Двойная петля

Первая мысль была о Крячко, о том, что он напрасно сейчас сидит в засаде и ждет киллера – уже ясно, что тот не придет. Неплохо бы сообщить об этом другу, но сделать это не было никакой возможности: они договорились, что никаких звонков, а эсэмэску он даже не прочтет – воспримет как сигнал к действию. «Выходит, так и придется ему сидеть там, под березой, глядя, как мы шествуем мимо. Ничего, поймет, что на этот раз сорвалось. Что ему, в первый раз, что ли, попадать в такие ситуации? Сколько раз бывало: каждую мелочь, казалось, продумали, а преступник почему-либо изменил планы, и все впустую. Такая уж у нас работа».

Нет, вопрос о Крячко был не самым важным, гораздо важнее другое: кто и почему стрелял в Клочкова? Действительно ли это покушение не связано с угрозой, нависшей над Аркадием Стратоновым? Или все-таки связано? «Может, это своего рода сигнал, который враги ему посылают? – размышлял Гуров. – Или угроза, или предложение пойти на какие-то уступки? Может, стрелок нарочно промахнулся и попал лишь в плечо?»

От мыслей его отвлек шум мотора. Обернувшись, он увидел машину с красной полосой на боку. «Скорая помощь» проехала мимо в направлении поместья.

«Ага, это бригада по вызову Верховского приехала, – догадался Лев. – Быстро они, однако…»

Когда он пришел в поместье, машина стояла у входа в дом. В холле сыщик встретил управляющего, который складывал носилки, и спросил:

– Ну что, как раненый? Он где?

– У себя, наверху, – ответил Федор Кузьмич. – Там врачи у него. Чувствует он себя, мне кажется, нормально. Во всяком случае, ругается здорово.

– Вы вместе с кем за ним ходили? С Алексеем и Володей?

– Нет, Володя сейчас за воротами следит, а Алексей в парке дежурит, – ответил Капралов. – Я с Игорем и Юрой ходил.

– А кто Стратонова будет сопровождать, если он сейчас на прогулку пойдет?

– Да они же.

– А разве не все пойдут? Мне вроде Верховский говорил, что для прогулок в лес всех мобилизуют. Зачем охранять парк, если хозяина там нет?

– Мало ли что, чтобы враги не проникли, – буркнул Капралов и быстро вышел из холла.

В этот момент наверху открылась дверь, и по лестнице стала спускаться целая компания. Впереди шел сам Аркадий Стратонов; на ходу он что-то говорил Верховскому, который спускался следом. За ними шли Ирина Сергеевна, управляющий банком Леонид Соболь и еще двое гостей – Геннадий Андреевич Сотников со своей секретаршей Светланой.

– А вот и наш телохранитель! – жизнерадостно воскликнул Стратонов, увидев Гурова. – Что, Лев Иванович, готовы погулять, подышать лесным воздухом?

– Я-то готов, – ответил Лев, – вот только стоит ли это делать при существующих обстоятельствах? Я имею в виду покушение на Никиту Клочкова.

– Да, не оставляют враги нас в покое, – кивнул Стратонов. – Вот до жениха Дианы добрались. Но врачи мне сказали, что рана неопасная и парень скоро выздоровеет. Может, даже тренироваться сможет. Так что мы от нашей прогулки отказываться не будем.

– Хорошо, – сказал Гуров. – Только я считаю, что вас должны сопровождать все охранники, а тут на хозяйстве пусть Федор Кузьмич останется. Его вполне хватит, чтобы поместье охранять.

– Я согласен, – кивнул олигарх.

– В таком случае я пойду позову еще двух охранников, Володю и Алексея, – предложил Лев. – А вы, если не трудно, подождите нас у ворот.

С этими словами он сходил в дежурку и, отдав сидевшему там охраннику Володе Чуркину, своему старому знакомому, распоряжение идти к воротам и принять участие в сопровождении Стратонова, отправился в парк. Дойдя до места, где накануне встретил Володю, Лев стал звать Алексея. Кричал он довольно громко – его наверняка было слышно по всему парку, – однако никто не отозвался. «Странно, – подумал он. – Спит этот Алексей, что ли? Или в дом ушел с другой стороны? Ладно, без него обойдемся». – И поспешил назад к воротам, где ожидал Стратонов. По выражению лица олигарха Лев понял, что тот уже начинает терять терпение, и произнес:

– Все, можем идти, охрана готова.

– Вот и отлично! – воскликнул Аркадий Семенович и повернулся к своим спутникам: – Идемте, друзья! – Затем, наклонившись к Гурову, чтобы никто больше не слышал, добавил: – Только имейте в виду, я не люблю, когда охрана идет возле моего локтя и мозолит глаза. Охрана должна быть надежной – и при этом невидимой и неслышимой. Вы меня понимаете?

– Да, понимаю, – кивнул Лев, у которого осталось неприятное ощущение, что из гостей он попал в разряд телохранителей, обслуживающего персонала.

Он подозвал троих охранников и отдал им распоряжения, кто где должен находиться. Все оказались людьми опытными, долго разжевывать им не пришлось. Двое ушли вправо от тропы, Володя занял место слева и сзади идущей по тропе группы, а сам Гуров пошел впереди и чуть левее. Таким образом он должен был пройти ближе всех к той самой березе, где киллер устроил лежанку и где сидел в засаде Крячко. Друг должен был наверняка увидеть Гурова и по его поведению догадаться, что сегодня ловить будет некого, сеть расставлена зря.

Хотя могло быть и иначе. Поэтому Гуров не терял бдительности и внимательно оглядывал каждое подозрительное дерево и группу кустов, которые встречались на пути. Оглядываясь, он видел позади себя идущих по тропе людей, иногда оттуда доносились голоса. Насколько можно было понять, речь шла о ценах на недвижимость в Подмосковье и их сравнении с ценами на Лазурном Берегу.

Лев уже узнавал местность – не зря столько раз здесь ходил. Вот и молодой дуб, а за ним поляна. Это здесь! Сзади все так же доносилась беспечная болтовня хозяина и его гостей. Десять метров… Еще десять… Что это там – ветка хрустнула? Нет, кажется, птица…

Но вот поляна осталась позади, и напряжение спало.

Стратонов со своими спутниками прошли еще примерно полкилометра, поднялись на вершину холма, откуда открывался отличный вид на реку и окружающие леса, а затем двинулись обратно. Охрана тоже развернулась. Гуров выдвинулся вперед, вышел на тропу – и увидел идущего неподалеку охранника Алексея Корнюхина.

– А ты откуда взялся? – удивился он.

– Да мне Федор Кузьмич велел идти сюда, я и пошел, – ответил охранник.

– Из парка, что ли?

– Ну да, я ведь в парке дежурил.

– Что-то я тебя там не нашел. Так кричал, зовя тебя, что аж в Пензе было слышно.

– Нет, я ничего не слышал, – покачал головой охранник. – Может, отлучился на минуту? Бывает, знаете…

– Бывает, – согласился Гуров. Больше он ничего не сказал и допытываться ни о чем не стал, однако этот незначительный на первый взгляд эпизод застрял у него в памяти.

Глава 9

В тот же вечер Гуров и Крячко встретились в том же месте, где договаривались – в стороне от дороги, возле самой реки. Лев рассказал другу о покушении на жениха Дианы Стратоновой, о том, как гнался за киллером, но так и не смог догнать.

– Резво, гад, бегает, – посетовал он. – Ну и опять же машина…

– А в полицию они, значит, не стали сообщать? – уточнил Крячко.

– Не хотят, – подтвердил Гуров. – И, как я понял, жертва покушения тоже решила не поднимать шума. Ты меня из своей засады-то видел?

– А как же! – усмехнулся Стас. – Как на ладони. Вообще место там, чтобы открыть стрельбу по гуляющим, просто идеальное.

– А снайпер, значит, не пришел?

– Нет. Иначе чего бы я с тобой здесь сидел? Я бы сейчас волок этого снайпера в ближайший участок для выяснения личности.

– Понятно… Теперь послушай, что было дальше, – сказал Гуров.

И пересказал Крячко свой разговор с секретарем олигарха Верховским, а также все, что случилось до прогулки и во время прогулки.

– Мне непонятно поведение Верховского, – заключил он свой рассказ. – С одной стороны, он дрожит за жизнь шефа, готов пылинки с него сдувать, что, в общем, понятно, а с другой – он чуть не толкал Стратонова на прогулку и почему-то был твердо уверен, что сегодня покушения не будет.

– Может, у него с этими стрелками прямая и обратная связь налажена? – предположил Крячко.

– Ну, если бы было так, думаю, Стратонова давно уже убили бы, – заметил на это Гуров. – Ведь к Верховскому стекается вся информация о жизни шефа. Нет, это предположение нельзя принять как рабочее. Тут что-то другое. А еще неясная история с этим охранником. Я совершенно убежден, что он мне врал и в парке его не было, когда я его звал. Не мог он меня не слышать! Иначе что же это за охранник, до которого не докричишься. Такое впечатление, что он был где-то в другом месте. А управляющий это отлично знал и скрывал от меня.

– Может, у этого Алексея шуры-муры в деревне, – предположил Стас, – и он бегал на свиданку? А управляющий его покрывал из простой мужской солидарности. Если хочешь, я проверю эту версию, поспрошаю в деревне, не ходит ли кто сюда, нет ли «союза двух сердец».

– Ты, конечно, поспрашивай, – согласился Гуров. – Деревенские, со стороны, могут кое-что видеть и знать, что мы не видим, находясь здесь. Но что-то мне не верится в эту твою версию. Не похож Федор Кузьмич на мужика, который будет покрывать подчиненного, рисковать местом из одной лишь мужской солидарности.

– Ну, может, там не одна мужская солидарность, может, и сам Федор Кузьмич замешан, – защищал свою версию Крячко. – Или у них бизнес какой.

– Ну да, миноискателями торгуют… – усмехнулся Лев.

– Не знаю, не знаю… Ладно, ты мне другое скажи: в засаду завтра садиться надо или ну ее?

– Как же не надо? Обязательно надо! Засаду будем повторять каждый день, пока мы здесь. Пока не поймаем киллера или пока не покинем эти края.

– Ладно, тогда, если не будет других указаний, можем попрощаться до завтра, – сказал Крячко. – Завтра с утра ложусь на ту же подстилку, что и сегодня, и нацеливаю один глаз на заветную березку, а другой – на тропу, по которой будет гулять мой друг Лев.

– Правильное решение, – одобрил Гуров.

На этом они расстались. Крячко направился к себе в деревню, а Гуров пошел в поместье, размышляя о событиях сегодняшнего дня.

Первым человеком, которого он увидел, войдя в ворота поместья, был Никита Клочков. Жених Дианы Стратоновой, одетый в спортивный костюм (другой, не тот, что был на нем утром), с забинтованной рукой, делал зарядку недалеко от ворот – приседал, размахивал ногами, делал прыжки через скамейку.

– О, я вижу, вы уже поправляетесь! – приветствовал его Гуров. – Не поспешили вернуться к тренировкам? Рана не будет беспокоить?

Биатлонист мельком взглянул на Гурова, но тренировку прекращать не стал и вообще не проявил особой склонности к разговору. В ответ на вопрос сыщика он заявил:

– А хрен с ней, с раной! Если ждать, пока заживет, всю подготовку к соревнованиям пропущу! – За этим последовала короткая, но выразительная непечатная тирада, после которой Никита счел нужным добавить: – Что ж вы, эту суку так и не догнали? Бегает он не больно быстро. Я бы догнал. Стрелять в него надо было, валить гада на месте!

– Ну, я же не биатлонист, чтобы на бегу стрелять, – ответил на это Гуров и пошел дальше. Разговаривать с таким приятным молодым человеком, как будущий зять Стратонова, у него желания не было. Он решил перед сном прогуляться по парку. «Заодно, может, встречу этого Алексея, поговорю с ним, попробую выспросить, где он все-таки был», – решил сыщик.

Он обогнул дом и на площадке возле гаража увидел человека, которого до этого видел лишь мельком. Человек этот мыл машину, причем мыл из специального шланга под давлением. «Мерседес», весь покрытый пеной, уже и так сверкал, но мойщик не успокаивался и продолжал наводить блеск. Это мог быть только личный водитель Стратонова Александр Бурилкин, о котором Гуров слышал от Верховского. «Надо бы мне с ним побеседовать, – подумал Лев. – Порасспросить о жизни, о прошлогоднем покушении. Минут через пятнадцать он закончит, вот тогда подойду и поговорю».

Следуя этому плану, Гуров сделал круг по парку и через пятнадцать минут вновь подошел к площадке, где водитель обихаживал машину. Шел он не спеша, и еще из-за кустов жимолости, окружавших площадку, услышал голоса. Один голос явно принадлежал Никите Клочкову, а второй, видимо, Бурилкину. Содержание их разговора так заинтересовало и поразило сыщика, что он не стал выходить из-за кустов, а замер на месте и стал слушать.

– Ну что, мразь уральская, не вышло? – глумливо говорил биатлонист. – Прицел сбился, что ли?

– Не пойму, о чем это ты, – отвечал водитель. – Какой прицел? И хватит тут ругаться, не на базаре.

– Ой, скажите, какой воспитанный! – произнес Клочков, издеваясь. – Ах, ты…

Последовала еще одна порция отборного мата, на который жених Дианы, видимо, был большой охотник.

– Ну, смотри, Сашок! – произнес Клочков, отматерившись. – Теперь моя очередь нанести удар. И уж я не промахнусь, будь уверен!

– Нечего мне тут угрожать! – уверенно ответил водитель. – Тоже мне, стрелок! По мне с Аркадием Семенычем вон в прошлом году шмаляли, а ничего не вышло. Часом, не ты в той машине сидел?

– Ты думай, что говоришь, козел! – возмутился Клочков. – А какой я стрелок, ты увидишь!

Беседа явно подошла к концу. Гуров поспешно шагнул в глубь кустов – и вовремя, будущий зять Стратонова быстро прошел мимо него по направлению к дому.

Вставал вопрос: надо ли в таких условиях выходить на площадку и заводить разговор с водителем или следовало отказаться от этого плана? После такой беседы на повышенных тонах Александр Бурилкин вряд ли будет склонен вести неспешную беседу «за жизнь». Но, с другой стороны, теперь, когда водитель был возбужден и наверняка хотел выговориться, может, стоило попробовать и сыграть в открытую?

Лев вышел из-за кустов и направился к водителю. Тот занимался тем, что убирал поливальный шланг.

– Здравствуйте, Бурилкин, – поздоровался сыщик. – Мы незнакомы, но, думаю, вы знаете, кто я. Меня зовут Лев Гуров.

– Да, слышал, конечно, – кивнул водитель, настороженно глядя на него.

– Я должен обеспечить безопасность вашего шефа Аркадия Семеновича, – продолжал Гуров. – В связи с этим меня интересуют подробности прошлогоднего покушения на него. Мне говорил Верховский, что в тот день Стратонова спасла только ваша находчивость – вы не потеряли голову и смогли быстро вывести машину с линии огня. Это так?

– Конечно, лестно слышать такие слова, – сказал водитель, – но Владимир Игоревич преувеличивает. Я просто рулил как положено, а что повернул в нужную сторону – так это просто везение.

Бурилкин проявлял скромность, однако было заметно, что похвала ему приятна. Его настороженность исчезла, теперь он держался раскованно. А это и было главной целью Гурова на начальном этапе беседы.

– Скажите, а вы запомнили кого-то из нападавших? – спросил он.

– Вот и следователи мне этот вопрос задавали, – ответил водитель. – Как же я мог их запомнить, если они все были в масках? Так сказать, на одно лицо…

– Но человека можно узнать не только по лицу, – заметил Лев. – Еще по фигуре, по манере двигаться. Может, были какие-то характерные черточки?

– Нет, ничего такого определенного не было, – покачал головой Бурилкин.

– Хорошо, оставим это. Теперь я хочу обратиться к вам не как к свидетелю, а просто как к опытному человеку, который давно работает с Аркадием Семеновичем. Скажите, здесь, в окружении Стратонова, нет людей, которые могут представлять для него опасность?

Александр Бурилкин бросил на сыщика быстрый взгляд. Гуров истолковал его таким образом: «Что ты за человек? Можно ли тебе доверять?» Видимо, ответ на последний вопрос был отрицательным, потому что водитель произнес:

– Откуда же я знаю? Тут вон Владимир Игоревич голову каждый день ломает, отгадать не может, а я что? Мое дело баранку крутить да за машиной следить.

– Но по некоторым деталям я понял, что кто-то поставляет информацию недругам Стратонова, – продолжал Гуров. – Значит, здесь, в поместье, есть «крот». Я пытаюсь понять, кто это. Вы ничем не можете мне помочь?

Водитель вновь быстро взглянул на него. Теперь его взгляд, казалось, говорил о сочувствии и поддержке. Однако ответить Бурилкин не спешил. Видно было, что он колеблется, боится сказать лишнее.

– Конечно, здесь таких людей быть не должно, – наконец произнес он, – все вроде проверенные, Федор Кузьмич и Владимир Игоревич очень за этим следят. Но ведь знаете, чужая душа потемки. Иной выглядит как овечка, а в душе волк лютый. Так что все может быть.

– Давайте попробуем выразиться конкретней, – настаивал Гуров. – Вы ведь лучше меня знаете людей, которые здесь живут. Где следует искать «крота»: среди охраны и обслуги или среди гостей Стратонова?

– Конкретней… – медленно произнес Бурилкин. – Что же тут можно конкретней? Я бы на вашем месте и тут, и там искал.

– То есть среди гостей тоже?

– Необязательно среди гостей. Я бы сказал, среди тех, кто сидит с Аркадием Семеновичем за одним столом.

– Неужели среди родных?

– Что ж, иногда родные опаснее чужих бывают, – философски заметил водитель.

Было понятно, что больше ничего определенного он не скажет, и Гуров решил перейти к наиболее интересовавшей его теме.

– Я тут, когда подходил, заметил, что от вас отошел наш дорогой спортсмен, жених Дианы Аркадьевны, – начал он. – Что, советы какие автомобильные спрашивал?

– Да вроде того… – уклончиво ответил Бурилкин.

– Я краем уха слышал кусочек вашего разговора, – признался Гуров, – и мне показалось, что речь шла вовсе не об автомобилях. Показалось, что Клочков вам угрожал и даже обвинял в чем-то. Разъясните мне эту загадку? В чем вы так провинились перед нашим уважаемым биатлонистом?