Разговоры в постели

Наташа Апрелева, Александр Егоров

разговоры в постели: наброски[t1] романа

— На что жалуетесь?

— Я не видела у тебя этого свитера.

— Какого?

— Вот этого.

— Вот этого полосатого?

— А ты видишь здесь еще какой-нибудь? С вывязанными лошадками и норвежским орнаментом?

— Ну, мало ли. Вот в прошлый раз ты молчала-молчала, а потом спросила меня, как мне нравится Элла. Я не помнил, кто такая Элла. А ты сказала, что это новая горничная Шустова, она подавала нам кофе и торт с вишнями. У Шустова. Черный лес.

— Какой лес?

— Черный лес. Торт так назывался, черный лес. Вот его я запомнил, а Эллу — нет. А ты спрашивала. И сильно гневалась. Ты решила, что я полюбил Эллу. Неземной любовью. Эн эл.

— Перестань. Меня выводят из себя твоя страсть к аббревиатурам. Это не смешно. Это даже грустно.

— Э эн эс. И дэ гэ.

— Так. Что за свитер, может быть, все-таки скажешь?

— Обыкновенный Ферре.

— Ты сам купил?

— Отличный вопрос. То есть, у нас считается, что я не в состянии купить себе дурацкий грошовый свитер?

— Ферре — это не дурацкий грошовый свитер… Тебе подарили его, да? А кто?

— Да мать твою так!.. Сколько можно!..

Все повторяется.

Вздрагиваю от участливого вопроса продавца, или как сейчас правильно называются эти девушки в супермаркетах, двигающие картонные упаковки вдоль по полкам, менеджер зала, консультант, мерчендайзер, Бог знает

— Вам помочь, женщина?

Девушка поправляет форменную темно-красную жилетку, на ее подбородке крупная коричневая родинка, густо поросшая темными волосами, похожая на мокрицу со многими ногами, довольно неприятно, неужели никак нельзя избавиться. Впрочем, твои мокрицы многим хуже, подруга, одергиваю себя привычно. И ног у них не меньше.

Благодарю за участие, отказываюсь от помощи, стыдливо осознаю, что уже несколько минут оживленно обращаюсь к банке маринованного имбиря. Вообще, я часто разговариваю вслух, неважно, что в большинстве случаев я при этом одна. Или вот в обществе имбиря. Проговариваю наши чудные диалоги. Замечаю за собой, что тоже начинаю сводить к аббревиатуре те или иные выражения. Эта Его привычка, такая вредная. Такая притягательная.

— Почему ты никогда не можешь сказать, о чем ты думаешь?

— Ни о чем.

— Я трижды просила тебя уменьшить звук телевизора.

— Извини.

— То есть, ты настолько ушел в свои мысли, что не слышал.

— Я извинился.

— У тебя кто-то есть ещё!

В ответ он красиво ложится на кровать, красиво заводит руки за красивую голову, и красиво улыбается. Ещё может красиво взъерошить темные волосы, мальчишеский жест, и я наконец-то замолкаю, побежденная. Жду, когда Он скажет:

— Иди сюда!

Он говорит это не всегда. В последнюю нашу встречу не говорил, да и в предпоследнюю тоже, и мы валялись автономно в прямоугольных подушках, по разные стороны кровати, зачем она такая большая, кто-нибудь знает. Вся квартира кажется меньше, чем Его кровать, никогда бы не подумала, что так бывает, а вот бывает.

Огромное бежевое покрывало Pratesi из монгольского кашемира — сама тащила из Италии в безразмерном пакете с ручкой — по краям три нашитые бархатные полоски в полсантиметра шириной, обычно я начинаю нервно ковырять одну из них ногтем, выдергивая нитки. Варварство, разумеется, но мне нужно как-то себя занять, успокоить. Вынимаю сигареты, Он достает пепельницу с таким лицом, что не одобряет курение, я знаю, закуриваю и выдахаю беловатый дым. Мое отражение в дверце напрочь зеркального шкафа-купе теряет пугающую резкость, можно не бояться увидеть признаков ураганного старения и осыпания лица, мои вечные страхи. Просто темные волосы, просто темные узковатые глаза, просто широкие скулы.

— Не могла дозвониться до тебя вчера.

— Телефон разрядился. Батарея совсем не держит.

— А вот мой телефон почему-то никогда не разряжается внезапно.

— Везет тебе!

— Просто надо иногда смотреть на уровень зарядки, это не так сложно.

