Межзвездная Академия

   – И кто же такой этот самый Нордан лар Са-Ирд?

   – Очень влиятельный мужчина из расы огасов, – медленно проговорил Надир, не отводя от меня взгляда.

   Показалось, что мир вокруг померк, а я проваливаюсь в бездну. Я судорожно хватала ртом воздух, чувствуя, что даже вдохнуть не могу. Это казалось дурацкой шуткой, жестоким розыгрышем. В памяти услужливо возник мой сегодняшний преследователь, и я уже почти не сомневалась в том, кто именно окажется моим покровителем. Нет, брат не может так со мной поступить! Сделать из родной сестры питомца для представителя иной расы, не скрывающей к нам своего презрения. Это даже для Надира слишком!

   – Ты не можешь… – голос сорвался от наплыва эмоций. Я могла лишь умоляюще смотреть на брата, надеясь прочесть по его лицу, что он и правда всего лишь пошутил.

   Надир не выдержал моего взгляда и отвел глаза. Потом тихо сказал:

   – Нордан лар Са-Ирд – ГЛАВА одного из богатейших кланов огасов. Он давно уже торгует с нами, и портить с ним отношения не стоит. К тому же дал понять, что сотрудничество поспособствует моему возвышению. Это может помочь мне добиться места в совете Таринского Альянса.

   – Значит, ты решил пожертвовать мной ради места в своем проклятом совете? – процедила я, уже даже не пытаясь казаться почтительной. – Заключить выгодную сделку за мой счет?

   – Будь ты нормальной женщиной, мне бы не пришлось этого делать! – злобно откликнулся Надир. – Ты бы была почтительной с Арном дир Мирисом и постаралась сделать все, чтобы он захотел жениться на тебе. Но ты сделала все, чтобы испортить отношения с ним. Так что не нужно говорить о том, что я плохой брат. Сначала подумай о том, хорошая ли из тебя сестра!

   – Прошу тебя, не делай этого! – уже с отчаянием взмолилась я, в полной мере осознавая, что это и правда не шутка. Горькая и болезненная реальность.

   – Уже сделал, – жестко сказал Надир. – Контракт заключен. И ты станешь симбионтом Нордана лар Са-Ирда.

   – Кем стану? – сдавленно спросила, не понимая, что он имеет в виду.

   – Так твой статус значится в заключенном нами контракте. Обычном, который в таких случаях заключают огасы с другими расами. За исключением того, что твой заключен на неопределенный срок.

   – Насколько я знаю, подобный контракт должен заключаться лично, – ухватилась я за соломинку.

   – Но не в нашем случае, – оборвал мои надежды брат. – Таринки не имеют права распоряжаться собственной жизнью. Почему я должен напоминать тебе об очевидном?! Я имел право решить этот вопрос за тебя. И решил.

   – И что же я должна буду делать в качестве симбионта?

   Пришлось изо всех сил вцепиться пальцами в подлокотники, чтобы подавить рвущиеся наружу эмоции. От них стало бы только хуже. Сейчас хотя бы есть надежда, что брат примет обратно, если огас по какой-то причине откажется от меня. А уж я собиралась сделать все, чтобы отказался! Буду настолько непокорной и дерзкой, что Нордан сам рад будет сплавить обратно. Тем более раз по условиям контракта он не имеет права причинять мне вред.

   – Удовлетворять особые потребности твоего владельца-огаса, – откликнулся Надир. – Более внятно прописано не было. Господин лар Са-Ирд сам посвятит тебя в то, что ты должна будешь делать.

   – Особые потребности, значит? – проронила я, боясь даже представить, что может сделать со мной пугающее существо, что скоро обретет полную власть надо мной.

   Единственное, что давало надежду – это то, что огасы не вступали в сексуальный контакт с представителями иных рас. Значит, этого варианта можно не опасаться. Хотя утверждать наверняка трудно. Может, это просто не афишировали. Проклятье! Осознание того, что в скором времени я на собственной шкуре получу ответы на все эти вопросы, вовсе не радовало.

   – Постарайся быть послушной со своим покровителем, – холодно сказал брат. – Не позорь нашу семью еще больше, чем ты уже это сделала.

   Как же хотелось запустить чем-нибудь в его надменную физиономию! Надир считал, что поступает абсолютно правильно, и ему плевать на то, что чувствую я. Имеет ли смысл дальше продолжать разговор?

   Собрав волю в кулак, я поднялась и двинулась к двери, даже не попрощавшись. Надир не стал останавливать или вычитывать за неподобающее поведение. Давал понять, что больше не считает, что обязан это делать. Теперь моим воспитанием займется покровитель. И от этой мысли я едва зубами не скрежетала, не в силах представить, какой теперь станет моя жизнь. Мелькнула горькая мысль о том, что, по крайней мере, сбудется одно из моих желаний. Я покину родную планету и увижу иные миры. Только это сейчас нисколько не радовало.

   Странно, что даже слез не было. Была только злость. Она выворачивала наизнанку, пытаясь найти выход, и я в бессилии начала крушить мебель в своей комнате. Металась по помещению, как загнанный зверь, рычала. Наверное, если бы меня в таком виде кто-нибудь увидел, то в очередной раз бы убедился в том, насколько я отличаюсь от образа идеальной тиранской женщины. Но на это было абсолютно плевать!

   Родной брат продал меня существу, от которого неизвестно, чего можно ожидать! Так почему я должна волноваться о том, как он отнесется к моему поведению? А еще крепла отчаянная решимость бороться до конца. С того момента, как Надир продал меня, он перестал считаться моим покровителем. И раз мой покровитель теперь иномирянин, я не считаюсь таринкой. А значит, могу больше не подчиняться их дурацким законам. И облегчать жизнь проклятому огасу своей покорностью не собираюсь. Мстительно подумала о том, что Нордан лар Са-Ирд сильно просчитался, выбрав меня себе в спутницы и явно ожидая найти послушную и тихую таринку. Не дождется!

   А потом в голове снова возник образ встреченного сегодня огаса, и энтузиазм немного поутих. Вспомнила ощущение скрытой опасности, исходящей от чужака, и по спине пробежал холодок. Вряд ли такой станет терпеть мои капризы и дерзость, как это делал Надир. Как бы брат ни злился, он никогда не переходил черту. Мужчина-тарин никогда бы не ударил женщину, не причинил ей серьезный вред, пусть даже имел на это право. А вот насчет огаса не уверена. И хотя условия контракта наверняка запрещали калечить или убивать, но все равно физическое наказание могло ведь предусматриваться. Плохо, что мне даже не дали ознакомиться с этим документом, и я понятия не имела, чего ждать. Так что все же не стоит давать волю эмоциям. Нужно сначала присмотреться к новому покровителю, изучить, чего от него можно ждать. А уж потом действовать.

   Я долго еще размышляла над переменами в своей судьбе, разрабатывая планы дальнейших действий и понимая, что трудно предугадать, что же ждет на самом деле. Но поделать ничего не могла. Мелькнула мысль о побеге, но я с горечью отмела ее. Женщина без покровительства не может рассчитывать в нашем мире ни на что. Да и меня не составит труда обнаружить по браслету-идентификатору. Без него же я и вовсе окажусь вне закона. Подобные браслеты на всех планетах Федерации заменяли документы, через них же проводились все денежные операции. Даже огасы теперь носили идентификаторы, как и все члены Федерации.

   Мысль же о том, чтобы покинуть планету, и вовсе утопична. Ни один капитан не согласится взять меня на борт. Ситуация плачевная и в полной мере подтверждающая мое бесправное положение.

   Сердце обливалось кровью, когда я собирала вещи и осматривала свою комнату новыми глазами, сознавая, что могу никогда ее больше не увидеть. Ну почему играла с огнем и постоянно злила брата? Сейчас могла бы быть хозяйкой в доме какого-нибудь знатного тарина, а не бесправной игрушкой презирающего всех нас существа. Но что толку сожалеть о прошлом? Это делу не поможет.

   Покончив со сборами, долго еще лежала на кровати и смотрела в пустоту, не в силах уснуть. Что принесет новый день, боялась даже представить.

ГЛАВА 2

В гостиную, куда меня позвали, я входила с вполне понятной нервозностью. Все еще надеялась, что Надир передумает или скажет, что всего лишь решил немного наказать за строптивость, а на самом деле и не думал отдавать чужаку. Напрасно! Поняла это, едва переступила порог комнаты и увидела вальяжно устроившегося в кресле огаса. Того самого блондинистого типа, что вчера так упорно преследовал. Остальные члены моей семейки находились здесь же и вовсю демонстрировали расположение к гостю. Хотя нетрудно было заметить, что нервничают почти так же, как я. Уж слишком сильный инстинктивный страх вызывали долгоживущие у остальных рас. Сам же Нордан лар Са-Ирд сохранял полную невозмутимость. На его губах играла легкая, чуть презрительная улыбка, которую он и не пытался скрывать.

   – А вот и Таниэль! – с видимым облегчением воскликнул брат и махнул мне рукой, приказывая подойти ближе.

   Сильно хотелось послать его куда подальше и остаться на месте, но я подумала, что ни к чему хорошему это детское упрямство не приведет. Напомнила себе, что решила вчера приглядеться к новому покровителю, и уж потом что-то предпринимать. Сделала несколько шагов внутрь, ощущая себя неуютно под пристальным взглядом огаса. Вообще-то мне полагалось смущенно потупиться. Женщина не должна бросать вызов мужчине, пялясь на него слишком пристально. Но я решила, что и так проявила достаточно покорности сегодня. Потому смело встретила взгляд Нордана лар Са-Ирда и даже подбородок вздернула. Разглядывала его не менее изучающе, чем он меня.

   Огасы предпочитали одеваться в черное, и этот не был исключением. Облегающий костюм из мягкой кожи, высокие сапоги, привычный предмет гардероба для этой расы – длинный плащ. Из-за излишней мрачности в одежде особенно бросалась в глаза бледность и светлые волосы огаса, что невольно приковывало внимание. Жуткое существо, будто не имеющее полутонов и состоящее лишь из крайностей. И пусть я знала, что огасы отличаются сдержанностью, даже холодностью в общении с иномирянами, не оставляло ощущение, что внутри скрывается целый вулкан эмоций. Или такое впечатление производили красные зрачки, кажущиеся тлеющими углями в пугающей черноте глаз?

   Немного удивило, что Нордан лар Са-Ирд не носил изделий из дардаса. Обычно иномиряне, прилетающие на планеты таринов, неизменно надевали на себя этот металл. Ведь все представители нашей расы являлись менталами, а кому понравится, если его эмоции и мысли станут открытой книгой для остальных. Но этот огас вообще не носил украшений, словно подчеркивая, что для подтверждения своей силы и значимости не нуждается во внешних атрибутах. И в защите от менталов тоже.

   Мелькнула мысль, что вполне возможно, что он и сам ментал. Иногда этот дар просыпался и у других рас, пусть и не припомню сведений, чтобы превышал второй уровень. Хотя огасы вообще странный народ. Их психика настолько сильная, что даже самые сильные наши менталы не могут проникнуть к ним в голову. Может, умеют ставить ментальные щиты достаточной мощности. Опять же, остается теряться в догадках на этот счет.

   – Позволь тебя познакомить с твоим новым покровителем, сестра, – между тем, заговорил Надир, явно желая побыстрее покончить с формальностями и выпроводить нас обоих восвояси. Я невольно ощутила горечь от осознания этого. Если самый близкий человек отвернулся от меня, чего же стоит ждать от других? – Нордан лар Са-Ирд.

   Ожидалось, что я теперь должна склонить голову и продемонстрировать почтительность. Но огас продолжал чуть насмешливо на меня пялиться, и от этого внутри поднималась злость. Не стану склонять перед ним голову! И я лишь криво усмехнулась, прекрасно сознавая, что своим поведением невольно бросаю вызов и отказываюсь от принятого вчера решения быть осторожной. Краем глаза заметила недовольно скривившееся лицо Надира. Наверняка подумал о том, что я опять его позорю.

   – Простите мою сестру. Она слишком выбита из колеи тем, что должна так скоро покинуть родной дом, – извинился за меня брат.

   – Все в порядке, – впервые подал голос огас.

   Не знаю, чего ожидала – замогильного шипения или еще чего-то в том же роде – но голос его оказался довольно приятным и вполне обычным, даже мелодичным. А еще, к моему облегчению, Нордан, наконец, отвел глаза и в упор посмотрел на брата. Как тот ни пытался скрыть эмоции, вся кровь отхлынула от щек. Надир явно занервничал еще больше от взгляда гостя.

   – Я бы хотел забрать симбионта прямо сейчас. Надеюсь, возражений не будет?

   – Нет, конечно, – поспешил заверить Надир. – Вещи сестры уже в коридоре. Один из охранников поможет перенести их в ваш аэролет.

   – Благодарю.

   Больше не считая нужным задерживаться, мой покровитель поднялся, небрежно кивнув брату и Мараль, и направился к выходу. Я невольно отпрянула, оказавшись на его пути, и тут же отругала себя за то, что выдала страх. Огас даже не глянул в мою сторону, похоже, ничуть не сомневаясь, что собачкой последую за ним. Из чистого упрямства этого не сделала и застыла столбом, неприязненно сверля спину того, кто теперь считался моим хозяином. Резко остановившись в коридоре, Нордан обернулся, и меня бросило в жар от жесткого выражения его глаз.

   – Следуй за мной, – сухо сказал он.

   Несколько секунд я боролась с желанием послать его, потом беспомощно обернулась к брату, словно ожидая помощи. Он стоял, сцепив зубы, и холодно смотрел на меня. В этот момент я и поняла окончательно, что больше никогда не увижу его. И не захочу увидеть. Даже если огас откажется от меня, сделаю все, чтобы не возвращаться в этот дом. Предательство брата лучше всего показало, как мало значу для него я сама и наши родственные связи. Предпочел избавиться от непутевой сестры, еще и поиметь с этого выгоду. Использовал и даже не считал, что сделал что-то неправильное. К глазам невольно подступили слезы, но я усилием воли не позволила им пролиться. Расправив плечи, двинулась следом за огасом.

   Сидя в его аэролете, со странным чувством смотрела на проносящиеся внизу виды города. Видела все будто новыми глазами, стараясь запомнить каждую деталь. Красивый город с причудливыми архитектурными сооружениями и ухоженными парковыми зонами. Красивый, но такой же холодный. В этом городе я никогда не чувствовала себя по-настоящему счастливой, словно изначально знала, что нахожусь здесь всего лишь на положении гостьи. Будет ли у меня когда-нибудь место, которое с полным правом смогу назвать домом? Мотнула головой, отгоняя упаднические мысли, и повернула голову в сторону спутника. Тот был полностью сосредоточен на управлении транспортным средством и не обращал на меня никакого внимания.

   – Куда мы летим? – снова презрев вкладываемые с детства правила приличий, заговорила с мужчиной первая.

   – А мне говорили, что таринки лишних вопросов не задают, – послышался ироничный ответ и Нордан бегло глянул в мою сторону. – Хотя я с первого взгляда понял, что тебя трудно назвать типичной таринкой.

   – И как же вы это поняли? – угрюмо спросила, разглядывая резкий профиль мужчины с длинным носом и тонкими, жестко-очерченными губами.

   – Я чувствую твои эмоции, – к моему удивлению, прямо ответил он.

   – На мне ведь амулет из дардаса, – поразилась я, невольно прижимая руку к груди, где висел этот самый амулет с символом защиты.

   – Огасы менее чувствительны к этому металлу, – проговорил Нордан. – Мы можем частично преодолевать его защиту.

   В полном ошеломлении я смотрела на него. И больше всего удивляло не неожиданное открытие, а то, что огас мне вообще об этом рассказывает.

   – Что тебя удивляет? – протянул он с насмешливой улыбкой, и я поняла, что он без труда считал мои эмоции.

   – Представители вашей расы обычно не любят распространяться о своих особенностях, – решила я тоже быть честной и сказать все как есть.

   – Ты мой симбионт, – огорошили меня опять. – По условиям контракта должна молчать обо всем, что узнаешь об огасах от меня или за время нашей совместной жизни. В противном случае я имею право убить тебя, – а вот об этом братец почему-то не упомянул! – мелькнула горькая мысль. – Да и по окончанию контракта симбионтам обычно стирают память о том, что им знать не положено.

   Я нервно сглотнула.

   – Вообще-то контракт мне никто не показывал. И я его не подписывала, – процедила, изо всех сил стараясь скрыть нахлынувший страх. Хотя прекрасно понимала, что огасу ничего не стоит считать мои эмоции.

   – Насколько понимаю, по вашим законам это и необязательно, – пожал плечами Нордан. – Теперь ты принадлежишь мне. И если не будешь делать глупостей, мы замечательно поладим.

   – Брат говорил, что наш контракт на неопределенный срок, – осторожно заметила я. – А можно точнее? Сколько мне придется пробыть рядом с вами?

   – Пока я не найду кого-то поинтереснее, – усмехнулся огас, опять поставив в тупик своим ответом. – Или пока не надоешь.

   – Зачем я вам? – все сильнее беспокоясь из-за собственного неопределенного положения, выпалила я. – И что значит «симбионт»?

   – Ты всегда так болтлива, Таниэль? – прищурился огас.

   – Вряд ли желание прояснить ситуацию можно назвать болтливостью, – возмутилась я. И как только осмеливалась так говорить с ним? Ведь понимала, что от этого мужчины всего можно ожидать. Но уж слишком тревожило то, что понятия не имею, зачем ему вообще сдалась.

   Показалось, что в его глазах промелькнуло странное удовольствие.

   – Потрясающе… – пробормотал он, снова устремляя глаза на экран управления. – Я в тебе не ошибся. Но теперь помолчи. Довольно на сегодня.

   Я хотела возразить, но слова замерли в горле. Уж слишком странно выглядел сейчас огас. По лицу растекалось какое-то блаженное выражение, улыбка стала даже немного безумной. Возникало ощущение, словно он пьян или находится в каком-то эйфорическом состоянии. Правда, уже через минуту лицо снова стало невозмутимым, а непонятный огонь в глазах потух. А я, со злостью отворачиваясь от мужчины, подумала о том, что он так и не сказал, куда мы летим и что ему от меня нужно.

   Но по крайней мере, на первый вопрос ответ получила и сама, когда аэролет плавно опустился на парковку космопорта. Тут же сердце тревожно сжалось. Нет, я, конечно, предполагала, что огас увезет меня с родной планеты, но не думала, что это произойдет так быстро.

   – Мы куда-то улетаем? – осипшим от волнения голосом спросила у молчаливого спутника.

   – Да, – кратко бросил он и нажал на кнопку, открывающую дверцы машины.

   Выскочил первым и, подозвав к себе одного из роботов-носильщиков, снующих повсюду, велел ему взять наши вещи и следовать за ним. Я в каком-то ступоре продолжала сидеть в аэролете и смотреть на царящую вокруг оживленную суету. Кто-то прилетал, кто-то улетал, пассажиры громко переговаривались, смеялись или грустили. Наверное, не будь на мне амулета, я бы могла почувствовать их эмоции еще более остро. Но и сейчас многое угадывала по лицам и жестикуляции. Интересно, как выдерживает такую лавину эмоций мой спутник, явно обладающий даром эмпата? А потом запоздало дошло, что он поставил ментальный щит. Еще в машине, когда отгородился от меня. Хоть что-то прояснилось в его поведении, но до конца все же осталось непонятным.

   – Следуй за мной, – послышался недовольный голос, и только тут я осознала, что мой спутник стоит и ждет, пока вылезу из аэролета.

   Недовольно поджала губы – похоже, не только у меня проблемы с соблюдением этикета. Вообще-то мужчине положено подать женщине руку, помогая вылезти из транспортного средства. То ли у огасов свои обычаи, то ли ему противно даже дотрагиваться до столь низшего существа, как я. Хотя второму я была бы рада. Это бы значило, что требовать от меня интимной близости и правда не станут.

   Поплелась за уверенно зашагавшим впереди огасом, стараясь не отставать. Хотя пару раз и мелькнула дерзкая мыслишка, что сейчас самый удобный случай попытаться сбежать. Только вот куда я пойду? Уверена, что брат уже закрыл все счета, открытые на мое имя, так что я даже заплатить не смогу за жилье и еду, не то что за место на каком-нибудь корабле. Осознание того, что полностью завишу от загадочного мужчины, идущего передо мной, далеко не радовало. Заметила, что те, кто встречался на пути, спешили расступиться перед Норданом, боясь даже соприкоснуться с ним, а потом провожали опасливыми взглядами. Огас же шагал целеустремленно, ни на миг не замедляя движения, словно и не сомневался, что дорогу ему расчистят. По спине снова пробежал неприятный холодок от понимания того, что этот мужчина опасен.

   Мы дошли до шлюза, где был припаркован корабль огасов, который можно было узнать по характерным очертаниям: две эллипсообразные сферы, соединенные спиралью. Рассчитан такой корабль человек на сто. Такие обычно использовались для торговли, но при необходимости могли дать и мощный отпор тем, кто рискнул бы полезть на рожон.

   Я заметила снующих возле корабля других огасов, заносящих какие-то ящики и готовящих корабль к отлету. Стоило им заметить Нордана, как они на несколько секунд побросали работу и склонились в почтительных поклонах. Явное свидетельство того, что мой покровитель у них главный. Нордан что-то бросил одному из своих людей на огасском, который я не знала. Пожалела, что никто не позаботился купить для меня речевой анализатор, с помощью которого можно было бы общаться с иномирянами. Конечно, на планетах Федерации в основном использовали всеобщий, но иногда полезно знание и других языков.

   Мрачно разглядывала высоких жилистых огасов, которые даже не смотрели в мою сторону, словно я была пустым местом, и с тоской представляла свою жизнь среди них. Наверное, для них я и правда что-то вроде животного – бесполезного придатка к Нордану.

   На корабле огас все-таки вспомнил о моем существовании и велел одному из подчиненных на всеобщем, чтобы отвел меня в его каюту. Тут же в озноб бросило. Неужели придется жить с этим мужчиной в одном помещении? Показалось, что губы Нордана искривились в довольной улыбке, словно моя тревога забавляла его. Но больше он ничем не проявил того, что вообще меня замечает, и отправился куда-то дальше.

   Огас, которому поручили заботу обо мне, ничего не выражающим голосом приказал идти следом. Пришлось плестись за ним, украдкой оглядывая извилистые коридоры корабля. Информацию о видах воздушного транспорта я немного изучила по книгам, поэтому не доставила своему спутнику удовольствия видеть меня с разинутым ртом. Но одно дело наблюдать на картинках, другое – воочию. На космическом корабле я находилась впервые и при всем моем подавленном состоянии не могла не испытывать любопытства. Осторожно коснулась мерцающих белых стен и с восторгом почувствовала, что они теплые и мягкие.

   – Это ведь живой корабль! – выдохнула, замирая и продолжая гладить поверхность, упруго проминающуюся под пальцами.

   Моему сопровождающему тоже пришлось остановиться и снизойти до меня:

   – Так и есть.

   – Не знала, что огасы тоже пользуются живыми кораблями.

   Взгляд спутника не выразил ровным счетом ничего в ответ на мою попытку завязать разговор. Он просто ждал, пока я отлипну от корабля и двинусь опять следом. Обругав его про себя напыщенным идиотом, я все же это сделала и пошла дальше. Но теперь поневоле испытывала растущее любопытство от сделанного открытия.

   Живые корабли в обиход ввели всего три десятилетия назад. Очередная гениальная разработка новоземлянской корпорации «Корн», перевернувшей привычные представления о многих вещах. Не все решались перейти с обычных кораблей на те, что обладали собственным разумом. Для управления такими транспортными средствами пилот обязательно должен был обладать ментальным даром не ниже второго уровня, а не всякий капитан мог позволить себе такого штурмана.

   Но зато преимущества такого корабля были несомненными. Его нельзя было угнать, подчинить своей воле. Он реагировал только на команды капитана и тех, кому тот дал доступ. Сам мог излечивать некоторые неисправности или вовремя уведомлял о них, сообщал капитану о нарушениях членов команды. И еще многое другое. Постройкой таких кораблей по индивидуальному заказу занималась все та же корпорация «Корн» – самая богатая и могущественная подобная структура во всей Федерации. Оказывается, и огасы не чужды того, чтобы пользоваться достижениями иномирян.

   Меня привели в просторную каюту, больше напоминающую обычную уютную комнату. Если бы не знала точно, что нахожусь на корабле, вполне могла обмануться. Только вот радоваться комфорту не спешила, угрюмо разглядывая большую кровать, где наверняка придется спать вместе с Норданом. Или он разрешит лечь на диване? Почему-то сильно сомневалась в этом.

   Весь мой энтузиазм из-за нахождения на живом корабле померк перед мыслью о том, что сегодня предстоит. Вздрогнула, услышав щелчок захлопнувшейся за моим сопровождающим двери. Тут же кинулась к ней и попыталась открыть снова. Напрасный труд! Пульт управления на мои усилия не реагировал. Меня здесь попросту заперли, как зверя в клетке. Нахлынула злость, и я несколько раз в сердцах пнула дверь. Потом вспомнила, что корабль живой, и устыдилась. Интересно, он сейчас что-то почувствовал? Ему больно?

   – Прости, – выдохнула, хоть и ощутила себя полной идиоткой, разговаривая с транспортным средством. – Я не хотела причинить боль.

   Ответа не последовало, что впрочем, и неудивительно. Корабль мог вступать в контакт только ментально, да и то лишь с теми, кто имел на это право. А потом внезапно накатила совсем уж крамольная мысль. Что мешает все-таки попробовать? Я ведь тоже ментал. И теперь, когда не должна подчиняться таринским законам, ничто не мешает снять проклятый амулет из дардаса. По крайней мере, пока нахожусь в одиночестве.

   При огасе все-таки не стоило этого делать, а то мало ли… Во-первых, может донести на меня другим таринам, а те вряд ли станут слушать жалкие оправдания насчет того, что больше не считаю себя их сородичем. А во-вторых, Нордан может оказаться сильнее ментально и попытаться на меня воздействовать. А я буду совершенно беззащитна без дардаса, ведь ментальный щит ставить не умею.

   Решила, что сниму всего на пару минут, а потом снова надену. Поколебавшись, начала снимать амулет, чувствуя, как невольно подрагивают пальцы. О, Великие* (примечание: обращение к древним богам таринов), и ведь понимаю, что запрет на то, чтобы снимать амулет, придумали мужчины исключительно, чтобы ограничить возможности женщин, но почему-то все равно ощущаю себя так, словно нечто крамольное делаю!

   Сняв амулет, шумно выдохнула и отложила на столик. Сама же, стоя посреди комнаты, прислушалась к собственным ощущениям. И вдруг показалось, что мир вокруг взорвался. Чужие самые разнообразные эмоции хлынули в меня волнами, мешая мыслить здраво и отделять собственные чувства от чувств других. И это притом, что другие находились в отдалении, а не рядом! Что же было бы, если бы стояла посреди толпы народу?!

   С каждой секундой в голове все больше мутилось, а эмоциональные волны усиливались, будто дар, все это время лишенный возможности действовать, теперь наверстывал упущенное с удвоенной силой. Не устояв на ногах, я рухнула на диван и зажала руками виски. Из горла вырвался стон боли – казалось, голова сейчас расколется на части.

   А я слышала все больше и больше. И не только эмоции. Мысли и картинки метались в мозгу, создавая жуткую какофонию звуков и образов. Притом я считывала не только огасов, находящихся на корабле, но и тех, кто попадал в поле воздействия в самом космопорте. Ужасно! Как же это остановить?

   Из носа хлынуло что-то горячее, и я трясущейся рукой прикоснулась к нему. Некоторое время тупо смотрела на кровь на ладони, потом издала сдавленный крик. Что со мной происходит? Попыталась дотянуться до амулета, но непослушная рука лишь слегка зацепила вещицу, а потом та упала на пол. Теперь на меня накатил уже панический ужас. Сил на то, чтобы подняться, не находилось. Тело перестало подчиняться.

   Со свистом отъехала дверь каюты, впуская Нордана с перекошенным лицом. Я уставилась на него с какой-то отчаянной мольбой, понимая, что если он сейчас что-то не сделает, я умру от чрезмерного напряжения. Огас быстрым взглядом осмотрел комнату и кинулся к амулету, лежащему на полу. Сам надел на мою шею и брезгливо отдернул руку, словно пришлось коснуться чего-то мерзкого. Но я сейчас даже обидеться не могла. Накатившее облегчение заставило застонать. Голоса в голове и чужие эмоции исчезли. Все прекратилось.

   – Ты совсем ума лишилась? – послышался звенящий голос моего покровителя. – Вот так без подготовки сразу снять амулет?!