Дикая принцесса (СИ)

– Разве это имеет значение?

– Нет, конечно нет, – еще больше засуетился директор. – Просто я... простите, ваша светлость, но мальчик уже выкуплен.

– Это неправда! – звонко выкрикнул Ри и бросился вперед, словно намереваясь ударить директора.

– Замолчи! – прошипел тот, бросая на посетителя испуганные взгляды.

Но Гергос даже глазом не моргнул.

– Деньги уже отданы?

– Нет, но... существует договоренность, – Боравадо снова выразительно посмотрел на Ри, приказывая тому молчать. – Если вам нужен мальчик... я мог бы предложить несколько неплохих вариантов.

– Мне нужен не просто мальчик, – холодно ответил Гергос. – Я хочу купить Ри.

Боравадо вздохнул и сокрушенно покачал головой.

– Простите, ваша светлость, но уже слишком поздно.

– Это неправда, неправда! – снова закричал Ри. – Меня никто не покупал! Вы не посмеете отдать меня этому толстому ублю...

– Дитя мое, – оборвал Гергос гневную тираду, – будет лучше, если вы замолчите хотя бы на минуту.

– Но он лжет! – чуть не плача воскликнул Ри.

Гергос приподнял одну бровь, и мальчик проглотил дальнейшие жалобы.

– Я заплачу двойную цену.

На щеках Энвио Боравадо появились два ярко-красных пятна. На лбу заблестела испарина.

– Ваша светлость, но вы же видите... Ребенок неуправляем. Он сквернословит и очень нечистоплотен. Он постоянно отказывается мыться. Уверен, вы не хотите...

– Я уверен, что знаю, чего хочу. Господин директор, существует причина, по которой вы не можете продать мне мальчика?

Пятен стало больше, капелька пота скатилась по щеке директора.

– Видите ли, ваша светлость, – сглотнув, проговорил он, – господин Тракас – давний и весьма уважаемый патрон Интерната, и покупка Ри была оговорена еще год назад...

– Не давний, а древний и никем не уважаемый извращенец!

– Ри, я в последний раз вас предупреждаю, – тихо сказал Гергос. – Если вы не можете молчать, то лучше выйдите.

Мальчишка бросил на него испуганный взгляд, но закрыл рот и остался на месте.

– Как вам кажется, господин директор, мы с господином Тракасом сможем договориться?

– Я... я не знаю, ваша светлость. Я могу послать кого-нибудь к нему...

– Отлично. Передайте господину Тракасу, что я смогу принять его после двенадцати часов на третий день.

– Но... – директор окончательно стушевался. – Рарго! – крикнул он и, когда в дверях появилась очередная чумазая физиономия, приказал: – Принеси документы Ри.

Мальчик вернулся с тоненькой папкой, которую, по знаку директора, передал Гергосу. Тот почти без интереса пролистал принесенные документы.

– Скажите, господин директор, сколько времени этот замечательный юноша пользуется вашим покровительством?

Седые брови снова сдвинулись к переносице.

– Почти два года, ваша светлость.

– Значит, он так много ест? – Гергос с улыбкой оглядел худенькую фигурку Ри. – Затраты на содержание поражают.

Директор откашлялся.

– Мальчишка некоторое время учился у нашего врача, и тот требовал оплаты.

– У врача? Неужели мне посчастливилось встретить будущего хирурга?

– Нет, ваша светлость, доктору пришлось уехать, не закончив обучения. А тот, что пришел на смену, отказался возиться.

Гергос вздохнул.

– К сожалению, у меня нет при себе нужной суммы.

– Тогда вы не сможете забрать мальчика.

– Вы не верите моему слову?

– Ну что вы, ваша светлость. Я полностью вам доверяю, но надо мной стоят люди, лишенные всякого почтения и благоразумия. Они требуют подробных отчетов о каждом воспитаннике, и я просто не могу отпустить его, не оформив сделку по всем правилам.

– В таком случае...

Ри снова упал на колени и, схватив руку Гергоса, с жаром ее поцеловал.

– Господин, я умоляю вас! Пожалуйста! Я отработаю каждый пенни!

– Не сомневаюсь в вашей честности, дитя мое.

– Купите меня, пожалуйста. Я обещаю, что вы не пожалеете.

Внезапно Гергосу очень захотелось увидеть этого господина Тракаса. Он не тешил себя иллюзиями относительно причины, заставившей Ри изменить решение. Его просто посчитали меньшим злом. Но как же тогда выглядело большее?

– Дитя, вы даже не знаете, зачем я хочу вас купить.

Кажется, Ри побледнел – в тусклом свете четырех жировых свечей сказать было сложно, – но все равно не отступил.

– Я... это не важно. Господин, прошу вас, купите!