— Ты помешана на контроле. Тэ пэ эн ка. Ты даже несчастный уровень зарядки пытаешься контролировать.

— Я не помешана на контроле.

— Да-да. Ты послушай себя. Вчера в ресторане. Или когда мы были?.. "Так, вот это я пробовала, полная ерунда, закажи себе семгу-гриль, они ее не очень портят…"

— И что?

— То есть это не называется "помешаться на контроле"?

Громко смеюсь, смех вполне осязаемо падает розоватыми имбирными лепестками на почти чистый магазиновый пол и лаковые носы моих вишневых сапог, "когда идешь, носки ставь врозь, и помни, кто ты такая!" — советовала Белая Королева. Послушно делаю выверенный шаг, потом второй.

С каких-то пор в "Седьмом Континенте" продают живые цветы, никогда не замечала раньше. Люблю цветы какой-то такой любовью, немного даже болезненной, переживаю, что им дается плохой уход, например. Десятки свежих роз плотно утрамбовали в высокие пластмассовые емкости, ни кислороду, ни воды в достаточном количестве. На несколько минут замираю и у отвратительных оранжевых вазонов, качаю головой, ко мне спешит очередная девушка в темно-красном жилете, открывает рот в перламутровом блеске дешевой помады. Нет, благодарю вас.

Надо делать простые, привычные вещи: наполнить тележку, не думать о плохом, подойти к кассе, вспомнить о яблочном соке, Он предпочитает определенной марки, добавить несколько пачек. Вернуться к кассе. Дотянуться до сигарет, взять красные Давидофф.

Кассир — приветливая девица с бейджиком "Любовь", волосы выкрашены в иссиня-черный цвет, плохо гармонирующий с ее хорошеньким розовым лицом и голубыми глазами. У семейной пары впереди меня не сканируется большой пакет с королевскими креветками, кассир "Любовь" вводит цифры кода вручную, извинительно улыбается. Выгрузить на движущуюся ленту Его любимые колбаски чоризо, заметить заинтересованный мужской взгляд, чуть повернуть голову вправо, симпатичный мужчина в военной форме смотрит внимательно, готов улыбнуться, губы вздрагивают, чуть приоткрываясь. Расстроиться — ну вот, и никаких эмоций, даже и глазом не моргнула, даже и звезды на погонах не посчитала, а откуда бы взяться эмоциям, если все они остаются между складок простыней, под прямоугольными подушками.

Ах, этот "Седьмой Континент", из моих покупок не сканируются сливки, ладно, аппарат возражает против излишеств с королевскими креветками, но сливки?.. Воспользовавшись паузой, достать пластиковую ВИЗУ, кассир "Любовь " проделывает необходимые манипуляции, дождаться появления чека.

— Одну минуточку, — услышать из-за спины, — я ведь могу уже оплатить?

Военный с так и неподсчитанными звездами протягивает кассиру "Любовь" аккуратно расправленные купюры, а мне — чайную розу на упругом стебле.

— На что жалуетесь? Эн че жэ?

— Никогда не любила ноябрь.

— А теперь полюбила?

— Да. Небо такое в ноябре.

— Какое? Низкое облачное?

— Серое прозрачное.

— Эс пэ. Прекрасно.

— Как твои глаза.

— Да ты в душе поэт. Я вот иногда не помню, какие там у меня глаза.

— А у меня?

— О, чччерт. Ну что за бабство. Сейчас ты начнешь биться в истерике: аааа!!! не помнит, какие у меня глаза!!! Подлец!!!

— Значит, я права, и ты не помнишь.

— Значит, я прав, и ты собралась тупо бабски скандалить.

Погрузиться с сумками в автомобиль, Чистые Пруды, Кривоколенный перулок, оказаться дома, заварить чаю, позвонить и не дозвониться, закурить, включить компьютер и написать сыну письмо.

"Привет, милый Алеша, что у тебя за странные настроения, они меня немного пугают и уж точно — удивляют. Разумеется, ты не должен возвращаться домой, ничего такого я от тебя и не жду. То, что тебе предложили постоянную должность в университетской клинике — это прекрасно, мне кажется, лучшего и желать-то нельзя, и соглашаться надо непременно. В ближайший месяц постараюсь приехать к тебе, помочь устроиться на новом месте, не думаю, что жить в отеле — такая уж хорошая идея. Надо снять небольшую квартиру, я уже посмотрела предварительно в интернете, уровень цен вполне приемлем. Виза моя благополучно открыта ещё на год, жди мать. Тем более, что опыт по осваиванию новых пространств у меня после переезда компании возрос. Спасибо за интерес, теперь все нормально, и специальный телефонный человек до нас добрался, правда, с приключениями. Звонит мне: "Здравствуйте, я вот такой-то такой-то, остановился у хлебного магазина, как к вам пройти-проехать дальше". Отвечаю: проехать уже никак, сейчас девочки вас встретят и проводят. Поднялся, все сделал, получил подписанный наряд и сумму денег, ушел. Часа через два звонок. Беру трубку: "Здравствуйте, я вот такой-то такой-то, остановился у хлебного магазина, как к вам пройти-проехать дальше". В панике отсоединяюсь, прошу Леночку сварить мне кофе, Леночка приносит кофе, и я начинаю смеяться"

Перечитать написанное, закурить еще, убрать историю с монтером, зачем перегружать мальчика офисным безумием. Отправить письмо, рассмеяться в монитор, как же это здорово, электронная почта.

Подумать: зачем я соврала сначала себе, а потом сыну. Я ведь не приеду в ближайший месяц, я помешана вовсе не на контроле, я помешана на Нем.

****

И совсем [т2]я не собиралась первой строчкой написать "привееет, мой дорогой дневничооок", ещё каким-нибудь разным цветом, наоборот. Хаха, наоборот не в смысле "чао, мой отстойный дневник", а просто ведь в этом классном блокноте даже неохота писать всякую шнягу. Любимый мне подарил крутой молескин, я не знала сначала, что это вообще за штука, молескин, и немного удивилась. Глупый подарок — записная книжка, ну правда же, ну?..

Но потом я нагуглила по свой подарок вот что:

"Новый эксклюзивный Moleskine Artist Collection Daily Planner — это ежедневник на 2010 год, выпущенный в органиченном тираже в блестящей мягкой черной коже. Дизайн ежедневника разработан всемирно признанным художником Marti Guixe. Этот уникальный ежедневник собирает все ваши планы и встречи на ладони вашей руки в формате одна страница на один день. Переплет позволяет вам раскрывать ежедневник полностью, так что он будет абсолютно плоским без вреда для переплёта. Восхитительная черная кожа в этой модели Moleskine выделит вас среди окружающих и защитит внутренние страницы от случайной влаги и сминаний. Эластичная резинка удерживает страницы вместе, а закладка помогает быстро найти текущую дату. Листок двуцветных наклеек поможет вам сделать ежедневник Молескин поистине уникальным"

По-моему, это очень оригинально — вести дневник именно в красивом дорогом молескине, а не тупить, как все, в дурацких ЖЖ, дико надоевших.

Быстро набрала Любимому сообщение: "Спасибо котик целую", и никаких тупических смайликов, не люблю. Смайлики — полный отстой, а ещё мы вчера были с девчонками в большом книжном магазине на Мясницкой, так там Ксюха вцепилась в дурацкую брошюру с названием " Двести пятьдесят супер-СМС на все случаи жизни" и хотела ее купить, но мы с Ариной сказали, что она нас позорит. Тогда она стала искать новую книгу вампирской писательницы, тоже забыла название, хи-хи, и нашла, но новая книга была уже про каких-то инопланетян. Не вампиров. Ксюха чуть не стала рыдать, потому что чокнулась со своими вампирами и мечтает познакомиться с парнем, похожим на сумеречного Роберта Паттинсона. Подумала, что Любимый очень напоминает этого актера, только глаза у него светлые, я говорю, темно-белые, правда, я где-то читала, что и у Роберта Паттинсона настоящий цвет глаз голубой, а во время съемок ему приходилось постоянно носить контактные линзы, потому как что за вампир с голубыми глазами.

Простилась с подругами: чмоки-чмоки. Побежала в метро,

У меня самой разноцветные глаза, если что. Как-то познакомилась с одним уродом в "асечке", так он все орал: "ты гонишь, не могут зены быть утром серыми, вечером зелеными", а мои вот могут, и ничего.

— На что жалуетесь?

— Ты заманал своим "на что жалуетесь"! Что ли нельзя по-нормальному разговаривать, бл?..

— О, как интересно! Может быть, ты меня и поучишь? Дашь мастер-класс разговорной речи?

— Может быть, и поучу. А может быть, и нет.

— В последнем случае страдания мои будут чудовищны… Снимай штаны.

— Прям сейчас.

— Снимай, говорю! Мне через полтора часа надо на Соколе быть.

— Чего делать?

— Работать, любовь моя! Ты, наверное, забыла — что это такое…