Unknown

Да ведь это тетушка Метла! Она все время стояла в углу, боясь шевельнуться от страха. Но, увидев, что Котенку приходится туго, Метла позабыла свои опа­сения и набросилась на Мышиного генерала.

Тут и Большой Котел не выдержал, схватил свою крышку и запустил ею прямо в мышей. Шум поднялся страшный.

Тем временем, пока Его благородие Мускусная Крыса еще не опомнился, Миу вонзил когти в его грязно-белый живот и навалился на него всем телом.

— О-о! Помираю! — завопил Его благородие. Он попытался встать, но не тут-то было! Миу фыркнул и снова рванул когтями грязное крысиное брюхо. Его благородие повалился на пол.

— Бум-бум! Бум-бум! — Это Большой Котел приплясывал от радости на своей полке.

— Ф-фу! Ф-фу! — Глаза у Котенка налились кровью.

Мышиный генерал, еле волоча ноги, попробовал было подползти к дыре. Тут Миу вонзил ему когти прямо в горло. Его благородие рухнул бездыханный.

Котенок, не теряя времени, прыгнул на дрожавшее от страха Мышиное войско и тут же растерзал одного из Полководцев.

— Ф-фу! Ф-фу!

— Ти-и-ти-и... Беги-и-те! Беги-и-те! — пищали мыши.

Две самые толстые мыши застряли в дыре, и другие, схватив их за хвосты, пытались вытащить их оттуда и расчистить путь отступающему Войску.

Кровь лилась рекой. Победа была полная!

Вот и первое утро Нового года. Небо ясное, солнце улыбается, и тучки бегут куда-то по своим тучным делам.

Бонг взяла красную ленту и повязала ее вокруг шеи Миу, так что получился пышный бант.

— Ну, — сказала девочка, — теперь ты такой нарядный, что можешь идти гулять со мной и с Мамой.

— Мурр-мурр, — ответил Миу, с удовольствием осматривая свой бант, потом забежал на Кухню и взрослым голосом сказал: — Мурр-мяу! Дядюшка Большой Котел, тетушка Метла, я пойду погуляю с Девочкой и с Мамой, а вы присмотрите, пожалуйста, за порядком.

— Хорошо, уважаемый Миу, будьте спокойны. Смотрите только не потеряй­тесь, ведь сегодня на улице очень много народу.

Мама взяла Бонг за руку, Бонг взяла на руки Миу, и они пошли. Солнце по- прежнему улыбалось, повсюду летали пестрые бабочки и распускались большие ароматные цветы. А на поле — рис, зеленый-зеленый, волнуется под ветром, пря­мо как море. И люди идут по дороге и несут большое красное знамя с золотой звездой посредине.

— Да, ничего не скажешь, — сказал про себя Миу, — в Новый год все даже еще красивее, чем я думал раньше.