Камуфляж танков Красной армии, 1930–1945

В 1942-1945 годах ее сменил другой знак воздушной идентификации — белый (красный — для зимы) треугольник с желтым кругом в центре. Иногда в круге рисовали красную звезду, однако, и звезда, и сам круг в полевых условиях были редкостью — на крышу башни или рубки САУ просто наносили белый треугольник. В отдельных случаях (Ленинградский фронт, 4-й Гвардейский мехкорпус) в качестве знака воздушного опознавания использовали белый (красный — для зимы) круг или другие опознавательные знаки. В 1945 году, когда Красная Армия вышла на границы Германии, возникла проблема взаимного опознавания техники между советскими и англо-американскими войсками, также вступившими в пределы III Рейха. На одном из совместных совещаний было решено, что для взаимоопознавания на советские танки будет наноситься одна, а на союзные — две белые полосы по периметру башни. На крыше башни также наносились перекрещенные белые полосы. Однако вскоре союзники отказались от этой системы и продолжали использовать красно-желтые флюоресцирующие панели воздушного опознавания, продублированные белой звездой — американским национальным опознавательным знаком, принятым в качестве основного для всех войск Антигитлеровской коалиции на Западе. В советских танковых войсках белые полосы наносили только на танки, участвовавшие в Берлинской операции. К тому же оказалось, что немцы разгадали "опознавательный код" и стали наносить опознавательные полосы на свои танки. Поэтому уже в майских, завершающих боях, на советской технике кроме полос можно было видеть вновь нанесенные белые треугольники.

Танки Т-34/85 1-го механизированного корпуса в Берлине на Кайзер Вильгельмштрассе. 1-й Белорусский фронт. 25 апреля 1945 г.

Танки Т-34/85 в районе Берлина. 1-й Белорусский фронт. 27 апреля 1945 г.

Колонна танков Т-34/85 25-й гвардейской танковой бригады 2-го гвардейского танкового корпуса Юго-Восточнее Витебска. Лето 1944 г.

Танк ИС-2 в Берлине. 1-й Белорусский фронт. 7 мая 1945 г.

Танки и САУ 2-го гвардейского танкового корпуса в ходе боев за город Данциг. На башнях и рубках бронекорпуса виден знак соединения, под которым наносился код бригады или полка. Март 1945 г.

ИСУ-122 2-го гвардейского танкового корпуса в ходе боев за город Данциг. Кроме знака корпуса и кода соединения на технике наносились трехзначные тактические номера. Март 1945 г.

Колонна советских танков движется вглубь Маньчжурии. На переднем плане танк Т-34/85 с надписью «За Сталина». Август 1945 г.

Т-34/85 218-й Краснознаменной танковой бригады. На крыше башни — белая полоса для опознавания с воздуха. 1-й Дальневосточный фронт. Август 1945 г.

Танки Т-34/85 6-й гвардейской танковой армии преодолевают Большой Хинган. На стволе надпись: «Усилим удары по врагу». Забайкальский фронт. Август 1945 г.

Рис. 1. Система тактических обозначений танков, принятая в РККА в период 1925-1929 годов.

а-д: соответственно танки командира батальона, роты, взвода и второй и третий танки во взводе.

Рис. 2. Система тактических обозначений, принятая в РККА в период 1929-1932 годов. Цвет круга обозначает номер батальона, в круге верхняя цифра — номер роты, нижняя — взвода. Крупная цифра рядом — номер машины во взводе.

Рис. 3. 116-я танковая бригада. 1942 г.

Рис. 4. 51-й отдельный танковый полк. 1943 г.

Рис. 5.

а: 3-я танковая бригада 23-го танкового корпуса. 1943-44 г.

б: 39-я танковая бригада 23-го танкового корпуса. 1943-44 г.

в: 135-я танковая бригада 23-го танкового корпуса. 1943-44 г.

Рис. 6. 3-я Гвардейская танковая бригада (2-й батальон). 1942 г.

Рис. 7. 4-я Гвардейская танковая бригада 2-го Гв. ТК. 1944-45 г.

Рис. 8. 63-я Гвардейская танковая бригада 10-го Гв. ТК. 1944-45 г.

Рис. 9.

а: 54-я Гвардейская танковая бригада 7-го Гв. ТК. 1944-45 г.

б: 55-я Гвардейская танковая бригада 7-го Гв. ТК. 1944-45 г.

в: 56-я Гвардейская танковая бригада 7-го Гв. ТК. 1944-45 г.

Рис. 10. 22-я танковая бригада 6-го танкового корпуса. 1943-44 г. а: полоса наносилась на маску пушки

б: тактическое обозначение и номер на борту башни

в: тактическое обозначение на корме башни

Рис. 11.1047-й Калиниковичский САП.

Рис. 12.

а: 58-й Танковый полк (16-я мехбригада, 7-й мехкорпус). 1943-44 г.

б: 84-й Танковый полк (63-я мехбригада, 7-й мехкорпус). 1943-44 г.

в: 41 -я Гвардейская танковая бригада 7-го мехкорпуса. 1944 г.

Рис. 13. 8-й Гвардейский танковый корпус. 1944-45 г.

Рис. 14. 8-я Самоходно-артиллерийская бригада.

Рис. 15. 1-й механизированный корпус. 1944-45 г.

Рис. 16.

а: 36-я Гвардейская мехбригада 4-го Гв. МК. 1944-45 г.

б: 13-я Гвардейская мехбригада 4-го Гв. МК. 1944-45 г.

в: 14-я Гвардейская мехбригада 4-го Гв. МК. 1944-45 г.

г: 15-я Гвардейская мехбригада 4-го Гв. МК. 1944-45 г.

Капитан Труханов ставит боевую задачу командирам танковых экипажей. 116-я танковая бригада. Западный фронт. Май 1942 г.

Танк КВ-1 «КИМ», построенный на средства молодежи города Москвы. Март 1942 г.

Тяжелый танк KB «Истребитель» под командованием младшего лейтенанта И.М.Товстика. Калининский фронт, 1942 г.

Лозунги и надписи

Лозунги, рисунки и надписи, нанесенные на боевую машину, имели не только идентификационное, но и морально-психологическое значение. Танк или бронеавтомобиль, имеющий личное имя, уподоблялся живому существу, сражающемуся вместе с экипажем против общего врага. Этот своеобразный фетишизм достаточно эффективно укрепляет психику воина в особо трудных боевых ситуациях. Поэтому личные имена боевым машинам начали присваивать сразу после применения их в первых танковых сражениях. В битве при Камбре (1917 г.) головной танк британских танковых соединений, атакующих немецкие позиции, назывался "Хильда". Кроме собственного названия над ним развевался трехцветный флаг британского танкового корпуса (красный- белый-красный), имеющего символический девиз "Через кровь и грязь к зеленым лугам вдали". Личные имена имели французские и немецкие танки, а также русские тяжелые бронеавтомобили. Однако все эти названия носили личностный оттенок и никак не были связаны с политикой. С началом российских революций в страну пришла новая политическая культура, породившая совершенно иную эстетику наименований, основанную на тех или иных политических пристрастиях. Так, захваченный красными под Каховкой врангелевский танк МК V "За Русь святую", был переименован в "Москвич-пролетарий" — в честь шефствующих над этой частью московских рабочих. Вместе с политическими названиями продолжали использоваться и личностные, отражая все особенности широкой русской натуры — в отличие от коротких английских, немецких или французских названий личного имени, названия местности, сражения или великого полководца, в Красной Армии (бронеотряд 11-й Армии) был танк Рено FT-17 под наименованием "Ну и что?", не говоря уже о многих других сложных и витиеватых названиях.

В период между двумя мировыми войнами постепенно все личностные и политические наименования были упразднены и к середине 30-х годов совсем исчезли. Это отражало полное прекращение политической борьбы в СССР (несмотря на заявление товарища Сталина) и установление твердой дисциплины в ставшей полностью регулярной РККА. В очень ограниченных масштабах (скорее всего в целях идеологической пропаганды) наименования использовались на тяжелых танках во время парадов в Москве и Ленинграде. Так, один из танков Т-28 назывался "Киров", а другой — "Сталин".

Танк КВ-1 (выпуска до февраля 1941 года — без курсового пулемета, с пушкой Л-11) «Бей фашистов!». Западный фронт. Август 1941 г.

Танки КВ-1 «Щорс» и «Багратион». 116-я ТБр. Западный фронт. Май 1942 г.

Танки Т-60 и KB-1 «Ворошилов» 3-й Гвардейской Танковой Бригады («3» на башне Т-60 означает номер бригады, «2» внизу круга — 2-й батальон). Калининский фронт. Апрель 1942 г.

Танк КВ-1 «Александр Невский» 3-й Гвардейской Танковой Бригады. Калининский фронт. Апрель 1942 г.

Танк KB «СТАЛИН» Гвардии старшего лейтенанта НИ.Лященко. 3-я Гвардейская Танковая Бригада. Май 1942 г.

Трофейная САУ STUG III «Мститель» из состава отдельной роты трофейных танков. Западный фронт. Март 1942 г.

Бронеавтомобиль БА-10 одного из партизанских отрядов Орловщины. Август 1943 г.

Английский танк «Матильда» — «Танк четырех героев» и его героический экипаж (справа налево): Ст. лейтенант Н.И.Фокин, ст. сержант А.И.Войтов, ст. сержант Г1. К. Гладких, ст.сержант С.Т.Дорожкин. Калининский фронт, 1943 г.

T-34/76 «Пархоменко» и «Котовский». 116-я ТБр. Западный фронт, май 1942 г.

Танк КВ-1 «Суворов» из состава 260-го отдельного танкового полка прорыва под командованием полковника Красноштана. Карельский перешеек. Июнь 1944 г.

С началом Великой Отечественной войны, после уроков первых поражений, руководство страны стало понимать, что нашей Родине поможет не пролетарская солидарность всего мира и идеологическая убежденность, а осознание русским народом, являющимся "стержнем" СССР, своих исторических корней. Только русский народ мог объединить все остальные национальности Советского Союза в единый лагерь для отпора захватчикам. Поэтому постепенно, особенно после Московской битвы, с лета 1942 года в Красной Армии (в том числе и на бронетанковой технике) начинают появляться надписи сначала политического, а затем и личностного характера.

Т-34/76 с надписью на башне «Даешь Крым!» в освобожденном Севастополе. Май 1944 г.

Экипаж СУ-85 1047 Калиниковичского САП. На борту надписи: «Смерть немецким оккупантам!». 1-й Прибалтийский фронт. Лето 1944 г.

Отгрузка СУ-85 на Уралмашзаводе. Осень 1943 г.

Танки Т-34/76 с надписью на башне «За Советскую Белоруссию». 1-й Белорусский фронт, 1944 г.

Танк «Павел Косых» и его экипаж (слева направо): Гв. сержант Д.Ф.Иванов, Гв. сержант П.Д.Зуев, Гв. старший сержант П.К.Косых. 1945 г.

СУ-76 «Смелый». Забайкальский фронт, Маньчжурия. Август 1945 г.

Колонна автомашин 10-й Гвардейской мехбригады, 5-го Гвардейского мехкорпуса, 4-й танковой армии. Чехословакия. Май 1945 г.