Помоги проекту - поделись книгой:
АРМИИ НЕ ДО ПРАЗДНИКА...ОФИЦЕРЫ ОСУДИЛИ ПОЛИТИКУ КРЕМЛЯ
Влад Смоленцев
Реформирование армейской авиации обернулось потерей боеготовности одной из самых "летающих" частей ВВС России. К такому выводу пришли офицеры 344-го Центра боевого применения и переучивания (ЦБПП) на своем офицерском собрании, состоявшемся в начале февраля 2005 года. Общий налет частей Центра за последние годы сократился почти в три раза, боевых летчиков 1-го класса сегодня готовится в год почти в шесть раз меньше. Об этом говорится в решении офицерского собрания, подписанном генерал-майором авиации Е.Игнатьевым, копия которого поступила в редакцию Граней.Ру.
"Оснащение армейской авиации новыми типами боевой техники и вооружений осуществляется такими темпами, что через 2-3 года нам просто не на чем будет летать. Отсутствие достаточного количества запасных частей и агрегатов, мизерные лимиты авиационного топлива и других горючесмазочных материалов позволяют поддерживать только минимальный уровень натренированности летного состава, о плановой подготовке высококлассных специалистов мы давно забыли", — говорится в документе.
Затронута в решении офицерского собрания авиаторов и проблема монетизации льгот. "Лишение военнослужащих и членов их семей последних социальных льгот, не подкрепленное значительным повышением (минимум в 3-4 раза) их денежного довольствия, создало критическую социальную напряженность, способствует оттоку из армии наиболее квалифицированных кадров, — считают офицеры 344-го ЦБПП. — Только в 2004 году досрочно уволилось 35 офицеров, в том числе летчиков — 13, бортовых техников — 3, инженеров-техников наземных служб — 19. Некомплект офицеров составляет 192 человека, прапорщиков — 62, военнослужащих, проходящих службу по контракту, — 20 человек".
В документе также говорится, что "декларативные заявления высших государственных чиновников в СМИ о том, что за последнее время значительно улучшилось материальное положение и повысился жизненный уровень военнослужащих и членов их семей, не имеют ничего общего с реальной жизнью".
"Российская армия, — говорится в решении собрания, — стала единственной в мире, где военнослужащие для защиты своих законных прав вынуждены судиться с собственным Министерством обороны. В 2004 году суды различных инстанций рассмотрели 166 заявлений военнослужащих ЦБПП по различным вопросам, в 150 случаях судебные решения были в их пользу".
Не решается в этой воинской части и квартирный вопрос. Сегодня в частях центра — 205 бесквартирных семей и 54 семьи, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, в том числе 156 семей офицеров и 49 семей прапорщиков. Денежная компенсация за поднаем жилья не покрывает ее реальную стоимость.
Сложившаяся ситуация, по мнению офицеров, не позволяет в полной мере выполнять приказы и директивы вышестоящего командования, в том числе и касающиеся борьбы с терроризмом.
"Практика показала, — говорится в решении офицерского собрания, — что высшая законодательная и исполнительная власти Российской Федерации проводят целенаправленную работу по развалу собственной армии. Этот нелицеприятный, но объективный вывод мы делаем на основании реального положения дел в армейской авиации".
УМИРАЕТ РУССКИЙ ФЛОТ
При нынешних темпах строительства — по 1-2 корабля в год, как откровенно доложил депутат Госдумы заместитель главнокомандующего ВМФ адмирал Михаил Захаренко, — в боевом флоте страны через 25-30 лет останется всего 25-50 кораблей. Резервы технического обеспечения, созданные на флоте 15-20 лет назад, практически уже исчерпаны. А это может означать только то, что запасные части, механизмы, сложное многочисленное оборудование для боевых кораблей и вооружения не заказываются у промышленности в необходимых количествах и не поставляются в ВМФ. В результате, как заявил адмирал Захаренко, все технические резервы будут полностью израсходованы в ближайшие 5-10 лет. В выводах своего доклада флотоводец указал, что сейчас создалась реальная угроза существованию всего ВМФ в целом.
ПРОЩАНИЕ С БАЛТИКОЙ
Если СССР со своими военными партнерами поддерживал на Балтике баланс интересов с Западом, ныне Россия отодвинута на пятую позицию. Сегодня в Балтийском море доминируют наши "добрые соседи" — Германия, Швеция, Финляндия, Дания. Вроде бы никакой реальной угрозы для нас это не представляет, ну, подумаешь, учения. Скажем больше: к примеру, флот объединенной Германии неуклонно сокращается, избавляясь от поизношенного в "холодной войне" имущества ГДР. Но количество переходит в качество. Совершенствуются подводные лодки, которых у немцев 14. В строю два эсминца, 12 фрегатов, 30 ракетных катеров и еще 113 других боевых единиц, не считая военно-морской авиации. Шведский флот, увы, тоже мало соответствует принципам объявленного нейтралитета. В их ВМС несут службу 9200 человек. Флот располагает 9 подводными лодками, 6 корветами, 14 ракетными катерами, 27 кораблями различного назначения. Более чем сорокалетний поиск наших субмарин в шведских фиордах, подпитывавший миф о "красной военной угрозе", теперь оправдывает модернизацию королевских военно-морских сил Швеции. Не отстают от партнеров по НАТО и вчерашние наши союзники. В связи со вступлением Польши в Североатлантический блок эта страна получила мощные финансовые инъекции: ВМС Польши насчитывают около 17 тыс. моряков, на вооружении — 3 подводные лодки, 1 эсминец, 2 фрегата, 16 катеров, 22 противолодочных корабля.
Усовершенствованные за счет налогоплательщиков Страны Советов базы Балтфлота в трех ставших суверенными государствах оказались по ту сторону перекроенной границы между Востоком и Западом. Россия потеряла 80% основных пунктов базирования, 12 из 16 пунктов рассредоточения, 60 % причального фронта. Как следствие — по численности боевых кораблей флот сократился втрое, в четыре раза уменьшилось число моряков-балтийцев…
ВОСТОЧНЫЙ ВЫЗОВ
ВОСТОЧНЫЙ ВЫЗОВ
Виктор Круглов
ВОСТОЧНЫЙ ВЫЗОВ
"Китай прирастет Сибирью" — гласит заголовок статьи, недавно опубликованной в правительственной "Российской газете". И хотя подобная перспектива рассматривается как гипотетическая, сама постановка вопроса весьма примечательна. В последнее время все большее число политиков и экспертов высказывают мысль о том, что Россия — неконкурентоспособная на мировых рынках страна, прочно загнанная в "экспортно-сырьевую ловушку", с редеющим населением и неэффективными Вооруженными Силами — не имеет права контролировать огромные территории Сибири и Дальнего Востока. Наиболее "выпукло" эту идею выразил известный теоретик американского глобального доминирования, бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский в своей недавней книге "Выбор. Мировое господство или мировое лидерство".
Россия, считает Бжезинский, стоит перед выбором: уступить эти обширные территории Китаю, численность населения которого превышает российское в 10 раз и ВВП которого в 5 раз больше российского, или пойти на союз с США и Западом на правах "младшего партнера", предоставив "сибирское Эльдорадо" в распоряжение транснациональных корпораций. При этом от России потребуется отказаться от попыток оказания политического влияния на события на пространстве СНГ, ликвидировать военные базы в ближнем зарубежье и, разумеется, не допускать какой-либо критики внешней политики США. Подобный сценарий будет означать третий (после Горбачева и Ельцина) этап геостратегического отступления России, связанный с утратой статуса уже не только мировой, но и региональной державы, сопровождающейся гигантскими территориальными потерями.
Удивительно, но такая перспектива отнюдь не пугает иных представителей отечественной либеральной мысли. В одном из популярных российских изданий развернулась бурная дискуссия на тему "Есть ли у России лишняя земля?"; некоторые ее участники предлагали передать Курильские острова японцам в обмен на продовольствие, лекарства и т.п. Лиха беда начало. То ли еще будет!
Можно было бы, конечно, в очередной раз объявить Бжезинского закоренелым русофобом, посетовать на непатриотичность российских либеральных элит и даже зачислить их представителей во "враги нации". Но вот что пишет, например, серьезный ученый — председатель Научного совета Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин, как будто не замеченный ни в симпатиях к Бжезинскому, ни во враждебном отношении к нашей стране: "Главной внутренней угрозой является нынешнее состояние востока России — Восточной Сибири и Дальнего Востока. После распада СССР эти регионы погрузились в глубокий кризис. Прежние модели развития уже неприменимы, новую модель еще только предстоит выработать и реализовать на практике… В XXI веке вопрос о единстве страны будет решаться не в Чечне. Все будет зависеть от того, сможет ли Москва добиться "двойной интеграции" Сибири и Дальнего Востока, прочно встроив их в общероссийское пространство и одновременно сделав их составной частью динамично развивающегося региона Северо-Восточной Азии".
Если этого сделать не удастся, считает политолог, то Россия превратится в Московию допетровской эпохи. И все жертвы, принесенные народами нашей страны в бесчисленных войнах, направленных на расширение территории и геополитического влияния, окажутся напрасными. Это будет означать "закат России", на манер Древнего Рима, Византии и других канувших в Лету империй прошлого.
Не следует сбрасывать со счетов и существующую еще с прошлого века среди некоторой части сибирской интеллигенции тенденцию к "сибирскому автономизму", когда Сибирь рассматривается как территория, способная к существованию в качестве либо независимого и эффективного унитарного государства, либо конгломерата государств в форме федерации или конфедерации. Правда, в последнее время на фоне восстановления властной вертикали подобные настроения перешли в латентное состояние, но это не означает, что в определенных кризисных ситуациях они не могут вновь заявить о себе в полный голос.
Здесь позволю себе спуститься с высот геополитики на нашу грешную землю. Сегодня много спорят о том, насколько плодотворной может оказаться предложенная президентом система избрания губернаторов. Легко понять, что идеальных систем не бывает, любая из них имеет свои преимущества и недостатки. Главный вопрос заключается в том, что мы хотим получить "на выходе". На мой взгляд, потенциальное преимущество нового подхода — перспектива выдвижения на посты глав регионов людей, способных реализовать, каждый на своем участке, единую стратегию регионального развития в масштабах всей страны.
Но для этого такая стратегия должна, по крайней мере, быть. Между тем, как отмечали участники недавно проведенного в Иркутске экспертного семинара "Байкальский регион: стратегия развития, качество роста и региональная интеграция", единая целостная региональная политика в нашей стране отсутствуют. Как заметил иронически один из участников семинара, "региональная политика не заключается в том, что в Москве милиция ездит на "мерседесе", а в Якутии — на катере".
Формально стратегия экономического развития Сибири существует. Она была утверждена распоряжением правительства 7 июня 2002 года. Однако этот документ носит схоластический характер: механизмы реализации поставленных целей не прописаны, не указаны и источники финансирования. А потому можно согласиться с полномочным представителем президента РФ в Сибирском федеральном округе Анатолием Квашниным, который считает, что эту стратегию необходимо конкретизировать с привлечением к данному процессу самого широкого спектра участников в лице ученых, федеральных и региональных руководителей, представителей бизнеса. Идея создания в Иркутске регионального центра стратегического развития уже нашла отклик у известных ученых, предпринимателей, менеджеров Сибири.
Хотел бы особо подчеркнуть: задачу разработки стратегии развития мы не можем перекладывать на плечи будущих поколений. В условиях научно-технической революции бег исторического времени стремительно убыстряется: если в эпоху Рима и других великих империй прошлого дезинтеграционные процессы занимали столетия, то в настоящий период счет может идти на годы. Мир живет в условиях жесткой конкуренции, и тот, кто не готов вести борьбу за место под солнцем, рискует оказаться в полной темноте. Достаточно привести такой пример: в 1990 году ВВП России и Китая был примерно одинаков, а наше преимущество в военной мощи было просто подавляющим. Сегодня, как уже отмечалось, "счет" по ВВП 5:1 в пользу Китая, который к тому же в целом уже не уступает России по обычным видам вооружений в качественном отношении и значительно превосходит в количественном.
И дело здесь не в какой-то мифической "китайской угрозе". Природа, как известно, не терпит пустоты. "Если провести прямую линию от Каспия к Сахалину, — пишет Збигнев Бжезинский, — то азиатская территория Евразии окажется разделенной на две части: севернее — крайне малонаселенная Сибирь, и российский Дальний Восток, где проживают 30-35 миллионов человек, и непосредственно к югу — крайне густонаселенная зона, где сосредоточено приблизительно 3 миллиарда китайцев, индийцев и мусульман". В условиях глобализации и все большей прозрачности границ для людских, финансовых, информационных и других потоков высокоразвитые и густозаселенные территории просто объективно не могут соседствовать со слаборазвитыми и "безлюдными", но при этом чрезвычайно богатыми природными ресурсами.
Здесь можно согласиться с позицией А.И.Солженицына, который пишет: "Невозможно представить, что перегруженная планета будет и дальше, и дальше спокойно терпеть запущенную неосвоенность российских пространств".
В прошлом году, выступая на заседании Совета безопасности, президент Путин признал, что мы еще не приступили всерьез к созданию "современной цивилизованной границы", отделяющей территорию Сибирского федерального округа от сопредельных государств, и это обстоятельство остается серьезным вызовом для национальной безопасности России. Помимо прочего, по ряду экспертных оценок, войны в XXI веке будут вестись уже за доступ не только к нефти, но и к источникам питьевой воды, запасами которой так богата Сибирь. В целом же Россия располагает 20% всех мировых запасов пресных вод, и это огромный соблазн для некоторых бедных водой, но богатых экспансионистскими идеями государств.
Вот почему ускоренное освоение Сибири, превращение ее в высокоразвитый регион — не благое пожелание, а важнейшее условие сохранения территориального единства нашей страны. Главнейшее препятствие на этом пути — структурный перекос российской экономики в пользу экспортно ориентированных сырьевых отраслей. Видный деятель Европейского Союза Лойола Паласиос назвала Россию "сырьевым дополнением" Евросюза. Слава Богу, хоть не сырьевым придатком! В свою очередь Сибирь по преимуществу выступает в качестве "сырьевого дополнения" европейской части России. Однако экономический рост, основанный на экспорте сырья, имеет естественные пределы. Конечно, запасы нефти, газа и других природных ресурсов — это объективное конкурентное преимущество нашего региона, да и России в целом. Но, во-первых, нельзя допустить, чтобы разработка этих ресурсов была передана зарубежным компаниям на невыгодных для нашей страны условиях. Конечно, абсурдно создавать из западного делового сообщества образ врага и настаивать на полной самоизоляции России, превращении ее в некую "крепость", хотя такие взгляды в последнее время встречаются. Но нельзя не видеть, что отдельные представители западного бизнеса смотрят на Россию как на "территорию свободной охоты", итогом которой останется "выжженная земля"; последующего воспроизводства "охотничьих угодий" не предусматривается.
А во-вторых, данное "сырьевое" преимущество как можно скорее должно быть "конвертировано" в развитие перерабатывающих отраслей, в производство наукоемкой продукции, в переход от "экономики трубы" к "экономике знаний". В нашем регионе имеются современные научные центры, высокотехнологичные предприятия оборонно-промышленного комплекса. Но их эффективность пока еще далека от желаемой.
Во всем мире достижения научно-технического прогресса создаются и внедряются посредством технопарков — современных комплексов, сочетающих научную, внедренческую и производственную деятельность. Сибирь обладает уникальным научным потенциалом, и сегодня в рамках программы инновационного развития "Старт" начата определенная работа по созданию таких технопарков на базе новосибирского Академгородка, а также научных центров Иркутска, Томска и Красноярска. Вместе с тем, как уже неоднократно отмечалось, ряд проблем упирается в законодательство: научные учреждения должны получить более широкие возможности для скорейшей "конвертации" научных достижений в производство наукоемкой продукции; при этом государство обязано оказать содействие в продвижении такой продукции на мировых рынках.
Приходится признать, что в среднесрочной программе социально-экономического развития, представленной недавно Министерством экономического развития и торговли, инновационной деятельности уделено неоправданно мало внимания: приоритетами по-прежнему остаются макроэкономические показатели и институциональные реформы. Более того, отдельные близкие к правительству экономисты на первый план выдвигают создание "теплого" климата для привлечения зарубежных инвестиций. Смею заметить, что при всех наших усилиях вряд ли он станет настолько "теплым", как, допустим, в Индии, Малайзии, Бразилии и других странах, которым в последние годы удалось совершить определенный рывок в сфере производства наукоемкой продукции зарубежных образцов, главным образом за счет именно теплого климата и дешевой рабочей силы.
У России есть собственные конкурентные преимущества, позволяющие не идти по тупиковому пути копирования опыта развивающихся государств. С учетом перспектив вступления России в ВТО такой путь однозначно приведет к окончательной потере нашими перерабатывающими предприятиями внутреннего рынка. Причем ВТО, как организация, заинтересованная в расширении рынков сбыта для западных экспортеров, отнюдь не заинтересована в смягчении социальных последствий такой экспансии. И вряд ли следует безоговорочно следовать рекомендациям политиков типа бывшего премьер-министра Швеции Карла Бильдта, который утверждает, что "Россия должна отбросить протекционистские интересы, препятствующие ее интеграции в мировую экономику", а Европа за это ее "полюбит" и создаст условия наибольшего благоприятствования. Мы обязаны использовать время, оставшееся до вступления в ВТО, и последующий переходный период для приведения отечественной продукции в соответствие с мировыми стандартами качества и безопасности.
Пока же можно отметить, что целый ряд предприятий нашего региона, прежде всего цветной металлургии, ранее работавших исключительно на экспорт, постепенно начинают переориентироваться на внутренних потребителей, идет ли речь о производстве посуды с антипригарным покрытием или, допустим, об автомобилестроении и авиастроении. Но здесь все опять же упирается в промышленную политику государства. Недавно, например, Минпромэнерго обнародовало долгосрочную программу, заявленная цель которой — возвращение России на мировой рынок в качестве ведущей авиадержавы. Между тем в деловых кругах на полном серьезе обсуждают возможности импорта самолетов из Бразилии; как заметил в этой связи один ироничный наблюдатель, вероятно, в этом случае России придется поставлять в Бразилию кофе, а заодно футболистов для тамошних клубов.
Важнейшей характеристикой, отличающей высокоразвитый регион от слаборазвитого, является состояние транспортной инфраструктуры. В последнем Послании президента Путина Федеральному Собранию ее развитие обозначено как "больше чем экономическая задача". Решение этой задачи позволит качественно изменить состояние российской экономики, на деле обеспечить единство страны. В этом плане в Сибирском федеральном округе есть определенные достижения. Это и открытие автодороги Чита—Хабаровск, и интенсивное развитие авиаперевозок. Но в целом объем средств, выделяемых на развитие транспорта из бюджетов всех уровней, остается крайне недостаточным.
В тяжелейшие годы Великой депрессии президент США Франклин Рузвельт говорил: "Мы не должны бояться ничего, кроме собственного страха". Мы не должны ориентироваться на опыт еще в недавнем прошлом отсталых стран, а должны ставить перед собой "сверхзадачи", реализовывать крупномасштабные технологические проекты.
По мнению ведущих российских ученых-экономистов, авторов книги "Путь в XXI век", именно с Сибирью связана реализация транспортных проектов мирового значения. Среди них — модернизация транссибирской железнодорожной магистрали с параллельным завершением автомагистрали Дальний Восток—Западная Европа; сооружение Северо-Сибирской магистрали, восточным участком которой станет БАМ; развитие Северного морского пути; сооружение трансконтинентальной полимагистрали Северная Америка—Азия с тоннелем через Берингов пролив; организация трансконтинентального воздушного моста между Азией и Северной Америкой через Северный полюс.
Говоря об угрозах и вызовах, связанных с перспективами развития Сибири, следует особо остановиться на экологической ситуации. По словам президента Путина, "из десяти самых неблагополучных в экологическом плане российских городов половина — пять находятся в Сибири. На сибирские предприятия приходится до трети вредных выбросов в окружающую среду". Неблагополучна и "социальная экология" — уровень социально обусловленных заболеваний: СПИДа, туберкулеза, а также наркомании — значительно превышают общероссийский. А ведь качество "человеческого материала" — важнейшая предпосылка эффективного экономического развития.
Важнейшей проблемой является сохранение уникального природного объекта — озера Байкал, крупнейшего резервуара питьевой воды, о значении которой в современной геополитике говорилось выше. В настоящее время на рассмотрении правительства находится постановление "Об утверждении границ Байкальской природной территории и ее экологических зон", без которого Федеральный закон "Об охране озера Байкал" оставался практически неработающим.
На данном этапе работа над стратегией развития Сибири порождает немало вопросов, на которые еще нет готового ответа. Например, можно ли, как это предлагают некоторые авторы, сделать Японию серьезным партнером в деле технологической модернизации Сибири и Дальнего Востока, не пойдя при этом на территориальные уступки, которые будут означать подрыв международного престижа России? Насколько плодотворным может оказаться сотрудничество с КНДР с учетом нынешней международной изоляции этого государства и усиливающегося давления на него со стороны США? Как будут развиваться ситуация в Китае и отношения России с этой страной?
И наконец, наверное, самое главное: каким образом можно привлечь в регион необходимые высококвалифицированные трудовые ресурсы? Ведь Сибирь — это не только зона "рискованного земледелия", но и зона "рискованного проживания", требующая от человека особого характера, твердых жизненных принципов, самоотверженности и бескорыстия. Слегка перефразируя известные слова И.В.Сталина, мы можем с полным правом сказать: "Мы, сибиряки, — люди особого склада. Мы скроены из особого материала". Во все времена в Сибирь ехали люди, одушевленные высокой идеей служения государству. А потому и сегодня освоение Сибири невозможно без национальной идеи, вдохновляющего и мобилизующего проекта, позволяющего дать ответ на вопрос, чем может и должна стать Россия в современном мире. Сейчас привлечение всех людей, неравнодушных к будущему Сибири и России, независимо от их социальной и партийной принадлежности, к работе над созданием стратегии развития региона становится важнейшей предпосылкой сохранения России на карте мира.
Автор – председатель Законодательного собрания Иркутской области
НА ПОРОГЕ «БАРХАТНОЙ РЕВОЛЮЦИИ».Продолжение. Начало в №7
НА ПОРОГЕ «БАРХАТНОЙ РЕВОЛЮЦИИ».Продолжение. Начало в №7
НА ПОРОГЕ «БАРХАТНОЙ РЕВОЛЮЦИИ».Продолжение. Начало в №7
ЧЕГО ЖДАТЬ РОССИИ
Главное условие осуществления технологий "бархатной революции" — благосклонное отношение достаточной части населения крупных городов (столиц) к открытым действиям организованных радикальных сил против существующей власти. Если такого отношения добиться не удается, достаточно бывает и апатии, равнодушия к судьбе власти. Это характерно для обществ со слабой способностью к самоорганизации, отсутствием развитых структур гражданского общества (например, политических партий). Именно к этой категории стран относится в данный момент Россия. В таких случаях перехват власти достигается даже силами ничтожного политически активного меньшинства — как произошло, например, в августе 1991 г. при ликвидации советской государственной системы.
Основной метод — манипуляция массовым сознанием. Она требует предварительного изучения причин недовольства властью, скопившегося в разных группах населения. Располагая "картой недовольства", манипуляторы подбирают способы его искусственного обострения — так, чтобы ради утоления своего временно обостренного недовольства люди были готовы пожертвовать даже своими фундаментальными долгосрочными интересами. При этом причины недовольства в разных социальных группах могут быть несовместимыми и даже диаметрально противоположными.
В 1990-1991 гг. удалось подорвать легитимность власти в СССР, разжигая одновременно и недовольство "уравниловкой", и недовольство "льготами номенклатуры". В особо удачных операциях удается создать острое недовольство властью даже в самых привилегированных группах, которые заведомо станут первыми социальными жертвами свержения этой власти (пример — шахтеры и научная интеллигенция СССР в 1990-91 гг.). Так, шахтеры требовали "полной экономической самостоятельности" для шахт и перевода их на рыночные отношения при том, что эти шахты были нерентабельными, а высокая зарплата шахтеров целиком определялась дотациями из госбюджета.
В современной России таких изощренных методов применять не придется, т.к. недовольство властью в результате реформ и без того достигло критического уровня по объективным причинам.
Мониторинг всех видов недовольства и его динамики ведется в РФ непрерывно. Во многих случаях вопросы задаются так, что в самой их формулировке чувствуется заинтересованность иностранных служб психологической войны. Как быстро тает в настоящее время легитимность власти РФ, видно из опросов, проводимых телевидением. В отдельности они не имеют научной ценности, но в совокупности показывают, что население просто отшатнулось от власти (причем речь идет в основном о москвичах, самой благополучной части населения страны).
Вот, например, некоторые телефонные опросы на московском канале ТВЦ:
— 95% позвонивших ответили, что "бюрократия и криминал в России в прочном союзе", и 3,4% — что "в мирном соседстве" (25.10.2004).
— Мнение, что "репрессии в России — это прошлое", поддержали 20,6%, 65,4% ответили, что "репрессии в России — это настоящее" и 14% — "будущее" (28.09.04).
— Что является причиной бедности бюджетников? "Безразличие власти", ответил 91% (20.10.04).
— На вопрос о том, "как сказалась на вас лично денежная компенсация вместо льгот?", ответили: "устраивает" — 1,9%, "разоряет" — 94,6% (1.12.04).
— На вопрос, "что принесли лично вам реформы, проводимые в стране правительством", ответы распределились так: "больше пользы" — 1,1%, "больше вреда" — 91,8%, "одни сомнения" — 7,1% (16.12.04).
— На вопрос, "каких событий в вашей жизни было больше в 2004 г.?", 82,5% ответили: "печальных" (28.12.04).
Эти опросы явно говорят об опасном повороте сознания. Для доведения его до порога нестабильности достаточно небольших манипулятивных усилий. И эти усилия целенаправленно прилагает телевидение — уже самими этими опросами.
Благодатную почву для подрыва легитимности власти создают разоблачения коррупции в ее высших эшелонах. Эта тема используется практически во всех "виртуальных революциях". В РФ возможности ее эксплуатации очень благоприятны. Другой интенсивно используемой темой является преступность и особенно преступное насилие в правоохранительных органах. Здесь также идет накопление материала для соответствующего вброса в массовое сознание.
Однако главный и для нынешней власти неустранимый источник недовольства населения — вся доктрина и практика реформ. В этой доктрине и практике есть компоненты, несовместимые с идеалами и интересами всех социальных групп России, включая и те меньшинства, которые нажились на этой реформе. Поэтому сегодня в оппозиции к власти находятся даже враждующие между собой политические силы, что является признаком "исторической ловушки". Следует повторить, что в аналогичном положении оказалось царское правительство в 1907-1917 гг. Своими действиями после 1904 г. оно сумело создать такую систему всеобщего недовольства, что мысль о необходимости свержения монархии овладела буквально всеми классами, сословиями и кастами (включая лейб-гвардию).
Общим приемом перехвата власти является использование технологий политического спектакля. В каждом случае проводится предварительное исследование культуры того общества, в котором организуется свержение власти. На основании этого подбираются "художественные средства", пишется сценарий и готовится режиссура спектакля. В августе 1991 г. спектакль состоял в "героическом противостоянии безоружной молодежи против "кованого сапога" Советской армии". Кульминацией его стала гибель трех юношей, ставших жертвой несчастного случая в туннеле (спровоцированного ими самими).
Во время свержения режима апартеида в ЮАР "действующим лицом" спектакля были танцующие на площадях толпы, при свержении Маркоса на Филиппинах — толпы девушек и женщин в нарядных платьях, с цветами в волосах, которые приветствовали солдат. В подавляющем большинстве подобных спектаклей свергаемая власть оказалась неспособна применить против таких безоружных толп традиционные средства насилия (в некоторых случаях приказ о применении насилия отказались выполнить вооруженные силы). Аналогичный спектакль в Китае в 1989 г. завершить успехом не удалось, поскольку отсутствовал ряд условий, необходимых для успеха. Тем не менее, и там власть колебалась, прежде чем решилась применить насилие для разгона студентов.
Иногда ситуация не позволяет придать такой революции вполне "бархатный" характер, и приходится ставить спектакль, включающий кровавые сцены. Некоторые культурологи предложили называть нынешнее время "эпохой Тимишоары" — по названию городка в Румынии, где был поставлен первый акт спектакля свержения Чаушеску. Об эволюции этой технологии итальянский философ-постмодернист Дж.Агамбен писал: "Тимишоара представляет кульминацию этого процесса, ее имя следовало бы присвоить всему новому курсу мировой политики. Потому что там секретная полиция, свергавшая старый режим, вместе с телевидением смогли осуществить то, что нацизм даже не осмеливался вообразить. Впервые в истории человечества похороненные недавно трупы были спешно выкопаны, а другие собраны по моргам, а затем изуродованы, чтобы имитировать перед телекамерами геноцид, который должен был бы узаконить новый режим.
То, что весь мир видел в прямом эфире на телеэкранах, как истинную правду, было абсолютной неправдой. И, несмотря на то, что временами фальсификация была очевидной, это было декларировано мировой системой СМИ как истина — чтобы всем было ясно, что отныне истинное есть не более чем один из моментов в целесообразном движении ложного. Таким образом, правда и ложь становятся неразличимыми". В телерепортажах из Тимишоары было видно, что перед камерами выкапывают не тела "расстрелянных КГБ" людей, а трупы, привезенные из моргов — со швами, наложенными после вскрытия. Люди видели эти швы, но верили комментариям дикторов. Этот опыт показал, что при бьющей на эмоции картинке ложь можно не скрывать, люди все равно поверят манипулятору. Примечательно, что недавно откровенный западный фильм об этой страшной провокации был показан по российскому телевидению. Для кого?
В самые последние годы для постановки кровавых спектаклей привлекаются (неважно, прямо или косвенно) организации террористов. Сам современный терроризм остается плохо изученным, и контролировать его наличными средствами государственные службы пока не могут.
Если перехват власти проводится в момент выборов, эффективным приемом является создание обстановки максимально "грязных" выборов — с тем, чтобы возникло общее ощущение их фальсификации. При этом возникает обширная зона неопределенности, что дает повод для большого спектакля "на площади". Последнее время дало нам два классических примера таких спектаклей — "революцию роз" и "оранжевую революцию".
Разработка и применение этих технологий стали предметом профессиональной деятельности больших междисциплинарных групп специалистов, которые выполняют заказы государственных служб и политических партий. Эти разработки ведутся на высоком творческом уровне, сопровождаются оригинальными находками и в настоящее время стали важным проявлением высокого научно-технического потенциала Запада. Мощные исследовательские и социально-инженерные службы анализируют состояние массового сознания, разрабатывают и применяют эффективные технологии управления этим сознанием, в том числе для создания больших полностью контролируемых активных толп в условиях глубокого оболванивания масс и поддержания среднего обывателя в состоянии бездеятельности, духовной и интеллектуальной тупости.
Продолжение следует
ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК
ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК
Виктор Алкснис
Виктор Алкснис, депутат Госдумы
ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК
С 6 по 9 февраля группа депутатов Госдумы побывала с визитом в Приднестровской Молдавской Республике. Впервые за все годы существования эта непризнанная республика принимала неофициальную депутатскую делегацию, в которую входили все фракции российского парламента. Я возглавлял эту делегацию.
Визит наш был вызван резким обострением обстановки вокруг юго-западного форпоста России: президент Молдовы Владимир Воронин фактически призвал к военной агрессии против ПМР.
Лидер молдавских коммунистов, четыре года назад обвороживший собственное население и даже Кремль своей пророссийской риторикой, так и не выполнил ни одного из своих предвыборных обещаний. Молдова не вступила в Союз России и Белоруссии. Русский язык, на котором говорят едва ли не 95% молдаван, до сих пор не признан в Молдове вторым государственным. Никакого обещанного экономического ренессанса в Молдове так и не случилось. Наконец, последнее обещание Воронина — конструктивно решить "Приднестровскую проблему" — так и осталось обещанием.
Более того, молдавский президент умудрился "реально кинуть" президента России, когда некоторое время назад буквально за несколько часов до приезда Путина в Кишинев отказался по указке из Вашингтона подписывать уже согласованный Меморандум Козака по Приднестровью, который до этого парафировал, поставив свою подпись на всех страницах меморандума.
Прошло четыре года безоглядного властвования, в Молдове стремительно приближаются новые выборы в парламент, и Воронин понимает, что не может более рассчитывать на благосклонность Кремля. Чтобы выиграть, остается лишь взнуздать собственный народ. А чем еще можно завоевать доверие избирателей, если в экономике царит полная разруха? Конечно, "маленькой победоносной войной". И президент Молдовы Воронин решился разыграть националистическую карту, превратиться в "собирателя молдавских земель" и резко обострить отношения с ПМР.
Поделиться книгой: