Предвестник (ЛП)

которых не рискнули бы преследовать даже армии Средин в горах. Маленькие

потрепанные деревушки стояли на камнях и были последним укрытием отчаявшихся. Они

могли быть раньше ворами или изгнанными рыцарями, но, если они оставались, погода и

опасности меняли их. Их руки становились грубыми от камня, а кожа – обветренной от

холода.

В обмен на убежище земля влияла на их детей. Не было важно, были ли волосы отца

черными или белыми, любой ребенок в горах рождался с пылающими рыжими волосами.

Старейшины думали, что в этом часть проблемы Каэла. Они думали, что его волосы

могут быть причиной, по которой он часто спотыкался, не мог хорошо управляться с

луком. Его отец и дед были истинными сыновьями гор, а Каэл – нет.

Его принес в Тиннарк отец, вскоре после этого умерев, и Каэл вырос, ничего не зная

о прошлом, потому что Амос отказывался говорить об этом. Насколько он смог узнать,

какая-то вражда разбила их давным-давно, а раны так не залечились. Даже теперь Амос

отказывался называть сына по имени, говоря о нем «этот человек».

Каэл был уверен, что он родился где-то в Королевстве, в низинах, как говорили

местные жители. Он знал это, потому что его волосы были рыже-каштановыми.

Жители не давали ему забыть, что он другой. Его звали полукровкой, скалились,

когда он проходил мимо. Он знал, что они говорят, когда он отворачивается спиной:

- А это полукровка Каэл, проклятие Тиннарка.

Он очень хотел доказать им, что они ошибаются, заткнуть их шепот. И потому ему

пришлось принять худшее решение в жизни. Его сердце забилось быстрее от одной мысли

об этом, рука, державшая лук, стала мокрой из-за воспоминания.

В Тиннарке двенадцатый день рождения мальчиков праздновали особенно, ведь в

этот день мальчик получал лук и свое место среди мужчин деревни. Но для Каэла этот

день был ужасным, как и все остальные.

Его день рождения засыпало первым зимним снегом, день проклинали, о нем ходили

легенды, и семьи старались делать так, чтобы их дети и близко к нему не рождались. И он

шел к Залу один, все из Тиннарка смотрели на него. Многие – с жалостью. Старушки

качали морщинистыми головами, когда он проходил, и шептали:

- Бедное, забытое судьбой дитя.

Это не успокаивало. Когда он дошел до стола старейшины, он едва дышал. Он стоял,

прижав руки к бокам, и ждал.

Брокк, старейшина, склонил седую голову и обратился к нему слабым голосом:

- Настал этот день, мальчик, - его рука подрагивала, когда он прижался пальцами к

столу перед собой. – Ты получил свой лук и место в деревне. Но теперь тебе нужно

выбрать: ты возьмешь полный колчан и место, что мы тебе уготовали? Или ты пройдешь

Испытание пяти стрел?

Каэл тогда думал, что выбор сложный.

Мальчики, выбиравшие полный колчан, учились у кузнецов или рыбаков, зависело

часто от их отцов. Для Каэла это означало, что он обречен на жизнь целителя.

Амос занимался исцелением, он был в этом очень хорошо. Но пока Амосу нравилось

читать толстые пыльные тома с названиями, типа «Что делать, если потерял конечность»,

Каэл думал, что проще было пронзить себе ногу стрелой и узнать самому.

Нет, исцеление ему не подходило. Ему нужно было что-то, связанное с

приключениями, интересное, хоть он и знал, что это глупо, он мечтал стать охотником.

Охотники Тиннарка работали во все времена года, преодолевали препятствия, чтобы

заполнить кладовые. Они были самыми сильными, быстрыми и отлично стреляли.

Старейшины считали их избранными Судьбой, найденными испытанием и получившими

ответственность поддерживать жизнь в Тиннарке. Потому к ним относились как к

королям.

Но старейшины никого не назначали охотником, для этого нужно было пройти

Испытание пяти стрел.

- Что ты решил? – спросил Брокк.

Каэл знал, что все от него ждут, он знал, что стоит сказать. Но, когда он открыл рот,

ответ получился совсем другим.

- Я хочу пройти Испытание.

В зале раздались вскрики, Каэлу показалось, что он слышит стоны Амоса.

Брокк недоверчиво фыркнул, но сдержал серьезное выражение лица.

- Хорошо. Правила Испытания просты: у тебя есть пять стрел и пять лет, чтобы убить

оленя. Принесешь тело в Тиннарк и получишь свое место среди охотников. Провалишься,

и старейшины выберут тебе… более подходящую работу. Пусть твою судьбу направляет

удача.

Годы прошли быстро, и удача Каэлу требовалась больше всего. Уже почти наступила

его семнадцатая зима, так что ему пора было завершать испытание. Потому в этот раз он

был очень осторожен, потому он ходил по следам в лесу.

Он сидел высоко на огромном дубе, перед ним простиралась широкая роща. Желуди

усеивали неровную землю под ним, тени были длинными от тусклого света утреннего

солнца, они покрывали землю пятнами. Осень наступала быстро, листья уже начинали

сохнуть на ветках.

Тощий Каэл не во всем был хорош, но прятаться умел. Он узнал, что его тонкие руки

почти не отличаются толщиной от веток.

Он повесил рюкзак в гуще рощи. Там было оживленно: зайцы, белки и даже

сбежавшие гуси играли там. Он не очень хорошо стрелял из лука, но так сильно хотел

научиться, что Роланд, старший охотник Тиннарка, сжалился над ним.

Он был старым другом Амоса, многие считали его странным. И все же он увидел

что-то, что другие в Каэле не замечали: потенциал. Это Роланд научил его делать ловушки.

У Каэла были умелые руки, и Роланд сказал, что он весьма изобретателен. Он за

неделю овладел простыми силками, через пару недель понял сложные. И Роланд был рад,

что взял его в ученики, он учил ему всему, что знал о лесе.

Хотя стальное небо пыталось скрыть это, Каэл знал, что солнце восходит. Вскоре

тушки в его рюкзаке начнут пахнуть, предупреждая всех вокруг о его намерениях. Он

понимал, что у него осталось всего пару минут, и он был рад этому. Он бы сошел с ума,

если бы сидел тут еще дольше.

Роланд часто ругал его за нетерпение.

- Добыча не прыгнет тебе на колени, парень, - сказал бы он, вскинув руки. – И не

будет вежливо ждать, пока ты всадишь в нее стрелу. Лес не будет давать тебе играть, ты

должен сам его покорять.

Каэл это знал. В глубине он знал, что так охотиться было правильно. Но этот способ

был очень скучным.

Прошло пару минут, ничего интересного не случилось, и он посмотрел на «Атлас».

Он перевернул страницу и провел рукой по карте Королевства. Он обвел кончиком пальца

смертельные пики гор. На половине пути к самой высокой горе был Тиннарк. Обычно его

не отмечали на карте, но Роланд оставил точечку там, где была, по его мнению, деревня.

В центре Беспощадных гор была чаша зеленой земли. Место было обозначено просто

Поляной, и Каэл завидовал тем, кто жил там. Зеленый редко был в Тиннарке, если земля

не была в снегу, она была в трещинах и коричневой.

Движение привлекло его внимание к роще. Он посмотрел поверх книги, не ожидая

ничего особого. А потом застыл.

Из-за деревьев вышел молодой олень. Он стоял на расстоянии броска камнем, ел

желуди, выгнув шею и почти касаясь носом земли. Весна хорошо отразилась на нем, его