Помоги проекту - поделись книгой:
Она только крепче прижалась головой к его плечу.
— Я поняла, зачем вам принцесса, — сказала вдруг она.
— И зачем же?
— Вы подумали, должно быть, если сделать с ней… ну что обычно делают драконы с девицами, то вы вылечитесь, — тихо произнесла Эдна. — Будете летать, куда захотите, хоть за море, хоть вон за горы, и за невестой сможете отправиться… Знаете, сударь… — Она помолчала, а он не стал ничего говорить, чтобы не разрушить этого странного хрупкого равновесия. — Если бы я была принцессой, я бы сказала: съешьте меня, если вам станет от этого хоть чуточку лучше. От меня проку мало, а вам еще жить да жить! Но только от меня и тут толку нет, я ведь не принцесса…
— Нет, ты все-таки ненормальная, — поежился Бриан. — Как это — проку мало? Да ты весь замок вверх дном перевернула! И я уже лет сто так не обедал…
— Ну и что? Это любая служанка может, ей только волю дай… А так, вообще… — девушка пожала плечами. — Ну выйду я замуж, ну проживу еще лет сорок, если очень повезет, ну будут детишки… будто мало я братьев-сестер нянчила… И что? Толку-то?
— Я не понимаю, — честно сказал он. — Ведь все женщины желают…
— Нет, не все, — сказала Эдна и встала. — Спокойной ночи, сударь. Уж простите, что пришлось за мной бегать, что-то я расстроилась ни с того ни с сего, видно, погода меняется.
— Дай руку, — попросил он. — Дай. Только не убегай опять от меня, пожалуйста.
Он взял ее ладонь — да она же размером едва в половину его собственной будет! Короткие ногти, а вот еще мозоли, от стирки, что ли? А тут кожа просто огрубела от постоянной возни с уборкой…
Эдна хихикнула.
— Не щекочите, сударь! Что вам моя рука далась?
— У тебя самые замечательные руки из всех, какие я только видел, — искренне произнес он, а она вдруг замерла.
— А как вы думаете, вдруг кто-то когда-то сказал это хозяйке Рук? — произнесла Эдна, и Бриану стало не по себе. — Может, он и не хотел, а получилось проклятие. Теперь уж не узнать, но…
— Откуда ты это взяла?
— Да ниоткуда, сударь. Перед сном, бывает, лежу, думаю о всяком, иногда сочиняю разные разности. Тут у вас я не устаю особо, во дворце обычно упадешь и уснешь сразу, а я люблю выдумывать, когда время есть. Вот про Руки стала размышлять… Ну что вы замолкли?
— Нет… нет… ничего. — Бриан гладил пальцем ее ладонь, жесткую и натруженную, такую маленькую в сравнении с его лапищей… — Задумался о Руках. Надо поискать в библиотеке, вдруг что сохранилось?
— И верно! — согласилась Эдна. — Вместо того, чтоб лежать и в потолок смотреть, делом хоть займетесь, у меня и без того хлопот хватает… И не пора ли спать ложиться?
— Да, час уже поздний, — согласился он. — Я… извини, если чем-то обидел. Я не хотел. Я…
— Вы просто дурак, — прямо сказала девушка, поднимаясь. — Ничем вы меня не обидели.
— Но…
— Я сама обиделась! — выдала она и гордо ушла.
Бриан только вздохнул: постичь женскую логику ему было не дано.
Как только развиднелось, Бриан сделался нервным, злым и нетерпеливым, часто срывался, а поскольку Эдна могла и ответить, покоя в замке не стало. Одним словом, чем-то он маялся.
— Меня не будет неделю или больше, — сказал он, не выдержав.
— Сударь… — Эдна прижала руки к груди.
— Так надо, — ответил Бриан, — иначе будет еще хуже. Не переживай, я потихоньку. Скоро вернусь.
Он неуклюже погладил ее по плечу, улыбнулся и вышел вон. Оставаться в замке ему было просто нельзя.
Эдна помахала ему вслед, потом села у окна и взялась за вязание.
— Что, Руки? — спросила она помощников, расправлявших нитку. — Он и раньше так улетал? Ага… Ну что ж, наше дело ждать…
Ждать Бриана пришлось долго.
Готовить для себя одной Эдне не хотелось, перекусила — и ладно, она все высматривала с башни непутевого хозяина. Ну куда его унесло, ведь знает, что болен, нельзя ему далеко улетать… А уж пропал так пропал, не бывало такого прежде!
«Создатель, верни его живым, заклинаю, — просила бессонными ночами Эдна. — Он глупый, бестолковый, но… Что я буду делать, если он не вернется? Где мне его искать? Хоть сказал бы, куда и зачем полетел, чучело…»
И она, шмыгнув носом, утыкалась в подушку, а днем простаивала часами на башне, забросив дела, глядела, не летит ли хозяин замка. Вот только когда он появился на горизонте, разговаривать с ним Эдне уже не хотелось.
Ей хотелось его убить.
Бриан вернулся на десятый день. Эдна заметила его с башни, но не шелохнулась, как стояла, смотрела на закат, так и осталась. Жив, слава Создателю, а за остальное еще ответит!
— Эдна! — он был весел и явно не устал. — Ты что здесь?..
— Вас поджидаю, сударь, — ответила она холодно. — Удачно ли добрались?
— Отлично! Ветер попутный, я домчался ураганом! А что у нас на ужин?
— Я не знаю, что у вас на ужин, — сказала Эдна и сощурилась, — потому как не намерена каждый день готовить, не зная, явитесь вы или нет! Так что обойдетесь солониной с сухарями. Сами возьмите, ну или Руки попросите принести, если свои не из плеч растут.
Бриан помолчал.
— Ты… обиделась, что ли? — спросил он, вспомнив их разговор.
— Нет, — отрезала девушка. — С какой бы стати? Но вот зла я, сударь, не приведи Создатель…
Он взялся за голову.
— Ну Эдна, мне нужно было улететь! Как можно дальше, пойми… Я не могу тебе этого объяснить!
— Почему? — тут же спросила она.
— Ну… ну я… — Бриан беспомощно посмотрел по сторонам, но Руки только бессильно опустили пальцы. — Да как я могу говорить о таком с девушкой?!
— По бабам пошли, что ли? — нахмурилась Эдна, подошла поближе и присмотрелась. — Точно, вот на воротнике краска для бровей, помада… и на шее синяк. Неплохо вы, сударь, погуляли! А предупредить нельзя было, чтобы я с ума тут не сходила, где вы, живы ли?!
— Ну как я мог…
— Словами, — отрезала Эдна. — Будто я не знаю, как наши дворяне забавляются. А вы мужчина молодой, далеко не бедный, вам сам Создатель велел! Ну чего вы постеснялись?
— Я не постеснялся, — сказал Бриан. — Я… Ну как же это объяснить… Нет, молчи, ты скажешь «словами», я попробую! Весна уже близко, а по весне на нас нападает желание… Я всегда летаю в портовый городок, там полным-полно продажных девок, им все равно, кто я, плачу-то я щедро… Ну и…
Он осекся.
— Мыться вам в трех водах со щелоком, — зловеще произнесла Эдна. У нее отлегло от сердца. — Кто знает, чем те портовые шлюхи болеют!
— Драконов такое не берет!
— Ничего не знаю, раздевайтесь — и вперед! — прошипела она, но потом все же смягчилась. — Сказали бы хоть, куда отправились, я же переживаю…
— Я не мог. Мне… стыдно.
— Ничего не стыдно, все мужчины такие, — улыбнулась Эдна. Вернулся живым и невредимым, и слава Создателю, а по шлюхам почти все бегают, так уж мужской род устроен. — Ничего, сударь, вы не молчите лучше. А то я стою как дура, высматриваю, не летите ли…
Бриан помолчал.
— Я улетел нарочно, — сказал он серьезно. — В такое время… Я мог тебя…
— Все мужики кобели, я будто не знаю, — Эдна потянула с него рубашку. — Фу, ну и гадостью эти ваши шлюхи душатся! Руки, это в стирку! Здесь-то как? — Она осторожно провела ладонью по худой спине, по выпирающим ребрам, и Бриан задохнулся.
— Все в порядке. Я тут поблизости… Эдна, ты не сердись, — попросил он, — я боюсь обидеть тебя, правда боюсь! Но я, кажется, сделал для этого все, что мог…
— Глупый вы дракон, — привычно ответила девушка.
Она не видела ничего зазорного в том, что господа наведываются к дамам легкого поведения. В конце концов, супруга может быть в положении или только после родов, да и просто недотрогой, а мужу что, воздерживаться прикажете, как Создатель заповедовал? Конечно, и такие попадаются, да для здоровья это вредно, Эдна сама слышала от придворного лекаря: характер портится да кровь застаивается. А неженатым так и вовсе стыдиться нечего, хоть научатся, что да как делать, не то с молодой женой оплошают!
— Все-таки обиделась? — тихо спросил Бриан.
— Ни капельки, — честно ответила она. Эдна знать не желала каких-то там девиц, лишь бы заразой никакой не наградили! — Домой вернулись, вот и ладно. Только вы предупреждайте, когда вот так срываетесь, я же беспокоилась! Хоть записку оставьте, если в глаза смотреть стыдно, мол, улетел к девкам, вернусь не скоро…
Бриан тяжело вздохнул и сказал виновато:
— Я так только по весне. Ничего не могу с собой поделать, порода такая…
— Небось весь бордель отымели, — хмыкнула Эдна. Настроение у нее сделалось если не лучезарным, так хоть приличным. Жив ее дракон, жив и здоров, а что улетал пошалить, так на это все горазды! — Вместе с хозяйкой!
— Да ты что, она ж меня задавит, — испугался Бриан, тут же понял, что попался, и засмеялся. — Нет, правда не сердишься? Эдна, мне тяжело объяснить, но…
— В своем гнезде и птичка не гадит, — выдала она очередную народную мудрость и подтолкнула его к дверям. — Мыться, живо! С щелоком! А я пока подумаю, чем вас кормить, горе вы крылатое…
— Ты еще скажи, хвостатое, — буркнул он.
— Я еще и не такое скажу, — пообещала Эдна и улыбнулась так, что Бриан поспешил исчезнуть с глаз долой.
Что поделать, управлять инстинктом он в самом деле не мог, разве что сдерживаться кое-как, но «кое-как» — это слишком опасно. Для Эдны в первую очередь. А там, в приморском городке… только плати! Денег хватало, и теперь, утолив первый весенний голод, Бриан хотя бы мог быть уверен — ему хватит сил сказать «спасайся»!
— Эдна! Эдна, куда тебя унесло? — весело позвал Бриан, скидывая тяжелую ношу на пол — Руки подберут. — Иди, посмотри!
— Опять вы угваздались по самое некуда, — привычно заворчала девушка, выйдя ему навстречу, и принюхалась: — А чем это от вас пахнет? Никак в трактире угощались? А я зря горбатилась?
— Да я попробовал просто, — виновато сказал он. — Ты понимаешь, я не очень вовремя полетел, все, у кого я обычно рыбу покупаю, в море были. А на берегу какой-то мужичок уху варил, запах, скажу я тебе… Я и спросил, из какой это рыбы? Он название сказал, да я забыл тут же. Говорит, с другой стороны залива, в открытом море, эта рыба косяками ходит, а он сюда случайно заплыл поутру в тумане. Вот теперь пропадает улов… Я и взял, он дешево отдавал! На вкус и впрямь объеденье, а ты, поди, еще лучше состряпаешь… Поди погляди!
Эдна только покачала головой, ушла на кухню, но прибежала обратно, едва только Бриан успел раздеться, вошла, хотя прежде всегда стучалась.
— Вы сколько съели? — спросила она таким тоном, что он выронил одежду, забыв о наготе. — Ну сколько, скорее же!
— Да плошку небольшую, и то не целиком, — обескураженно произнес он, — ты же с утра заладила: поешь да поешь, что ж так лететь, насовала мне каши этой мерзкой и хлеба с солониной… Я не голодный совсем был, попробовал из вежливости, очень вкусно, говорю…
— Руки, быстро теплой воды ведро, — приказала Эдна, утерев лоб дрожащей рукой, — нет, два. И пустое еще. И соду.
— Да в чем дело?!
— Сударь, вы что же, живете на побережье и никогда этой рыбы не видели? — Девушка сунула ему под нос рыбину. Бриан отшатнулся. — Сядьте, горе вы мое! Ничего не болит? Не тошнит?
— Нет, — удивленно ответил Бриан, — а что?
— Чудо, что вы сюда долетели, — буркнула девушка, — а раз так, авось и дальше не помрете!
— Я не…
— Эта рыба ядовитая, — сказала Эдна через плечо. — Очень вкусная, но у нее что-то внутри есть, отчего разом преставиться можно, и поварам, которые умеют ее готовить, большие деньги платят! А вы, дракон бестолковый… Ох, Создатель, ну что за наказание… Спасибо, Руки, лейте сюда. Пейте, — приказала она, разболтав соду в ковшике. — Живо! Я кому сказала?!
Бриан с трудом выпил первый ковш и тут же получил второй.
— Больше не лезет…
— Влезет! Хотя… два пальца в рот, живо! Руки, где ведро?
Бриан ненавидел, когда его тошнило, вызывать рвоту сам не умел и брезговал, поэтому промывание желудка ему запомнилось надолго.
— Слава Создателю, до хлеба дошли, — выдохнула Эдна, гладя его по взмокшей голове. — Еще разок для верности…
— Да не могу я больше! — взвыл Бриан, едва отплевавшись от предыдущей порции.
— А я говорю, можете, — сурово ответила девушка. — Понадобится — насильно вливать буду. Или вам охота помереть в судорогах и с пеной изо рта? Нет? Тогда извольте блевать!
Бриан невольно начал смеяться и тут же со стоном склонился над пресловутым ведром. Он чувствовал, что есть не сможет еще несколько дней.
— Теперь это, — приказала Эдна, когда он разогнулся и утер рот. — Живо!
— Это еще что? — страдальческим тоном произнес Бриан, но выпил. — Тьфу!..
— Не тьфу, а соль. С горшка не слезете, конечно, но, надеюсь, обойдется с рыбой-то…
Эдна, тяжело вздохнув, принесла чистой воды умыться (Руки прибирались кругом), пригладила Бриану волосы и спросила:
Поделиться книгой: