— Юноша, как вас там… Журналист… Вы не поможете мне дойти до кабинета?
Ювелир был мрачен.
— Мне теперь, выходит, небо в клеточку?
Доктор, опираясь на плечо подбежавшего Журналиста, усмехнулся.
— Зачем? Вы на пути к выздоровлению, ведь свои дорогие часы собирались отдать сами. Теперь я прописываю вам дополнительный курс лечения, чтобы зафиксировать нашу с вами маленькую победу, — он плотоядно оскалился. — Это очень интересный курс, и о-очень дорогой. Настолько, что вы нескоро сможете позволить себе те безделушки, которые и привели вас ко мне.
И Доктор в сопровождении Журналиста медленно удалился. Уже в галерее он заметил, прикрывая рукой глаза — голова все-таки болела:
— Вы переигрывали, коллега. Но слушать вас было одно удовольствие. Уж вы-то меня понимаете.
— Спасибо, — ответил Журналист и покраснел.
…Детектив с Лесорубом смотрели на озеро у бортика. К ним несмело подошел Ювелир. В руке он по-прежнему сжимал часы, из-за которых и закрутилась вся свистопляска.
— Они уже не являются уликой, верно? — спросил Ювелир. Ему не ответили.
— Ну, тогда… — он размахнулся. — В добрый путь.
Пролетев положенные метры, дорогой хронометр честно булькнул и ушел в небытие на дно озера.
Детектив снял свои темные очки.
— Раз пошла такая пьянка… — к первому «бульку» прибавился второй. Ювелир с Детективом покосились на Лесоруба. Тот отодвинулся от бортика.
— Э-эй… Что, по-вашему, я должен выбросить?
Ювелир хмыкнул. Детектив, не глядя на Лесоруба, тихо пробормотал:
— Нет, мужик. Думаю, тебе это что-то очень скоро пригодится.
Зазвонил телефон. Лесоруб взял трубку.
— Алло? — и закрыл трубку рукой. — Это из скорой помощи. Их машина будет через две-три минуты… — и снова в трубку, — сейчас встретим…
И, немного поколебавшись, добавил:
— Девушка, а вы знаете, что у вас красивый голос?