог его видеть.
After his arrival there was a long wait.	Затем наступило долгое затишье.
In fact Tommy concluded that the gathering was now complete, and was just cautiously creeping out from his hiding-place, when another knock sent him scuttling back to cover.	Томми, решив, что все, кого ждали, в сборе, уже собрался незаметно выбраться из своего укрытия, но тут в парадную снова постучались.
This last-comer came up the stairs so quietly that he was almost abreast of Tommy before the young man had realized his presence.	Опоздавший поднимался по лестнице так тихо, что Томми заметил его только у самой ниши.
He was a small man, very pale, with a gentle almost womanish air.	Он был невысок, очень бледен, с мягкими, почти женственными движениями.
The angle of the cheek-bones hinted at his Slavonic ancestry, otherwise there was nothing to indicate his nationality.	Скулы выдавали его славянское происхождение, но точнее определить его национальность Томми не сумел.
As he passed the recess, he turned his head slowly. The strange light eyes seemed to burn through the curtain; Tommy could hardly believe that the man did not know he was there and in spite of himself he shivered.	Проходя мимо ниши, он медленно повернул голову, и странно светлые глаза словно прожгли занавеску насквозь. Томми даже вздрогнул. Ему показалось чудом, что тот его не заметил.

He was no more fanciful than the majority of young Englishmen, but he could not rid himself of the impression that some unusually potent force emanated from the man.	Хотя Томми, как и большинство его сверстников, отнюдь не был склонен к мистицизму, он не мог избавиться от ощущения, что от этого человека исходит какая-то странная скрытая сила.
The creature reminded him of a venomous snake.	Чем-то он напоминал ядовитую змею.
A moment later his impression was proved correct.	Секунду спустя Томми понял, что встревожился недаром.
The new-comer knocked on the door as all had done, but his reception was very different.	Этот светлоглазый тоже постучал, как и все остальные, но как его встретили!
The bearded man rose to his feet, and all the others followed suit.	Человек с бородкой вскочил, а за ним - и все до одного остальные.
The German came forward and shook hands. His heels clicked together.	Немец сам подошел к светлоглазому и, щелкнув каблуками, пожал ему руку.
"We are honoured," he said. "We are greatly honoured.	- Вы оказали нам большую честь, - сказал он. -Весьма, весьма польщены.
I much feared that it would be impossible."	Я боялся, что ваш визит сюда окажется невозможным.
The other answered in a low voice that had a kind of hiss in it:	Светлоглазый ответил негромким и шипящим голосом:
"There were difficulties.	- Да, это было сопряжено со значительными трудностями.
It will not be possible again, I fear.	Вряд ли я смогу выбраться сюда еще раз.
But one meeting is essential-to define my policy.	Но хотя бы одна встреча необходима... Чтобы как следует все уточнить.
I can do nothing without-Mr. Brown.	Это невозможно без... мистера Брауна.
He is here?"	Он здесь?
The change in the German's voice was audible as he replied with slight hesitation:	Немец, чуть помявшись, ответил дрогнувшим голосом:
"We have received a message. It is impossible for him to be present in person." He stopped, giving a curious impression of having left the sentence unfinished.	- Нас предупредили, что явиться лично он никак не может... - Он умолк, но чувствовалось, что фраза не закончена.
A very slow smile overspread the face of the other.	Лицо светлоглазого медленно расплылось в улыбке.
He looked round at a circle of uneasy faces.	Он обвел взглядом кольцо встревоженных лиц.
"Ah!	-А!
I understand.	Понимаю.
I have read of his methods.	Наслышан о его методах.
He works in the dark and trusts no one.	Полная конспирация: никому не доверять.
But, all the same, it is possible that he is among us now...." He looked round him again, and again that expression of fear swept over the group.	Не исключено, что сейчас он здесь, среди нас... -Он снова посмотрел вокруг, и снова на лицах присутствующих отразился страх.

Each man seemed eyeing his neighbour doubtfully.	Все с опаской поглядывали друг на друга.
The Russian tapped his cheek.	Русский дотронулся пальцами до щеки.
"So be it.	- Ну ладно.
Let us proceed."	Приступим.
The German seemed to pull himself together.	Немец тем временем взял себя в руки.
He indicated the place he had been occupying at the head of the table.	Он указал на свое кресло - во главе стола.
The Russian demurred, but the other insisted.	Русский покачал головой, но немец настаивал.
"It is the only possible place," he said, "for-Number One.	-Это единственное возможное место для... Номера Первого.
Perhaps Number Fourteen will shut the door?"	Не соблаговолит ли Номер Четырнадцатый закрыть дверь?
In another moment Tommy was once more confronting bare wooden panels, and the voices within had sunk once more to a mere undistinguishable murmur.	И секунду спустя перед Томми снова были лишь облупленные филенки двери, и голоса за ней вновь зазвучали тихо и неразборчиво.
Tommy became restive.	Томми растерялся.
The conversation he had overheard had stimulated his curiosity. He felt that, by hook or by crook, he must hear more.	Его любопытство разгорелось, и он чувствовал, что любой ценой должен узнать, о чем там будут говорить.
There was no sound from below, and it did not seem likely that the doorkeeper would come upstairs.	Снизу не доносилось больше ни звука. А привратнику тут наверху вроде бы делать нечего.
After listening intently for a minute or two, he put his head round the curtain.	Томми, прислушиваясь, высунул голову из-за занавески.
The passage was deserted.	Никого.
Tommy bent down and removed his shoes, then, leaving them behind the curtain, he walked gingerly out on his stockinged feet, and kneeling down by the closed door he laid his ear cautiously to the crack.	Он нагнулся, снял башмаки и оставил их в нише. Потом, осторожно ступая, пересек коридор, опустился на колени перед дверью и прижал ухо к щели.
To his intense annoyance he could distinguish little more; just a chance word here and there if a voice was raised, which merely served to whet his curiosity still farther.	Но тут обнаружилось (вот досада!), что он может разобрать лишь отдельные слова, да и то, если кто-то из говоривших повышал голос. Любопытство Томми достигло апогея.
He eyed the handle of the door tentatively.	Он посмотрел на дверную ручку.
Could he turn it by degrees so gently and imperceptibly that those in the room would notice nothing?	А что, если легонечко нажать на нее, так, чтобы внутри никто ничего не заметил?
He decided that with great care it could be done.	Если не торопиться, то можно рискнуть.
Very slowly, a fraction of an inch at a time, he moved it round, holding his breath in his excessive care.	Затаив дыхание, медленно-медленно, то и дело останавливаясь, он давил на ручку.
A little more-a little more still-would it never be finished?	Еще немножко... и еще чуточку... Долго еще?
Ah! at last it would turn no farther.	Ну, наконец-то! Дальше вниз ручка не шла.

He stayed so for a minute or two, then drew a deep breath, and pressed it ever so slightly inward.	Он держал ее в таком положении целую минуту, потом, переведя дух, легонько нажал на дверь.
The door did not budge.	Дверь не дрогнула.
Tommy was annoyed.	Томми стиснул зубы.
If he had to use too much force, it would almost certainly creak.	Если нажать сильнее, она почти наверняка скрипнет.
He waited until the voices rose a little, then he tried again.	Но вот голоса зазвучали чуть громче, и он снова нажал.
Still nothing happened.	Опять ничего.
He increased the pressure.	Он нажал посильнее.
Had the beastly thing stuck?	Неужели эту чертову дверь заело?
Finally, in desperation, he pushed with all his might.	В конце концов, потеряв терпение, он навалился на нее всей тяжестью.
But the door remained firm, and at last the truth dawned upon him. It was locked or bolted on the inside.	Но дверь и тут не поддалась, и тогда он понял, что она заперта изнутри.
For a moment or two Tommy's indignation got the better of him.	От огорчения Томми забыл про осторожность.
"Well, I'm damned!" he said. "What a dirty trick!"	- Черт побери, - вырвалось у него. - Вот свинство!
As his indignation cooled, he prepared to face the situation.	Дав выход своим чувствам, он успокоился и начал обдумывать ситуацию.
Clearly the first thing to be done was to restore the handle to its original position.	Ну, во-первых, необходимо вернуть ручку в прежнее положение.
If he let it go suddenly, the men inside would be almost certain to notice it, so, with the same infinite pains, he reversed his former tactics.	Только постепенно. Если ее отпустить сразу, кто-нибудь обязательно заметит, как она прыгнет вверх. И он начал отпускать ее с прежними предосторожностями.
All went well, and with a sigh of relief the young man rose to his feet.	Все сошло благополучно, и он со вздохом облегчения поднялся на ноги.
There was a certain bulldog tenacity about Tommy that made him slow to admit defeat.	Однако Томми был упрям, как бульдог, и не мог смириться с поражением.
Checkmated for the moment, he was far from abandoning the conflict.	Он не собирался сдаваться.
He still intended to hear what was going on in the locked room.	Любой ценой нужно выведать, о чем они там договариваются.
As one plan had failed, he must hunt about for another.	Надо придумать что-то еще.
He looked round him.	Томми осмотрелся.
A little farther along the passage on the left was a second door.	Чуть дальше по коридору слева была еще одна дверь.
He slipped silently along to it. He listened for a moment or two, then tried the handle.	Он осторожно подкрался к ней и нажал на ручку.

It yielded, and he slipped inside.	Дверь приоткрылась, и он скользнул внутрь.
The room, which was untenanted, was furnished as a bedroom.	Судя по мебели, он попал в спальню.
Like everything else in the house, the furniture was falling to pieces, and the dirt was, if anything, more abundant.	Мебель была под стать всему остальному; казалось, она вот-вот рассыплется на куски. А уж пыли и грязи - больше, чем снаружи.
But what interested Tommy was the thing he had hoped to find, a communicating door between the two rooms, up on the left by the window.	Но Томми некогда было глазеть по сторонам, главное, что его расчет оправдался: слева, ближе к окну, он увидел дверь, ведущую в соседнюю комнату.
Carefully closing the door into the passage behind him, he stepped across to the other and examined it closely.	Плотно затворив дверь в коридор, он стал тщательно изучать дверь у окна.
The bolt was shot across it.	Она была на запоре.
It was very rusty, and had clearly not been used for some time.	Судя по ржавчине, задвижку давно не трогали.
By gently wriggling it to and fro, Tommy managed to draw it back without making too much noise.	Осторожно подергав задвижку взад и вперед, Томми сумел отодвинуть ее почти без скрипа.
Then he repeated his former manoeuvres with the handle-this time with complete success.	Затем он повторил свой прежний маневр с ручкой - и на этот раз с полным успехом.
The door swung open-a crack, a mere fraction, but enough for Tommy to hear what went on.	Дверь приоткрылась на узенькую щелку. Этого оказалось достаточно. Теперь ему было слышно каждое слово.
There was a velvet porti?re on the inside of this door which prevented him from seeing, but he was able to recognize the voices with a reasonable amount of accuracy.	За дверью висела бархатная портьера, скрывавшая от него участников совещания, но он довольно точно различал их по голосам.
The Sinn Feiner was speaking.	Говорил шинфейнер.
His rich Irish voice was unmistakable:	Его сочный ирландский баритон было невозможно перепутать ни с каким другим голосом:
"That's all very well. But more money is essential.	- Все это очень мило, но нужны еще деньги.
No money-no results!"	Нет денег - нет и результата!
Another voice which Tommy rather thought was that of Boris replied:	Ему ответил другой голос, Томми решил, что это Борис:
"Will you guarantee that there are results?"	- А вы гарантируете, что результаты будут?
"In a month from now-sooner or later as you wish-I will guarantee you such a reign of terror in Ireland as shall shake the British Empire to its foundations."	- Через месяц - можно чуть раньше или позже, если желаете, - я гарантирую вам в Ирландии такой разгул террора, который потрясет Британскую империю до основания.
There was a pause, and then came the soft, sibilant accents of Number One:	Наступило короткое молчание, затем раздался мягкий шипящий голос Номера Первого:
"Good!	- Отлично!
You shall have the money.	Деньги вы получите.

Boris, you will see to that."	Борис, займитесь этим.
Boris asked a question: "Via the Irish Americans, and Mr. Potter as usual?"	- Через американских ирландцев и мистера Поттера, как обычно? - спросил Борис.
"I guess that'll be all right!" said a new voice, with a transatlantic intonation, "though I'd like to point out, here and now, that things are getting a mite difficult.	- Думается, дело выйдет, - произнес некто с заатлантическим акцентом. - Хотя должен сразу предупредить: нынче все ой как не просто.
There's not the sympathy there was, and a growing disposition to let the Irish settle their own affairs without interference from America."	Сочувствующих все меньше, и все чаще раздаются голоса, требующие оставить ирландцев в покое - пусть, дескать, разбираются сами без вмешательства Америки.
Tommy felt that Boris had shrugged his shoulders as he answered:	Ответил Борис, и Томми почудилось, что он пожимает плечами:
"Does that matter, since the money only nominally comes from the States?"	- Какое это имеет значение, ведь на самом деле деньги поступают не из Штатов, просто банк американский.
"The chief difficulty is the landing of the ammunition," said the Sinn Feiner. "The money is conveyed in easily enough-thanks to our colleague here."	- Главная трудность с доставкой оружия, - сказал шинфейнер. - Деньги доходят без особых хлопот... Благодаря нашему здешнему коллеге.
Another voice, which Tommy fancied was that of the tall, commanding-looking man whose face had seemed familiar to him, said:	Еще один голос (по мнению Томми, он принадлежал высокому властного вида человеку, чье лицо показалось ему знакомым) произнес:
"Think of the feelings of Belfast if they could hear you!"	- Ну и буча поднялась бы в Белфасте, если бы они могли вас услышать!
"That is settled, then," said the sibilant tones. "Now, in the matter of the loan to an English newspaper, you have arranged the details satisfactorily, Boris?"	- Следовательно, с этим пока все, - прошипел Номер Первый. - Теперь о займе для английской газеты: вы об этом позаботились, Борис?
"I think so."	-Да.
"That is good.	- Отлично.
An official denial from Moscow will be forthcoming if necessary."	Если потребуется, Москва пришлет ноту протеста.
There was a pause, and then the clear voice of the German broke the silence:	Наступила тишина, которую нарушил четкий выговор немца:
"I am directed by-Mr. Brown, to place the summaries of the reports from the different unions before you.	-Мне поручил... мистер Браун кратко ознакомить вас с сообщениями от разных профсоюзов.
That of the miners is most satisfactory.	От горняков - более чем удовлетворительные.
We must hold back the railways.	Железные дороги даже приходится сдерживать.
There may be trouble with the A.S.E."	Туго поддается профсоюз машиностроителей.
For a long time there was a silence, broken only by the rustle of papers and an occasional word of explanation from the German.	На этот раз тишина была долгой, слышалось лишь шуршание бумаг да отдельные пояснения немца.
Then Tommy heard the light tap-tap of fingers, drumming on the table.	Затем Томми услышал легкое постукивание пальцев по столу.
"And-the date, my friend?" said Number One.	- Ну, а дата, мой друг? - спросил Номер Первый.

"The 29th."	- Двадцать девятое.
The Russian seemed to consider: "That is rather soon."	- Не слишком ли скоро? - засомневался русский.
"I know.	- Пожалуй.
But it was settled by the principal Labour leaders, and we cannot seem to interfere too much.	Но так постановили профсоюзные лидеры, а вмешиваться слишком уж явно нам нельзя.
They must believe it to be entirely their own show."	Надо создать видимость, будто все делается по их собственной инициативе, без чьего-либо давления.
The Russian laughed softly, as though amused.	Русский негромко засмеялся, словно его что-то позабавило.
"Yes, yes," he said. "That is true.	- Да-да, - сказал он. - Совершенно верно.
They must have no inkling that we are using them for our own ends.	Они не должны знать, что мы используем их в наших собственных интересах.
They are honest men-and that is their value to us.	Они честные люди, потому мы ими так дорожим.
It is curious-but you cannot make a revolution without honest men.	Как ни парадоксально, совершить революцию без честных людей невозможно.
The instinct of the populace is infallible." He paused, and then repeated, as though the phrase pleased him: "Every revolution has had its honest men.	Народ сразу чует мошенников. - Он помолчал, а затем с явным удовольствием повторил: - В каждой революции участвовали честные люди.
They are soon disposed of afterwards." There was a sinister note in his voice.	Впоследствии от них быстро избавлялись. - В его голосе прозвучала зловещая нота.
The German resumed: "Clymes must go. He is too far-seeing.	- Клаймса надо убрать, - проговорил немец. - Он слишком проницателен.
Number Fourteen will see to that."	Этим займется Номер Четырнадцатый.
There was a hoarse murmur.	Послышалось хриплое бормотание:
"That's all right, gov'nor." And then after a moment or two: "Suppose I'm nabbed."	- Будет сделано, хозяин! - Затем с сомнением: - А если меня сцапают?
"You will have the best legal talent to defend you," replied the German quietly. "But in any case you will wear gloves fitted with the finger-prints of a notorious housebreaker.	- Мы гарантируем вам лучших адвокатов, -невозмутимо ответил немец. - Но в любом случае вас снабдят перчатками, на которые нанесен слепок с отпечатков пальцев громилы-рецидивиста.
You have little to fear."	Вам нечего бояться.
"Oh, I ain't afraid, gov'nor.	-Да я ничего и не боюсь, хозяин.
All for the good of the cause.	Ради великого дела!
The streets is going to run with blood, so they say." He spoke with a grim relish. "Dreams of it, sometimes, I does. And diamonds and pearls rolling about in the gutter for anyone to pick up!"	Мы еще побеседуем с богатенькими, так что улицы утопнут в крови! - свирепо смаковал он. -Мне уж и по ночам снится, как в сточные канавы сыплются жемчуга и брильянты, - хватай все, кому не лень.
Tommy heard a chair shifted. Then Number One spoke:	Томми услышал скрип отодвигаемого кресла, затем Номер Первый сказал:

"Then all is arranged.	- Значит, все на мази.
We are assured of success?"	Мы можем не сомневаться в успехе?
"I-think so." But the German spoke with less than his usual confidence.	- Да... по-видимому. - Но в голосе немца не было прежней уверенности.
Number One's voice held suddenly a dangerous quality:	Интонация Номера Первого стала неожиданно жесткой:
"What has gone wrong?"	- Что-то сорвалось?
"Nothing; but--"	- Ничего, но...
"But what?"	- Но что?
"The Labour leaders.	- Да профсоюзные лидеры.
Without them, as you say, we can do nothing.	Без них, как вы сами сказали, мы ничего делать не должны.
If they do not declare a general strike on the 29th--"	И если они не объявят двадцать девятого всеобщую забастовку...
"Why should they not?"	- И почему же они ее не объявят?
"As you've said, they're honest. And, in spite of everything we've done to discredit the Government in their eyes, I'm not sure that they haven't got a sneaking faith and belief in it."	- Вы ведь сами сказали, что это честные люди, и, как мы ни старались скомпрометировать правительство в их глазах, они, возможно, все еще ему доверяют.
"But--"	- Но они сами...
"I know. They abuse it unceasingly.	- Да-да, конечно, они непрерывно его поносят.
But, on the whole, public opinion swings to the side of the Government. They will not go against it."	Но в целом общественное мнение склоняется на сторону правительства, а против общественного мнения они не пойдут.
Again the Russian's fingers drummed on the table.	Русский опять принялся барабанить пальцами по столу.
"To the point, my friend.	- Говорите конкретней, друг мой.
I was given to understand that there was a certain document in existence which assured success."	Мне дали понять, что существует некий документ, который гарантирует успех.
"That is so.	- Совершенно верно.
If that document were placed before the leaders, the result would be immediate.	Если этот документ представить профсоюзным лидерам, то считайте дело сделано.
They would publish it broadcast throughout England, and declare for the revolution without a moment's hesitation.	Они опубликуют его по всей Англии и без колебаний станут на сторону революции.
The Government would be broken finally and completely."	Уж тогда-то правительство потерпит полный и окончательный крах.
"Then what more do you want?"	-Так чего же еще вам не хватает?
"The document itself," said the German bluntly.	- Самого документа, - ответил немец без обиняков.
"Ah! It is not in your possession?	- А, так, значит, он не у вас?

But you know where it is?"	Но вы хотя бы знаете, где он?
"No."	- Нет.
"Does anyone know where it is?"	- Кто-нибудь еще знает?
"One person-perhaps.	- Один человек... быть может.
And we are not sure of that even."	Мы даже в этом не уверены.
"Who is this person?"	- Кто именно?
"A girl."	- Одна девушка.
Tommy held his breath.	Томми затаил дыхание.
"A girl?" The Russian's voice rose contemptuously. "And you have not made her speak?	- Девушка? - Русский презрительно повысил голос. - И вы не в состоянии заставить ее говорить?
In Russia we have ways of making a girl talk."	Мы в России умеем развязывать девушкам языки.
"This case is different," said the German sullenly.	- Это не тот случай, - угрюмо ответил немец.
"How-different?" He paused a moment, then went on: "Where is the girl now?"	- Что значит, не тот? - Помолчав, он продолжал: -Где она сейчас?
"The girl?"	- Кто? Девушка?
"Yes."	-Да!
"She is--"	- Она в...
But Tommy heard no more.	Но больше Томми ничего не услышал.
A crashing blow descended on his head, and all was darkness.	На его голову обрушилось что-то тяжелое, и он провалился во тьму.
CHAPTER IX. TUPPENCE ENTERS DOMESTIC SERVICE	Глава 9 Таппенс нанимается в прислуги
WHEN Tommy set forth on the trail of the two men, it took all Tuppence's self-command to refrain from accompanying him.	Когда Томми отправился выслеживать Виттингтона и его напарника, Таппенс только отчаянным усилием воли заставила себя не кинуться вслед.
However, she contained herself as best she might, consoled by the reflection that her reasoning had been justified by events.	Однако, взяв себя в руки, она утешилась мыслью, что ее логические рассуждения подтвердились.
The two men had undoubtedly come from the second floor flat, and that one slender thread of the name	Эти двое, несомненно, вышли из квартиры на третьем этаже, и тонюсенькая ниточка в виде женского имени
"Rita" had set the Young Adventurers once more upon the track of the abductors of Jane Finn.	"Рита" вновь навела Молодых Авантюристов на след похитителей Джейн Финн.
The question was what to do next?	Ну, а что дальше?
Tuppence hated letting the grass grow under her feet.	Таппенс не терпела бездействия.
Tommy was amply employed, and debarred from joining him in the chase, the girl felt at a loose end.	Помочь Томми в его нелегком положении она не могла и чувствовала себя совершенно неприкаянной.

She retraced her steps to the entrance hall of the mansions.	Подумав, она вернулась в вестибюль "Саут-Одли".
It was now tenanted by a small lift-boy, who was polishing brass fittings, and whistling the latest air with a good deal of vigour and a reasonable amount of accuracy.	Там мальчишка лифтер чистил латунные завитушки и, почти не фальшивя, с энтузиазмом насвистывал последнюю модную песенку.
He glanced round at Tuppence's entry.	Он оглянулся на Таппенс.
There was a certain amount of the gamin element in the girl, at all events she invariably got on well with small boys.	Она все еще сохраняла мальчишечьи повадки, которыми отличалась в детстве, и умела отлично ладить с подростками.
A sympathetic bond seemed instantly to be formed.	Между ними мгновенно возникла взаимная симпатия.
She reflected that an ally in the enemy's camp, so to speak, was not to be despised.	Ей пришло в голову, что совсем неплохо обзавестись союзником во вражеском лагере.
"Well, William," she remarked cheerfully, in the best approved hospital-early-morning style, "getting a good shine up?"	- Ну что, Уильям? - начала она бодрым тоном больничной санитарки. - Все блестит?
The boy grinned responsively.	Мальчишка ухмыльнулся в ответ.
"Albert, miss," he corrected.	- Альберт, мисс, - поправил он.
"Albert be it," said Tuppence. She glanced mysteriously round the hall. The effect was purposely a broad one in case Albert should miss it.	- Альберт так Альберт, - сказала Таппенс и стала с загадочным видом озираться по сторонам, так усердно, что Альберт просто не мог этого не заметить.
She leaned towards the boy and dropped her voice: "I want a word with you, Albert."	Потом наклонилась к нему и перешла на шепот: -Мне надо с тобой поговорить, Альберт!
Albert ceased operations on the fittings and opened his mouth slightly.	Альберт тут же забыл про свои завитушки, рот у него слегка приоткрылся.
"Look!	- Вот, смотри!
Do you know what this is?"	Знаешь, что это такое?
With a dramatic gesture she flung back the left side of her coat and exposed a small enamelled badge.	Эффектным жестом Таппенс отогнула лацкан жакета и показала ему эмалевый значок.
It was extremely unlikely that Albert would have any knowledge of it-indeed, it would have been fatal for Tuppence's plans, since the badge in question was the device of a local training corps originated by the archdeacon in the early days of the war.	Она рассчитывала, что Альберт видит его впервые (иначе из ее затеи ничего бы не вышло), поскольку значок был заказан архидьяконом в первые дни войны для добровольцев его прихода.
Its presence in Tuppence's coat was due to the fact that she had used it for pinning in some flowers a day or two before.	Наличие значка на жакете Таппенс объяснялось просто: два дня назад с его помощью она прикрепила бутоньерку к лацкану костюма.
But Tuppence had sharp eyes, and had noted the corner of a threepenny detective novel protruding from Albert's pocket, and the immediate enlargement of his eyes told her that her tactics were good, and that the fish would rise to the bait.	Глаз у нее был зоркий, и она успела заметить уголок потрепанного детективного романа, торчащий у мальчишки из кармана. Заметила она и то, как широко открылись его глаза, значит, она избрала верную тактику, и рыбка вот-вот попадется на крючок.

"American Detective Force!" she hissed.	- Американская сыскная полиция! - прошипела Таппенс.
Albert fell for it.	И Альберт клюнул.
"Lord!" he murmured ecstatically.	- Черт! - прошептал он в упоении.
Tuppence nodded at him with the air of one who has established a thorough understanding. "Know who I'm after?" she inquired genially.	Таппенс кивнула ему с многозначительным видом и доверительно поинтересовалась: - Знаешь, кого я пасу?
Albert, still round-eyed, demanded breathlessly:	Альберт еще больше вытаращил глаза и восхищенно произнес:
"One of the flats?"	- Кого-то из жильцов?
Tuppence nodded and jerked a thumb up the stairs.	Таппенс кивнула и ткнула пальцем вверх.
"No. 20.	- Квартира двадцать.
Calls herself Vandemeyer.	Называет себя Вандемейер.
Vandemeyer!	Вандемейер!
Ha! ha!"	Ха-ха-ха!
Albert's hand stole to his pocket. "A crook?" he queried eagerly.	- Аферистка? - осведомился Альберт, засовывая руку в карман.
"A crook?	- Аферистка?
I should say so.	Еще какая!
Ready Rita they call her in the States."	Рита-Рысь. Ее так в Штатах называют.
"Ready Rita," repeated Albert deliriously. "Oh, ain't it just like the pictures!"	- Рита-Рысь, - повторил Альберт, тая от блаженства. - Прям как в кино.
It was.	Он не ошибся.
Tuppence was a great frequenter of the cinema.	Таппенс была большой поклонницей киноискусства.
"Annie always said as how she was a bad lot," continued the boy.	- Энни всегда говорила, что она из таких, -продолжал мальчик.
"Who's Annie?" inquired Tuppence idly.	- А Энни - это кто? - небрежно спросила Таппенс.
"'Ouse-parlourmaid.	- Да горничная.
She's leaving to-day.	Она сегодня уволилась.
Many's the time Annie's said to me:	А сколько раз, бывало, мне твердила:
'Mark my words, Albert, I wouldn't wonder if the police was to come after her one of these days.'	"Помяни мое слово, Альберт, за ней, того и гляди, явится полиция".
Just like that.	Так прямо и говорила.
But she's a stunner to look at, ain't she?"	А красотка она что надо!
"She's some peach," allowed Tuppence carelessly. "Finds it useful in her lay-out, you bet.	- Да, красивая дамочка, - легко согласилась Таппенс. - Для ее ремесла это полезно, можешь не сомневаться.
Has she been wearing any of the emeralds, by the way?"	Да, кстати, изумруды она носит?

"Emeralds?	- Изумруды?
Them's the green stones, isn't they?"	Зеленые такие камешки?
Tuppence nodded.	Таппенс кивнула.
"That's what we're after her for.	- Из-за них мы ее и разыскиваем.
You know old man Rysdale?"	Старика Рисдейла знаешь?
Albert shook his head.	Альберт мотнул головой.
"Peter B.	- Питера Б.
Rysdale, the oil king?"	Рисдейла, нефтяного короля!
"It seems sort of familiar to me."	- Вроде слыхал.
"The sparklers belonged to him.	- Это его стекляшечки.
Finest collection of emeralds in the world.	Самая лучшая коллекция изумрудов в мире.
Worth a million dollars!"	Стоит миллион долларов.
"Lumme!" came ecstatically from Albert. "It sounds more like the pictures every minute."	- Ух ты! - восхищенно охнул Альберт. - Ну, прям кино.
Tuppence smiled, gratified at the success of her efforts.	Таппенс улыбнулась, довольная произведенным эффектом.
"We haven't exactly proved it yet.	- Только прямых доказательств мы еще не раздобыли.
But we're after her.	Но она у нас на крючке.
And"-she produced a long-drawn-out wink-"I guess she won't get away with the goods this time."	И, - она выразительно подмигнула, - уж теперь ей от нас не улизнуть.
Albert uttered another ejaculation indicative of delight.	Альберт в ответ восторженно пискнул, не в силах ничего сказать.
"Mind you, sonny, not a word of this," said Tuppence suddenly. "I guess I oughtn't to have put you wise, but in the States we know a real smart lad when we see one."	- Только, приятель, никому ни слова! -предупредила Таппенс, оставив шутливый тон. -Может, я зря тебе доверилась, да только мы, в Штатах, с ходу понимаем, на кого можно положиться - на таких вот ловких надежных парней.
"I'll not breathe a word," protested Albert eagerly. "Ain't there anything I could do?	- Да я никому ни словечка, - поспешно заверил ее Альберт. - А помощь вам не требуется?
A bit of shadowing, maybe, or such like?"	Ну, там следить или еще что?
Tuppence affected to consider, then shook her head.	Таппенс притворилась, что обдумывает его предложение, потом покачала головой.
"Not at the moment, but I'll bear you in mind, son.	- Пока нет, но буду иметь тебя в виду, приятель.
What's this about the girl you say is leaving?"	А что это ты говорил про горничную, которая увольняется?
"Annie?	- Энни?
Regular turn up, they 'ad.	У них настоящий скандал вышел.

As Annie said, servants is some one nowadays, and to be treated accordingly, and, what with her passing the word round, she won't find it so easy to get another."	Как Энни говорит: "Прислуга теперь в цене, так что извольте уважать". А если она язык держать не умеет, так пусть-ка попробует найти себе новую дурочку!
"Won't she?" said Tuppence thoughtfully. "I wonder--"	- Не найдет? - задумчиво повторила Таппенс. - Ну, не знаю...
An idea was dawning in her brain. She thought a minute or two, then tapped Albert on the shoulder.	Ее осенила блестящая мысль, и после минутного раздумья она хлопнула Альберта по плечу.
"See here, son, my brain's got busy.	- Знаешь, приятель, мне пришла одна мыслишка.
How would it be if you mentioned that you'd got a young cousin, or a friend of yours had, that might suit the place.	Почему бы тебе не сказать им, будто у тебя имеется двоюродная сестра... или не у тебя, а у твоего приятеля... сестра, которая ищет место.
You get me?"	Усек?
"I'm there," said Albert instantly. "You leave it to me, miss, and I'll fix the whole thing up in two ticks."	- Угу, - мгновенно среагировал Альберт. -Положитесь на меня, мисс, я это в два счета устрою.
"Some lad!" commented Tuppence, with a nod of approval. "You might say that the young woman could come in right away.	- Молодец! - одобрительно сказала Таппенс. - И добавь, что к работе она может приступить сразу же.
You let me know, and if it's O.K. I'll be round to-morrow at eleven o'clock."	Если все будет о'кей, дашь мне знать, и завтра к одиннадцати я явлюсь сюда.
"Where am I to let you know to?"	- А где мне вас найти, если дело выгорит?
"Ritz," replied Tuppence laconically. "Name of Cowley."	- В "Ритце", - лаконично ответила Таппенс. -Фамилия Каули.
Albert eyed her enviously.	Альберт с завистью поглядел на нее.
"It must be a good job, this tec business."	- Выгодная, значит, работенка у сыщиков?
"It sure is," drawled Tuppence, "especially when old man Rysdale backs the bill.	- Да, ничего, - отозвалась Таппенс. - Особенно когда счета оплачивает старик Рисдейл.
But don't fret, son. If this goes well, you shall come in on the ground floor."	Но не горюй, приятель, если дело сладится - за мной не заржавеет.
With which promise she took leave of her new ally, and walked briskly away from South Audley Mansions, well pleased with her morning's work.	На этом Таппенс простилась со своим новым союзником и удалилась энергичной походкой, весьма удовлетворенная результатами своей деятельности.
But there was no time to be lost.	Однако нельзя было терять ни минуты.
She went straight back to the Ritz and wrote a few brief words to Mr. Carter.	Она немедленно вернулась в "Ритц" и отослала короткую записку Картеру.
Having dispatched this, and Tommy not having yet returned-which did not surprise her-she started off on a shopping expedition which, with an interval for tea and assorted creamy cakes, occupied her until well after six o'clock, and she returned to the hotel jaded, but satisfied with her purchases.	Затем, поскольку Томми еще не вернулся, - чего и следовало ожидать, - она отправилась по магазинам. Экспедиция эта (с перерывом для чая с пирожными) длилась почти до половины седьмого, и в отель она вернулась усталая, но довольная своими приобретениями.

Starting with a cheap clothing store, and passing through one or two second-hand establishments, she had finished the day at a well-known hairdresser's.	Сначала она посетила дешевый универмаг, потом - несколько магазинчиков, торгующих подержанными вещами, а завершила день в шикарном парикмахерском салоне.
Now, in the seclusion of her bedroom, she unwrapped that final purchase. Five minutes later she smiled contentedly at her reflection in the glass.	Теперь в покое и тиши гостиничного номера она развернула наконец последнюю покупку и через пять минут не без удовлетворения улыбнулась своему отражению в зеркале.
With an actress's pencil she had slightly altered the line of her eyebrows, and that, taken in conjunction with the new luxuriant growth of fair hair above, so changed her appearance that she felt confident that even if she came face to face with Whittington he would not recognize her.	Гримерным карандашиком она слегка изменила линию бровей, и это, вкупе с пышными золотистыми кудрями, настолько преобразило ее внешность, что Виттингтону теперь ее нипочем не узнать, даже если она столкнется с ним нос к носу.
She would wear elevators in her shoes, and the cap and apron would be an even more valuable disguise.	В туфли она положит высокие супинаторы. И наденет чепчик и передник, более надежной маскировки не придумаешь.
From hospital experience she knew only too well that a nurse out of uniform is frequently unrecognized by her patients.	Работая в госпитале, она успела убедиться, как часто пациенты не узнают своих сестер и санитарок, едва те снимут белые фартуки и шапочки.
"Yes," said Tuppence aloud, nodding at the pert reflection in the glass, "you'll do."	- Ну, - сказала она, обращаясь к задорному отражению в зеркале, - пожалуй, сойдет.
She then resumed her normal appearance.	После чего стерла с лица краску и стала похожа на прежнюю Таппенс.
Dinner was a solitary meal. Tuppence was rather surprised at Tommy's non-return.	Обедала она в грустном одиночестве, раздумывая над тем, куда запропастился Томми.
Julius, too, was absent-but that to the girl's mind was more easily explained.	Джулиус тоже отсутствовал, но это ее ничуть не удивляло.
His "hustling" activities were not confined to London, and his abrupt appearances and disappearances were fully accepted by the Young Adventurers as part of the day's work.	Его розыски не ограничивались Лондоном, и Молодые Авантюристы успели свыкнуться с внезапными появлениями и исчезновениями энергичного американца.
It was quite on the cards that Julius P.	Она не удивилась бы, узнав, что Джулиус П.
Hersheimmer had left for Constantinople at a moment's notice if he fancied that a clue to his cousin's disappearance was to be found there.	Херсхайммер внезапно отбыл в Константинополь, так как ему взбрело в голову, что там может отыскаться след его кузины.
The energetic young man had succeeded in making the lives of several Scotland Yard men unbearable to them, and the telephone girls at the Admiralty had learned to know and dread the familiar	Этот сгусток энергии успел превратить в ад жизнь нескольких сотрудников Скотленд-Ярда, а телефонистки Адмиралтейства сразу узнавали и в ужасе вздрагивали от его зычного
"Hullo!"	"Алло!".
He had spent three hours in Paris hustling the Prefecture, and had returned from there imbued with the idea, possibly inspired by a weary French official, that the true clue to the mystery was to be found in Ireland.	В Париже он три часа "расшевеливал" префектуру и вернулся оттуда в твердой уверенности (эту идею бросил ему французский чиновник - не знал, как от него отделаться), что ключ к тайне следует искать в Ирландии.

"I dare say he's dashed off there now," thought Tuppence. "All very well, but this is very dull for me! Here I am bursting with news, and absolutely no one to tell it to!	"Наверное, сразу помчался туда, - думала Таппенс. - Это, конечно, очень мило, но мне-то каково? у меня полон рот новостей, а поделиться не с кем.
Tommy might have wired, or something.	Все-таки Томми мог бы прислать телеграмму или позвонить.
I wonder where he is.	Куда он запропастился?
Anyway, he can't have 'lost the trail' as they say.	Во всяком случае, "сбиться со следа", как пишут в детективах, он не мог.
That reminds me--" And Miss Cowley broke off in her meditations, and summoned a small boy.	Да, кстати..." - И мисс Каули, прервав свои размышления, вызвала рассыльного.
Ten minutes later the lady was ensconced comfortably on her bed, smoking cigarettes and deep in the perusal of Garnaby Williams, the Boy Detective, which, with other threepenny works of lurid fiction, she had sent out to purchase.	Десять минут спустя она уже уютно устроилась в постели и, затянувшись сигаретой, погрузилась в книгу "Гарнаби Уильямс - юный сыщик" -захватывающее произведение, которое, среди прочих ему подобных (три пенса за штуку), принес рассыльный.
She felt, and rightly, that before the strain of attempting further intercourse with Albert, it would be as well to fortify herself with a good supply of local colour.	Ей, резонно решила Таппенс, следует пополнить запас "шпионских" словечек перед тем, как вступить в дальнейшие разговоры с Альбертом.
The morning brought a note from Mr. Carter:	Утром пришло письмо от мистера Картера:
"DEAR MISS TUPPENCE,	"Милая мисс Таппенс!
"You have made a splendid start, and I congratulate you.	Поздравляю вас с великолепным дебютом.
I feel, though, that I should like to point out to you once more the risks you are running, especially if you pursue the course you indicate.	Но считаю своим долгом еще раз предупредить: игра опасная, особенно если будете действовать согласно вашему плану.
Those people are absolutely desperate and incapable of either mercy or pity.	Это абсолютно беспощадные люди, не способные ни на жалость, ни на милосердие.
I feel that you probably underestimate the danger, and therefore warn you again that I can promise you no protection.	По-моему, вы недооцениваете степень риска; и я вынужден повторить, что не могу обещать вам помощь и защиту.
You have given us valuable information, and if you choose to withdraw now no one could blame you.	Вы снабдили нас ценной информацией, и никто не упрекнет вас, если вы захотите выйти из игры.
At any rate, think the matter over well before you decide.	Я призываю вас хорошенько подумать, прежде чем принять окончательное решение.
"If, in spite of my warnings, you make up your mind to go through with it, you will find everything arranged.	Но если вы все-таки рискнете действовать дальше, то все необходимые меры с нашей стороны приняты.
You have lived for two years with Miss Dufferin, The Parsonage, Llanelly, and Mrs. Vandemeyer can apply to her for a reference.	Вы два года служили у мисс Дафферин, дом священника в Ллонелли, и миссис Вандемейрер может обратиться к ней за рекомендацией.
"May I be permitted a word or two of advice?	И еще вам мой совет.

Stick as near to the truth as possible-it minimizes the danger of 'slips.'	Старайтесь, по мере возможности, придерживаться правды. Это уменьшит опасность мелких промахов.
I suggest that you should represent yourself to be what you are, a former V.A.D., who has chosen domestic service as a profession.	При знакомствах разумнее всего говорить правду, а именно что вы служили санитаркой в добровольческом отряде, а теперь решили стать прислугой.
There are many such at the present time.	Сейчас таких девушек очень много.
That explains away any incongruities of voice or manner which otherwise might awaken suspicion.	Это сразу прояснит, почему у вас грамотная речь и приличные манеры, которые иначе могли бы вызвать подозрение.
"Whichever way you decide, good luck to you.	В любом случае желаю вам удачи!
"Your sincere friend,	Искренне ваш,
"MR. CARTER."	мистер Картер".
Tuppence's spirits rose mercurially.	Таппенс воспрянула духом.
Mr. Carter's warnings passed unheeded.	Предостережения мистера Картера казались ей, естественно, совершеннейшей чепухой.
The young lady had far too much confidence in herself to pay any heed to them.	Ее уверенность в себе была слишком велика, чтобы считаться с подобными пустяками.
With some reluctance she abandoned the interesting part she had sketched out for herself.	С некоторым сожалением она отказалась от той интересной роли, которую уже успела придумать.
Although she had no doubts of her own powers to sustain a role indefinitely, she had too much common sense not to recognize the force of Mr. Carter's arguments.	Она сыграла бы эту роль безупречно - и была бы в "образе" столько времени, сколько потребуется, но поскольку Таппенс была человеком весьма здравомыслящим, она не могла не согласиться с доводами мистера Картера.
There was still no word or message from Tommy, but the morning post brought a somewhat dirty postcard with the words: "It's O.K." scrawled upon it.	От Томми пока не было никаких вестей, зато с утренней почтой пришла довольно грязная открытка с лаконичным сообщением: "Все о'кей".
At ten-thirty Tuppence surveyed with pride a slightly battered tin trunk containing her new possessions.	В половине одиннадцатого Таппенс гордо оглядела слегка помятый жестяной сундучок со своими пожитками.
It was artistically corded.	Он был очень умело упакован и перевязан веревками.
It was with a slight blush that she rang the bell and ordered it to be placed in a taxi.	Позвонив коридорному, она, чуть порозовев от смущения, распорядилась, чтобы сундучок снесли в такси.
She drove to Paddington, and left the box in the cloak room.	Приехав на Паддингтонский вокзал, оставила его в камере хранения.
She then repaired with a handbag to the fastnesses of the ladies' waiting-room.	После чего удалилась в неприступную крепость -в женский туалет.
Ten minutes later a metamorphosed Tuppence walked demurely out of the station and entered a bus.	Десять минут спустя преобразившаяся Таппенс вышла из дверей вокзала и села в автобус.
It was a few minutes past eleven when Tuppence again entered the hall of South Audley Mansions.	И уже минут через сорок она вновь переступила порог "Саут-Одли".

Albert was on the look-out, attending to his duties in a somewhat desultory fashion.	Альберт уже ждал ее, явно пренебрегая своими прямыми обязанностями.
He did not immediately recognize Tuppence. When he did, his admiration was unbounded.	В первую секунду он не узнал Таппенс, а узнав, пришел в невероятный восторг.
"Blest if I'd have known you!	- Лопни мои глаза, мисс! Я-то думаю, кто такая!
That rig-out's top-hole."	Маскировочка высший класс.
"Glad you like it, Albert," replied Tuppence modestly. "By the way, am I your cousin, or am I not?"	- Рада, что тебе понравилось, Альберт, - со скромной миной ответила Таппенс. - Да, кстати, кто я - твоя двоюродная сестра?
"Your voice too," cried the delighted boy. "It's as English as anything!	- И никакого акцента! - воскликнул он восхищенно. - Ну, совсем нашинская, из Англии!
No, I said as a friend of mine knew a young gal.	Нет, не сестра, я сказал, что знакомая одного моего друга.
Annie wasn't best pleased.	Энни сразу разозлилась.
She's stopped on till to-day-to oblige, she said, but really it's so as to put you against the place."	И решила остаться еще на денек - сделать хозяйке одолжение, как она сказала. Но на самом-то деле, чтобы отвадить вас от места.
"Nice girl," said Tuppence. Albert suspected no irony.	- Какая милая девушка! - заметила Таппенс, но Альберт даже не заподозрил иронии.
"She's style about her, and keeps her silver a treat-but, my word, ain't she got a temper.	- Да, она горничная что надо, и серебро чистит -загляденье. Только вот характерец.
Are you going up now, miss?	Вам наверх, мисс?
Step inside the lift.	Пожалуйте в лифт.
No. 20 did you say?" And he winked.	Двадцатая квартира, говорите? - И он лихо подмигнул.
Tuppence quelled him with a stern glance, and stepped inside.	Таппенс приструнила его суровым взглядом и вошла в лифт.
As she rang the bell of No. 20 she was conscious of Albert's eyes slowly descending beneath the level of the floor.	Она позвонила в двадцатую квартиру, чувствуя, как Альберт все ниже опускает голову, старательно разглядывая пол.
A smart young woman opened the door.	Дверь ей открыла щеголеватая молодая женщина.
"I've come about the place," said Tuppence.	- Я насчет места, - объяснила Таппенс.
"It's a rotten place," said the young woman without hesitation. "Regular old cat-always interfering.	- Место паршивое, дальше некуда, - тут же выпалила женщина. - Стерва старая! Так и рыщет за тобой!
Accused me of tampering with her letters.	Наорала на меня за то, что я читаю ее письма.
Me!	Это я-то!
The flap was half undone anyway.	Конверт расклеен был, а я тут при чем?
There's never anything in the waste-paper basket-she burns everything.	А в мусорной корзинке никогда ничегошеньки -все сжигает.
She's a wrong 'un, that's what she is.	Она из таких, одно слово.
Swell clothes, but no class.	Одевается шикарно, а манеры - те еще!

Cook knows something about her-but she won't tell-scared to death of her.	Кухарка что-то про нее знает, только помалкивает, боится ее до смерти.
And suspicious!	А уж подозрительна-то!
She's on to you in a minute if you as much as speak to a fellow.	Стоит словечком с кем перемолвиться, сразу все выпытывает, кто да почему.
I can tell you--"	Я еще и не то могу рассказать...
But what more Annie could tell, Tuppence was never destined to learn, for at that moment a clear voice with a peculiarly steely ring to it called:	Но Таппенс не суждено было узнать, что еще могла бы рассказать Энни, ибо в эту секунду звонкий голос со стальными интонациями произнес:
"Annie!"	- Энни!
The smart young woman jumped as if she had been shot.	Щеголеватая горничная подпрыгнула, словно в нее пальнули из ружья.
"Yes, ma'am."	- Слушаю, мэм.
"Who are you talking to?"	- С кем это вы разговариваете?
"It's a young woman about the situation, ma'am."	- Одна девушка пришла насчет места, мэм.
"Show her in then. At once."	- Сию секунду проводите ее сюда.
"Yes, ma'am."	- Слушаю, мэм.
Tuppence was ushered into a room on the right of the long passage.	Таппенс провели по длинному коридору.
A woman was standing by the fireplace. She was no longer in her first youth, and the beauty she undeniably possessed was hardened and coarsened.	У камина стояла женщина не первой молодости, чью бесспорную красоту несколько огрубили годы.
In her youth she must have been dazzling.	В юности она, вероятно, была ослепительна.
Her pale gold hair, owing a slight assistance to art, was coiled low on her neck, her eyes, of a piercing electric blue, seemed to possess a faculty of boring into the very soul of the person she was looking at.	Бледно-золотые волосы если и подвитые, то совсем немного, тяжелой волной спадали на шею. На редкость яркие васильковые глаза, казалось, смотрели вам в самую душу, читая все ваши мысли.
Her exquisite figure was enhanced by a wonderful gown of indigo charmeuse.	Элегантнейшее синее шелковое платье подчеркивало безупречность ее фигуры.
And yet, despite her swaying grace, and the almost ethereal beauty of her face, you felt instinctively the presence of something hard and menacing, a kind of metallic strength that found expression in the tones of her voice and in that gimlet-like quality of her eyes.	И все же, вопреки ее томному изяществу и почти ангельской красоте, вы явственно ощущали, что у этой женщины поистине железная воля; агрессивное бездушие выдавал этот металл в голосе, этот пронизывающий взгляд васильковых глаз.
For the first time Tuppence felt afraid.	Впервые с начала всей истории Таппенс охватил страх.
She had not feared Whittington, but this woman was different.	Виттингтона она не испугалась, но эта женщина -дело другое.
As if fascinated, she watched the long cruel line of the red curving mouth, and again she felt that sensation of panic pass over her.	Как зачарованная Таппенс смотрела на злобный изгиб алых губ, и вновь на нее накатил панический страх.

Her usual self-confidence deserted her.	Ее обычная уверенность в себе куда-то исчезла.
Vaguely she felt that deceiving this woman would be very different to deceiving Whittington.	Она сразу почувствовала, что эту женщину обмануть куда труднее, чем Виттингтона.
Mr. Carter's warning recurred to her mind.	В ее памяти мелькнуло предостережение мистера Картера.
Here, indeed, she might expect no mercy.	Да, действительно, здесь ей не будет пощады.
Fighting down that instinct of panic which urged her to turn tail and run without further delay, Tuppence returned the lady's gaze firmly and respectfully.	Подавив в себе безудержное желание развернуться и убежать, Таппенс с почтительной миной, но очень твердо посмотрела в васильковые глаза.
As though that first scrutiny had been satisfactory, Mrs. Vandemeyer motioned to a chair.	Видимо, удовлетворенная первым осмотром, миссис Вандемейер указала ей на стул.
"You can sit down.	- Можете сесть.
How did you hear I wanted a house-parlourmaid?"	Откуда вы узнали, что мне нужна горничная?
"Through a friend who knows the lift boy here.	- От одного знакомого. Он дружит со здешним лифтером.
He thought the place might suit me."	И подумал, что место мне подойдет.
Again that basilisk glance seemed to pierce her through.	Вновь ее прожег взгляд василиска.
"You speak like an educated girl?"	- Судя по вашей манере говорить, вы получили образование?
Glibly enough, Tuppence ran through her imaginary career on the lines suggested by Mr. Carter.	Таппенс без запинки изложила свою биографию, используя детали, подсказанные мистером Картером.
It seemed to her, as she did so, that the tension of Mrs. Vandemeyer's attitude relaxed.	Когда она умолкла, ей показалось, что миссис Вандемейер чуть-чуть расслабилась.
"I see," she remarked at length. "Is there anyone I can write to for a reference?"	- Ну-ну, - сказала она наконец. - Я могу у кого-нибудь навести о вас справки?
"I lived last with a Miss Dufferin, The Parsonage, Llanelly.	- Последнее время я жила у мисс Дафферин, дом священника, в Ллонелли.
I was with her two years."	Я служила у нее два года.
"And then you thought you would get more money by coming to London, I suppose?	- А потом поняли, что в Лондоне будете получать больше?
Well, it doesn't matter to me.	Впрочем, меня это не касается.
I will give you ?50-?60-whatever you want.	Я буду платить вам пятьдесят... шестьдесят фунтов... Сговоримся позже.
You can come in at once?"	Можете сразу приступить к своим обязанностям?
"Yes, ma'am.	- Да, мэм.
To-day, if you like.	Если угодно, сегодня же.
My box is at Paddington."	Вещи я оставила на Паддингтонском вокзале.
"Go and fetch it in a taxi, then.	- Ну, так берите такси и сейчас же поезжайте за ними.

It's an easy place.	Обязанности у вас будут необременительные.
I am out a good deal.	Я редко бываю дома.
By the way, what's your name?"	Да, кстати, как вас зовут?
"Prudence Cooper, ma'am."	- Пруденс Купер, мэм.
"Very well, Prudence.	- Ну, хорошо, Пруденс.
Go away and fetch your box.	Поезжайте за своими вещами.
I shall be out to lunch.	Я скоро уйду.
The cook will show you where everything is."	Кухарка вам все объяснит.
"Thank you, ma'am."	- Благодарю вас, мэм.
Tuppence withdrew.	Таппенс вышла в коридор.
The smart Annie was not in evidence.	Щеголеватой Энни нигде не было видно.
In the hall below a magnificent hall porter had relegated Albert to the background.	В вестибюле великолепный швейцар совершенно затмил своим величием Альберта.
Tuppence did not even glance at him as she passed meekly out.	Таппенс, проходя мимо со скромно опущенными глазами, даже не посмотрела на своего союзника.
The adventure had begun, but she felt less elated than she had done earlier in the morning.	Долгожданное приключение началось, но ее утренний восторг поугас.
It crossed her mind that if the unknown Jane Finn had fallen into the hands of Mrs. Vandemeyer, it was likely to have gone hard with her.	Ей пришло в голову, что неизвестной Джейн Финн, попади она в ручки миссис Вандемейер, пришлось бы очень туго.
CHAPTER X. ENTER SIR JAMES PEEL EDGERTON	Глава 10 Появляется сэр Джеймс Пиль Эджертон
TUPPENCE betrayed no awkwardness in her new duties.	Со своими новыми обязанностями Таппенс справлялась без особого труда.
The daughters of the archdeacon were well grounded in household tasks.	Дочерям архидьякона любая домашняя работа была по плечу.
They were also experts in training a "raw girl," the inevitable result being that the raw girl, once trained, departed elsewhere where her newly acquired knowledge commanded a more substantial remuneration than the archdeacon's meagre purse allowed.	К тому же они умели прекрасно отесывать "новеньких". В результате чего "новенькая" без промедления использовала только что приобретенные навыки, чтобы найти место с жалованьем куда выше того, чем позволяли скудные средства архидьякона.
Tuppence had therefore very little fear of proving inefficient.	Поэтому Таппенс не опасалась, что ее сочтут подозрительно неловкой.
Mrs. Vandemeyer's cook puzzled her.	Что ее настораживало, так это поведение кухарки.
She evidently went in deadly terror of her mistress.	Она, видимо, смертельно боялась своей хозяйки.
The girl thought it probable that the other woman had some hold over her.	Таппенс предположила, что та каким-то образом держит ее в своей власти.
For the rest, she cooked like a chef, as Tuppence had an opportunity of judging that evening.	Но готовила она как шеф-повар, в чем Таппенс убедилась в первый же вечер.

Mrs. Vandemeyer was expecting a guest to dinner, and Tuppence accordingly laid the beautifully polished table for two.	Миссис Вандемейер ожидала к обеду гостя, и Таппенс накрыла великолепно отполированный стол, сервировав его на две персоны.
She was a little exercised in her own mind as to this visitor.	Она с волнением ожидала этого гостя.
It was highly possible that it might prove to be Whittington.	А что, если явится Виттингтон?
Although she felt fairly confident that he would not recognize her, yet she would have been better pleased had the guest proved to be a total stranger.	Вряд ли он ее узнает, но все-таки было бы лучше, если гостем окажется какой-нибудь незнакомец.
However, there was nothing for it but to hope for the best.	Впрочем, ей оставалось только полагаться на милость судьбы.
At a few minutes past eight the front door bell rang, and Tuppence went to answer it with some inward trepidation. She was relieved to see that the visitor was the second of the two men whom Tommy had taken upon himself to follow.	В дверь позвонили в девятом часу. Таппенс не без опаски пошла открывать и испытала большое облегчение, узнав в голосе пришедшего спутника Виттингтона.
He gave his name as Count Stepanov.	Он попросил доложить о графе Степанове.
Tuppence announced him, and Mrs. Vandemeyer rose from her seat on a low divan with a quick murmur of pleasure.	Миссис Вандемейер, поднявшись с низкого дивана, радостно воскликнула:
"It is delightful to see you, Boris Ivanovitch," she said.	- Как я рада вас видеть, Борис Иванович!
"And you, madame!" He bowed low over her hand.	-А я - вас, мадам. - Он поцеловал ей руку.
Tuppence returned to the kitchen.	Таппенс вернулась на кухню.
"Count Stepanov, or some such," she remarked, and affecting a frank and unvarnished curiosity: "Who's he?"	- Какой-то граф Степанов, - сообщила она и с очень невинным видом полюбопытствовала: - А кто он такой?
"A Russian gentleman, I believe."	- Русский, по-моему.
"Come here much?"	- И часто здесь бывает?
"Once in a while.	- Иногда.
What d'you want to know for?"	А вам что за дело?
"Fancied he might be sweet on the missus, that's all," explained the girl, adding with an appearance of sulkiness: "How you do take one up!"	- Подумала, может, хозяйский ухажер, вот и все, -объяснила Таппенс и добавила с притворной обидой: - Чего цепляетесь-то?
"I'm not quite easy in my mind about the souffl?," explained the other.	- Как же его готовить, это самое суфле, - только и услышала она в ответ.
"You know something," thought Tuppence to herself, but aloud she only said:	"Ты что-то знаешь!" - подумала Таппенс, но вслух сказала только:
"Going to dish up now?	-Так подавать, что ли?
Right-o."	Это я мигом.

Whilst waiting at table, Tuppence listened closely to all that was said. She remembered that this was one of the men Tommy was shadowing when she had last seen him.	Прислуживая за столом, Таппенс ловила каждое слово: ведь Томми отправился тогда выслеживать и этого человека.
Already, although she would hardly admit it, she was becoming uneasy about her partner.	А ее, хотя она себе в этом не признавалась, все больше мучила тревога.
Where was he?	Где он?
Why had no word of any kind come from him?	Почему не дает о себе знать?
She had arranged before leaving the Ritz to have all letters or messages sent on at once by special messenger to a small stationer's shop near at hand where Albert was to call in frequently.	Уходя из "Ритца", она распорядилась, чтобы все адресованные ей письма и телеграммы, немедленно доставлялись рассыльным в мелочную лавочку по соседству, а Альберту были даны инструкции заглядывать в эту лавочку почаще.
True, it was only yesterday morning that she had parted from Tommy, and she told herself that any anxiety on his behalf would be absurd.	Правда, уговаривала она себя, они расстались только вчера утром и беспокоиться еще рано.
Still, it was strange that he had sent no word of any kind.	Но все-таки странно, что от него нет никаких известий!
But, listen as she might, the conversation presented no clue.	Как Таппенс ни напрягала слух, узнать ей ничего не удалось.
Boris and Mrs. Vandemeyer talked on purely indifferent subjects: plays they had seen, new dances, and the latest society gossip.	Борис и миссис Вандемейер вели чисто светскую беседу о спектаклях, о новомодных танцах, о последних великосветских скандалах.
After dinner they repaired to the small boudoir where Mrs. Vandemeyer, stretched on the divan, looked more wickedly beautiful than ever.	После обеда они перешли в уютный будуар, и миссис Вандемейер расположилась на диване, блистая какой-то особенно зловещей красотой.
Tuppence brought in the coffee and liqueurs and unwillingly retired.	Таппенс подала кофе с ликерами и очень неохотно удалилась.
As she did so, she heard Boris say:	До нее донесся голос Бориса:
"New, isn't she?"	- Новенькая?
"She came in to-day.	- Да, поступила только сегодня.
The other was a fiend.	Та была невозможна.
This girl seems all right.	А эта как будто ничего.
She waits well."	За столом прислуживает вполне прилично.
Tuppence lingered a moment longer by the door which she had carefully neglected to close, and heard him say:	Таппенс помедлила за дверью, которую "по нечаянности" закрыла не совсем плотно, и услышала, как он сказал:
"Quite safe, I suppose?"	- Полагаю, она не опасна?
"Really, Boris, you are absurdly suspicious.	- Борис, ты подозрителен до нелепости!
I believe she's the cousin of the hall porter, or something of the kind.	Она не то двоюродная сестра швейцара, не то подружка рассыльного.

And nobody even dreams that I have any connection with our-mutual friend, Mr. Brown."	Да и кому в голову придет, что я как-то связана с нашим... общим другом мистером Брауном.
"For heaven's sake, be careful, Rita.	- Рита! Ради всего святого, будь осторожна.
That door isn't shut."	Дверь же не закрыта!
"Well, shut it then," laughed the woman.	- Ну так закрой ее, - со смехом сказала миссис Вандемейер.
Tuppence removed herself speedily.	Таппенс торопливо ретировалась на кухню.
She dared not absent herself longer from the back premises, but she cleared away and washed up with a breathless speed acquired in hospital.	Пренебречь своими обязанностями она не рискнула, но посуду перемыла молниеносно (сказался госпитальный опыт) и снова тихонько пробралась к двери будуара.
Then she slipped quietly back to the boudoir door.	Кухарка, менее расторопная, все еще возилась с кастрюлями.
The cook, more leisurely, was still busy in the kitchen and, if she missed the other, would only suppose her to be turning down the beds.	Да и в любом случае, заметив, что новенькой нет, она подумала бы, что та прибирает верхние комнаты.
Alas!	Увы!
The conversation inside was being carried on in too low a tone to permit of her hearing anything of it.	Голоса за дверью были такими тихими, что Таппенс ничего не удавалось разобрать.
She dared not reopen the door, however gently. Mrs. Vandemeyer was sitting almost facing it, and Tuppence respected her mistress's lynx-eyed powers of observation.	А приоткрыть дверь даже самую малость было слишком опасно: миссис Вандемейер сидела к ней вполоборота, а наблюдательность этой дамы уже успела произвести на Таппенс впечатление.
Nevertheless, she felt she would give a good deal to overhear what was going on.	Да, она дорого дала бы, лишь бы что-нибудь услышать.
Possibly, if anything unforeseen had happened, she might get news of Tommy.	А вдруг они заговорят о Томми, что, если он успел нарушить их планы?
For some moments she reflected desperately, then her face brightened. She went quickly along the passage to Mrs. Vandemeyer's bedroom, which had long French windows leading on to a balcony that ran the length of the flat. Slipping quickly through the window, Tuppence crept noiselessly along till she reached the boudoir window.	Таппенс озабоченно нахмурилась, но тут же ее лицо просветлело, она быстро прошла в спальню миссис Вандемейер, выскользнула через стеклянную дверь на длинный балкон и бесшумно подобралась к окну будуара.
As she had thought it stood a little ajar, and the voices within were plainly audible.	Как она и надеялась, рама была чуть поднята, и можно было расслышать почти каждое слово.
Tuppence listened attentively, but there was no mention of anything that could be twisted to apply to Tommy.	Таппенс вслушивалась изо всех сил, но их разговор явно не имел никакого отношения к Томми.
Mrs. Vandemeyer and the Russian seemed to be at variance over some matter, and finally the latter exclaimed bitterly:	Миссис Вандемейер и этот русский о чем-то спорили, и вдруг он с горечью воскликнул:
"With your persistent recklessness, you will end by ruining us!"	- Своим легкомыслием и упрямством ты всех нас погубишь!

"Bah!" laughed the woman. "Notoriety of the right kind is the best way of disarming suspicion.	- Чепуха! - Она засмеялась. - Иногда скандальная известность - лучший способ усыпить подозрения.
You will realize that one of these days-perhaps sooner than you think!"	В один прекрасный день ты и сам в этом убедишься. И может быть, раньше, чем думаешь.
"In the meantime, you are going about everywhere with Peel Edgerton. Not only is he, perhaps, the most celebrated K.C. in England, but his special hobby is criminology!	- Тем временем ты всюду показываешься с Пилем Эджертоном, а он не просто чуть ли не самый знаменитый адвокат в Англии, криминология - его хобби.
It is madness!"	Это чистейшее безумие!
"I know that his eloquence has saved untold men from the gallows," said Mrs. Vandemeyer calmly. "What of it?	- Я знаю, что своим красноречием он многих спас от виселицы, - спокойно ответила миссис Вандемейер. - Ведь так?
I may need his assistance in that line myself some day.	Как знать, не потребуется ли в будущем его помощь мне?
If so, how fortunate to have such a friend at court-or perhaps it would be more to the point to say in court."	И очень полезно заручиться таким другом в суде или, говоря точнее, для суда.
Boris got up and began striding up and down. He was very excited.	Борис вскочил и начал расхаживать по комнате, видимо, он очень волновался.
"You are a clever woman, Rita; but you are also a fool!	- Ты умная женщина, Рита, но при этом большая дура!
Be guided by me, and give up Peel Edgerton."	Поверь мне, я о тебе же забочусь.
Mrs. Vandemeyer shook her head gently.	Дай этому Эджертону отставку.
"I think not."	- Ну нет. - Миссис Вандемейер легонько покачала головой.
"You refuse?" There was an ugly ring in the Russian's voice.	- Ты отказываешься? - В голосе русского зазвучала угроза.
"I do."	- Наотрез.
"Then, by Heaven," snarled the Russian, "we will see--"	- Ну это мы еще посмотрим, - рявкнул он.
But Mrs. Vandemeyer also rose to her feet, her eyes flashing.	- Миссис Вандемейер тоже вскочила, глаза ее сверкали.
"You forget, Boris," she said. "I am accountable to no one.	- Ты забываешь, Борис, - сказала она, - что я никому не подчиняюсь.
I take my orders only from-Mr. Brown."	Я получаю распоряжения прямо от... мистера Брауна.
The other threw up his hands in despair.	Русский в отчаянии махнул рукой.
"You are impossible," he muttered. "Impossible!	- Ты невозможна, - пробормотал он. -Невозможна!
Already it may be too late.	А вдруг уже поздно?
They say Peel Edgerton can smell a criminal!	Говорят, у Пиля Эджертона нюх на преступников.
How do we know what is at the bottom of his sudden interest in you?	Откуда мы знаем, чем объясняется его внезапный интерес к тебе?

Perhaps even now his suspicions are aroused.	А если он уже что-то подозревает?
He guesses--"	Догадывается...
Mrs. Vandemeyer eyed him scornfully.	Миссис Вандемейер смерила его презрительным взглядом.
"Reassure yourself, my dear Boris.	- Успокойся, мой милый Борис.
He suspects nothing.	Ничего он не подозревает.
With less than your usual chivalry, you seem to forget that I am commonly accounted a beautiful woman.	Где же твоя хваленая галантность? Ты забыл, что кроме всего прочего я еще и красивая женщина?
I assure you that is all that interests Peel Edgerton."	Поверь, интерес Пиля Эджертона объясняется исключительно этим обстоятельством.
Boris shook his head doubtfully.	Борис с сомнением покачал головой.
"He has studied crime as no other man in this kingdom has studied it. Do you fancy that you can deceive him?"	- Он досконально изучил механику преступлений- лучший английский криминолог, и ты надеешься, что сумеешь его обмануть?
Mrs. Vandemeyer's eyes narrowed.	Миссис Вандемейер сощурила глаза.
"If he is all that you say-it would amuse me to try!"	- Ну, если он действительно так мудр, тем забавнее будет обвести его вокруг пальца.
"Good heavens, Rita--"	- Господи, Рита!
"Besides," added Mrs. Vandemeyer, "he is extremely rich. I am not one who despises money.	- К тому же он очень богат, - добавила миссис Вандемейер, - а я не из тех, кто презирает деньги.
The 'sinews of war,' you know, Boris!"	Или как их еще называют - "мускулы войны", милый мой Борис.
"Money-money!	- Деньги, деньги!
That is always the danger with you, Rita.	В этом твоя главная слабость, Рита.
I believe you would sell your soul for money.	По-моему, ты за деньги душу продашь.
I believe--" He paused, then in a low, sinister voice he said slowly: "Sometimes I believe that you would sell- us!"	По-моему... - Он помолчал, а затем вполголоса добавил: - Иногда мне кажется, что ты способна продать... нас всех!
Mrs. Vandemeyer smiled and shrugged her shoulders.	Миссис Вандемейер с улыбкой пожала плечами.
"The price, at any rate, would have to be enormous," she said lightly. "It would be beyond the power of anyone but a millionaire to pay."	- Представляю, какую мне дали бы цену, - сказала она небрежно. - Такая цена под силу разве что миллионеру.
"Ah!" snarled the Russian. "You see, I was right!"	- А! Значит, я прав! - прошипел русский.
"My dear Boris, can you not take a joke?"	- Дорогой мой, ты не понимаешь шуток?
"Was it a joke?"	- Ах, это была шутка!
"Of course."	- Конечно.
"Then all I can say is that your ideas of humour are peculiar, my dear Rita."	- Ну, знаешь ли, у тебя весьма своеобразное чувство юмора, моя милая.
Mrs. Vandemeyer smiled.	Миссис Вандемейер засмеялась.
"Let us not quarrel, Boris.	- Ну, не будем ссориться, Борис.

Touch the bell.	Пожалуйста, позвони.
We will have some drinks."	Давай выпьем чего-нибудь.
Tuppence beat a hasty retreat. She paused a moment to survey herself in Mrs. Vandemeyer's long glass, and be sure that nothing was amiss with her appearance. Then she answered the bell demurely.	Таппенс молниеносно ретировалась, задержавшись на секунду в спальне миссис Вандемейер, чтобы оглядеть себя в трюмо - все ли у нее в порядке, а затем с почтительным видом предстала пред хозяйские очи.
The conversation that she had overheard, although interesting in that it proved beyond doubt the complicity of both Rita and Boris, threw very little light on the present preoccupations.	Подслушанный ею разговор, хотя и доказывал причастность Риты и Бориса к каким-то темным делишкам, ни разу не коснулся того, что ее интересовало.
The name of Jane Finn had not even been mentioned.	Имя Джейн Финн даже не было упомянуто.
The following morning a few brief words with Albert informed her that nothing was waiting for her at the stationer's.	На следующее утро Альберт доложил, что на ее имя в мелочной лавочке ничего нет.
It seemed incredible that Tommy, if all was well with him, should not send any word to her.	А ведь Томми, если он жив и здоров, обязательно дал бы о себе знать!
A cold hand seemed to close round her heart....	Она почувствовала, как ее сердце словно стиснула ледяная рука.
Supposing.... She choked her fears down bravely.	А что, если... Но она мужественно подавила страх.
It was no good worrying.	Переживаниями делу не поможешь.
But she leapt at a chance offered her by Mrs. Vandemeyer.	Тем не менее она ухватилась за возможность, предоставленную ей миссис Вандемейер, которая вдруг спросила:
"What day do you usually go out, Prudence?"	- Когда вы брали выходной вечер, Пруденс?
"Friday's my usual day, ma'am."	- По пятницам, мэм.
Mrs. Vandemeyer lifted her eyebrows.	Миссис Вандемейер подняла брови.
"And to-day is Friday!	- А ведь сегодня пятница!
But I suppose you hardly wish to go out to-day, as you only came yesterday."	Впрочем, вы начали работать только вчера и вряд ли нуждаетесь в отдыхе.
"I was thinking of asking you if I might, ma'am."	- Да нет, мэм. Я как раз хотела сегодня у вас отпроситься... Вы не против?
Mrs. Vandemeyer looked at her a minute longer, and then smiled.	Миссис Вандемейер внимательно посмотрела на нее и улыбнулась:
"I wish Count Stepanov could hear you.	- Жаль, что граф Степанов не слышит!
He made a suggestion about you last night." Her smile broadened, catlike. "Your request is very-typical.	Вчера он высказал кое-какие предположения относительно вас. - В ее улыбке появилось что-то кошачье. - Ваша просьба такая... типичная.
I am satisfied.	Я очень довольна.
You do not understand all this-but you can go out to-day.	Вы, конечно, не поняли, что меня так радует. В общем, я вас отпускаю.
It makes no difference to me, as I shall not be dining at home."	Меня это не стеснит, меня вечером не будет дома.

"Thank you, ma'am."	- Благодарю вас, мэм.
Tuppence felt a sensation of relief once she was out of the other's presence.	Выйдя из комнаты, Таппенс почувствовала облегчение.
Once again she admitted to herself that she was afraid, horribly afraid, of the beautiful woman with the cruel eyes.	Вновь она явственно ощутила, насколько боится, ужасно боится этой красивой женщины с жестокими глазами.
In the midst of a final desultory polishing of her silver, Tuppence was disturbed by the ringing of the front door bell, and went to answer it.	Перед уходом Таппенс наспех дочищала серебро. Но ей пришлось прервать это занятие, поскольку в дверь позвонили.
This time the visitor was neither Whittington nor Boris, but a man of striking appearance.	Это оказался не Виттингтон и не Борис, а некто с очень незаурядной внешностью.
Just a shade over average height, he nevertheless conveyed the impression of a big man.	Чуть выше среднего роста, этот мужчина тем не менее производил впечатление человека крупного.
His face, clean-shaven and exquisitely mobile, was stamped with an expression of power and force far beyond the ordinary.	Тщательно выбритое лицо было очень выразительно и свидетельствовало о незаурядной силе воли и энергии.
Magnetism seemed to radiate from him.	Казалось, от него прямо исходили магнитные волны.
Tuppence was undecided for the moment whether to put him down as an actor or a lawyer, but her doubts were soon solved as he gave her his name: Sir James Peel Edgerton.	Таппенс никак не могла решить, кто перед ней! Актер? Адвокат? Но ее сомнениям тут же был положен конец: он попросил доложить, что пришел сэр Джеймс Пиль Эджертон.
She looked at him with renewed interest.	Она еще раз посмотрела на него.
This, then, was the famous K.C. whose name was familiar all over England.	Так вот, значит, какой он, этот прославленный адвокат, чье имя известно всей Англии.
She had heard it said that he might one day be Prime Minister.	По слухам, его прочили в премьер-министры.
He was known to have refused office in the interests of his profession, preferring to remain a simple Member for a Scotch constituency.	Из профессиональных соображений он уже не раз отказывался от поста в правительстве, предпочитая оставаться просто членом парламента от одного из шотландских избирательных округов.
Tuppence went back to her pantry thoughtfully.	Таппенс в задумчивости вернулась к серебру.
The great man had impressed her.	Знаменитый адвокат произвел на нее впечатление.
She understood Boris's agitation. Peel Edgerton would not be an easy man to deceive.	Теперь она поняла опасения Бориса: да, Пиля Эджертона обмануть нелегко.
In about a quarter of an hour the bell rang, and Tuppence repaired to the hall to show the visitor out.	Через четверть часа зазвонил колокольчик, и Таппенс вышла в прихожую проводить гостя.
He had given her a piercing glance before. Now, as she handed him his hat and stick, she was conscious of his eyes raking her through.	Еще когда она ему открывала, он очень внимательно на нее посмотрел, и теперь, подавая ему шляпу и трость, она опять почувствовала на себе этот зоркий, все примечающий взгляд.

As she opened the door and stood aside to let him pass out, he stopped in the doorway.	Она распахнула входную дверь и почтительно посторонилась, но он задержался на пороге и спросил:
"Not been doing this long, eh?"	- Недавно в горничных?
Tuppence raised her eyes, astonished.	Таппенс с удивлением подняла на него взгляд.
She read in his glance kindliness, and something else more difficult to fathom.	В его глазах таилась доброта и что-то еще - она не могла понять, что именно.
He nodded as though she had answered.	Он кивнул, словно она ответила на вопрос.
"V.A.D. and hard up, I suppose?"	- Демобилизовались из добровольческого медицинского отряда и оказались, как говорится, на мели?
"Did Mrs. Vandemeyer tell you that?" asked Tuppence suspiciously.	- Это вам сообщила миссис Вандемейер? - с подозрением спросила Таппенс.
"No, child. The look of you told me.	- Нет, дитя мое, это мне сообщил ваш вид.
Good place here?"	Вам нравится это место?
"Very good, thank you, sir."	- Очень. Благодарю вас, сэр.
"Ah, but there are plenty of good places nowadays.	- Впрочем, сейчас хорошее место найти нетрудно.
And a change does no harm sometimes."	Иногда очень полезно поменять хозяев.
"Do you mean--?" began Tuppence.	- Вы хотите сказать... - начала Таппенс.
But Sir James was already on the topmost stair.	Но сэр Джеймс уже спускался по лестнице.
He looked back with his kindly, shrewd glance.	Он оглянулся и бросил на нее все тот же добрый проницательный взгляд.
"Just a hint," he said. "That's all."	- Только намекнуть, - уточнил он. - И ничего больше.
Tuppence went back to the pantry more thoughtful than ever.	Вконец озадаченная, Таппенс снова вернулась к недочищенному серебру.
CHAPTER XI. JULIUS TELLS A STORY	Глава 11 Рассказ Джулиуса
DRESSED appropriately, Tuppence duly sallied forth for her "afternoon out."	Одевшись, как обычно одеваются горничные, собираясь приятно провести свой "выходной вечер", Таппенс покинула квартиру.
Albert was in temporary abeyance, but Tuppence went herself to the stationer's to make quite sure that nothing had come for her.	Альберта внизу не оказалось, и она сама заглянула в лавочку - удостовериться, нет ли для нее письма.
Satisfied on this point, she made her way to the Ritz.	Потом отправилась в "Ритц".
On inquiry she learnt that Tommy had not yet returned.	Там она выяснила, что Томми не возвращался.
It was the answer she had expected, but it was another nail in the coffin of her hopes.	Это не было для нее неожиданностью, но только сейчас она окончательно потеряла надежду что-либо узнать.

She resolved to appeal to Mr. Carter, telling him when and where Tommy had started on his quest, and asking him to do something to trace him.	Надо срочно обратиться к мистеру Картеру, все ему рассказать и попросить выяснить, что произошло с Томми после того, как он последовал за Борисом и Виттингтоном.
The prospect of his aid revived her mercurial spirits, and she next inquired for Julius Hersheimmer.	Немного воспрянув духом, она осведомилась, у себя ли мистер Джулиус Херсхейммер.
The reply she got was to the effect that he had returned about half an hour ago, but had gone out immediately.	Портье ответил, что он вернулся примерно полчаса назад, но тут же снова ушел.
Tuppence's spirits revived still more.	Таппенс ободрилась еще больше.
It would be something to see Julius.	Джулиус здесь - уже что-то!
Perhaps he could devise some plan for finding out what had become of Tommy.	Может, он придумает, как выяснить, что случилось с Томми.
She wrote her note to Mr. Carter in Julius's sitting-room, and was just addressing the envelope when the door burst open.	Расположившись в гостиной Джулиуса, она написала мистеру Картеру письмо и уже запечатывала конверт, когда дверь с треском распахнулась.
"What the hell--" began Julius, but checked himself abruptly. "I beg your pardon, Miss Tuppence.	-Какого черта...- начал Джулиус, но тут же переменил тон. - Прошу прощения, мисс Таппенс.
Those fools down at the office would have it that Beresford wasn't here any longer-hadn't been here since Wednesday.	Дурни внизу твердят, что Бересфорд не показывался тут с самой среды.
Is that so?"	Это верно?
Tuppence nodded. "You don't know where he is?" she asked faintly.	Таппенс кивнула и спросила прерывающимся голосом: - Так вы не знаете, где он?
"I?	-Я?
How should I know?	Откуда?
I haven't had one darned word from him, though I wired him yesterday morning."	Я от него никаких известий не получал, хотя протелеграфировал ему еще вчера утром.
"I expect your wire's at the office unopened."	- Наверное, ваша телеграмма так и лежит у портье.
"But where is he?"	- Но где он?
"I don't know.	- Не знаю.
I hoped you might."	Я думала, вы знаете.
"I tell you I haven't had one darned word from him since we parted at the depot on Wednesday."	- Да говорю же вам, я не получал от него никаких известий с той минуты, как мы расстались в среду на вокзале.
"What depot?"	- На каком вокзале?
"Waterloo.	- Ватерлоо.
Your London and South Western road."	Юго-Западная ветка.
"Waterloo?" frowned Tuppence.	- Ватерлоо? - недоуменно нахмурилась Таппенс.
"Why, yes.	- Ну, да.

Didn't he tell you?"	А разве он вам не сказал?
"I haven't seen him either," replied Tuppence impatiently. "Go on about Waterloo.	- Так я ведь его тоже не видела, - нетерпеливо перебила Таппенс. - Почему именно Ватерлоо?
What were you doing there?"	Что вы там делали?
"He gave me a call.	- Ну, он мне позвонил.
Over the phone.	По телефону.
Told me to get a move on, and hustle.	Сказал, чтобы я поторопился.
Said he was trailing two crooks."	Сказал, что выслеживает двух мошенников.
"Oh!" said Tuppence, her eyes opening. "I see.	- А-а! - воскликнула Таппенс, широко открывая глаза. - Ясно.
Go on."	А дальше что?
"I hurried along right away.	- Ну, я сразу кинулся туда.
Beresford was there.	Бересфорд меня ждал и указал, за кем следить.
He pointed out the crooks.	Мне предназначался высокий.
The big one was mine, the guy you bluffed.	Ну, тот, которого вы надули.
Tommy shoved a ticket into my hand and told me to get aboard the cars.	Томми сунул мне в руку билет и велел быстрей садиться.
He was going to sleuth the other crook." Julius paused. "I thought for sure you'd know all this."	Сам он собирался отслеживать второго. - Джулиус помолчал. - Но я думал, вам это все известно.
"Julius," said Tuppence firmly, "stop walking up and down. It makes me giddy.	- Джулиус, перестаньте метаться, - сурово изрекла Таппенс. - У меня из-за вас голова кружится.
Sit down in that armchair, and tell me the whole story with as few fancy turns of speech as possible."	Сядьте вот в это кресло и расскажите все по порядку. И поменьше отступлений.
Mr. Hersheimmer obeyed. "Sure," he said. "Where shall I begin?"	- Ладно, - послушно сказал мистер Херсхейммер. -С чего начать?
"Where you left off.	- С того, чем кончили.
At Waterloo."	С Ватерлоо.
"Well," began Julius, "I got into one of your dear old-fashioned first-class British compartments. The train was just off.	- Ну, залез я в замечательное старомодное английское купе, - начал Джулиус. - Поезд тут же тронулся.
First thing I knew a guard came along and informed me mighty politely that I wasn't in a smoking-carriage.	Не успел я оглянуться, как ко мне подкатывается проводник и вежливенько так говорит, что это вагон для некурящих.
I handed him out half a dollar, and that settled that.	Я сунул ему полдоллара, и все уладилось.
I did a bit of prospecting along the corridor to the next coach. Whittington was there right enough.	Двинулся я по коридору в следующий вагон, а он как раз там.
When I saw the skunk, with his big sleek fat face, and thought of poor little Jane in his clutches, I felt real mad that I hadn't got a gun with me.	Посмотрел я на этого вонючку Виттингтона, на его лоснящуюся рожу, вспомнил, что у него в когтях бедняжка Джейн, и аж зубами заскрипел, оттого, что не прихватил с собой револьвер.
I'd have tickled him up some.	Я бы его пощекотал!

"We got to Bournemouth all right.	Мы благополучненько прибыли в Борнемут.
Whittington took a cab and gave the name of an hotel.	Виттингтон взял такси и назвал отель.
I did likewise, and we drove up within three minutes of each other.	Я тоже взял такси и подъехал к отелю сразу за ним.
He hired a room, and I hired one too.	Он снял номер, и я снял номер.
So far it was all plain sailing.	Пока все шло гладко.
He hadn't the remotest notion that anyone was on to him.	Ему и в голову не приходило, что за ним следят.
Well, he just sat around in the hotel lounge, reading the papers and so on, till it was time for dinner.	Ну, он уселся в вестибюле, читал газеты, глазел по сторонам, пока не подошло время обеда.
He didn't hurry any over that either. "I began to think that there was nothing doing, that he'd just come on the trip for his health, but I remembered that he hadn't changed for dinner, though it was by way of being a slap-up hotel, so it seemed likely enough that he'd be going out on his real business afterwards.	Обедал он тоже не торопясь, и я уж начал думать, что зря сюда притащился, что он просто приехал отдохнуть. Но тут я сообразил, что к обеду он не переоделся, хотя отель этот из самых шикарных. Стало быть, после обеда он собирался заняться делом.
"Sure enough, about nine o'clock, so he did. Took a car across the town-mighty pretty place by the way, I guess I'll take Jane there for a spell when I find her-and then paid it off and struck out along those pine-woods on the top of the cliff.	Ну, и действительно: часов около девяти он взял такси и покатил через весь город - красивый, между прочим, городок! Я, пожалуй, свожу туда Джейн, когда отыщу ее. Уже на самой окраине он заплатил шоферу и пошел через сосновый лес над обрывом.
I was there too, you understand.	Естественно, я от него не отставал.
We walked, maybe, for half an hour.	Брели мы с ним эдак с полчаса.
There's a lot of villas all the way along, but by degrees they seemed to get more and more thinned out, and in the end we got to one that seemed the last of the bunch.	Сначала мимо разных вилл, но потом виллы стали попадаться все реже и, наконец, добрались вроде бы до последней.
Big house it was, with a lot of piny grounds around it.	Большой, надо сказать, домище, и вокруг сосны.
"It was a pretty black night, and the carriage drive up to the house was dark as pitch.	Вечер выдался темный, хоть глаз выколи.
I could hear him ahead, though I couldn't see him.	Я слышал, как он шлепает впереди по дорожке, ведущей к дому, но самого его уже не видел.
I had to walk carefully in case he might get on to it that he was being followed.	Шел я очень осторожно, чтобы он не догадался, что его выследили.
I turned a curve and I was just in time to see him ring the bell and get admitted to the house.	Тут дорожка повернула, и уже возле самого дома я успел увидеть, как он позвонил и ему открыли.
I just stopped where I was.	А я остался где стоял.
It was beginning to rain, and I was soon pretty near soaked through.	Тут пошел дождь, и скоро я промок до костей.
Also, it was almighty cold.	Да еще холодно было, просто жуть.
"Whittington didn't come out again, and by and by I got kind of restive, and began to mouch around.	Виттингтон все не выходил, и я решил побродить вокруг, оглядеться.

All the ground floor windows were shuttered tight, but upstairs, on the first floor (it was a two-storied house) I noticed a window with a light burning and the curtains not drawn.	Нижние ставни были плотно закрыты, но на втором этаже - вилла двухэтажная - я увидел освещенное окно. Причем с незадернутыми шторами.
"Now, just opposite to that window, there was a tree growing.	А как раз напротив окна, шагах в двадцати, росло дерево.
It was about thirty foot away from the house, maybe, and I sort of got it into my head that, if I climbed up that tree, I'd very likely be able to see into that room. Of course, I knew there was no reason why Whittington should be in that room rather than in any other-less reason, in fact, for the betting would be on his being in one of the reception-rooms downstairs.	Ну, я и решил, что надо бы на него забраться. Посмотреть, что там в этой комнате. Конечно, я и не надеялся увидеть Виттингтона. Уж скорее, подумалось тогда мне, он внизу - в одной из парадных комнат.
But I guess I'd got the hump from standing so long in the rain, and anything seemed better than going on doing nothing.	Только мне жуть как обрыдло без толку торчать под дождем.
So I started up.	Вот я и полез на это самое дерево.
"It wasn't so easy, by a long chalk!	Намучился я порядком.
The rain had made the boughs mighty slippery, and it was all I could do to keep a foothold, but bit by bit I managed it, until at last there I was level with the window.	Ствол и сучья от дождя скользкие, того гляди, сорвешься. Но потихонечку-полегонечку дополз до уровня окна.
"But then I was disappointed.	И что вы думаете!
I was too far to the left. I could only see sideways into the room. A bit of curtain, and a yard of wallpaper was all I could command.	Окно оказалось немного правее ствола, так что в комнату заглянуть я никак не мог и видел только край занавески да примерно ярд стены, оклеенной обоями.
Well, that wasn't any manner of good to me, but just as I was going to give it up, and climb down ignominiously, some one inside moved and threw his shadow on my little bit of wall-and, by gum, it was Whittington!	Ну, думаю, какого черта мне тут торчать, и уже собрался спуститься вниз, как вдруг вижу - на этот самый кусочек стены упала тень. Тень Виттингтона, чтоб мне пусто было!
"After that, my blood was up.	Тут уж меня охватил азарт.
I'd just got to get a look into that room.	Ну, думаю, будь что будет, а я в эту комнату загляну!
It was up to me to figure out how.	Оставалось только придумать как.
I noticed that there was a long branch running out from the tree in the right direction.	В сторону окна отходил толстый сук.
If I could only swarm about half-way along it, the proposition would be solved.	Если бы добраться до его середины, я наверняка смог бы заглянуть в это самое окно.
But it was mighty uncertain whether it would bear my weight.	Я все прикидывал, выдержит ли он мой вес.
I decided I'd just got to risk that, and I started.	В конце концов решил проверить это на опыте и пополз к середине.
Very cautiously, inch by inch, I crawled along.	Медленно-медленно.

The bough creaked and swayed in a nasty fashion, and it didn't do to think of the drop below, but at last I got safely to where I wanted to be.	Проклятый сук потрескивал и раскачивался. Я старался не думать о том, сколько метров мне придется пролететь до земли. В общем дополз до нужного места.
"The room was medium-sized, furnished in a kind of bare hygienic way. There was a table with a lamp on it in the middle of the room, and sitting at that table, facing towards me, was Whittington right enough. He was talking to a woman dressed as a hospital nurse.	Комната оказалась небольшая, обставленная, что называется, по-спартански - посередине стол с лампой, а за столом лицом ко мне Виттингтон, сидит и разговаривает с женщиной, одетой в форму медицинской сестры.
She was sitting with her back to me, so I couldn't see her face.	Она сидела ко мне спиной, и ее лица я не видел.
Although the blinds were up, the window itself was shut, so I couldn't catch a word of what they said. Whittington seemed to be doing all the talking, and the nurse just listened.	Окно было закрыто, и я не слышал ни звука, но вроде бы говорил один Виттингтон, а она его только слушала.
Now and then she nodded, and sometimes she'd shake her head, as though she were answering questions.	Иногда кивала, иногда покачивала головой, словно отвечая на вопрос.
He seemed very emphatic-once or twice he beat with his fist on the table.	Он вроде бы на чем-то настаивал: раза два стукнул кулаком по столу.
The rain had stopped now, and the sky was clearing in that sudden way it does.	Дождь тем временем перестал, и небо сразу прояснилось, так часто бывает.
"Presently, he seemed to get to the end of what he was saying. He got up, and so did she.	Ну, он вроде бы выговорился и встал. Она тоже.
He looked towards the window and asked something-I guess it was whether it was raining.	Он взглянул на окно и что-то спросил - про дождь, наверное.
Anyway, she came right across and looked out. Just then the moon came out from behind the clouds.	Во всяком случае, она подошла к окну и выглянула наружу, а тут, как назло, из-за тучи выплыла луна.
I was scared the woman would catch sight of me, for I was full in the moonlight. I tried to move back a bit.	Я перепугался - луна была яркая и хорошо освещала дерево - и попытался отползти назад.
The jerk I gave was too much for that rotten old branch. With an almighty crash, down it came, and Julius P. Hersheimmer with it!"	Но подлый сук не выдержал, затрещал и рухнул вниз - вместе с Джулиусом П. Херсхейммером.
"Oh, Julius," breathed Tuppence, "how exciting!	- Джулиус! - выдохнула Таппенс. - Потрясающе!
Go on."	А дальше?
"Well, luckily for me, I pitched down into a good soft bed of earth-but it put me out of action for the time, sure enough.	- Мне еще повезло: я приземлился на мягкую клумбу, однако на время дух у меня отшибло.
The next thing I knew, I was lying in bed with a hospital nurse (not Whittington's one) on one side of me, and a little black-bearded man with gold glasses, and medical man written all over him, on the other.	Очнулся - и вижу, что лежу в кровати, с одной стороны стоит сестра (не та, что была с Виттингтоном, а другая), напротив -чернобородый человечек в золотых очках; сразу видно, что врач.
He rubbed his hands together, and raised his eyebrows as I stared at him.	Увидев, что я смотрю на него, он потер ладони и, подняв брови, сказал: