А ти все кричиш ïй: «Стiй!»
3
Як насувається доля?
Сльозами дiтей, матеpiв,
Йде труна за труною,
Горе заходе у дiм,
I раптом сльози застигають у гоpлi,
I серце вже не тремтить,
i цiєï самоï митi все, що лишається тим,
Хто йде по моïй землi, —
Це сором.
Бо доля — це ми,
Ti, що обрали опiр
I святий обов'язок боротьби.
Едут-едут БТРы
Едут-едут БТРы
По донбасской стороне
И наследники Бандеры
Все расселись на броне
И сверкают касками,
Лица скрыты масками,
На шевронах свастики,
Ищут, где здесь ватники,
Не спасать, не защищать —
Едут-едут зачищать:
«Москаляку на гiлляку,
I на палю комуняку!»
Если так, то я здесь первый,
Первый русский коммунист,
Дед не сдрейфил в 41-м,
Да и я не лыком шит!
По ту сторону прицела
Поднял голову фашизм,
Не проедут БТРы,
Я отдам за это жизнь.
Русский — значит, не сдается,
Все поставлю я на кон,
Ради мира, ради солнца,
Что зашло за террикон.
На главной баррикаде
На главной баррикаде
В белой балаклаве
Он глядит на Смерть.
А она-то вся при параде,
Рот в крови, как в помаде,
Говорит ему: «Иди ко мне.
Как же я тебя любить буду,
Целовать буду, миловать буду,
Уведу тебя я отсюда,
И как звать тебя, позабудут.
А постель моя в ковылях,
А постель моя вся в росе,
Уложу на нее я тебя,
Позабудешь и ты обо всех».
Но пока стоит мой солдат,
Хоть и взят врагом на прицел.
Он со Смертью глаза в глаза,
И в расширенных зрачках его свет.
Жив он, жив
Жив он, жив —
Главная новость.
— Жив он, жив —
Повторяю на все лады
И голос
Разливается солнцем,
Отступает ожиданье беды.
— Жив он, жив —
Повторяют губы.
Жив он, жив. —
Долгожданный миг
Под ногами цветут незабудки,
В небе ласточки и стрижи.
И становится мне заметно,
Как весенний распахнут мир,
Как он нежен, и как он смертен,
И как он прекрасен, когда ты жив.
Эти русские
Эти русские мальчики не меняются:
Война, революция, «русская рулетка».
Умереть, пока не успел состариться,
В девятнадцатом, двадцатом,
Двадцать первом веке.
Эти русские девочки не меняются:
Жена декабриста, сестра милосердия.
Любить и спасать,
Пока сердце в груди трепыхается,
В девятнадцатом, двадцатом,
Двадцать первом веке.
Ты же мой русский мальчик:
Война, ополчение, умереть за Отечество.
Ничего не меняется,
Ничего не меняется.
Бесы скачут,
А ангелы ждут на пороге вечности.