Помоги проекту - поделись книгой:
Через трое суток после нападения супруги Сэндфорд сделали открытие, которому не смогли подыскать рационального объяснения. Наводя порядок в вещах, они среди постельных принадлежностей обнаружили вещь, которая никак не могла им принадлежать. Это были колготки телесного цвета, в промежности которых было проделано небольшое отверстие, а в районе колена одной из половин завязан узел. Дженнифер была уверена, что колготки не могли принадлежать ей или дочерям, что заставляло предполагать связь этой вещи с насильником. Эта догадка представлялась тем более вероятной, что преступник открывал тумбу с постельными принадлежностями и выбрасывал из неё некоторые вещи. Однако какую цель он преследовал, пряча колготки, понять не представлялось возможным. Скорее всего, подброшенная вещь призвана была стать своего рода фальшивой уликой, на изучение которой криминалистам пришлось бы затратить время и силы. Может быть, расчёт преступника был иной: обнаружение хорошо замаскированной вещи должно было подтолкнуть полицию к полномасштабному обыску всего дома, что также отвлекло бы силы полиции, до некоторой степени задержало расследование и доставило бы массу неудобств семье Сэндфорд. Однако полицейские во время осмотра места преступления колготок не отыскали и можно сказать, что замысел преступника себя не оправдал.
Пока полиция отрабатывала всевозможные зацепки, Сэндфорды столкнулись с необъяснимыми и прежде небывалыми странностями. Днём 7, 8 и 9 сентября в их доме звонил телефон, но голоса звонившего не было слышно (возможно, тот попросту молчал). Дженнифер сообщила о странных звонках детективам, занятых расследованием нападения, но её слова интереса не вызвали. Начиная с 10 сентября, во время телефонных разговоров стали раздаваться отчётливые щелчки и в трубке стал появляться специфический «объёмный» фон, как будто где-то поднималась трубка параллельного аппарата. Дженнифер снова связалась с детективами и уточнила у них, ведёт ли полиция прослушивание домашней телефонной линии или происходит что-то иное? Полицейские заверили женщину, что полиция сейчас не занимается «прослушкой» домашнего телефона Сэндфордов. И пояснили, что если решение о прослушивании будет принято, то Дженнифер обязательно об этом узнает.
Странности, однако, не только не прекратились, но приняли прямо-таки гротескный вид. Во время разговора Дженнифер с матерью 11 сентября соединение было разорвано. Некоторое время Дженнифер не могла дозвониться даже на телефонную станцию. Когда ей это удалось, дежурный техник проверил линию и заверил, что та исправна. Женщина, однако, оставила заявку на вызов мастера на дом.
На следующий день в дом Сэндфордов не смогли дозвониться уже детективы, занятые расследованием. Теперь-то полицейские заподозрили, что в жалобах Дженнифер, возможно, содержалось здравое зерно. Один из детективов позвонили на телефонную станцию, представился и осведомился о состоянии телефонной линии Сэндфордов. Дежурный техник опять проверил линию и заверил, что обрыва нет, сигнал проходит штатно и, возможно, попросту неисправен оконечный аппарат. Встревоженные полицейские отправились в дом Сэндфордов, дабы удостовериться, что там всё в порядке.
Во время их разговора с Дженнифер зазвонил телефон, хозяйка дома подняла трубку и выслушала сообщение некоего молодого человека, который представился сотрудником телефонной компании и заверил её, что он проверил линию, устранил неисправность и теперь всё будет в порядке. Находившийся рядом детектив, разговаривавший совсем недавно с представителем телефонной компании, сообразил, что происходит нечто странное. Выхватив трубку из рук Дженнифер, он потребовал от звонившего, чтобы тот повторил всё то, что только сказал женщине. «Техник» на другом конце провода моментально повесил трубку.
Казалось очевидным, что работник телефонной компании так себя вести не мог. Полицейским, наконец-то, стало ясно, что семья Дженнифер либо стала объектом какого-то розыгрыша, что казалось маловероятным ввиду полной бессмысленности, либо… налицо попытка насильника манипулировать жертвами. Можно было гадать, какие именно цели преследовал преступник (строго говоря, цели эти могли быть весьма разными), но определенная логика в подобном поведении насильника присутствовала. Поэтому такое предположение казалось вполне достоверным.
Полицейские озаботились организацией прослушивания телефонной линии Сэндфордов. За несколько часов у окружного судьи был получен соответствующий ордер и уже 13 сентября началась запись всех телефонных разговоров и определение номеров входящих звонков. Полицейские надеялись, что насильник предпримет попытку вступить в контакт с жертвами либо явно раскрыв себя, либо опосредованно, используя благовидный предлог в качестве «легенды».
К сожалению, расчётам этим не суждено было оправдаться. Преступник более не позвонил, и все странности в работе телефонного аппарата прекратились.
Досадно, что полицейские на протяжении нескольких дней игнорировали заявления Дженнифер, в результате чего упустили время. Если бы детективы совместно с телефонистами стали действовать 8 или 9 сентября, вполне возможно, что им удалось бы выяснить географическую локализацию места подключения к телефонной сети и при некотором везении даже задержать преступника.
Но, увы! Мы в очередной раз, причём, далеко не последний, вынуждены прибегнуть к сослагательному наклонению…
К последней декаде сентября расследование в Стоктоне застопорилось. Та информация, что поддавалась проверке, надлежащим образом была изучена, приток же новых сведений, способных представить интерес, прекратился. На этом закончился сентябрь 1977 г.
А в ночь на 1 октября произошло новое нападение.
Для Маргариты Лопес (Margarita Lopez) и Харви Весткотта (Harvey Wescott) конец сентября оказался связан с целой чередой в высшей степени неприятных испытаний. Отношения молодых людей — Маргарите шёл всего лишь 18-й год, а Харви в июле исполнился 21 — неотвратимо катились под откос. Во-первых, Весткотт являлся членом байкерской банды, что в калифорнийских реалиях того времени означало косвенную или непосредственную причастность к очень широкому кругу правонарушений — от торговли наркотиками и оружием, до сутенёрства. Немногим ранее он чудом выскочил из лап правосудия, заключив сделку со следствием. Взамен на отказ прокурора выдвигать против него обвинения, Харви согласился свидетельствовать в суде. Маленькая сделка с прокурором породила большие проблемы в его отношениях с друзьями, товарищами, собутыльниками и просто врагами. Во-вторых, Маргарита забеременела от Харви и 28 сентября сделала аборт. На аборт она решилась по весьма серьёзной причине, связанной напрямую с поведением Харви. Дело заключалось в том, что Лопес работала горничной в мотеле и периодически выходила на работу в ночные смены. В одну из таких ночей находчивый Харви изменил ей с проституткой, из числа тех, кого «крышевала» его банда. Причём, он не просто занялся с ней сексом — Харви привёл социально безответственную женщину в дом, точнее, дуплекс, который они снимали совместно с Маргаритой. Решил, видимо, воспользоваться моментом в отсутствие любимой. Энергичный секс под виски с кокаином закончился богатырским сном, и поутру Маргарита застукала голубков в собственной кровати. Так что её решение сделать аборт выглядит в подобной ситуации более чем оправданным.
Последние дни сентября прошли в постоянных склоках молодых людей. Маргарита плохо перенесла аборт, чувствовала себя очень скверно и постоянно срывалась на незадачливого любовника. Харви пытался загладить вину, но это получалось у него не очень хорошо. Вечером 30 сентября Маргарита заявила, что не хочет возвращаться в их общий дуплекс и останется ночевать у родителей. Весткотт отвёз её к ним, но затем всё же уговорил вернуться в арендуемое жильё. Примерно за полчаса до полуночи они вошли в дом на Таоламн-драйв (Tuolumne drive), на самом стыке Сакраменто и Ранчо Кордова. Как было сказано, это был дуплекс, т.е. отдельно стоящее здание с двумя квартирами, имеющими отдельные входы.
Расстояние от дома, занимаемого Лопес и Весткоттом, до Пасео-драйв, района наибольшей активности Гиены, составляло менее 4 км. Сразу по приезду молодые люди легли спать, предварительно проверив окна и двери. Харви всё время оставался бдителен — у изголовья он поставил заряженный дробовик, а под матрас засунул револьвер. Рядом, на расстоянии вытянутой руки, он положил джинсы, в кармане которых находился нож.
Карта центральной части штата Калифорния, позволяющая получить представление о взаимном расположении мест нападений насильника из восточного Сакраменто по состоянию на начало октября 1977 г. Условные обозначения: точки А, В, С, D и E — места локализации на небольшой площади ранних нападений (А — эпизоды №№1, 3, 6, 8 и 15 в Ранчо Кордова; В — эпизоды №№2, 7, 21 в Кармайкле; С — эпизоды №№4, 13, 17 в Цитрус-Хайтс, D — эпизоды №№11 и 18 у восточной границы г. Сакраменто; E — эпизоды №№16 и 19 в Оранджвэйле); точка «22» — место нападения 22 мая 1977 г в южном Сакраменто (последнее преступление перед летним перерывом); точка «23» — место нападения в ночь на 6 сентября 1977 г в Стоктоне; точка «24» — место нападения в ночь на 1 октября 1977 г в дуплексе на Таоламн-драйв в Ранчо-Кордова. Последнее нападение совершено в самом эпицентре активности серийного насильника, даже удивительно, как ему в очередной раз удалось реализовать свой весьма рисковый замысел!
Здесь в спальне, рядом с молодыми людьми, улёгся на свой топчан и 7-месячный питбуль, который, по замыслу Харви, должен был вырасти в бойцового пса. Паранойю энергичного байкера подпитывал не только и не столько страх Гиены, сколько изрядно подпорченные отношения с друзьями и врагами.
Итак, молодые люди легли спать в 23:30 или чуть позже. А в час ночи их разбудил бивший в глаза яркий свет фонаря. В дверях спальни стоял мужчина, сжимавший в правой руке пистолет, а в левой — ручной фонарик. Неизвестный держал руки так, что пистолет попадал в луч света, тем самым он сразу дал понять, что вооружен и шутить не намерен. Невнятным шёпотом он сказал, что ему известно, будто у Весткотта есть наркотики, и он намерен их забрать. Поскольку Харви попытался что-то ответить, неизвестный приказал ему замолчать и вновь повторил, что хочет забрать деньги и наркотики.
Тут проснулся щенок питбуля, который принялся негромко рычать, однако, ни нападать на незнакомца, ни лаять не стал. Это было очень странным, поскольку щенок был резвым, активным и шумным. Злоумышленник на собаку не обратил ни малейшего внимания — он некоторое время стоял в дверях, видимо, оценивая реакцию Харви. Убедившись, что тот не пытается схватить дробовик, стоящий у кровати, мужчина почувствовал себя как будто бы увереннее. Он приказал Весткотту перевернуться на живот, а когда тот подчинился, бросил на одеяло шнурок, потребовав, чтобы Маргарита связала руки своего любовника. После того, как она закончила, злоумышленник проверил крепость пут и остался, видимо, доволен. Он связал руки Маргариты, а затем ноги молодых людей, в точности повторив присущий Гиене алгоритм.
Во время связывания мужчина в маске склонялся над лежавшими в кровати жертвами, и они чувствовали очень неприятный запах, исходивший от его тела.
Весткотт пытался вступить в разговор с неизвестным, но последний его моментально остановил, приставив пистолет к голове.
Покончив со связыванием, мужчина с фонариком стал прохаживаться по спальне, открывая мебель. Когда он приблизился к питбулю, последний отбежал от него и запрыгнул на кровать, словно в поисках защиты хозяев. Активная и энергичная в другой обстановке собака вела себя как какая-то жалкая дворняга. Весткотт в ярости принялся ругать щенка и заявил, что пристрелит его, как только освободится. Злоумышленник оставался всё это время совершенно спокоен, но в какой-то момент болтовня Харви ему надоела, он повторно приставил к его голове пистолет и приказал заткнуться. После этого он, не говоря ни слова, схватил щенка за загривок и отнёс в уборную, где и запер. Собака лишь жалобно заскулила. Харви и Маргарита были потрясены поведением собаки. Если бы щенок залаял, то соседи по дуплексу, скорее всего, услышали бы лай и встревожились, однако, молчание собаки фактически развязало злоумышленнику руки.
Избавившись от щенка, неизвестный вернулся в спальню, поднял с кровати Маргариту и вывел её в соседнюю комнату, где принудил лечь на диван. Женщина попыталась сказать ему, что два дня назад ей сделали аборт, она потеряла много крови и очень плохо себя чувствует, но неизвестный приставил ей пистолет к голове и велел молчать. Он вытащил из кармана своего кожаного пиджака полотенце, взятое в ванной комнате, и завязал им глаза Лопес.
Оставив её на диване, злоумышленник сходил на кухню и вернулся оттуда с подносом и солонкой. Их он поставил на спину Харви. Последний, однако, сумел повернуться таким образом, что поднос с солонкой беззвучно сдвинулся со спины на одеяло. Если бы молодой человек не поторопился, то события могли бы приобрести совершенно иную направленность и иметь иной исход, однако, Харви проделал свой фокус в то время, когда преступник ещё не вышел из спальни. Тот заметил, что Весткотт избавился от поставленного сверху груза и разъярился не на шутку. Он снова приставил пистолет к голове Харви и заверил, что в случае повторения такой проделки убьёт его без раздумий и что это точно не шутка. После чего водрузил поднос и солонку обратно на спину связанной жертве.
Затем преступник переместился в гостиную. Встав возле дивана, он принялся возбуждать себя рукой, выдавливая питательный крем из бутылочки. Маргарита слышала специфический звук, так что не составляла большого труда догадаться, чем именно занят мужчина в маске. Через минуту или две неизвестный приставил к горлу жертвы нож и велел «поработать руками», пригрозив моментально убить, если ему сделают больно. Он вложил пенис в связанные руки Маргариты, после чего, принудив женщину приподняться, совершил половой акт в традиционной форме. Сложно было сказать, как долго он продлился, но в какой-то момент насильник остановил себя и, приказав Маргарите оставаться на диване, отправился бродить по дому.
Он проверил, не освободился ли Харви от груза, заглянул во вторую спальню, прошёл на кухню. Перемещения незнакомца казались бесцельны, он вовсе не искал наркотики, видимо, позабыв, что требовал их от Весткотта.
Во время этих праздных шатаний произошло то, чего никак не ожидали хозяева дуплекса. Во входную дверь неожиданно позвонили. Преступник совершенно спокойно подошёл к двери, открыл её, заговорил с кем-то и… вышел из дома. Харви лихорадочно принялся выбираться из-под подноса, но буквально через минуту преступник возвратился в дом и закрыл входную дверь. После чего сразу же прошёл в спальню и проверил Харви. Убедившись, что тот по-прежнему лежит с подносом на спине, отправился в гостиную.
Там он вторично совершил половой акт с Маргаритой Лопес, но теперь насильник как будто бы торопился и нервничал. Он буквально через минуту забегал в спальню, чтобы посмотреть на Харви Весткотта, после чего возвращался в гостиную. Проделал он это раз 8 или 9.
В это время на улице раздался сдвоенный звуковой сигнал автомобиля. Через несколько минут сигнал повторился. Прошло ещё некоторое время, и звонок входной двери прозвенел пять раз. Кто-то явно добивался внимания преступника в маске. Тот же продолжал заниматься сексом с Маргаритой, не обращая ни малейшего внимания на происходившее. Он явно не опасался того, кто шумел.
Звонивший в дверь, видимо, потерял терпение и принялся настойчиво стучать в стекло. Звук этот мог привлечь внимание соседей, и преступник отреагировал моментально — он прекратил половой акт и помчался к двери.
Харви Весткотт, предположив, что преступник потратит минуту или две на разговор со своим дружком, решил действовать. Перевернувшись, он столкнул со спины поднос, со всей возможной быстротой соскочил на пол, вытащил из кармана джинсов, всё ещё лежавших у кровати, раскладной нож и принялся перерезать шнурок на запястьях. На это ему пришлось затратить минуту или полторы, он сильно рисковал, поскольку плохо контролировал положение ножа за спиной и мог, ввиду спешки, нанести себе серьёзную рану. Однако, у него всё получилось. Освободив руки, он вытащил из-под матраса револьвер и только после этого принялся резать шнурок на ногах. В конце концов он справился и с этим.
С ножом в одной руке и револьвером в другой Харви двинулся к гостиной. Все комнаты оставались погружены в темноту, и он не слышал преступника. Маргарита, услышавшая шаги друга, сообщила ему, что преступник ушёл из дома, потому что его позвала женщина.
Разъярённый Весткотт выбежал на улицу и выстрелил вверх из пистолета. Перед домом было пусто — ни чужих автомашин, ни мужчины в лыжной шапочке… Всё произошедшее казалось чудовищным наваждением.
Первые полицейские патрули прибыли к дуплексу на Таоламн-драйв за несколько минут до 3 часов ночи, т.о. можно было считать, что общая продолжительность нападения составила чуть менее полутора часов. Уже первые, самые общие показания потерпевших убедили детективов в том, что они имеют дело с очередной вылазкой насильника из восточного Сакраменто, который вернулся в хорошо знакомую область Ранчо Кордова.
При осмотре дуплекса полицейскими выяснилось, что помповое ружьё, стоявшее у изголовья Харви Весткотта, разряжено. Патроны к нему были найдены под диваном в гостиной. Стало ясно, что преступник проник в жилище до приезда хозяев, осмотрел помещения и, обнаружив оружие, разрядил его. Потрясающая предусмотрительность и последовательность реализации замысла! В связи с этим оставался лишь один вопрос, покинул ли преступник помещение после обыска или же он всё время оставался внутри, на протяжении нескольких часов дожидаясь, пока они уснут?
Осмотр замка входной двери, произведенный криминалистами, показал, что его открывали подбором отмычек. Тут Гиена полностью подтвердил репутацию опытного вора-«домушника».
Нельзя не признать удивительным то, что насильник решился напасть на столь опасную мишень, каковой являлись Маргарита Лопес и Харви Весткотт. Прежде всего, дуплекс — это не отдельно стоящее здание, фактически это квартира, имеющая общую стену с другой такой же. Любой громкий звук в ночи — крик, плач, собачий лай, грохот опрокидываемой мебели, не говоря уже о выстреле — не останутся незамечены соседями. Проблема ещё более усугублялась тем, что в доме имелось оружие. Да, насильник разрядил дробовик, но хозяин-то оружия этого не знал! То, что он безропотно подчинится, представлялось в такой ситуации совсем неочевидным. И если владелец рискнул бы испытать судьбу, то преступнику пришлось бы его убивать. Причём, после стрельбы ему пришлось бы сразу бежать, поскольку об изнасиловании уже не могло быть и речи. В книге I описаны ситуации, при которых полицейские патрули оказывались рядом с местом преступления просто в силу случайного стечения обстоятельств. И тогда бегство из тихого спального района посреди ночи имело бы мало шансов на успех… Преступник, разумеется, учитывал все эти соображения в момент принятия решения о нападении. Надо быть очень уверенным в себе, чтобы нападать так, как это проделал Гиена в ночь на 1 октября.
То, что случилось в ту ночь на Таоламн-драйв, отлично иллюстрирует наивность многочисленных отечественных любителей порассуждать о пользе короткоствольного оружия в борьбе за поддержание порядка и для защиты от всякого рода криминального элемента. Есть в России категория фантазёров, которые при разборе любой конфликтной или криминальной ситуации любят упрощать её до уровня дилеммы: «когда у жертвы пистолета нет, то исход один, а когда есть — совсем другой». В этих рассуждениях ясно проглядывает недалёкий ум инфантильного и наивного человека, который никогда в жизни не сталкивался с вооруженным ножом или пистолетом преступником, но любит фантазировать на подобные темы. Отечественные фанаты «короткоствола» любят проецировать разного рода умозрительные ситуации на себя, давая понять, что уж они-то любую проблему «разрулят», когда «огнестрел» под рукой… Что ж, вот всем диванным специалистам по борьбе с преступностью прекрасный пример полной беспомощности любителя «огнестрела» в ситуации реального вооруженного нападения. Крутой байкер обложился оружием со всех сторон — и ружьё помповое у кровати поставил, и револьвер под матрас засунул, и ножик в кармане штанов припрятал, и даже собаку бойцовой породы завёл! Молодой человек казался самому себе очень крутым и готовым к любым сюрпризам. И что же он сделал, когда в лицо ему посветили фонариком и направили в голову ствол пистолета? Рванулся на противника, рассчитывая опередить? Может быть, оказал какое-то пассивное сопротивление? Хотя бы неповиновение? Может, в окно хотя бы попытался выпрыгнуть, в надежде привлечь внимание соседей? Нет, ничего такого он не сделал. Молча перевернулся на живот и завёл руки за спину.
Как показывает практика, иллюзий насчёт «короткоствола» питать не следует. В конечном итоге всегда решает человек. Оружие придаст смелость трусу, но мужества прибавить неспособно. Если мужества недостаёт, то его не заменят ни пистолет, ни дробовик, ни даже лазерный бластер. Но когда с мужеством всё в порядке, особо не нужны ни первый, ни второй, ни третий. Человек становится оружием сам по себе. Причём независимо от пола…
Потерпевшие описали нападавшего как худощавого мужчину белой расы ростом около 175 см., вес его составлял примерно 70 кг. Разброс в возрасте преступника в оценках потерпевших оказался весьма велик — от 21 года до 35 лет. Довольно необычной оказалась маска насильника — это был нейлоновый чулок, поверх которого надета тонкая трикотажная шапочка. Из одежды потерпевшие рассмотрели чёрный кожаный пиджак с четырьмя карманами в нижней части (два накладных с клапанами и два втачных с косыми линиями входа). Под пиджаком была надета рубашка то ли тёмно-синяя, то ли тёмно-коричневая. На руках преступника были чёрные кожаные перчатки, в качестве оружия он использовал револьвер 357-го калибра (9 мм).
Маргарита в ходе допроса сообщила, что насильник, перед тем как покинуть дуплекс, разговаривал с кем-то, чей голос показался ей довольно высоким. Содержание разговора потерпевшая не расслышала, она могла уловить лишь интонации, но по общему впечатлению преступник разговаривал с женщиной. Харви не смог подтвердить данную деталь показаний подруги, поскольку спальня, где он находился, располагалась слишком далеко от входной двери.
На вопрос об особенностях строения гениталий насильника потерпевшая ответить затруднилась. Преступник явно озаботился тем, чтобы их скрыть (для чего завязал глаза жертвы). Свои тактильные ощущения Маргарита передать не смогла, поскольку чувствовала себя очень плохо, ей даже казалось, будто она периодически теряет сознание. Пенис преступника не был большим, но и аномально маленьким назвать его тоже было нельзя, т.е. в этой части показания жертвы были очень неопределенны.
Потерпевших попросили принять участие в составлении композиционного портрета напавшего. По результатам этой работы появилось изображение, имевшее очень мало общего с теми портретами, что составлялись ранее. Если изменение длины волос можно было легко объяснить посещением парикмахерской, то несоответствие типа лица имело принципиальный характер. Практически на всех предыдущих композиционных портретах мы видим круглое, скуластое лицо. Но портрет, составленный во второй половине дня 1 октября, изображал человека с длинным, вытянутым подбородком. Это т. н. треугольное лицо. Понятно, что тип лица является врожденным и не подлежит произвольному изменению.
Опрос жителей района, проводившийся полицией на протяжении следующих после изнасилования суток, существенных результатов не принёс. Точнее сказать, он принёс много информации, которая плохо согласовывалась между собой. Разные люди сообщали о совершенно разных подозрительных происшествиях, которые имели место в последние недели: то в районе появлялись какие-то странные представители общества защиты домашних животных, чей вид не внушал ни малейшего доверия, то по улицам медленно разъезжали совсем старые автомобили, водители которых непонятно что высматривали, то появлялась доставка мебели, которую никто не заказывал. Таких инцидентов произошло довольно много, одних только подозрительных автомашин местные жители запомнили с десяток. Сам район Ла-Ривьера, на территории которого находится Таоламн-драйв, считался не очень благополучным — там было много арендного жилья, домовладения были небольшими и недорогими, помимо индивидуальной застройки были представлены и апартаменты. Всё это, разумеется, накладывало отпечаток и на социальную среду, которую можно было охарактеризовать как куда менее благополучную, чем в районе озера Линкольн в Стоктоне или большинстве мест нападений Гиены в первой половине 1977 г.
Произошедшее с Маргаритой Лопес и Харви Весткоттом загадало детективам Группы «Западня» массу загадок, да притом таких, что даже спустя десятилетия случившееся в ночь на 1 октября 1977 г. трактуется различными исследователями тех событий диаметрально противоположно. Хотя уже 2 октября газета «Сакраменто би» громогласно оповестила своих читателей о возвращении насильника из восточного района и весьма живо описала нападение в дуплексе, детективы, связанные с расследованием, надолго застряли над решением вопроса: на самом ли деле всё так однозначно? Честно говоря, нельзя не удивляться тому, что вылазка Гиены в Стоктоне не вызвала особых сомнений в том, что это именно его рук дело… А вот через три недели Группа «Западня» разделилась внутри самой себя. Некоторые детективы вполне резонно указали на то, что ряд серьёзных соображений заставляют усомниться в том, что изнасилование Маргариты Лопес действительно совершил насильник из восточного Сакраменто. Другими словами, у нас появился подражатель, говорили они, так что давайте отделять семена от плевел.
Из чего исходили в своих рассуждениях сторонники предположения о появлении имитатора (подражателя)? Если тезисно, то их аргументацию можно свести к следующему:
— Во всех известных нападениях Гиены, а их — минуточку! — к первой декаде 1977 г. насчитывалось уже 23, этот преступник всегда совершал нападения в частных домовладениях. Все жертвы находились в своих домах, расположенных в спокойных и даже престижных районах, все они относились к среднему классу, либо верхушке среднего класса. Однако при нападении 1 октября это правило оказалось нарушено: жертвы проживали в арендуемом дуплексе на территории малопрестижного района. Потерпевших никак нельзя было отнести к среднему классу, скорее, их можно было назвать «проблемной» молодёжью с сомнительной репутацией.
— Во время нападения на Лопес и Весткотта преступник действовал не в одиночку. Поблизости от места совершения преступления находился сообщник (сообщница), хотя функции этого человека не до конца были понятны. Этот человек, видимо, нервничал и вызывал нападавшего на разговор. Во время второго разговора с сообщником насильник покинул место преступления.
— От человека, напавшего 1 октября на Лопес и Весткотта, исходил сильный неприятный запах. Между тем, насильник из восточного Сакраменто прежде не раз демонстрировал внимание к собственным запахам. Те, кто прочёл книгу I, без труда припомнят неоднократные сообщения потерпевших и запахе мужского парфюма, который сопровождал Гиену.
— Маргарита Лопес, изнасилованная в ночь на 1 октября, не сообщила об аномально малом размере пениса преступника. Между тем, половой орган насильника из восточного Сакраменто характеризовался жертвами именно как аномально малый, и этот признак следовало считать неустранимым.
— В качестве довеска к изложенному выше, можно было признать несоответствие композиционного портрета напавшего в ночь на 1 октября известным к тому времени описаниям Гиены.
Весомость соображений, подобных изложенным выше, читатель вполне может оценить самостоятельно. Сложно, однако, не заметить, что большинство этих доводов в той или иной форме уже упоминалось и обсуждалось ранее, в книге I. В самом деле, предположение о возможных действиях двух человек проистекало из различий в описаниях преступника, сообщаемых жертвами. Странное поведение собак самых разных пород — хаски, западноевропейской овчарки, колли и даже пуделя — фиксировалось неоднократно. Испуганный питбуль лишь дополнял хорошо известный список. Необычный и отталкивающий запах тела преступника также упоминался потерпевшими не раз. Более того, сама привычка преступника обильно использовать мужской парфюм, могла явиться следствием наличия у его тела специфического запаха, о котором насильник был прекрасно осведомлён.
Как видим, ничего принципиально нового сторонники версии «появления имитатора» не сообщили. За исключением, пожалуй, нападения в дуплексе — такого прежде Гиена действительно не совершал. Но одного этого довода явно недостаточно для того, чтобы однозначно склониться в пользу «подражателя». Всё-таки, в нападении 1 октября насильник продемонстрировал очень много общих с Гиеной поведенческих стереотипов, причём совпавших в мельчайших деталях.
Тем не менее, автор считает себя не вправе навязывать собственную точку зрения, тем более, что никакой «канонической» трактовки тех событий нет и по сей день. Cам по себе ход мысли полицейских заслуживает быть отмеченным: наконец-то, спустя более года со времени появления насильника из восточного Сакраменто, cветлые умы задумались над опасностью появления его подражателей. Жаль, что поздно они спохватились, беспокоиться на этот счёт следовало ещё в начале 1977 г., когда пресс-секретарь службы окружного шерифа только начинал свои разглагольствования перед журналистами.
Вернёмся, впрочем, к хронологии событий. На протяжении первых двух декад октября Группа «Западня» сосредоточенно проверяла alibi основных подозреваемых, привлёкших внимание правоохранительных органов ранее. Поскольку появились новые эпизоды, связываемые с Гиеной (т.е. нападения 6 сентября и 1 октября), требовалось проверить, где находились и чем занимались подозреваемые в то время. Проверку прошёл и Фрэнк Даббинз, один из самых перспективных кандидатов на роль Гиены, попавший в поле зрения детективов службы шерифа после майских нападений. Об этом человеке довольно подробно рассказывалось в книге I. Выяснилось, что Фрэнк никак не мог быть причастным к осенним нападениям в Стоктоне и в районе Ла-Ривьера. Даббинз заявил, что в середине октября планирует переехать во Флориду, препятствий ему чинить не стали, и он благополучно отбыл из Калифорнии. Все последующие события проходили уже в его отсутствие, так что всем, причастным к расследованию, стало ясно, что Фрэнк никак не мог быть насильником из восточного Сакраменто.
В ночь на 21 октября 1977 г., т.е. с четверга на пятницу, преступник появился в доме Дональда и Сандры Белтон в районе Футхилл-фармз (Foothill Farms), в западной части г. Цитрус-Хайтс. Сейчас это довольно депрессивное место с недвижимостью в нижнем ценовом сегменте, более 10% населения которого располагает доходами ниже черты бедности. В конце же 1977 г. Футхилл-фармз активно застраивался и заселялся, численность проживавших там горожан не превышала 10 тыс. чел, что более чем в три раза ниже нынешнего уровня. Жильё было достаточно дорогим, и ничто не предвещало нынешнюю депрессивность. Дом Белтонов располагался на Голден-ран авеню (Golden Run Avenue), неподалёку от парка «Футхилл-коммьюнити» — место это было тихое, уютное и безопасное.
По крайней мере, таким оно казалось.
Карта центральной части штата Калифорния, позволяющая получить представление о взаимном расположении мест нападений насильника из восточного Сакраменто по состоянию на последнюю декаду октября 1977 г. Условные обозначения: точки А, В, С, D и E — места локализации на небольшой площади ранних нападений (А — эпизоды №№1, 3, 6, 8 и 15 в Ранчо Кордова; В — эпизоды №№2, 7, 21 в Кармайкле; С — эпизоды №№4, 13, 17 в Цитрус-Хайтс, D — эпизоды №№11 и 18 у восточной границы г. Сакраменто; E — эпизоды №№16 и 19 в Оранджвэйле); точки с числами обозначают места нападений в их хронологической последовательности. Точка «25» условно обозначает место нападения Гиены в ночь на 21 октября 1977 г в районе Футхилл-Фармз в западной части Цитрус-Хайтс.
Сандре исполнилось 32 года, Донован был на год старше, в браке они состояли почти 14 лет. Вместе с родителями проживали дочери 13 и 10 лет. В последние годы жизнь Белтонов шла в гору, причём круто. Дон после окончания колледжа работал в строительной компании, затем решил вести дела самостоятельно. Собрал бригаду рукастых мужиков, взял в лизинг строительную технику и стал подряжаться на разнообразные строительные работы «нулевого цикла». Работа была тяжёлой и грязной, но неожиданно доходной. Бизнес стал расти, бригада превратилась в группу бригад, затем во вполне полноценную строительную компанию, а Донован сделался самостоятельным подрядчиком. Восточная часть округа Сакраменто в 1970-х гг. росла как на дрожжах, состоятельные жители столицы штата бежали в пригороды, а потому неудивительно, что бизнес-идея Донована Белтона дала потрясающий эффект. В 1975 г. семья купила дом на Голден-ран авеню, но на момент описываемых событий уже планировала переезд и присматривала жильё посолиднее, побогаче и попрестижнее.
Может показаться удивительным, но Белтоны совершенно не боялись Гиены. Точнее сказать, вся шумиха, связанная с чередой изнасилований в восточном Сакраменто, прошла мимо их внимания. Во второй декаде октября 1977 г. члены семьи, по крайней мере, дважды замечали, что дверь в гараж оказывалась открытой, хотя её, вроде бы, закрывали. Но… поскольку в этом не было уверенности, никто не обращал на это внимания. Подумаешь, дверь в гараж открыта! В те же дни приключился и другой непонятный инцидент — странным образом оказалась открыта дверь из гаража в дом. При этом в доме также оказались открыты некоторые окна, из-за чего возникший сквозняк затянул на улицу шторы. Они полоскались на ветру, точнее, сквозняке, как флаги над полем боя… Даже это происшествие, скажем прямо, очень странное, не насторожило ни Сандру, ни Донована.
Подобная толстокожесть выглядит немного странно. Ладно Дон — он мог быть погружён в проблемы малого бизнеса и всецело поглощён мыслями о заработке для семьи, но куда смотрела Сандра? Всё-таки для женщины и матери повышенная тревожность — это нормальное состояние, адекватная мать сознаёт ответственность не только за собственную жизнь, но и жизнь детей. Сандра, однако, не забила тревогу, не обратилась в полицию и даже с Доном не обсудила эти странные происшествия.
А в ночь на 21 октября в дом Бентонов пожаловал нежданный гость. Около 3 часов ночи Сандру разбудил луч фонарика, направленный в лицо. Неизвестный в маске держал в левой руке нож и фонарик, а в другой — пистолет. Он молчал до тех пор, пока Сандра не разбудила мужа, когда же Дон проснулся, злоумышленник прошептал: «У меня „магнум“ 357-го калибра и я снесу голову тому, кто откажется подчиняться». После этого незнакомец бросил на одеяло обувные шнурки, которые держал в левой руке, переброшенными через большой палец. Он ничего не говорил о том, что ему нужны деньги и что он скоро уйдёт… Его поведение подразумевало, что люди в кровати сами знают, что последует дальше и что им надлежит делать.
Пока Сандра связывала руки мужа за спиной, неизвестный в маске обратил внимание на раздвижную стеклянную дверь из спальни во двор. Та была оставлена не закрытой и легко двигалась по направляющим, злоумышленник как будто бы удивился увиденному и несколько раз подвигал створку из стороны в сторону.
Убедившись, что руки Донована крепко связаны за спиной, преступник озаботился связыванием рук Сандры, после чего связал супругам ноги. Он ушёл бродить по дому и отсутствовал довольно долго, возможно, около 10 минут. Вернулся неизвестный с горкой тарелок в руках, которые водрузил на спину Дона. Увидев, что тот держит руки за спиной сжатыми в кулаки, злоумышленник почему-то занервничал и приказал их разжать. Поскольку Дон его не послушался, незнакомец повторил приказ и пригрозил, что отрежет Дону палец за неподчинение. Дон разжал кулаки, злоумышленник увидел, что в них ничего не было, и моментально успокоился. Это был любопытный момент, свидетельствовавший об осведомленности преступника о правилах полицейской работы.
Вытащив Сандру из кровати, неизвестный в маске отвёл женщину в соседнюю комнату. Поскольку ноги Сандры оставались связанными, ей пришлось мелко семенить. Чтобы женщина не упала, злоумышленник всё время поддерживал её за локоть. Поставив перед Сандрой стул, он принудил женщину встать на него коленями и опереться локтями на спинку. В такой позе злоумышленник зафиксировал Сандру, привязав руки и ноги к стулу. Теперь женщина не могла беззвучно передвинуться даже на сантиметр.
С находившейся в такой неловкой позе женщиной преступник совершил половой акт, во время которого оскорблял жертву и несколько раз приставлял нож к горлу. Он прекратил совокупление, не достигнув оргазма, и отправился на кухню, где пробыл некоторое время.
Примечательно, что преступник не спрашивал, сколько людей находятся в доме и в каких именно комнатах, при этом он двигался быстро и целенаправленно. Всё это наводило на мысль, что человек в маске хорошо ориентируется в здании и находится здесь не в первый раз…
Пребывание преступника на кухне продлилось довольно долго, около 10 минут или даже более. Вернувшись, он зашёл в спальню, проверил состояние Дона, приставив пистолет к его голове, пригрозил убить. После этого преступник направился к Сандре и вторично совершил с нею половой акт. Он не требовал возбуждать его рукою, не было никаких сопутствующих игр с детским маслом или питательным кремом, преступник следовал предельно простой схеме. Во время второго полового акта мужчина в маске принялся странно шмыгать носом и глубоко дышать; Сандра не сразу поняла, что тот плачет. Это выглядело дико и совершенно неуместно. Однако, предположение её подтвердилось после того, как насильник заговорил. Он сказал, что его дожидается друг в автомашине неподалёку, после чего потребовал, чтобы Сандра передала сообщение полиции: «Скажи этим свиньям, что я вернусь перед Новым годом!» Когда преступник говорил, голос его отчётливо дрожал, а слово «pigs» («свиньи») он не смог выговорить сразу из-за заикания.
Далее стало только интереснее: преступник прервал коитус и ушёл на кухню. Сандра слышала, как там он разрыдался.
Такой вот плачущий насильник… Невольно приходит на ум анекдот про плачущего поручика Ржевского. Кому-то аллюзия может показаться неуместной, всё-таки, анекдот и реальное преступление соотносить вряд ли уместно, но нельзя не признать стопроцентного совпадения ситуаций в обоих случаях. Дичь полнейшая!
Преступник ушёл тихо, сумев сделать это незаметно. Связанные жертвы выжидали довольно долго, минут 10 или даже более, прежде чем убедились в отсутствии насильника. Разбудив криками детей, они освободились и позвонили в службу шерифа округа Сакраменто. Звонок из дома Белтонов был зарегистрирован дежурным офицером в 04:35. По причинам, не совсем понятным, правоохранители «отработали» вызов с заметной задержкой, вообще-то, нехарактерной для Калифорнии тех лет. Детективы и криминалисты прибыли к месту преступления спустя более получаса с момента поступления подтверждения патрульных об обстоятельствах происшествия. Кинолог вообще не приезжал. Сандру повезли на обследование в больницу спустя почти 1 час 20 минут со времени прибытия первых патрульных. Т.е. имело место определенная «раскачка», идущая полностью вразрез с требованиями «Чрезвычайного протокола».
Осмотр места преступления показал, что насильник проник в дом через дверь гаража. Далее он открыл внутреннюю дверь и прошёл через весь дом. Как выяснилось, шаги его слышала старшая из дочерей, проснувшаяся, чтобы сходить в уборную. Девочка не поняла, что в доме чужой человек, она вернулась в спальню и легла спать. Прояви она чуть больше сообразительности, догадайся поднять телефонную трубку, и преступника можно было бы взять с поличным.
Увы!
На кухне были найдены три банки из-под пива «Miller». В доме такого пива не держали, Донован его не любил. Исходил ли от нападавшего запах алкоголя, потерпевшие ответить затруднились, и это заставляло подозревать очередную имитацию в стиле Гиены. Всё-таки, свежевыпитое пиво даёт хорошо узнаваемое амбрэ, и сложно поверить, что его запах не будет исходить от мужчины, выпившего литр за час с небольшим.
Потерпевшие дали хорошо согласованное описание преступника. По их словам, это был худощавый мужчина белой расы ростом около 177 см., вес составлял немногим более 70 кг. На голове его была лыжная маска с какими-то пластиковыми украшениями, своего рода аппликацией, других её деталей потерпевшие не рассмотрели. Из одежды они запомнили короткую куртку с бадлоном и широкие тёмные брюки из какой-то мягкой ткани, возможно, велюра. На руках насильника были тонкие латексные перчатки по типу тех, что используют в медучреждениях. По мнению Сандры, преступник перчаток не снимал и голыми руками к ней не прикасался. Гиена, кстати, ранее не пользовался медицинскими перчатками, а обходился обычными кожаными, либо матерчатыми для строительных работ.
Другой момент, мало соответствовавший образу насильника из восточного района, оказался связан с речью преступника. Его явственное заикание при произнесении слова «pigs» слышала не только Сандра, но и Дон. По мнению супругов, это была отнюдь не имитация, преступник действительно заикался. Кроме того, он немного «тянул» отдельные слова, что также характерно для заик. Правда, ещё во время ранних нападений Гиены, т.е. до июня 1977 г., одна из потерпевших обратила внимание на проблемы преступника с произнесением отдельных слов, но правоохранительные органы сообщение игнорировали и посчитали, что насильник из восточного Сакраменто никаких проблем с речью не имеет.
Ещё большее недоумение оставило сообщение Сандры Белтон, которая на вопрос о размерах полового органа преступника заявила, что его пенис отнюдь не являлся маленьким, напротив, он имел толщину гораздо более обычной. Кроме того, по мнению женщины, он был обрезан. Белтон являлась первой из потерпевших, кто высказалась на эту тему вполне определенно. Ранее никто из жертв насильника из восточного Сакраменто не сообщал о возможном обрезании насильника (тут самое время уточнить, что обрезание в США очень популярно, там эта операция проводится из гигиенических соображений и не имеет ничего общего с иудейской религиозной традицией).
Впору было задаться вопросом, а действительно ли нападение на супругов Белтон совершил Гиена?
И суток не прошло со времени нападения в Футхилл-фармз, а газета «Сакраменто би» уже поспешила рассказать читателям о преступлении. Как и прежде, источником информации явился пресс-секретарь службы шерифа Билл Миллер, который в очередной раз наговорил лишнего. В частности, он подчеркнул, что преступник уже в девятый раз нападает на взрослые пары, входя ночью в спальни и угрожая пистолетом или ножом, после чего следует связывание. Сообщил Миллер и о присущей насильнику манере обеспечивать неподвижность связанных людей посредством установки на их тела посуды — об этой необычной поведенческой детали совсем незачем было сообщать посторонним. Зачем-то офицер уточнил, что в двух случаях нападение преступника начиналось вне дома (читатели наверняка вспомнят, какие именно эпизоды имел в виду Миллер). После всей этой болтовни — другим словом охарактеризовать разглагольствования пресс-секретаря просто невозможно — последовали невнятные утверждения о том, что насильник страдает «параноидной шизофренией» и «гомосексуальной паникой». «Гомосексуальная паника» — это такое изобретение американских психологов того времени, которым обозначалось якобы присущее некоторым гомосексуалистам неприятие собственной гомосексуальности. Дескать, латентный гомосексуалист, осознав потребность в однополом сексе, попытается этой потребности противиться, а потому начнёт усиленно позиционировать себя в качестве человека традиционной ориентации. Поэтому, по мнению американских психологов, активно выражаемая гетеросексуальность на самом деле должна трактоваться прямо противоположно — как маскируемая в состоянии панического раздвоения личности гомосексуальность. Практическая польза от такого рода мозголомного вздора стремится к нулю, читаешь подобное и невольно вспоминаешь весёлую песенку Татьяны Булановой «Да — это нет, а нет — это да». Параноидальная же шизофрения, упомянутая Миллером, — это очень серьёзное заболевание, выявить которое можно только при очном обследовании специалистом, а ещё лучше консилиумом. Постановка такого рода диагноза незнакомому человеку заочно выглядит абсурдно и совершенно непрофессионально. Фактически Миллер сказал, что по ночным улицам округа Сакраменто бегает тяжело больной сумасшедший, одержимый навязчивыми фобиями и маниями, такой человек очень опасен и неуправляем. Зачем говорить об этом простым жителям? Такого рода утверждения никак не будут способствовать спокойствию населения, скорее, наоборот. Да и преступник, услыхав подобные сентенции в свой адрес, может оскорбиться, тем более, что подобные заочные диагнозы явно ошибочны. Зачем дразнить опасного человека?
Читая такого рода сообщения американских журналистов, просто диву даёшься! Для чего они это пишут? Чего добивается пресс-секретарь, нагоняющий панику? Какую позитивную цель преследуют все эти публикации? Ладно бы газета давала какие-то дельные советы, например, как блокировать изнутри окна и двери, что делать при проникновении в дом вора, как выстроить вместе с соседями систему взаимной подстраховки в опасной ситуации и т. п. — так нет же! Перед нами целенаправленное тиражирование глупости — иначе назвать подобные сообщения средств массовой информации сложно.
Единственное здравое зерно, содержавшееся в упомянутой заметке «Сак би», выражалось в том, что пресс-секретарь признал датой первого нападения насильника 18 июня 1976 г. До этого подсчёт эпизодов был весьма произволен, журналисты постоянно включали в их число изнасилования, имевшие место в 1975 г. Билл Миллер официально заявил, что серия изнасилований в восточном Сакраменто началась именно 18 июня 1976 г. и нападение, имевшее место в ночь на 21 октября в Футхилл-фармз, явилось уже 25-м по счёту. Вот именно на этом спикеру службы шерифа и следовало бы заткнуть фонтан собственного красноречия — его заявление от этого только бы выиграло…
Минула неделя, и Гиена вновь вышел на свою ночную охоту. Примерно в 01:45 29 октября 1977 г., в ночь на субботу, он объявился в новом доме четы Хэйворт на Вудсон-авеню (Woodson аve) в Кармайкле. Как и в подавляющем большинстве предшествующих нападений, преступнику удалось остаться незамеченным вплоть до момента включения фонарика в спальне.
Карта восточной части округа Сакраменто, дающая представление о взаимном расположении мест нападений Гиены по состоянию на конец октября 1977 г. Условные обозначения: точки А, В, С, D и E — места локализации на небольшой площади ранних нападений (А — эпизоды №№1, 3, 6, 8 и 15 в Ранчо Кордова; В — эпизоды №№2, 7, 21 в Кармайкле; С — эпизоды №№4, 13, 17 в Цитрус-Хайтс, D — эпизоды №№11 и 18 у восточной границы г. Сакраменто; E — эпизоды №№16 и 19 в Оранджвэйле); точки с числами обозначают места нападений в их хронологической последовательности. Точка «26» условно показывает место нападения Гиены в ночь на 29 октября 1977 г в районе Вудсон-авеню в Кармайкле.
Надо сказать, что словосочетание «новый дом» следует понимать буквально, дом Хэйвортов был действительно новым. Более того, он в тот момент времени вообще являлся единственным заселенным домом на Вудcон-авеню. Несмотря на громкое название, эту маленькую улочку правильнее было бы называть тупичком, а вовсе не авеню — это была Г-образная тихая и тенистая улица длиной 200 м, по обеим сторонам которой располагалось 21 домохозяйство. Район застраивался одновременно, и осенью того года в домах по соседству заканчивались отделочные работы. Чета Хэйворт оказалась первой, заселившейся в новом районе. Телефон у них в доме подключили только 26 октября.
Маргарет и Эрик Хэйворт (Margaret, Eric Hayworth) состояли в браке менее двух лет, обоим было по 27 лет. Эрик был представительным, крупным мужчиной, блондином скандинавской наружности. Работал он в дилерском автоцентре, зарабатывал очень неплохо, собственно, поэтому переезд в новый дом и стал возможен. Одним из его увлечений являлся культуризм, чрезвычайно популярный в Калифорнии тех лет вид спорта. Именно непомерные физические нагрузки и привели его в октябре 1977 г. в больницу. Вечером 17 октября во время тренировки он травмировал позвоночник, его увезли в больницу, где и прооперировали на следующий день. В больнице он находился больше недели, домой вернулся в корсете, точно инвалид, в общем, ни сесть, ни встать, ни повернуться… Дом весь в коробках, которые надо бы разложить после переезда, а он даже кресло самостоятельно передвинуть не может.
Вечером 28 октября Маргарет и Эрик встретились с парой, купившей их старый дом, и отправились в ресторан, чтобы поужинать. Они отсутствовали примерно с 19:30 до 22 часов, затем смотрели телевизор и около полуночи или немногим позднее отправились спать.
Примерно в 01:45 Эрик проснулся оттого, что кто-то постукивал по его ноге. Луч фонаря слепил глаза и несколько раз перемещался от Эрика к Маргарет и обратно. Человек, державший фонарь, сначала несколько раз повторил, что снесёт голову любому, кто шевельнётся. Убедившись, что Хэйворты не двигаются, незнакомец добавил, что ему известно о наличии в комнате пистолета. Эту фразу он также повторил на разные лады несколько раз. Эрик ответил, что пистолет лежит в ящике прикроватной тумбочки. Это было действительно так, Эрик находился в твёрдой уверенности, что его 9-миллиметровый револьвер «Colt Trooper» действительно находится в тумбочке. Злоумышленник бросил на одеяло пару обувных шнурков и приказал Маргарет связать Эрика. При этом имени последнего он не назвал, видимо, не знал.
Неизвестный не пытался исказить голос — он говорил довольно громко и как будто бы нервничал. Маргарет при связывании рук мужа допустила ошибку — она просто обвела шнурок вокруг одного из запястий, не сделав полной петли, и стала завязывать узел. Злоумышленник, наблюдавший за её действиями, чуть ли не завизжал от ярости и пригрозил, что снесёт женщине голову, если только она попробует ещё раз повторить такой фокус. После связывания рук Эрика, последовало дальнейшее связывание хозяев дома в хорошо знакомой читателям последовательности: руки женщины — ноги мужчины — ноги женщины.
Покончив с этой вознёй, неизвестный словно бы потерял интерес к супругам. Он отправился бродить по дому и отсутствовал довольно долго. Вернувшись в спальню, он разрезал шнурок на лодыжках Маргарет, поднял женщину с кровати и повёл в гостиную. Сам он при этом двигался сзади, приставив нож к горлу женщину и вдавив ствол пистолета ей в поясницу. Принимая во внимание, что руки Маргарет оставались связанными за спиной, такое запугивание выглядит иррационально.
Втолкнув женщину в гостиную, злоумышленник принудил лечь её на пол и сразу же связал лодыжки. В это время Маргарет увидела куски полотенца, разрезанного вдоль и уложенного рядом, очевидно, неизвестный заблаговременно проделал эти приготовления, чтобы не терять времени в присутствии жертвы. Связав ноги Маргарет, преступник завязал ей глаза одним из кусков полотенца.
Далее началось то, что превратилось в один из самых навязчивых кошмаров Маргарет Хэйворт на долгие годы. Потребовав, чтобы она возбудила его орально, он затем совершил анальный половой акт, после чего — опять оральный… подобное чередование повторялось несколько раз. В качестве смазки преступник использовал питательный крем для рук. Когда Маргарет начинала кричать, он сжимал её горло, ругал последними словами и грозил убить.
Поделиться книгой: