Холодный оружейник. Трилогия

В воздухе повисает расходящиеся от моей ладони ледяные лучики. Тонкие настолько, что режут древесину, как нож теплую землю. Измененная Вода, превращенная в лед материалы, из которых я создал эту конструкцию весят не слишком много. Моя рука и сопротивление воздуха позволяла бы держать эту штуку до получаса. Умей я сохранять ее стабильность это время. Хотя, возможно, есть еще какойто фактор, влияющий на эту штуку... я же не шиноби. Так, самоучка.

Я поворачиваю ладонь.

На землю вслед за людьми и срубленными деревьями падает вода. Я еще не умею держать десять водных нитей так долго. Как только я утратил контроль, лед растаял, а затем вода упала. Всетаки созданный мгновенно из воды, и лед, созданный исключительно силой, это разные вещи. Первого много, но второй долговечнее.

Я подхожу к тому, кто спрашивал меня о мешке. Кровь перестает течь из ног, перерубленных в бедрах. Кровь тоже вода. Ее контролировать не в пример сложнее. Поэтому надолго меня не хватит.

Где вы храните то, что награбили?

Раненный насмешливо смотрит на меня. Ни ужаса, ни отчаяния. Боль и ничего больше. Он ожидал такого исхода.

Носим на себе, урод.

Он врет, я это вижу. Но как заставить его сказать правду?

Догадка, неясные образы. Что я теряю? Попытка, как известно, если и пытка, то, не для меня. В обоих основных смыслах, видимых в данной ситуации.

Я касаюсь его правой руки и медленно вливаю в нее силу, представляя, как она собирается в ладони поверженного противника.

Дикий крик раздается на дороге. Бывший разбойник и будущий труп лежит в пыли и ужасающе громко орет. Я смотрю на покрытую льдом кисть руки мужчины. От его ора болят уши. Два комка болитяжести сливаются, пульсируя, в один.

Удар ногой. Обломки, что недавно был пальцами, крошевом рассыпаются по сухой, но и местами влажной, пыли. Кровь это тоже вода. И ее можно заморозить. Труднее, потому что любой организм сопротивляется воздействию, а значит, биологические среды тяжелее охладить. Но врагпротивникжертвабудущийтруп, скорее всего, имеет меньший опыт сопротивления такому воздействию, чем я его оказания.

Я не чувствую жалости к нему. Не сомневаюсь, если бы они были уверены, что у меня гдето рядом спрятаны деньги, поступили бы также. Если бы могли.

У тебя еще многое осталось от тела. Я могу заставить твою кровь забраться обратно прежде, чем она вытечет из ран. Выбирай.

Думаю, он тоже понял, что допрос может продолжаться еще долго. Не похож он на дурака, неспособного просчитать ситуацию. Его спутники умерли от кровопотери, еще когда я начал его спрашивать. Потеря конечностей это не только уменьшение массы тела, но и открытые кровотечения. Так что допрашивать, кроме него, некого. Зато не стоит сильно опасаться удара в спину. Такая вот стратегия. Или тактика?

Я подергиваю пальцами правой руки, когда вода поднимается из грязи и пыли, все такая же чистая, чтобы попасть обратно во флягу все еще не удается проворачивать этот фокус просто усилием мысли. Как побочный эффект концентрации на этом действии подергиваются пальцы. Слыхал, что, когда детей учат писать, они ноги узлом сворачивают. У меня, наверное, чтото похожее. Как там? Ах, да. Активация сопредельных центров коры. Чрезмерное возбуждение, или чтото подобное? Чего только нет в моей памяти. Даже такие вот знания, вернее, отрывочные факты, имеются.

Главарь колется после третьего замораживания. Надо на будущее освоить еще чтонибудь. Не обязательно боевое. Допрашивать тоже чемто надо. Да и маскировка не помешает. Тогда, в доме, я ведь както замаскировался. Главный среди солдат еще сказал, что я использую иллюзии.

Есть последняя просьба? спросил я, когда поверил, что он говорит правду.

Сделай это быстро попросил он.

Эта просьба поднимает в голове поток воспоминаний. Кажется, ничего общего между маленьким ребенком, отдавшим мне свое тело, и этим сероволосым человеком среднего роста. Один был ангелом... а этот просто человек без лица.

Но... вдруг, с ним тоже можно заключить Сделку? Ведь чтото внутри меня советует дать ему шанс?

Пообещай, что готов отдать мне все, что я попрошу озвучиваю доработанные требования.

Я согласен ответил он. И я почувствовал, что это правда.

Его мозг почти мгновенно превратился в лед. Кровь это тоже вода. А мозг тоже.

Четыре медные монетки, воспоминания главаря и его умение драться ножом и копьем. Вот и вся добыча. Не густо... но теперь я знаю, что Сделок можно совершать больше одной. Возможно, мой предел еще далеко.

Я свернул в сторону их лагеря. Может быть, там мне повезет. Мне очень пригодятся лишние знания. И почему я проверил эту возможность только сейчас? Я дурак, слишком занят, или чтото еще?

В лагере было скучно и неинтересно. Две землянки, размазанное между ними кострище. Похоже, местные не стремились разжигать костер всегда в одном и том же месте. Допускали небольшое его перемещение время от времени. Как результат, бесформенная клякса из старых угольев, золы и пепла. Влажных и холодных.

Мне повезло. Нет, денег там было мало, как и других вещей. Но было несколько книг и свитков. Их я забрал с собой. Если я могу получить умения у людей, то почему нельзя также научиться читать?

Так, только вот вшей, набежавших, пока возился в тряпках покойных, хорошо бы избавиться. Так, неподалеку был вполне приличный ручей, так что запас фляги можно использовать для очистки тела и вещей.

Вода...

Гораздо лучше говорю сам себе.

Вода в ручье, действительно, оказалась хорошей. Вкусной. Вот только, к вечеру нагрелась. Зато теперь во фляжке стучаться кусочки скороспелого холодного Льда. Классная способность, все же. Может, устроиться делать коктейли? Есть же целая странакурорт гдето на югозападе. Эмиграция... Хотя чего я забыл в Стране Полумесяца? Или это государство называлось Страной Луны? Неважно.

Пока что тактическая цель простая. Научиться читать и разобраться, что я добыл. Может быть, еще чтонибудь добуду, пока буду искать учителя.

Еще одна порция воды, проскользнув по языку, скользнула в пищеводе. Классные ощущения.

Итак, мне доступны два принципальных пути, позволяющих научиться читать. Действительно обучиться. И попытаться заключить Сделку.

Так, закрываем флягу. Хватит пить. И вообще, темнеет. Ужин уже в желудке, так что пора, наверное, спать.

Итак, учиться долго. Это минус. Плюс найди еще учителя, который обучит. И время и ресурсы на обучение. В стране гражданская война. Причем как среди шиноби, так и простых людей. Грамотные либо в могиле, либо при деле. Не до меня.

Зато Сделка хранит в себе слишком много секретов. Конечно, заманчиво получить еще один комплекс жизненного опыта в качестве Трофея. Но слишком это моя особенность мне подозрительна, ибо непонятна и непредсказуема. Хотя это взаимосвязанные понятия.

Хотя надо собрать данных. Кажется, на северовосточном большом острове много монастырей. И полно монаховстранников. И многие из них грамотные. Если не найду пригодного для Сделки, то, может, найду просто учителя?

Хотя, кажется, я уже знаю, какой вариант я бы предпочел.

Шаг. Другой.

Стоило отвлечься и вот, на тебе. Повредили колено.

Больно. Если бы не эта конструкция на правой ноге, пришлось бы делать трость, а то и костыль.

Все же, этот мир поражает меня. Семья Хакупрошлого, нет, моя семья, раз уж я решил быть им... Короче, у них даже железных инструментов было немного. И, насколько я могу судить по памяти Трофеев, за последние тридцать лет быт простых людей ничуть не отклонился от этого уровня, за исключением некоторых... отклонений.

Сантехника, двигатели на переработанной нефти. Это предметы роскоши, доступные лишь шиноби, дайме с его двором и еще некоторым представителем, так сказать, "элиты".

Не знаю, откуда такое расхождение. Мир должен быть логичным, понятным. И для местных таковым и является. Не для меня. Както это странно, как по мне. С одной стороны крестьяне с деревянными мотыгами и ножами из плохенького мягкого железа. С другой легенды о Великих Мечах, керамические стационарные ночные горшки со сливом, горячая вода в трубах, ортопедические системы из особых сплавов и протезы у шиноби.

Я снова посмотрел вниз. Мое правое колено было окружено странной конструкцией из металлических дуг, винтов и прочей механики. Именно благодаря этому, я сейчас шел, испытывая лишь небольшой дискомфорт.

Откуда она у меня? Ну, право, и вопросы... В лучшем из миров порой можно встретить не совсем живого шиноби в самых неожиданных местах. В том числе, в хрестоматийной сточной канаве на краю деревни, судя по всему, снесенной цунами. Поселение, к слову, располагалось в лесистых предгорьях. Есть в лучшем из миров умельцы, способные устроить водоворот посреди если не пустыни, то леса или болота, точно.

А может, это все и объясняет? В смысле, шиноби. Если использующие эту их "чакру" могут вытворять всякое непотребство с водой, огнем и чуть ли не молнии во врагов посылать, то почему бы части из них не обеспечивать создание и работу всех этих штуковин?

Удобная шизотеза. Все объясняет. Как и теория вселенского заговора.

Ладно, хватит бессмысленных рассуждений. Чтото мне кажется, свернув на следующем повороте выше в горы, я скорее найду когото нужного. Тянет меня туда.

Так и получилось. Найти читающего человека, согласного отдать мне чтолибо за легкую смерть, удалось только через два месяца. Это был монах, застигнутый воспалением легких в какойто хижине. Там я и решил сделать остановку, чтобы освоить свои трофеи.

Или это был туберкулез? Хотя мне то откуда знать?

Но, наверное, лучше спуститься вниз по дороге, в ближайшую деревеньку. А то вдруг этот монах с промороженным ныне мозгом обчихал, будучи живым, все в этом доме? Нет, лучше перестраховаться.

Чтото мне подсказывает, что если есть болячка, от которой слег монах, а половина их этой братии, как и самураи, владеют, пусть и на худшем уровне, той же силой, что и шиноби... То лучше с этой болячкой контактировать поменьше. Так, все ценное, что найду в этом месте, в отдельный мешок. Потом еще в один. Благо, этого добра хватает.

Прежде чем уйти окончательно, я не забываю поджечь дом. Возможно, я совершаю варварский акт вандализма. Возможно, дезинфицирую очаг инфекции. Или просто сжигаю дом вместе с трупом хозяина, заметая следа.

Все это неважно. Гораздо выше для меня стоит задача остаться незамеченным.

Прощай, монах, кто бы ты ни был. Твоя смерть была легкой. Ну, я надеюсь я замечаю, что говорю это вслух.

Итак, я достиг очередной цели. Теперь хорошо бы спуститься с горы и прочесть все те бумажки, что я набрал за это лето. А затем я решу, куда двигаться дальше. Лето заканчивается. Еще три месяца, и на этом острове выпадет снег. Не то, чтобы мне это мешало, но, все же, както не хочется мне зимой странствовать. А может, наоборот, просто хочется осесть гденибудь и отдохнуть от постоянного пешего странствия? Да нет, бред. Зачем было покидать одну берлогу, если охота через полгода заточить себя в новой?

Хотя вот определить направление дальнейшего движения не помешает.

Разворачиваюсь и ухожу. Тени передо мной смотрят туда же, куда и я. И чуть колеблются вслед за языками пламени. Я ухожу дальше в еще темное утро на грани поздней ночи. Не оглядываясь.

Глава 6. Осень (Fall)

"Улучшенным геномом в настоящее время называют власть над стихией, не относящейся к пятерке основных. Однако в изначальном смысле это любое изменение человека от стандартного эталона. Измененные глаза, обоняние или другие органы чувств, перестроенные органы, или стихии, образованные смешением других любые способности, недоступные обычному шиноби, а только обладателю соответствующего наследия, являются, по существу, тем, что ранее называлось кеккенгенкай"

Забавно. Это что же получается, Сделка тоже, ке...геке... как оно там называется?

Я вторично открыл свиток и еще раз посмотрел на иероглиф. Наследственная черта. А этот вариант прочтения пришел из памяти, полученной от Сделок. Интересный эффект два варианта прочтения знакаслова. Дар Крови, Улучшенный Геном, наследственная черта это все синонимы? Ладно, с общим образованием закончили. Теперь можно поучить нечто более специализированное.

"При создании иллюзии следует помнить, что в момент атаки вы сами наиболее открыты для встречной иллюзорной атаки. Эта техника встречной иллюзии является традиционной среди кланов, специализирующихся на этой ветви искусства."

Иллюзии... кажется тогда, при визите солдат, я както сделался невидимым для них. Пока их главный не отменил эффект. Было ли это иллюзией? Кто знает...

В округе было два небольших городка. Но местные бандиты собрались толпой аж в полторы тысячи рыл... Судя по развалинам, среди них были шиноби, владеющие Огнем или чемто подобным. На первом пепелище трудно было найти хоть чтолибо ценное. Словно бы, забрав нужное, они целенаправленно уничтожили улики. Даже не очень похоже на разбойников.

Итак, до второго города два дня пути по обезлюдевшей дороге. Бывший торговый тракт. Теперь в округе только деревеньки, с которых нечего взять. Грабители, скорее всего, ушли или рассыпались на банды помельче. Я могу пройти этот район, тренируясь на ходу. Если очень не торопиться, то уйдет полторыдве недели. Хватит, чтобы попытаться создать иллюзию. И еще раз перечитать, осмыслить те источники информации, которые удалось добыть.

Иллюзии тоже могут быть оружием. Так что стоит потратить недельку, пытаясь создать чтонибудь боевое. Не получиться вернусь к Плетям и Нитям. Как раз появилась классная идея. Покрыть свое тело водой, как доспехом. И множество Плетей. Будет похоже на осьминога. Назову эту технику Кальмаром, пожалуй.

Плети едва успевает сменить сечение с трехгранного на круглое и уменьшить скорость. На этот раз обед должен быть живым.

Я смотрю в глаза окруженного витками Плети кролика. Иллюзии надо на комто испытывать. А мясо... мясо вряд ли испортиться от того, что увидит кролик.

Нельзя сказать, что книги и свитки мне чемлибо сильно помогли. Общие знания, как у монаха. Основные ветви искусства шиноби, наиболее известные способности кланов.

Но раньше у меня не было и этого.

Синее холодное пламя пляшет на пальцах. Оно не согревает и не охлаждает. Обвивает ладонь. Стоит мне поверить, что среди синих всполохов мелькают змеиные головы, лица, какието морды как они появляются на миг. Нестабильное гендзюцу. Моя личная разработка иллюзия Синего Пламени. Я кидаю его в пойманного кролика.

Дикий вопль разносится по двору. Выбежавшие из дома люди неодобрительно смотрят на меня. Действительно, надо извиниться за беспокойство.

Визг сменяется хрипом, но и тот вскоре стихает. Я смотрю на кролика, все еще окутанного иллюзорным пламенем. Осматриваю его. Так и есть не выдержало сердце. Если... нет, когда на меня в следующий раз нападут разбойники, проверю, действует ли эта иллюзия на людей. Лед и вода хороши, но я хочу иметь запасное оружие.

Взяв тушку, иду к хозяйке.

Приношу извинения за шум. Не думал, что ему будет больно. Вам нужно мясо?

Мясо хозяевам, судя по голодным глазам, было нужно, несмотря на страх передо мной. А я в обмен смог переночевать, а не выходить в путь вечером.

Скоро пойдут довольно обжитые месте, где полно солдат и шинобинаемников, которых могут навести на меня. Придется снова скрывать свои способности. Не потренируешься.

Синее Пламя... все же не зря я потратил шесть дней на то, чтобы создать первый образ нестойкий и почти прозрачный. Теперь у меня есть оружие, почти не расходующее мой резерв. Пригодиться, я думаю.

Подумать только, если бы не тот случай, наверное, даже месяца попыток мне бы не хватило...

   Экскурс в прошлое.

"Я иду по выжженной земле,

Самурайский шлем на голове.

Сзади тычут мне кунаем,

Жизнь моя висит на волоске.

Ну, както так" подумал я. Вокруг висел тяжелый запах.

Конечно, выжженная земля, художественное преувеличение, гипербола, и прочая анафема, положенная пятистопным хореем через ямб по трехстрофному дактилю. Чтобы это не означало.

Хотя поэт из меня примерно как рудознатец, настроение было творческим. Причем не плодотворным, когда в голове рождаются интересные идеи, которые потом можно неделями доводить до ума, вроде той же Плети или хождения по пропитанному Водой грунту, а... В общем, в результате такого настроя и рождались подобные опусы.

Стоит признать, что, все же, пепел под ногами был. И от запаха начинало ныть в желудке и за ушами, под языком. Легкая, голодная слюна в очередной раз заполнила рот. Проглотив ее, я постарался абстрагироваться от чувства голода, воспрянувшего в очередной раз.

А ведь всего час назад ел. Что поделаешь, запах почти как в закусочной в портовом квартале. Горелое мясо. Местами, чуток испортившееся. И много, много мягкого, остывшего, но все также теплого на ощупь, пепла.