Помоги проекту - поделись книгой:
Андрей Смирнов
ЗВЕРОБОЙ. "Война за мир"
Московская группа, возникшая ещё в конце прошлого века, в последние годы сделала крутой и благородный вираж. "Зверобои" довольно активно принимают участие в популярных фестивалях вроде "Эммауса", играют в трибьютах БГ и Майку Науменко, как-то даже "взламывали" сомнительные чарты "Нашего радио". Но дискография группы достаточно компактна: "Война за мир" — всего третий номерной альбом.
"Зверобои" ориентированы на традиции русского рока со всеми удачами и слабостями жанра, и разнообразными аллюзиями на "школы": питерскую, московскую и даже уральскую. Русский рок "зверобоев" — это удобный фундамент для привлечения разных стилей — от бардовской песни и фолка до пост-панка и альтернативного рока, это возможность полноценно высказаться, обращаясь и к окопной правде публицистики, и к эпосу, и к лирике. Подача спокойная, незатейливая, с хорошим внутренним нервом. На мой взгляд, не помешало бы больше агрессии.
В пику моде на мини-альбомы "Зверобой" к высказыванию подходит основательно: пластинки большие и цельные. Как и предыдущий "Ток", "Война за мир" содержит шестнадцать композиций.
Главные "зверобои" — это Александр Носков (вокал, гитара), Дмитрий Сосов (бас) и Алексей Иовчев (гитара). В первых двух альбомах сочинение практически целиком было за Сосовым и Носковым, запись-сведение‑мастеринг за Иовчевым. На "Войне за мир" целых четыре песни авторства Алексея — "Украина", "Донбасс", "Голос мой" и "Чистое небо". А три номера пластинки на стихи известной донбасской поэтессы Елены Заславской — "Мальчики и девочки", "В наших диких полях", "Едут-едут БТРы". Да, раньше "зверобои" пели гимны свободе и молодости, увлекались футболом, атаковали "попсу", "пластмассовый рок" и "телеидиотов". А в августе 2015 года и январе нынешнего группа выступала в Донецке, Горловке и других городах Донбасса, "выражая тем самым свою искреннюю поддержку и сопричастность его жителям в сложный и драматичный период". Дальше — больше. Министерство обороны РФ использовало песню "Чистое Небо" для своего официального видео о действиях российских ВКС в Сирии. Коллектив дружит с авиационными группами высшего пилотажа "Стрижи" и "Русские Витязи". Коллеги из рукопожатной прессы склонны кривиться по поводу таких контактов и интересов у рок-музыкантов, хотя, например, для американской рок-легенды Теда Ньюджента выступление перед солдатами даже в Ираке — вполне естественная вещь.
И название у группы очень символичное. Ведь зверобой — "трава святого Иоанна", "бальзам воинов", "милость Бога" — помимо богатых лекарственных свойств, по преданиям, обладает способностью прогонять нечистую силу. Чем и заняты на своём уровне музыканты.
Идея нового альбома — идея тотальной войны как столкновения огня-железа, так и противостояния в душах человеческих. И даже романтическая "Я приглашаю вас в Париж" отсылает к Альберу Марселю, Герою Советского Союза, лётчику эскадрильи "Нормандия-Неман". Посему герои пластинки — солдаты, воины и все, кто не интересовались войной, но внезапно узнали, что война интересуется ими. По поводу правильного прочтения названия толстовского романа давно идёт полемика, стоит ли трактовать расширительно "мир", но у "зверобоев" точно читается и антитеза войне, и хомяковское "вещество в пространстве и сила во времени", и "белый свет". Война являет здесь особую форму жизни, в которой преодолевается ветхая современность и возникает возможность нового мира.
***
«И я свирел в свою свирель»
«И я свирел в свою свирель»
Марина Алексинская
руководитель Оркестра народных инструментов в гостях у «Завтра»
"ЗАВТРА". Владимир Павлович, согласитесь, случай уникальный, когда дирижёр Большого театра переходит в Оркестр народных инструментов. Что вас к тому побудило?
Владимир АНДРОПОВ. Это не совсем так. Я не перешёл. Я совмещаю работу в Большом театре с работой в Оркестре народных инструментов.
"ЗАВТРА". Для карьеры это — шаг вверх или вниз? Учитывая тот факт, что в российском медийном пространстве не принято говорить об Оркестре народных инструментов — или, если и говорить, то в снисходительно-небрежных насмешливых тонах…
Владимир АНДРОПОВ. Оркестр имени Николая Петровича Осипова — это национальный академический коллектив русских народных инструментов номер один. В мире — номер один! Подобного коллектива с подобным профессиональным исполнительским уровнем просто нигде нет. Этот оркестр является одним из флагманов русского музыкального искусства, я так считаю.
"ЗАВТРА". Легко ли согласились возглавить оркестр?
Владимир АНДРОПОВ. Нет. Дело в том, что меня приглашали сюда ещё тридцать пять лет назад. Виктор Павлович Дубровский покинул тогда оркестр. Я пришёл, продирижировал первым отделением одного из концертов, мне предложили остаться. И я задумался. Принять предложение было слишком рискованно для меня. Музыканты самого высокого уровня, чтобы работать с ними, возглавив оркестр, надо было иметь большой жизненный опыт. А мне его тогда не хватало. Я абсолютно уверен в том, что профессия дирижёра — это профессия второй половины жизни. Думаю, коллеги со мной согласятся, потому что для того,чтобы встать за пульт солидного оркестра, руководить музыкантами, надо много что пережить, передумать, осмыслить.
Второй раз пригласили уже в 2009 году. За плечами — работа и с симфоническим оркестром Большого театра, и с духовым оркестром Большого театра, с которым мы играли и записывали музыку самых разных жанров. Я решил попробовать поработать с Оркестром имени Осипова. И вот работаю уже восемь лет.
"ЗАВТРА". Оркестром русских народных инструментов руководил одно время Николай Голованов, легенда Большого театра. Как-то он поделился своим мнением, что русскую оперу на сцене Большого театра должны исполнять русские певцы, за что был подвержен гонению. На ваш взгляд, дирижёром Оркестра русских народных инструментов должен быть русский музыкант?
Владимир АНДРОПОВ. Нет, я так не думаю, потому что музыка — язык международный и универсальный.
"ЗАВТРА". Сегодня среди "российской интеллигенции" принято с сарказмом относиться ко всему исконно-посконному, русскому. Хотела бы спросить: за время работы с оркестром не ощутили на себе косые взгляды, посмеивание за спиной?
Владимир АНДРОПОВ. Вы знаете, нет, не ощутил. Наш оркестр достаточно известен и авторитетен как в узких профессинальных кругах, так и за их пределами. Единственное: мы имеем меньше поддержки со стороны телевидения, чем, скажем, популярная музыка. Поэтому некоторые воспринимают нас как некую экзотику: из-за того, что они хорошо знакомы только с тем, что видят каждый день на экранах.
"ЗАВТРА". С Оркестром русских народных инструментов выступали выдающиеся оперные артисты Большого театра. Проблематично ли для вас и сегодня продолжать традицию?
Владимир АНДРОПОВ. Видите ли, и сегодня никто из солистов Большого театра от выступлений с нашим Оркестром не отказывается. Блестящие артисты: Владимир Маторин, Михаил Казаков, Ирина Долженко, Елена Зеленская, Вероника Джиоева… Каждого из них я лично знаю по работе в Большом театре и приглашаю выступать с нашим оркестром. Открываю ноты на таких репетициях, а на страницах — ремарки: в какой тональности пела Архипова или Атлантов… Так что, несомненно, традиция продолжается.
"ЗАВТРА". Какой путь предпочтителен для оркестра: классика или сугубо народная музыка?
Владимир АНДРОПОВ. Выбор одного лишь пути не будет способствовать развитию оркестра, его музыкальной культуры. Мое мнение такое: оркестр может и должен играть в том числе классическую музыку. Кстати говоря, был случай: в США приехал Светланов со своим симфоническим оркестром и дал "Картинки с выставки" Мусоргского в известной оркестровке Равеля, и приехал Оркестр русских народных инструментов и тоже дал "Картинки с выставки". Так пресса отметила исполнение именно Оркестра русских народных инструментов.
Недавно к 175-летию М.Мусоргского мы сделали свою оркестровку "Картинок". Взяли за основу не оркестровку Равеля, а оригинал фортепианного изложения и оркестровали специально для наших инструментов. Действительно, многие моменты звучат очень хорошо, свежо, в том числе благодаря тому, что мы используем такие инструменты, которых нигде больше нет.: владимирские рожки всевозможные, жалейки, кугиклы и т. д. В "Бабе Яге" из "Картинок с выставки" эти народные духовые инструменты создают звук такой: "у-у-у, у-у-у". Это придаёт колоссальный эффект.
"ЗАВТРА". Фортиссимо симфонического оркестра?
Владимир АНДРОПОВ. Вы знаете, в симфоническом оркестре всё-таки есть медная духовая группа, и фортиссимо извлекать значительно проще. Но и с оркестром русских народных инструментов за счёт динамики, за счёт различных оттенков можно создавать такое впечатление, что оркестр — просто огромный. И мы исполняем и увертюру "1812 год" Чайковского, и "Славься!" Глинки. Но я очень люблю эффект пианиссимо, он удивительный, и наш оркестр позволяет его превосходно делать.
"ЗАВТРА". На ваш взгляд, для публики звучание вашего оркестра — потребность?
Владимир АНДРОПОВ. Я могу только сказать, как публика принимает концерты: принимает блестяще совершенно, где бы мы ни были — в России или за рубежом.
"ЗАВТРА". География выступлений?
Владимир АНДРОПОВ. Весьма и весьма обширна. Раньше так был выстроен график гастролей, что оркестр уезжал на три месяца в Америку, на три месяца в Австралию, и дома, в России, нечасто выступал. Сейчас стараюсь, чтобы оркестр больше выступал в России. При этом каждый год мы даём абонементные концерты в Москве: четыре для взрослых и четыре для детей. Детские идут с участием Павла Любимцева, пользуются большим успехом, и, в сущности, на них подрастает наша будущая публика, я надеюсь.
"ЗАВТРА". Интересно узнать и о музыкантах вашего оркестра.
Владимир АНДРОПОВ. Музыкантов в оркестр мы принимаем по конкурсу. Как правило, это выпускники Гнесинского института, лауреаты российских и международных конкурсов. Я считаю, что лучшие музыканты страны должны играть здесь, в оркестре русских народных инструментов. Как показывает практика, так и происходит.
"ЗАВТРА". С чем связан тот факт, что оркестр носит имя Осипова?
Владимир АНДРОПОВ. Николай Петрович Осипов — замечательный музыкант-балалаечник. И заслуга его в том, что во время Великой Отечественной войны он возродил оркестр. Он находил инструменты, собирал мобилизованных музыкантов со всех фронтов, и надо сказать, что в эти трагические страшные годы государство шло ему навстречу. Умер Николай Петрович 9 мая 1945 года, в День Победы. А через год Оркестру русских народных инструментов было решено присвоить его имя.
"ЗАВТРА". Сегодня государство поддерживает оркестр?
Владимир АНДРОПОВ. Вы знаете, да. Мы получаем грант президента РФ, и, конечно, для нас он и честь, и большая финансовая поддержка.
"ЗАВТРА". Ваше отношение к тому, что из концертов сегодня делают шоу, а классику "осовременивают"?
Владимир АНДРОПОВ. Я против этого. Когда на сцене Большого театра идёт "Евгений Онегин", и Онегин случайно спьяну стреляет в Ленского, когда зрители уходят с "Золотого петушка" или "Руслана и Людмилы" с вопросом: "Это что вообще такое?", — я против подобных экспериментов.
"ЗАВТРА". К вашему мнению в театре прислушиваются?
Владимир АНДРОПОВ. Не могу сказать уверенно, что всегда прислушиваются. Например, пришлось даже однажды поссориться с Роланом Пети. В качестве дирижёра-постановщика я работал над балетом "Пиковая дама" с Николаем Цискаридзе, Илзе Лиепой, Светланой Лункиной в главных партиях. И я был просто возмущён, как Пети изрезал Шестую симфонию Чайкововского, какие темпы выбрал. А я Чайковского, хочу заметить, очень люблю, тщательно изучал его в консерватории, в аспирантуре, знаю все его симфонии. И я понять не мог: где Пети взял такую запись Шестой симфонии, по которой он ориентировался? С трудом нашёл. Оказалось, это Бернстайн так записал Чайковского. И я не был согласен с этой трактовкой.
"ЗАВТРА". И что потом произошло?
Владимир АНДРОПОВ. Ничего не произошло. Продирижировал спектаклями. Все, кроме меня, получили Государственную премию. Вот и всё (улыбается).
"ЗАВТРА". Насколько уютно русскому искусству в современном контексте?
Владимир АНДРОПОВ. Глобально я не берусь судить. Я всегда увлекался русской музыкой. Всегда. Единственный в мире записал с солистами, хором Большого театра, с артистами театра Маяковского оперу "Американцы". Это комическая опера 1788 года, либретто для которой написал девятнадцатилетний Иван Андреевич Крылов, а композитору Евстигнею Ипатьевичу Фомину было 28 лет. Фомин был сыном пушкаря, впоследствии — академик Болонской академии музыки.
Содержание оперы примерно такое. Дон Гусман (испанский вельможа и военачальник) со своим слугой Фолетом прибывают в Новый Свет. Но взявшись за покорение индейцев, они сталкиваются с непредвиденными обстоятельствами: хозяин и слуга влюбляются в дочерей Ацема, вождя племени коренных американцев. Сам вождь становится жертвой чар сестры дона Гусмана, донны Эльвиры. В финале оперы три счастливые пары покидают Северную Америку и отправляются в Европу.
"ЗАВТРА". Где же вы нашли такой клад?
Владимир АНДРОПОВ. В одном из музеев Петербурга. На руки рукопись партитуры не давали, и 400 листов мы перефотографировали. Потом запись оперы я подарил Евгению Фёдоровичу Светланову, он же очень много занимался русской музыкой, изучал, записывал; он, в свою очередь, подарил мне 28 симфоний Мясковского. Тогда я сказал Светланову: "Мне очень интересно работать с архивом русской музыки, находить забытые шедевры". Светланов ответил: "Неблагодарное это дело". "Я понял…" Вот такой разговор был.
"ЗАВТРА". Каким вы запомнили Светланова, одного из титанов симфонической музыки?
Владимир АНДРОПОВ. Мощным дирижёром. Мощным. О нём часто говорили: может дирижировать только русскую музыку. И Светланов переживал. Но ничего подобного, он мог дирижировать всё! Как реликвию храню факс, где Светланов — он был на гастролях в Японии — поздравляет меня с назначением художественным руководителем оперной труппы Большого театра и просит никогда не забывать, что дирижирование — моё призвание.
"ЗАВТРА". Странно. Гордиться нужно: может дирижировать русскую музыку! А мы оправдываемся. Почему так?
Владимир АНДРОПОВ. Такой, наверное, менталитет у нас. Что-то мешает. Хотя вот в Японии Чайковский — это национальный композитор. Ни одну балетную труппу не принимает Япония без "Лебединого озера". Японцы могут позволить себе Чайковским гордиться, а мы почему-то не можем.
"ЗАВТРА". В 2019 году, практически через два года уже, оркестру исполнится 100 лет. Ваши планы?
Владимир АНДРОПОВ. Должен буду предложить что-то неожиданное совершенно, что может с блеском и впечатлением на всю жизнь исполнить только Оркестр русских народных инструментов.
Материал подготовила Марина АЛЕКСИНСКАЯ
Прошедшее время
Прошедшее время
Галина Иванкина
выставка «Время кино» на ВДНХ
XX век — эра синематографа. Он влиял на умы и формировал привычки. Актёры становились кумирами, актрисы — иконами стиля. Сейчас — в эпоху интернета, спецэффектов и компьютерных чудес — кино перестало играть ведущую роль. Не сказать, что совсем отмирает, но уже не будоражит. Поэтому остаётся лишь вспоминать о культовых лентах и особом взгляде. В галерее "РОСИЗО" на ВДНХ (павильон №66 "Культура") проходит выставка "Время кино". Устроители сообщают: "Это мультидисциплинарный проект, который объединяет фильмы "золотого фонда" советского и российского кинематографа с произведениями современных художников. Куратор выставочного проекта Дмитрий Ликин и историк кино Михаил Трофименков смоделировали историю нашего общества, используя ключевые для разных поколений зрителей киноленты и произведения актуального искусства (фотографии, картины, арт-объекты и инсталляции)". Расписывать все смысловые и технические задумки — бессмысленно. Это нужно видеть. Среди концептуальных изысков, сопровождающих выставку, хочется отметить работы художника Алексея Беляева-Гинтовта — этакого современного Пиранези, который обыгрывает советскую эстетику, абсолютизирует её, доводя формы до возвышенного… гротеска.
Экспозиция предполагает не линейное путешествие, но погружение в личные переживания художника, зрителя, общества. Поэтому фильмы "Чапаев" и "Весёлые ребята", выпущенные в одном и том же 1934 году, оказались отнесены к различным эпохам и диаметрально противоположным эстетическим концепциям. По той же причине "Романс о влюблённых", снятый в эпоху Застоя, был помещён вместе с оттепельными картинами "Ещё раз про любовь" и "Девять дней одного года".
Итак, "Время энтузиазма" ("Аэлита", "Путёвка в жизнь", "Чапаев"). Ярое экспериментаторство, желание рушить старый быт и дряхлые стены. "А моя страна — подросток, твори, выдумывай, пробуй!". Советская цивилизация 1920-х — начала 1930-х годов воспринимала себя как исключительное начало начал, а всё, что происходило до Октября 1917 года, требовало немедленной утилизации. Нацеленность в будущее — прямиком на Марс. Конструктивистские формы декораций и пугающая красота Аэлиты. Фильм-прорыв, в котором угадывается грядущий ужас "Метрополиса" Фрица Ланга. Коллизия — сумбурна, невнятна и многослойна. Смешение НЭПа с марсианскими хрониками, простонародности — с футуризмом, неряшливости постреволюционного быта — с грёзами об инопланетных девах. Вторжение русских землян — с их гимнастёрками, кепками и штиблетами — в стерильную атмосферу Марса. Корона Аэлиты, напоминающая пространственные композиции Родченко и Лисицкого, резко контрастирует со шляпками-клош земной женщины Наташи, создавая при этом точную картину времени. Динамичный, уродливый и — прекрасный мир 1920-х с их жаждой новизны. Ту же мысль транслирует "Путёвка в жизнь" — снова дилемма и несовпадение. Из грязи — в коммунистическое послезавтра. От подворотни — до райских врат. "Прошлое тесно", — утверждали футуристы, а потому даже "Чапаев" звучит как легенда и смотрится как фэнтези.
Вторая половина 1930-х — начало 1950-х обозначены как "Время пропаганды" ("Весёлые ребята", "Кубанские казаки", "Золушка"), хотя название чересчур тенденциозно и не вполне точно: временем пропаганды был весь советский период, а не исключительно сталинская эра. Здесь уместно другое: декорация, репрезентативность. Поступь триумфального стиля, созданного для возвеличивания верховного правителя. Классицизм плюс барокко. Такое возникало в истории искусств лишь дважды: Grand Maniere Людовика-Солнце и аналогичный Большой Стиль товарища Сталина. Вазоны, пилоны, дискоболы, боскеты. Фонтаны и коринфские колонны. Политес и театральность. "Весёлые ребята" и "Кубанские казаки" — барочные пасторали с новым социальным (а в случае с "Весёлыми ребятами" — современно-джазовым) содержанием. Приключения пастуха Кости Потехина и мелодраматические страдания кубанской пейзанки Дарьи Шелест полностью укладываются в каноны жанра — любовь и музыкальные дивертисменты на фоне идеально-красивого мира. Третий фильм, представленный в проекте, — "Золушка". Сказка была написана Шарлем Перро в 1697 году, как раз в точке наивысшего взлёта французской Grand Maniere, а потому её препарирование в эпоху Сталина глубоко символично. Лестницы и балюстрады, барочная избыточность фона. Королевский парк напоминает ВСХВ (или ВСХВ — королевский парк?). Золушка и мальчик-паж уходят вдаль — с непременным, обязательным стаканчиком мороженого — самого лучшего мороженого в мире. Сталинская веха — симбиоз дворцов и коммуналок, а каждый человек подобен главной героине фильма: вычистить все котлы, чтобы вечером попасть на бал, где нет обычных людей, но все — принцы.
Оттепель и начало Застоя определены как "Время хрупкости/надежд и потерь" ("Весна на Заречной улице", "Девять дней одного года", "Ещё раз про любовь", "Служили два товарища", "Романс о влюблённых"…). Борьба с излишествами, красивостями и фантастическими формами. Вместо эталонных героев, разговаривающих даже на ферме "высоким штилем" в духе Корнеля, на экранах появились типичные современники — фабричные девчата с косичками, заводские парни в кепках и, разумеется, инженеры, не умеющие (и не желающие!) носить парадные пиджаки. Никогда — ни до, ни, тем более, после — советский человек не был так подвержен влиянию "музы дальних странствий". Все герои культовых кинокартин приезжают в незнакомый и, как правило, далёкий город. Учительница Левченко попадает на Заречную улицу, где "…горят мартеновские печи". Ей предстоит избавиться от снобизма и что-то изменить в себе. А заодно — в своих учениках. Все легки на подъём. Быт — не важен. Точней — враждебен. Герой эпохи — учёный Гусев из "Девяти дней одного года" — на полном серьёзе спрашивал: "Зачем мне квартира?". Культ любимого дела постулировался и не обсуждался. Вкалывать намного интереснее, чем отдыхать. Понедельник из "дня тяжёлого" становился днём праздничным. Сгореть на работе. Молодого, красивого физика Гусева убивает невидимая и равнодушная сила. Та, которой он истово поклонялся. Стюардесса Наташа — небесная девушка, поющая о кораблях, кораллах и солнечном зайчике, — жертвует собой ради других, оставляя своему флегматичному любовнику лишь право на воспоминание. "Я шагнула на корабль, а кораблик оказался из газеты вчерашней", — песня-предчувствие, ибо наступали другие времена.
Характеристика Застоя: "Время без времени" ("Несколько дней из жизни И.И.Обломова", "Полёты во сне и наяву"). Не начало и не конец. Скука, ставшая синонимом бытия. Именно поэтому в те годы мощно выстрелил михалковский шедевр "Несколько дней из жизни И.И. Обломова". Несколько дней, а не вся жизнь. Потому что нет смысла показывать череду одинаковых будней. Обломов — своеобразный манифест поколения профессоров-дворников: они уходили из перспективных НИИ, дабы в свободное от метлы время писать "в стол" труды по суфизму и читать самиздатовские вирши. Герой 60-х спрашивал: "Зачем мне квартира?". Герой 70-х мог бы спросить: "Зачем мне работа?". Обломов — это отказ от действия ради самого себя, и точно так же, как царский режим позволял дворянину Илюше валяться на диване, так и советская власть на излёте своего существования давала право на созерцательно-творческую лень, на кухонные разговоры о бытии, на внутреннюю эмиграцию. Зачем мудрить, беситься и метаться, когда всё будет так, как было?
Герой "Полётов во сне и наяву" — это сон разума, не рождающий даже чудовищ. Интеллигент Макаров устраивает себе праздник непослушания на фоне ветшающего, скучного городка. Ощущение, что главный герой не может вырваться из этого вечно-серого мира, как из Города Зеро. Что в этом городке — всегда осень, которая иногда лениво утекает в такую же слякотную, свинцовую зиму. Единственный луч света в этом тёмном царстве — компания, собирающаяся в мастерской местного скульптора, а ещё вот этот мальчик-с-магнитофоном в исполнении молодого и потрясающе красивого Олега Меньшикова. Но это уже другие люди из иного поколения — они резво перепрыгнут в соловьёвскую "Ассу", затребуют перемен и потом, на излёте тысячелетия, взвоют о Прекрасном Далёко, ведь в том самом пыльном (но таком родном и уютном) НИИ откроется бойцовский клуб.
Перестройка и воспоследовавшее десятилетие — "Время хаоса и поиска" ("Маленькая Вера", "Брат-2"). "Маленькая Вера": эту киноленту начали обсуждать и — осуждать задолго до выхода на экраны. Уже в 1987 году шла активнейшая полемика в прессе: пускать или не пускать? А может, как в старые-добрые времена, всё-таки закрыть и положить на полку? Или нам сегодня надобны такие жестокие, безнадёжные фильмы-пощёчины? Ничего не зная о пиар-технологиях, наивные перестроечные СМИ состряпали миф о "Маленькой Вере". Сделали из неё сочную "клубничку" за год до официальной премьеры. Её ждали и осуждали, ещё не видя. Грядёт первая в истории СССР драма с полномасштабным отображением полового акта. Сцена совершенно лишняя, она выглядит как неуместный и дурацкий штрих. Так публика не разглядела главного: Маленькая Вера = маленькая вера, точнее — никакой веры. Конец пути. Шпалы разобрали. Армагеддон в пределах отдельно взятой квартирки, танцплощадки, города… страны. Фабула, в которой нет положительного героя: все плохи либо от перманентно-несчастной жизни, либо от модного в ту пору цинизма. Взгляните на Верочку — она постоянно боится прослыть сентиментальной. Её страшно веселит и удивляет понятие "платоническая любовь". Маленькая вера (собственно так — без кавычек) — это состояние общества конца 80-х, а разбитная провинциалка с причёской а-ля Си Си Кетч здесь просто ходячий символ. Полоумным фоном звучат хиты Софии Ротару, вопли дерущихся и звон разбитого стекла. Финал времён — "Брат‑2". Поиски положительного героя, которого нет и быть не может. Последний великий фильм нашего кино — последний проблеск осмысленности. Впрочем, это не исключительно российская печаль, ибо время кино — ушло.
Белый кот на воеводстве
Белый кот на воеводстве
Поделиться книгой: