Помоги проекту - поделись книгой:
Они слезли с машины, застывшей на самом краю обрыва, и начали недоуменно ее разглядывать. Пима открыл боковую дверцу и заглянул внутрь двигателя, затем вытащил из кармана пояса разводной ключ, постучал им по разным хитроумным устройствам, скрытым в механизме. Подергал зонтик, постучал по выхлопной трубе.
И озадаченно покачал головой.
– Тут все в порядке, – заявил он. – Значит, нужно заглянуть под дно машины.
– И как ты это сделаешь? – спросила Аграфена.
– С твоим-то пузом, Пончик, ты туда точно не протиснешься, – добавил Акаций.
– Смогу, если Триш ее слегка приподнимет, – сказал Пима. – Сможешь?
– Думаю, смогу, – кивнул Триш.
Он подошел к машине, задумчиво почесав затылок, затем согнул ноги в коленях, склонился и ухватился за ее бок.
Пима тем временем улегся на спину, вооружившись ключом и отверткой, и приготовился подкатиться под днище самоходки.
– Давай! – скомандовал он.
Триш поднатужился, крякнул и вдруг резко оторвал колеса машины от земли. Аграфена и Акаций не успели и слова вымолвить, как машина деда Мартьяна перекатилась через другой бок, сорвалась с края дороги и с жутким грохотом свалилась в пропасть.
Глава шестая,
где у Триша появляется дедушка, а Игуан просит защиты
Все ошарашенно уставились на застывшего Триша, а он в свою очередь очумело смотрел на дымящиеся обломки паровой машины, лежащие глубоко в ущелье.
– Аааа!!! – завопил кот Акаций.
Аграфена расстроенно шлепнула себя по лбу.
– Ты… ты что сделал, дубина ты этакая?! – потрясенно воскликнул Пима.
– Я не думал, что она такая легкая, – честно признался Триш.
– Дед Мартьян этому точно не обрадуется!
– Вот чучело огородное! Сила есть, ума не надо! – разозлился Акаций. – И что нам теперь, пешком идти?
– В машине остались все наши деньги и провизия, – убитым голосом произнесла Аграфена.
– Что?! – Тут кот пришел в настоящий ужас. У него даже вся шерсть встала дыбом. – Провизия?! Как ты мог, пустая твоя голова?! – набросился он на Триша. – А ну полезай в пропасть! Я как раз захотел немного покушать!
Триш, Пима и Акаций принялись громко ругаться, размахивая руками, лапами и хвостом. Наконец Аграфене надоело их слушать.
– Да хватит вам! – устало сказала она. – Доберемся до города пешком, тут уже недолго осталось.
– Пешком?! – взвыл кот.
– А что еще нам остается?
– А письмо для аптекаря Парацельса тоже осталось в машине? – воскликнул Пима.
– Да, оно ведь лежало в моем рюкзаке.
– И как же мы найдем его дом?!
– Спросим у кого-нибудь, – предложила Аграфена. – Главное, мы помним, как его зовут, а остальное сможем и на словах передать.
Акаций повозмущался еще какое-то время, но делать было нечего. Пропасть оказалась такой глубокой, что спуститься туда не представлялось возможным. Никто бы и не отважился на такой подвиг. Пришлось им дальше отправиться пешком.
Полчаса спустя юные путешественники спустились с крутой горы и углубились в небольшой лесок. По ту сторону ряда деревьев уже виднелись домики Золотой Подковы, в окнах которых горел свет. А вскоре они увидели небольшой трактир. Из высокой кирпичной трубы на его крыше поднимался густой черный дым, изнутри доносилась веселая музыка, раздавался громкий хохот. Заведение называлось «Пляшущий козел» – вывеска раскачивалась на ветру неподалеку от ворот заведения.
– Зайдем, – Акаций даже подпрыгивать начал от нетерпения. – Зайдем-зайдем! Я уже с ног валюсь от голода!
– Но у нас денег нет, – возразила Аграфена. – Мои небольшие сбережения лежат сейчас на дне той пропасти вместе с моим рюкзаком!
– И что, что денег нет? Когда нас это останавливало? – резонно спросил кот.
– А чем ты будешь платить за еду?
– Придумаем что-нибудь, – ухмыльнулся Триш. – В первый раз, что ли? К тому же у меня тоже в животе урчит.
– Зайдем, – смирился Пима. – Где наша не пропадала?
Аграфена и сама уже порядком проголодалась. Их затея ей совершенно не нравилась, это вам не огурцы воровать из теплицы деревенского старосты. Но голод не тетка. Поэтому она решила махнуть на все рукой и согласилась.
Они толкнули створку ворот и вошли внутрь, оказавшись в большом темном зале.
В трактире оказалось довольно многолюдно. Над главным залом не было крыши, ребята увидели над головами темное небо. У дальней стены полыхало пламя огромного очага, над ним висел огромный котел с булькающей похлебкой. Рядом с ним расположился квартет музыкантов. Они играли ту самую веселую мелодию, используя пару рожков, скрипку и барабан. На вошедших путников никто даже не обратил внимания – видимо в этом заведении останавливалось много приезжих.
Аграфена и ее друзья пересекли внутренний дворик, пытаясь отыскать для себя свободный столик, но таких в трактире не оказалось. Тогда они просто решили присоединиться к какому-то толстяку, который сидел в одиночестве неподалеку от камина и с аппетитом грыз кусок жареного мяса на косточке.
– Вы не возражаете, если мы подсядем к вам за стол? – на всякий случай спросила у толстяка Аграфена.
– Нисколько, – тот кивнул на свободные стулья.
Ребята тут же расселись вокруг столика.
– И что дальше? – шепотом спросила Аграфена у Триша.
– Смотри и учись, – вполголоса ответил тот. – Не возражаете, если мы вас угостим? – вдруг обратился он к толстяку. – За знакомство? Мы впервые оказались в вашем замечательном городе и очень рады познакомиться с его замечательными жителями!
– Конечно, не возражаю, – обрадовался тот. – Эй, мамаша Готье! Пришли сюда официантку!
Со стороны стойки бара послышался приглушенный рев. Секунду спустя у их столика появилась дородная женщина в белом чепце и грязном переднике. Впрочем, чепец тоже выглядел так, будто она периодически вытирала им пот с взмокшего лба.
– Чего надо? – хмуро спросила официантка. Судя по выражению лица, ее только что отвлекли от какого-то чрезвычайно важного дела.
– Несите нам все самое лучшее! – завопил кот. – Мясо! Рыбу! Кувшин молока!
– Хлеба и булочек, – добавил Пима.
– Макарон с сыром, – попросил Триш.
Аграфена уставилась на них во все глаза. Что задумали эти трое?! Если их разоблачат, а потом догонят, пожалуй, местные повара свое следующее жаркое приготовят уже из них!
Официантка кивнула и с мрачным лицом удалилась, громко топая башмаками. Через несколько минут она вышла из кухни с подносом, заставленным тарелками. Она принесла заказ, и весь стол мгновенно оказался завален всевозможными яствами.
Чего тут только не было! Жареное мясо, вареная рыба, макароны с тертым сыром и омлет с ветчиной, сдобная выпечка. Ребята тут же с жадностью набросились на еду.
Триш приветливо улыбался сидевшему рядом толстяку и не только лопал сам, но и предлагал новому знакомцу то одно, то другое.
Толстяк довольно кивал и только успевал закидывать в рот здоровенные куски. Когда тарелки опустели, они принялись за булочки и молоко.
В этот момент ворота трактира снова распахнулись, и на пороге возник какой-то длинный и тощий тип. Он был одет в чересчур свободное пальто темно-коричневого цвета. На голове его красовалась изрядно помятая широкополая шляпа с оборванными краями, через плечо висела замызганная сумка на длинной лямке. На длинном остром носу незнакомца сидели толстые очки с темными стеклами, грязные седые волосы свисали до плеч.
– Мамаша Готье! – сварливо крикнул он. – Не угостишь меня своим знаменитым кексом?!
Из кухни показалась настоящая женщина-гора. Гигантского роста, мощной комплекции, со здоровенными ручищами и красным лицом, она живо напомнила Аграфене Коптильду, комендантшу сиротского приюта. Только даже той крупногабаритной злодейке было далеко до мамаши Готье. Эта превышала ее размерами почти вдвое.
– Игуан?! – Мамаша Готье смерила пришельца недовольным взглядом. – Снова притащился втюхивать порядочным людям свои бесполезные порошки и зелья?
– Бесполезные?! – взвился Игуан. – Да меня в жизни так не оскорбляли! Взгляни-ка на свое белоснежное платье, – он ткнул пальцем в одеяние мамаши Готье. – Разве тебе не понравилось мое средство для стирки белья?
– Не понравилось! – громыхнула трактирщица.
– Отчего же?!
– Потому что до стирки твоим проклятым средством это платье было ярко-красного цвета! Да и твои средства от насекомых и вредителей – тоже белиберда!
– А что ты скажешь на это?! – злобно крикнул Игуан и сунул руку в свою сумку. – Мое новейшее средство от комаров!
Он вытащил баллончик угольно-черного цвета, встряхнул его и брызнул в воздух над своей головой. С крыши послышалось хриплое карканье, а затем на стойку бара свалилось три дохлых вороны.
Акаций захохотал так, что едва не подавился куском сыра.
Игуан тут же повернулся к коту, сверкая стеклами своих очков.
– Это кто там насмехается надо мной?! Назови свое имя, презренный! Я покажу тебе, как хихикать над знаменитым аптекарем Игуаном!
– Это твое имя? – еще громче рассмеялся кот. – Звучит будто название породы ящериц!
– Да, меня так зовут! – Игуан прищурился, поправляя на носу очки, затем изумленно уставился на Аграфену, сидящую рядом с котом.
– Это… Что это? – не понял он. – Что за мерзкое чучело в твоих руках, девчонка?! Ты что, чревовещательница?
– Что?! – возмутился Акаций. – Это я-то чучело?! Ты котов никогда не видел, что ли?!
– Котов? А это еще кто такие? – вскинул брови Игуан.
– Он еще и соображает туго, – подбоченился на столе Акаций. – Нюхни-ка горчицы, может, мозги получше заработают!
И он швырнул в старика баночкой соуса.
– Коты в наших краях – большая редкость, – изумленно пробормотала мамаша Готье, уставившись на Акация.
– Кем бы ты ни был, жалкий комок шерсти, чтоб тебя моль сожрала! – крикнул Игуан. – Сейчас ты пожалеешь, что попался у меня на пути! Ведь меня зовут…
– А меня зовут «Тебе кранты»! – зашипел Акаций. – И сейчас я вцеплюсь тебе в загривок! Вот только сыр доем…
Дело принимало скверный оборот. Аграфена на всякий случай ухватила Акация за встопорщенный хвост. Как бы и впрямь не кинулся в драку.
– И где мой кекс?! – развернулся Игуан к мамаше Готье. – Или мне придется отделать этого кота на пустой желудок?
– А деньжата у тебя есть? – хмуро осведомилась трактирщица. – Я тут бесплатно кормить никого не собираюсь!
При этих словах у Аграфены кусок застрял в горле.
– Конечно есть, – недовольно бросил Игуан. – За кого ты меня принимаешь?!
– А я слыхала, что твоя аптека на грани разорения!
– Брехня! – злобно воскликнул Игуан. – Это все происки и сплетни местных злопыхателей, ведь у меня здесь столько завистников! Просто у меня сейчас небольшие трудности. И все из-за этого проходимца Парацельса! Он переманил у меня всех богатых клиентов!
Триш и Пима радостно переглянулись. Аграфена навострила уши. Именно Парацельс им и нужен. Но вот у Игуана она точно не стала бы спрашивать его адрес. Уж больно злобным выглядел этот грязный тип.
Тем временем Игуан осмотрелся вокруг, гневно сверкая очками.
– Свободных столиков сегодня нет, – сразу предупредила его мамаша Готье.
– Да мне и не надо! Дай мне кекс, и я уйду. – Готье бросил на прилавок несколько монет. – А этого наглого кота дождусь снаружи.
– Ха! – только и сказал Акаций. – Смотри не убеги раньше времени.
Мамаша Готье подала Игуану увесистый кусок кекса, завернутый в плотную коричневую бумагу. Затем сгребла монетки в карман своего гигантского передника.
– И не забудь про свой старый должок, – угрожающе произнесла она. – Ты мне еще должен за мясо! А иначе папаша Готье отходит тебя своей самой большой метлой.
– Помню! Отдам при первой возможности, – пообещал Игуан. – К счастью, еще не все мои клиенты переметнулись в аптеку Парацельса.
– А знаешь, из-за чего?! – вдруг вскочил на ноги один из посетителей трактира. – Потому что его лекарства действительно помогают! А от твоих настоек никакого толку. Только вороны и дохнут, а еще тараканов можно выводить!
Все присутствующие покатились от хохота.
– Что?! – выкрикнул Игуан. – Да я лучший аптекарь в этом городе!
– Вас в Золотой Подкове всего двое и осталось, ты да Парацельс! И все мы знаем, кто из вас лучший. В прежние времена город славился своими лекарями и больницей! А теперь мы вынуждены терпеть таких шарлатанов, как ты!
– Подойди сюда и скажи мне это в лицо! – крикнул Игуан.
Поделиться книгой: