Помоги проекту - поделись книгой:
— Пьеса просто чудесна. Кто автор?
— Там вроде бы написано.
— Там указан Лещина, но я так понимаю, вы просто купили имя, как привыкли покупать профили. Лещина давно не пишет, никто не знает, где он вообще.
— Самый настоящий Лещина, поверьте. Он действительно не писал некоторое время, потому что был занят поиском еды на помойках. Мой друг разыскал его среди бомжей на одном из парижских бульваров. Я предложил гению написать то, что он жаждет. И, знаете, он согласился.
— Да, вы умеете соблазнить.
— Ну что вы, я всего лишь чертёнок с туристическим котелком.
— Сейчас вы больше похожи на трикстера.
— Перед сном посмотрю в словаре это слово. Но, увы, мой час истекает. Можем продолжить завтра, если хотите.
Он поднялся со стула.
— Нет. Не уходите.
— Неужели вы соглашаетесь на свидание?
Она улыбнулась так, что у Алексея защекотало где-то под солнечным сплетением. Почему не в области сердца, кстати?
— Вы славный, — сказала она. — Зачем это вам?
— Я влюбился.
— Ну, допустим. Но есть же способы и попроще. Цветы, например.
— Женщине нужно дарить мечту. Сами же говорили — хочешь завоевать женщину — полюби её детище. У меня нет цветов, но есть театр. Императорский.
— Если так, то боюсь, у вас ничего не выйдет.
— Ваше сердце отдано другому?
— Я имею в виду, не выйдет с театром. Вы относитесь к этому… механически что ли. Взять драматурга, актрису, купить здание, набрать труппу. Свалить всё в кучу и ждать, что зрелище родится само собой.
— Я что-то упустил?
— Дело нужно знать и любить.
— Я знаю и люблю своё дело. Знаете в чём его суть? Создать работоспособную систему. Алгоритм прост — взять талантливых людей с мечтой, с замыслом и предложить воплощение. Тогда не нужно будет никого подгонять…
— И как актёры, каждый из которых считает себя талантом, будут разрабатывать мизансцену? Как минимум нужен режиссёр.
— Нет. С режиссёром придётся делиться властью, а я этого не люблю. Я не меценат, чтобы наблюдать с умилением, как мои деньги тратят другие.
— Н-да, вам бы родиться лет на триста раньше. Тогда в театр загоняли крепостных девок и никаких проблем с мотивацией. Да и ухаживать за ними особо не требовалось.
— Отнеситесь к этому как к гастролям.
Чебурашка вёз Джейн в соседнем вагоне. А в соседнем купе спала Анна. Или не спала? Алексей вот не спал. Нервничал. Подумывал уже, не разбудить ли по обычаю Серёгу? Но мобильник вдруг сам пискнул вызовом.
— Это моя прерогатива будить тебя по ночам. Это ты на меня работаешь, а не я на тебя.
— Новости срочные. Вадик продал свои акции «Параллаксу». Они поглотят фирму, если соберут ещё хотя бы пару процентов.
— Вадика осуждать сложно. Он-то знает, какую куклу вместо актрисы мы приготовили на позицию девушки Бонда. Мисс растворимый кофе.
— Вопрос в том, почему я об этом узнаю только теперь?
— Не обижайся.
— Ко мне придут через час. Предлагают двойную цену.
— Продавай.
— Что?
— Что слышал. Но продавай всё что есть. И твоё и моё. Мы меняем профиль!
Разбирая сумку, он наткнулся на пластмассовый телефон из гостиницы. Вот чёрт! Спрятал и забыл вытащить. Интересно добрый ли это знак?
Презентация локальной версии фильма и ёё изюминки — «девушки Бонда», проходила в здании Малого театра. В фойе стояла «Шкода», натёртая воском до зеркального блеска, висели гирлянды шаров, логотипы компаний, стояли стенды, у которых никто не задерживался, если только там не раздавали бутерброды. Алексей вёл Анну сквозь толчею, кивая предпринимателям и улыбаясь прессе, пока путь не заступила троица из «Параллакса».
— Госпожа Поленова? Приятно познакомиться. Привалов, Зельцер, Белл.
Представляясь, Привалов кивнул, а затем показал на спутников.
— Вы корошо потрутилис, госпотин Шелестоф, — произнёс Белл.
— Прекрасная идея арендовать это роскошное здание, — добавил Привалов. — Кому оно принадлежит?
— Одной маленькой фирме. Она не занимается арендой, но для меня сделала исключение. За каких-то полмиллиона.
— Не для вас, для нас, сделала исключение, — уточнил Зельцер. — За наших каких-то полмиллиона. Давайте расставим всё по своим местам, господин Шелестов. Мы не заинтересованы в сохранении компании в прежнем виде. Думаем преобразовать её в филиал. А вам можем предложить место управляющего.
— Соглашайтесь, — добродушно улыбнулся Привалов. — Это дорога в большой бизнес. Первая ступенька в карьере.
— Серьёзное предложение. Мне нужно его обдумать.
Троица двинулась к вип-ложам.
— Почему вы не согласились? — Анна пихнула спутника локтём в бок. — У вас есть все данные, чтобы завоевать континент. Как минимум континент!
Гигантская люстра приглушила свет до сумрака. Иван Ант, исполнитель роли Вяземского, ходил перед занавесом и поглядывал на часы. Публика, ожидая сюрприза, бросала в его адрес смешки. Хрустел попкорн.
Вдруг занавес лопнул с оглушительным треском, словно какой-то Гаргантюа рвал его на портянки. В образовавшуюся дыру на авансцену выбралась Джейн. Зал ахнул. Ещё бы — её тело было прикрыто тремя крошечными лоскутками. Тут занавес рухнул и открыл взору публики застывший кадр из фильма, созданный с помощью голограмм и бутафории — «Шкода», подскочив на бордюре, взлетает и врезается в угол ратуши. Первые кирпичи уже падают, но ещё ни один не долетел до земли.
Джейн взяла Анта за руку и ввела его в кадр. Она прилегла на брусчатку, там, где и надлежало быть героине фильма после прыжка из машины. Вот только на съёмках у Анта была другая партнёрша, и он растерялся. Джейн призывно шевельнула ладошками. Публика подбадривала выкриками. Ант пожал плечами, опустился на колено и, наконец, закрыл собой Джейн.
Зал рукоплескал. Ухнули мортирки, выпустив конфетти и серпантин, со второго яруса бросили охапки бонусных купонов на премьеру, и они разлетелись, кружась как кленовые семечки.
— И вот вы хотели, чтобы я была на её месте? — нахмурилась Анна.
Алексей улыбнулся. Посмотрел на ложу, где сидела троица. Среди хозяев началась тихая паника. Они-то профессионалы, их выпирающей грудью и бёдрами не проймёшь. Все трое встали и покинули представление.
— А теперь гоните всех в шею. Нам надо начинать репетицию, — сказал Алексей Чебурашке и повернулся к Анне. — И, да, я прочитал театральный словарь и теперь знаю что такое мизансцена, амплуа, сценическая речь, знаю, что нельзя поворачиваться спиной к публике…
— Ещё каких-то лет пять, и вы сможете поставить дипломный спектакль.
— Пять недель! И будет аншлаг на величайшей премьере десятилетия. Что у театралов дают вместо Оскара?
— Тони.
— Но, конечно, стартапов среди номинаций нет, — Алексей вздохнул.
— Они вообще предпочитают бродвейские мюзиклы.
Фильм провалился в прокате с треском разрываемого Джейн занавеса. «Параллакс» потерял региональный рынок, но для корпорации это было комариным укусом. Сама Джейн, как ни парадоксально, оказалась в плюсе. Федеральное министерство культуры предложило ей возглавить пресс-службу. Ну, то есть подразумевалось, что её профиль будет докладывать журналистам о достижениях ведомства.
Алексей устроился в персональной ложе, где от прежнего хозяина остался неплохой мини-бар и прочие скрашивающие и без того красивую жизнь удобства. Здесь же теперь стоял и телефонный аппарат, нечаянно украденный в гостинице «Бристоль». Отсюда Алексей с благоговением наблюдал за творческим хаосом.
Вадик программировал светотехнику. Актёры бродили с распечатками, шарахаясь от гения, в котором проснулся вдруг перфекционист, и теперь он на ходу перерабатывал пьесу. Лопарёв прогонял через сцену парней с лопатами — Серёга лично подбирал типажи и не где-нибудь, а на настоящем кладбище, рассудив, что каждый может сыграть самого себя.
Затем актёров турнули, и за работу принялся декоратор.
В ложе появилась Анна.
— Первый возрождённый театр, это так волнительно! Ваш друг, Сергей, говорит, что уже сейчас возле касс бродит изголодавшаяся интеллигенция. Старички театралы из раныпего времени. Это так трогательно. Честно говоря, не думала, что у вас что-то получится.
Он протянул ей бокал вина.
— Но мне неудобно, что вам пришлось пожертвовать своим детищем ради моего, — добавила она.
— Теперь это и моё детище. Наше. Компания «Пигмалион» неплохо звучит?
— Тогда стоило взять примой Джейн.
— Я подразумевал вовсе не пьесу Шоу, а первоисточник.
— Вы неисправимы, Алексей.
— Я неистребим, — возразил он. — Как колорадский жук!
— И неизлечимы, — добавила Анна задумчиво.
Она вдруг оказалась так близко, что у Алексея захватило дух.
— Ещё как излечим, — пробормотал он. — И даже знаю одно верное средство.
— Если только в медицинских целях, — тихо сказала Анна.
Их губы разделяло не больше дюйма.
— Исключительно в медицинских, — прошептал он.
Сделаем друг другу хорошо
Кристина Каримова
Кристина Каримова
10 сентября 1974 г.
— Саша, давай скорее! Закроется сейчас! — жена уже стояла по ту сторону границы, а я на секунду задержался, чтобы переставить время возврата.
Переход стрелки от деления к делению шел с мягким щелчком: «Три… четыре… пять… шесть… Семь». Вот так нормально. Ну не прав я был, не прав. Эмоции, будь они неладны. Конечно, Даше надо как следует отдохнуть. Пусть уж будет неделя, которую она хотела. А я как-нибудь потерплю…
Накануне мы немного… хотел сказать «поругались». Но нехорошо это как-то звучит. Пусть будет «поспорили». Разве могут два любящих друг друга человека ругаться? К тому же накануне двадцатилетия семейной жизни. Которое наступает как раз в день святого Валентина.
Двадцать лет — это все-таки срок. За это время научились многому: идти на компромиссы, прощать промахи, уступать чужим требованиям. А, может, это только я научился. Потому что Дарья обычно всегда настаивает на своём. А мне легче отойти в сторону, чем спорить. Вот вчера только не выдержал. Сорвался.
— Годовщина и день святого Валентина. Надо отпраздновать, как следует, — сообщила Дарья.
Я промолчал. Во-первых, она выбрала неподходящее время: шел чемпионат по сайкболу. Во-вторых, я вообще не понимаю, почему женщины придают всем этим датам такое значение? Ну, двадцать лет. Ну и что?
— Махнем на Илану, — уверенно продолжила жена.
— Почему на Илану? — вяло возразил я, понимая, что трепыхаться бесполезно. Всё равно Дарья уже всё решила.
На экране стереовизора Подгорный спасовал Вяземскому. Но тот проворонил, и на коне оказался Павлыш, который решительно погнал мяч в другой конец пространственного куба.
— Там все наши. Будет весело.
Весело! Прилизанные дорожки апарт-отеля. Аккуратный бассейн, куда, придя в соответствующую кондицию, будут прыгать дамы в вечерних туалетах и мужчины в галстуках. Причем, не выпуская из рук бокалов со стимулятором. Абсолютно безопасные обработанные гипнооблучением животные, обалдело бродящие по художественно подстриженной траве. Дарья обожает такие места. Но я-то их ненавижу!
— Даш, а, может, на Мерилуну? — робко предложил я.
— Куда-а-а?! — возмущения в голосе жены было не меньше, чем ужаса. — Дикий лес, холод, комарьё. Да ты просто с ума сошел!
Поделиться книгой: