Настоящее - Прошлое - ... (СИ)

Федор молча смотрел изо всех сил пытаясь понять, что именно я хочу сказать:

- Я не хочу этого ребенка. – Произнести вслух эти слова, было намного труднее и болезненнее, чем казалось. На глазах появились слезы. – Я не хочу рано или поздно услышать – лучше бы ты аборт сделала, чем меня рожала. А это непременно случится, ведь ничего достойного я не могу предложить малышу.

Федор молча продолжал смотреть с безграничной жалостью и неким пониманием в глазах, а я продолжала. Мне нужно было выговориться, так, говорят, легче станет:

- Не смотри так на меня. Меня не нужно жалеть. Сама виновата. Я безответственно поступила со своей жизнью, как я могу отвечать за чью-то? Я в себе разобраться не могу, как я смогу воспитать человека? Ответ прост – никак. Да что там, я не хочу оправдывать свои действия. Я не хочу искать больше причин того, почему я решила так, а не иначе. Я ничего не хочу больше решать и обдумывать. Я уже все решила. Я не хочу этого ребенка. Я хочу вернуть назад свою жизнь. Вернусь к родителям. Поступлю на подготовительные курсы. В следующем году поступлю в универ. Потом хорошая работа. Семья.

Именно так я видела свое будущее, из которого я решила вычеркнуть прошлое.

* * * * *

В нашем маленьком городке лишь три врача, которые могут привести в исполнение принятое мной решение об избавлении от ребенка – мой отец, Борис и еще один товарищ папы. Любой из них точно не вариант, поэтому Федор отвез меня в город побольше, в сотнях километров от нашего.

Заплатив определенную сумму денег, я без излишних вопросов и нравоучений достигла своей цели.

Мысленно я представляла, что это поход к стоматологу так же страшно и неприятно. Вот только ноющая боль внизу живота, по завершению сеанса, настойчиво напоминала о том, что это не зубы:

- Все нормально?

Федя нервно расхаживая по улице в зад-перед, упиваясь никотином, испуганно подбежал ко мне, едва увидел на выходе из больницы:

- Да.

«Нормально», как может быть «нормально» после того, что я только что сделала? Я едва сдерживала себя от истерики и выброса негатива на ни в чем неповинного Федора.

Мне было дурно. Как ни странно, но мне было плохо физически, а душевно, я испытывала некое облегчение, что безумно меня пугало. Я избавилась от Васи, Пети, Марины или Кати, от чего мне должно быть хоть немного не по себе, но мне было – хорошо. Если бы не безумная боль внизу живота, я бы вообще чувствовала себя замечательно, как бы странно это не звучало. Страшно осознавать, но я нисколько не жалела о сделанном, а была целиком и полностью уверена в правильности своего поступка.

Благополучно добравшись домой, я уже на следующий день, впервые за несколько недель мучительных раздумий, обрела душевный покой и равновесия. Впервые за несколько месяцев я вновь стала задумываться о будущем, а не жить одним днем. Впервые за все годы своей жизни, я почувствовала себя по-настоящему взрослой и готовой ежедневно принимать «взрослые» решения.

Уволившись с работы, я задержалась на съемной квартире еще на недельку, чтобы прийти в себя и восстановить силы для грядущих перемен.

Одобрив мой аборт, и не совсем одобрив переезд к родителям, Тома не лезла ко мне в душу. Она, как обычно, жила своей жизнью. Лишь однажды, сразу после моего возвращения из больницы, Тамара обмолвилась о том, что я все сделала правильно. Сейчас-же казалось, что с того времени прошла целая вечность, а может и вовсе ничего не было.

- Шуруп, а ты когда уже выедешь? – Тома неуверенно задала мучивший ее вопрос.

- А что, я тебе уже надоела?

- Нет, что ты. Просто ко мне должен Тимур переехать, мне нужно знать на когда рассчитывать?

Со всеми своими проблемами я совершенно не замечала всего, что происходило не в моем мире:

- А что, у вас все настолько серьезно?

- Да. – Две эти буквы били просто переполнены гордостью. – Вообще-то, мы с ним уже три месяца вместе, так что следующий шаг, вполне логичен.

Да-а-а, для моей Тамары три месяца это действительно – срок. Это нормальные люди прежде чем начать жить вместе должны хотя-бы полгода (это самый минимум) повстречаться, но Тома никогда не относилась к «нормальным». С учетом того, что самый длительный ее роман длился две недели – три месяца это все равно, что десять лет:

- Прими мои искренние поздравления, я уже завтра покину ваше гнездышко.

- Спасибо! Шуруп, ты у меня самая лучшая! – Подруга набросилась на меня с благодарными объятиями. – Подожди, а тебе хоть есть куда идти?

- Да. Я родителям сказала еще пару дней назад о своих планах. Они безумно обрадовались.

- Еще бы – их «заучка» возвращается.

- Не стоит так пренебрежительно произносить это слово. Лучше уж быть «заучкой», чем матерью-одиночкой.

- Извини. – Тома виновато прятала глаза. – Тогда я пойду, обрадую Тимура?

- Иди. Я тем временем вещи соберу.

- Может, мы завтра тебя завезем? – подруга явно хотела побыстрее избавиться от моего присутствия.

- Спасибо, но меня доставит домой Федя.

- Ну, смотри, как знаешь.

Тома удалилась, а я занялась пакованием немногочисленного багажа.

- Привет.

- Привет.

- Ну что, готова?

- А как-же.

С самого утра на пороге моей будущей «бывшей» квартиры появился мой рыцарь – Федор. Именно он стал спасательным кругом в моей жизни. В то время как мне было тяжело, и я неуверенно решалась на серьезные шаги в жизни, именно он поддерживал меня и не дал пасть духом.

Тома, не смотря на высокое звание моей «лучшей подруги» была занята своей жизнью. Она никогда не была постоянной, и находиться в состоянии «жилетки» более чем несколько минут не могла. У нее впервые в жизни было все стабильно в личных отношениях. Я никогда не слышала от Томки так часто столько нежных и восторженных слов о мужчинах, как в этот период ее жизни. Она была в восторге от Тимура, который любил себя (соответственно отлично выглядел), был сыном не бедных родителей (соответственно считался мажором и не считал денег), трахался лучше всех (соответственно заняла первое место на возведенном Томой пьедестале) и жил по тем же принципам, что и Тамара. Все в ее жизни было просто идеально, а брать мои проблемы близко к сердцу, было не в ее правилах.

В связи со всем этим, моей опорой и «жилеткой» стал Федор. Тихий, спокойный, безотказный, понимающий и принимающий мои проблемы, как свои. Между дружбой с Дроном и мной, он выбрал второе.

Как только он узнал, что я беременна и что его другу нет до этого дела, Дрон прекратил быть его другом.

- Почему это девушка, намного младше него, должна оставаться с проблемой один на один, в которой виноваты оба?

Это был ответ на мой вопрос по поводу их дружбы. Больше мы к нему не возвращались.

Федор практически каждый день навещал меня преподнося разнообразные презенты – фрукты, шоколад, мягкие игрушки. Вечерами мы прогуливались вдоль злощастного озера, а днем наслаждались просмотром комедий, которые, по мнению Феди, должны были затмить мои грустные мысли. Он ежедневно выгуливал меня, старательно уводя как можно дальше от грустных мыслей. Он делал все возможное и невозможное, чтобы я не расклеилась. Да что там, он даже отвез меня в другой город за «избавлением». Теперь он – стал моим лучшим другом.

Загрузив весь мой багаж в машину, мы расселись по своим местам:

- Саш, ты не будешь возражать, против нашего дальнейшего общения? – тронувшись с места Федор нарушил молчание.

- А ты что, хотел прекратить со мной общаться? – я откровенно не поняла его вопрос.

- Нет. Просто ты решила изменить свою жизнь. Отречься от недавнего прошлого. Забыть все, и начать новою жизнь, – Федя нервно сглотнул. – А ведь в этом «недавнем прошлом» мы с тобой и познакомились. Я ведь тоже часть этого прошлого.

На его лице я легко прочла страх, который незамедлительно вызвал у меня улыбку и благодарность:

- Федь, ну вот о чем ты сейчас? Тебе, как никому известно, от какого прошлого я хочу отказаться и что я хочу позабыть. Ты, самое чудесное, что со мной в этом прошлом произошло. Я дорожу нашей дружбой и ни в коем случае не хочу тебя потерять.

Лицо парня расплылось в улыбке:

- Правда?

- Правда.

С этого эпизода начался новый этап моей жизни.

* * * * *

Я жила соответственно намеченному плану, и все мне удавалось.

Учеба была на первом месте, благодаря чему я все-же поступила в университет. Подработка официантом в прошедшем году помогла сделать выбор ВУЗа – «Институт гостинично-ресторанного бизнеса». Мне пришлось долго отстаивать свое желания и убеждать отца, который видел меня только врачом, в том, что медицина это не мое. В конечном итоге он сдался, и я стала студентом желанного учебного заведения.

Я двигалась уверенно – видя цель, не видя препятствий, в заданном направлении. Досуг весело проводила с Федором, который все время был рядом. Иногда встречалась с Томой, которая отдалилась от меня еще больше, посвящая все свое время будущему мужу – Тимуру:

- А что, я уже вдоволь нагулялась за свои восемнадцать, да и более лучшего кандидата на роль моего мужа мне точно не найти. Мы любим друг друга и нет смысла оттягивать неизбежное.

Восемнадцать, а она уже нагулялась. Звучит как-то глупо, но с другой стороны – смотря с какого возраста начать гулять?

- Ты права, как никогда. Главное, чтобы вы были счастливы.

Я поддерживала подругу совершенно искренне, ведь Тимур единственный кто смог ее покорить и подчинить себе целиком и полностью. Это, наверное, и есть – любовь:

- Мы уже счастливы!

Отгуляв пышную свадьбу двух любящих сердец в лице Тимура и Тамары, я невольно задумалась о своем белом платье, сотне приглашенных гостей и любящем муже, но это был лишь миг:

- А они действительно красивая пара. Хотя странно, притягиваются ведь противоположности, как многие утверждают, а они идентичны, – я просто констатировала факт.

- Не совсем. По крайней мере одно неоспоримое отличие у них все же есть.

- Это какое?

Федя взглядом указал на половые принадлежности.

- Федор, ну ты и пошляк! А я ведь серьезно. – Мой голос и мое выражение лица были тому подтверждением. – Они так счастливы. Скажи мне кто пару лет назад, что эта рыжеволосая бестия станет примерной супругой – в жизни не поверила бы в такой бред. А сейчас…

На языке крутилось – Это я должна быть на ее месте, ведь это я «примераная», но произнести вслух такое, я не решилась.

- Люди меняются.

- Возможно, но Тома не изменилась. Она все такая-же взбалмошная, веселая и жизнерадостная девчонка, только с кольцом на безымянном пальце и искренней любовью в сердце… – Я радовалась за подругу, но мне от чего-то было грустно. – Она счастливая.

- Ты так говоришь, словно хочешь сказать, что сама очень несчастна.

- Нет, ничего подобного я сказать не хочу. Просто у нее есть Тимур, а у меня…

- А у тебя есть я.

- Но это другое.

- Я бы так не сказал.

Впервые за все время моего общения с Федором я взглянула на него по-другому. Я словно услышала признание, искреннее и прекрасное, которое заставило меня раскрыть глаза:

- А как бы ты сказал?

Покинув шумный ресторан, мы пешком прогуливались по ночному городу. Остановившись просто посреди, практически безлюдной улицы, я смотрела в серые, честные и преданные глаза. Мое сердце учащенно застучало. Я чувствовала, что сейчас будет сказано, или сделано то, что в очередной раз направит мою жизнь в новое русло.

- Я ведь люблю тебя ничуть не меньше, а может и больше, чем Тимур – Тамару.

Мое сердце меня не подвело. Впервые в своей жизни, я услышала подобное признание. Я смотрела на Федю, не веря своим ушам, но вполне доверяя той искренности и откровенности, с которой было произнесено каждое слово.

Милый, добрый, заботливый, обходительный, преданный, ласковый, родной… Я могу долго перечислять все достоинства Федора, но в нем не будет слова – любимый.

Не зная, что ответить и как себя вести, чтобы не обидеть его чувства, я, повернувшись к нему спиной, просто сделала шаг вперед. Потом еще один и еще. Я молча удалялась.

- Саш, остановись. Пожалуйста.

Эти слова были сопоставимы выстрелу в спину. Я замерла.

Федор подошел практически вплотную. Я чувствовала его дыхание на своей шее:

- Саша, я хочу признаться тебе во всем.

- Может, не стоит.

Сказать, что мне было страшно – ничего не сказать. Федор – единственный дорогой человек в моей жизни и потерять еще и его, мне никак не хотелось, но ответить взаимностью я точно не смогу.

- Стоит. Я люблю тебя с той самой первой минуты, как увидел. Симпатичная, робкая, стеснительная, прекрасная брюнетка, навсегда покорила мое сердце. Ты воплощала в себе все то, что я ценил и любил в девушках. Ты до сих пор, не смотря ни на что, остаешься такой. Я люблю в тебе все. Я люблю тебя. Знаю, ты не испытываешь ко мне ничего подобного, но я не тороплю тебя, просто мне хочется, чтобы ты знала о моих чувствах.

Я слушала его признания с замиранием сердца. Как мне хотелось ответить взаимностью. Как хотелось прокричать, что я его тоже люблю, но этого не произошло:

- Федь… Федь, ты пойми… – не зная что сказать, я мучительно искала слова. – Я благодарна тебе за все. Я ценю твое признание и откровенность, но я не могу ответить тебе тем же. Нет, я буду откровенна с тобой, но ты не услышишь от меня то, на что заслуживаешь. Я тебя люблю… но… я люблю тебя как самого дорогого человека в моей жизни. Как друга, брата, но не как мужчину. – Только сейчас я решилась повернуться лицом к Феде. – Прости.

Наши взгляды встретились. У обоих в глазах застыли слезы. Это было безмолвие, которое говорило красочнее всех слов.

Он притянул меня к себе и крепко обнял:

- Самый дорогой человек в твоей жизни, это тоже не плохо.

Он улыбался. Глядя на него мне тоже захотелось улыбнуться в ответ. Слезы испарились.

Мы молча подошли к моему дому. Молча попрощались. Молча разошлись.