Помоги проекту - поделись книгой:
На новой модели была применена стандартная кислородная система низкого давления, в связи с чем снята часть бронирования, и радиооборудование американского производства.
Первые контракты на поставку P-39D-1 были заключены в период с июня по сентябрь 1941 г. Всего было заказано 336 самолётов с серийными номерами 41-28257 - 28406 (150 машин), 41-38220 - 38404 (185) и 41-38563, однако ряд источников указывает, что большинство заказанных "чистых" P-39D из сентябрьского заказа 1940 г. (см.выше) также были достроены по стандарту P-39D-1. Это похоже на истину хотя бы потому, что практически на всех фото периода 1941-42 гг. изображена P-39D-1, и крайне редко встречается P-39D.
P-39D-1 предстояло стать первой массовой "ленд- лизовской" моделью, т.е. она должна была закупаться как обычные вооружения для ВВС США и затем одалживаться союзникам. Посему, несмотря на то, что изначально самолёт предназначался для ВВС других стран, он имел американский "порядковый" номер 39 и серийные номера ВВС США.
Однако исторически сложилось так, что почти все P-39D-1 попали в американские эскадрильи. Англичане от них отказались ввиду снятия "Аэрокобр" с вооружения, а экземпляры, предназначенные для СССР, были в начале 1942 г. срочно перенацелены на пополнение американских авиагрупп. В ВВС РККА попал всего один самолёт данной модели (4128257), и около десятка получила Австралия.
Действительно "ленд-лизовской" моделью, реально поступившей союзникам, стала P-39D-2. Этот самолёт был дальнейшим развитием модели D-1, хотя имел тот же "внутрифирменный" индекс "Модель 14А". Основными различиями были установка нового, более мощного мотора Аллисон V- 1710-63 (или Е-6 в "фирменном" исчислении{12}) взлётной мощностью 1325 л.с. и винтом "Кёртисс- Электрик" новой модели. Новый двигатель работал лишь на 100-октановом бензине, в связи с чем были внесены небольшие изменения в бензосистему. Выхлопные патрубки чаще всего одинарные (по 6 шт. на сторону), хотя встречались и двойные. Изменилось также и передаточное число редуктора на 0.5 вместо 0.556.
По вооружению изменения были минимальны: снята гидросистема перезарядки пушки и установлен новый коллиматорный прицел N-3A. Камуфляж обычный, грязно-зелёный (OD) сверху и серый (NG) снизу.
158 "Аэрокобр" модели P-39D-2 были выпущены до конца 1942 г. (с/н 41-38405 - 38562), и 40% их попали в СССР.
Сравнительно немногочисленные модели P-39D-3 и D-4 предназначались в основном для штурмовых действий и фоторазведки.
P-39D-3 была модификацией стандартной "чистой" модели P-39D. Она имела дополнительное бронирование дюралевыми плитами водо- и маслорадиаторов двигателя, прикреплённое снизу для защиты от зенитного огня, и два аэрофотоаппарата типа К-24 и К-25 для плановой и перспективной съёмки, смонтированных за двигателем и управляемых пилотом. Лётчик имел сигнальный пистолет и 12 патронов к нему. С/н 40 - 3025, 6730, 6767, 6773, 6780, 6791, 6818, 6965, 6985, 6990, 7002, 7011, 7012, 7025, 7031, 7035, 7040, 7061, 7062, 7065, 7068, 7073, 7075, 7087, 7094, 7097 (26 шт.).
P-39D-4 была модификацией модели D-1 и имела те же изменения, что и D-3. С/н 41-28291, 28288, 28340, 28367, 28370, 28375, 28400, 28402, 38296, 38301,38315(11 шт.).
Боевое применение
"Аэрокобры" первых моделей (P-39C,D,D-l,D-2 и Р-400) использовались в ВВС пяти стран: Великобритании, США, СССР, Австралии и Португалии.
Хронологически первой применила их в боевых действиях Англия (см. главу 2).
Американские ВВС оказались вторым (и по времени, и по количеству) крупным "пользователем" "Аэрокобр": за время второй мировой войны они состояли на вооружении 36 истребительных авиагрупп (иаг), из которых 12 постоянно находились на территории США, а 24 участвовали в боях на всех театрах военных действий: тихоокеанском, европейском и средиземноморском. Из них одна иаг, 16-я, воевала на Р-39 в течении всей войны.
Первыми в ВВС США "Аэрокобры" получила 31-я авиагруппа перехватчиков (агп){13}, базировавшаяся в Селфридж-Филд, Мичиган. С января 1941 г. в её 39,40 и 41-ю эскадрильи перехватчиков поступило 14 Р-39С, позднее ещё ряд машин модели P-39D. До начала боевых действий P-39D были приняты на вооружение 16,8{14} и 58-й агп на территории США и 15-й агп на Гаваях.
Нападением Японии на Пёрл-Харбор 7 декабря 1941 г. для США открылся тихоокеанский театр военных действий, который стал основным на следующие два года, а Р-39 и Р-40 — исполнителями "главных ролей" в американской армейской истребительной авиации. Недоработанные, несовершенные, построенные с учётом абсолютно иного способа применения, они оказались единственными более или менее современными серийно выпускающимися машинами и вынесли на себе основную тяжесть воздушных боёв начального периода войны.
Первыми в бой на "Аэрокобрах" (модели P-39D) вступили 46 и 47 иэ 15 иаг, принявшие участие в отражении японского налёта на Гавайи 7 декабря. Остальные проходившие переучивание авиагруппы срочно доукомплектовывались до штата и перебрасывались из США в район боевых действий. Большим подспорьем послужили 179 машин из английского заказа, поскольку Великобритания отказалась от поставок "Аэрокобр" в декабре 1941 г. Они под обозначением Р-400 были приняты ВВС США. Самолёты сохранили английский камуфляж и даже RAF-овские серийные номера (в основном это последние, улучшенные машины серий BW и ВХ), а изредка даже имели смешанные (английские и американские) опознавательные знаки. С 23.12.41 по 18.03.42 г. более 100 Р-400, вместе с 90 P-39D, были отправлены морем в Австралию на усиление действующих ВВС.
Первой отбыла на фронт 35 иаг (экс-31-я агп), высадившаяся в Австралии в феврале. В начале марта к ней присоеденилась 8-я иаг. В Австралии, в Таунсвилле, самолёты собирались и далее следовали в районы боевых действий воздушным путём.
Быстро ухудшающаяся обстановка в регионе поставила персонал в исключительно сложные условия: собирать самолёты из ящиков приходилось под проливными дождями, на малоподготовленном аэродроме, без вспомогательного оборудования и даже без какой-либо документации по Р-400. Положение усугублялось неопытностью и неслётанностью пилотов. В результате во время перелёта на фронт, в Порт-Морсби, в конце апреля из 41 стартовавшего самолёта 8-й иаг долетело лишь 26, остальные разбились либо сели на вынужденные посадки на трассе.
Первые победы над японцами "Аэрокобры" одержали 30 апреля 1942 г., когда 13 P-39D 35-й и 36-й иэ 8-й иаг вылетели на штурмовку. При подлёте к цели они встретили группу японских бомбардировщиков. В результате воздушного боя с истребителями прикрытия, в составе примерно 15 "Зеро", было сбито 4 "Зеро" и 3 "Аэрокобры". Американские лётчики провели бой очень грамотно, на малой высоте, где "кобра" имела явные преимущества, а "Зеро", лучший японский истребитель того времени, их терял. Один из самолётов сбил капитан Бойд Д.Вагнер, в скорости "присовокупивший" ещё два "Зеро" и ставший самым результативным пилотом, летавшим на "Аэрокобре".
15 марта на о.Новая Каледония высадилась 67-я иэ 347-й иаг в составе 45 Р-400 и 2 P-39D. Пройдя обычный тернистый путь сборки, облёта и ремонта машин в тяжёлых климатических условиях, наземный персонал вынужден был из-за отсутствия снабжения каждый пятый самолёт пустить на запчасти. В течение 1942 г. эта эскадрилья, известная благодаря своему "фирменному" знаку — оскаленной акульей пасти — действовала в Новой Гвинее и на Гуадалканале в составе 58-й иаг (67,68 и 69-я иэ).
Несмотря на ряд тактических приёмов (например, при взаимодействии с более высотными истребителями Р-38 "Лайтнинг" японские "Зеро" сгонялись вниз, где "Аэрокобры" способны были их
"переманеврировать"), недостатки Р-39 были столь многочисленны, что официальная история ВВС США, обобщив опыт их применения на тихоокеанском театре, сделала однозначный вывод: "Аэрокобра" даже в хорошем техническом состоянии не могла встречать японские истребители на равных".
Среди выявившихся недостатков оказались: малая дальность полёта, ненадёжность 37-мм пушки и малый запас снарядов "двадцатимиллиметровки", ослепление пилота при стрельбе в сумерках, а главное — низкие лётные характеристики самолёта на высотах более 5 тыс. метров. Дальность полёта, к конце концов, была повышена подвеской более объёмных (до 200 галлонов — 757 л) подвесных баков, причины отказа пушки (вытекание гидросмеси из механизма наката) выявлены и устранены, малый запас 20-мм снарядов с лихвой компенсировался 12.7-мм пулемётами, а вот лёгкий уход даже одиночных японских бомбардировщиков на высоту более 20 тыс.футов (6100 м) делал их практически недоступными для первых "Аэрокобр" с их маловысотными двигателями.
Не сделав карьеры в качестве истребителей, "Аэрокобры" прекрасно проявили себя как штурмовики. Имея мощное вооружение и отличную манёвренность у земли, по докладу генерала Коннея с юго-западного тихоокеанского театра, она могла "...сильно ударить, перенести ответный огонь и прилететь обратно", т.е. обладала достаточной "живучестью" в условиях активной ПВО. Способность конструкции "поглотить большое число повреждений" дополнялась феноменальной "ремонтоспособностью": благодаря унификации узлов их можно было применять практически с любой серийной модели. Ярким примером может служить одна из Р-400 68-й из, завершавшая службу с одним крылом от P-39D, другим от Р-39К и двигателем от P-39D-2.
Как штурмовики "Аэрокобры", кроме бортового оружия, могли нести одну бомбу весом до 500 фунтов (227 кг). Однако "умельцы" в полевых условиях приспособили держатели ещё для двух малых бомб под плоскостями, в районе крыльевых пулемётов, А любимым оружием пилотов 35-й иаг был "адский коктейль" из 75-галлонного бака, наполненного смесью 100-октанового бензина и машинного масла, в связке с тремя зажигательными бомбами. Эффект его применения против деревянных строений и мостов напоминал финал популярной песенки "всё хорошо, прекрасная маркиза...".
Дольше всех, до 1944 г., на "Аэрокобрах" на тихоокеанском театре воевала 8-я иаг.
В наиболее суровых условиях, .напоминающих русскую зиму, действовали в 1942 г. Р-39 и Р-400 54-й иаг, базировавшиеся на Алеутских островах.
На европейском театре боевых действий "Аэрокобрам" невезло просто фатально. Единственный боевой вылет, совершенный над французским побережьем "кобрами" 31-й иаг ВВС США в июле 1942 г., закончился сущим разгромом: из 12 стартовавших из Англии самолётов вернулись лишь 6. Последствия столь сокрушительного "успеха" были парадоксальны: все американские эскадрильи, базировавшиеся в Великобритании, были срочно перевооружены на английские "Спитфайры", полученные в порядке "обратного ленд-лиза". После чего оставшиеся "не у дел" "Аэрокобры" было решено перегнать в Северную Африку, на средиземноморский театр. Но при перелёте самолётов 81-й иаг в декабре 1942 — январе 1943 гг. 18 Р-39 и Р-400 по разным причинам совершили вынужденные посадки в Португалии. Вначале просто интернированные, они затем были выкуплены и включены в состав португальских ВВС, где и служили в течении нескольких лет.
Тем не менее, честь первой победы USAAF над Люфтваффе принадлежит именно "Аэрокобре": лейтенант Йозеф Шаффер из 342-й смешанной аг на своей P-39D сбил над Исландией четырёхмоторный разведчик FW-200.
Применение "Аэрокобр" на средиземноморском театре началось в конце 1942 г. в рамках операции "Торч" — высадки союзников в Северной Африке, и проходило с учётом накопленного боевого опыта. Наземный персонал предназначенных для этого 81-й иаг (в составе 91,92 и 93-й иэ) и 350-й иаг (345,346 и 347-я иэ) прибыл во Французское Марокко заранее, в ноябре 1942 г., а воздушные эшелоны прилетели из Англии в период с декабря 1942 по февраль 1943 г. Боевые вылеты начались с января 1943 г. и выполнялись в основном для поддержки наземных войск, при этом "Аэрокобры" прикрывались "Киттихауками" и "Спитфайрами". "Ассортимент" применявшихся "кобр" был максимальный: от экс-английских Р-400 и "родных" P-39D и P-39F до P-39D-1 и D-2, предназначавшихся для поставок по ленд-лизу в СССР и "одолженных обратно" ВВС США. Хотя от улучшенных моделей P-39D-1 и D-2 Советский Союз, мягко говоря, не отказывался (из письма Сталина президенту Рузвельту от 7.10.42 г.: "...мы крайне нуждаемся в увеличении поставок самолётов- истребителей современного типа (например,’’Аэрокобра")), из 336 построенных P-39D-1 в СССР попала лишь одна, а из 158 P-39D-2 — менее половины.
Разведывательные полёты над Северной Африкой выполняла 154-я иэ 68-й разведывательной аг, оснащённая фоторазведывательно-штурмовыми P-39D-3 и D-4.
Всего на ранних моделях "Аэрокобр" на средиземноморском театре было выполнено 30 547 боевых самолёто-вылетов, сброшено 121 т бомб, уничтожено 14 самолётов противника в воздушных боях и 18 на земле. При этом было потеряно 107 своих самолётов. И пусть не шокирует читателя последняя цифра: наоборот, она делает честь конструкторам и лётчикам "Аэрокобр", так как указывает на самый низкий процент потерь по отношению к количеству боевых вылетов в сравнении с любым другим типом самолёта союзников!
В RAAF, королевских австралийских ВВС, "Аэрокобры" применялись лишь эпизодически. 27 июля 1942 г. Австралия получила 14 первых "Аэрокобр" моделей Р-400 и P-39D, которые были перекрашены в RAAF-овский камуфляж и включены в 23,24,82 и 83-ю эскадрильи для обороны побережья. В мае 1943 г. было получено ещё пять, а в июле — последние две машины. Как только угроза захвата Австралии японскими войсками миновала, все "Аэрокобры" (кроме двух, разбитых в авариях) были возвращены ВВС США, причём последние семь — в "нераспакованном" виде. К ноябрю 1943 г. "Аэрокобр" в RAAF не осталось.
Самолёты "Аэрокобра" в Советской авиации
Из ранних моделей самолёта "Аэрокобра" в советских ВВС широко применялись лишь две: экс-английские "Аэрокобра"I и "ленд-лизовские" P-39D-2.
Первыми поступили машины из Англии. После снятия "Аэрокобр" с вооружения RAF в декабре 1941 г. они были предложены для поставок в СССР наряду с "Харрикейнами". Выше излагались причины, по которым английские ВВС отказались от "Аэрокобр": недоведённость конструкции, производственные дефекты, несоответствие концепции данного истребителя реальному характеру боевых действий в Европе и т.п. Поэтому основания для критики качественного аспекта английских поставок у советской стороны были. Однако, отрешившись от "классового" подхода к истории, следует отметить и "плюсы" английской помощи. Безотносительно к конкретным типам самолётов, это: оперативность (решение о предоставлении СССР 200 истребителей — конец июля 1941 г., поступление первых 16 самолётов в Архангельск — 31 августа); массовость (до конца 1941 г. — 669 истребителей, правда, из 800 обещанных по московскому протоколу); регулярность (к весне 1942г., за 7 месяцев с августа 1941 г., отправлено 12 конвоев); тенденция к оказанию безвозмездной помощи (из послания У.Черчилля И.В.Сталину, получено 6.09.41 г.: "...B первом абзаце Вашего послания Вы употребили слово "продать". Мы не смотрим на дело с этой точки зрения и никогда не думали об уплате. Было бы лучше, если бы всякая помощь, оказанная Вам нами, покоилась на той же самой базе товарищества, на какой построен американский закон о займе-аренде, то есть без формальных денежных расчётов".{15}); своевременность ("пик" английских поставок приходится на конец 1941 — первую половину 1942 гг., период острой нехватки самолётов в советских ВВС: машины в авиачастях были "выбиты", заводы эвакуировались{16}). На начальном этапе английские поставки выгодно отличались от американских, которые начали прибывать значительно позднее, фактически с 1942 г. И если положительные стороны английской помощи проявлялись лишь до июля 1942 г.(затем начались сбои почти по всем позициям), то практика выделения для СССР лишь "второсортных" боевых машин имела место на протяжении всей войны.
Возвращаясь к "Аэрокобре", следует отметить, что англичане её несколько недооценили. Советские пилоты предпочитали "кобру", несмотря на многочисленные недостатки, любым другим полученным самолётам союзников, включая и "Спитфайр"VВ, на который Великобритания "расщедрилась" лишь в 1943 г.
Причины этого будут рассмотрены ниже, но одну из основных можно отметить сразу: "Аэрокобра" оказалась почти идеально соответствующей характеру боевых действий на советско-германском фронте. Здесь борьба шла не за абсолютное превосходство в воздухе, а за господство над определёнными районами активных боевых действий. Основу и "люфтваффе", и ВВС КА составляли пикировщики и штурмовики, т.е. самолёты непосредственной поддержки наземных войск, действовавшие на малой высоте над полем боя либо на средних высотах в оперативно-тактическом пространстве. Соответственно и истребителям приходилось либо противодействовать вражеским, либо сопровождать свои бомбардировщики на тех же высотах, и воздушные бои выше 5 тыс. метров происходили редко. А на этих рабочих потолках "Аэрокобра" как раз и имела наилучшие лётные характеристики. Если добавить к этому хорошую манёвренность, лёгкость пилотирования, мощность вооружения и прекрасный обзор, то успех её на советско-германском фронте становится скорее закономерным, чем неожиданным.
Итак, начиная с декабря 1941 г. Англия направила в СССР 212 истребителей модели Белл "Аэрокобра"I. Все самолёты были из английского заказа и имели RAF-овские серийные номера (см. глава 2), точно известные только для серии АН: АН570,571,575,577, 584, 586, 599, 604- 608, 610-613, 615-622, 624-628, 630-636, 638-647, 649-655, 658-660, 662-671, 673692, 694, 695, 697, 699, 700, 702-712, 714-731, 733, 734, 739 — всего 124 шт., из них 10 потеряны при перевозке морем (АН651, 662, 699, 705, 723, 728, 729, 731, 734, 739). Для серии АР известны лишь номера поступивших в Англию: АР264, 269-273, 275277, 279, 281-286, 288, 289, 292-294, 296, 298, 299, 301-303, 306-318, 320, 321, 323-325, 358, 384, а также то, что АР309 разбилась, 20 машин были направлены USAAF{17}, остальные — в СССР. По другим источникам, в СССР было направлено только 11 машин серии АР. Из серии BW в Советский Союз отгружены в июне 1942 г. BW106, 109, 131 и 149. О наиболее многочисленной серии ВХ (ВХ135-434, 300 машин) информации нет.
Все самолёты были доставлены союзными конвоями северным маршрутом в течении 1942 г. Конвои формировались обычно в Рейкьявике либо Сейдис-фьордюре. Отсюда через северо-западную часть Атлантики следовали до советских портов Мурманск, Архангельск и Молотовск (ныне Северодвинск). Это был самый короткий маршрут (примерно 1500 миль до Мурманска), но и самый опасный: вспомним Валентина Пикуля и его "Реквием конвою PQ-17"... По английским данным, при перевозке морем потеряно 54 самолёта типа "Аэрокобра"1, однако это общее количество на протяжении всего маршрута от США до СССР, включая отрезок США — Англия. Потери конвоев PQ (Англия-Мурманск) можно приблизительно оценить так: если от числа отправленных из Англии машин (212) вычесть число полученных СССР (1 — в декабре 1941 г.,192 — в 42-м, согласно материалам Архива Главного штаба ВВС СА, 2 — в 43-м, по английским данным), и учесть, что первые P-39D-2, К и L поступили в СССР 12.11.42 г. и 4.12.42 г.{18} в единичных экземплярах, то порядок потерь при морских перевозках составит 20-25 самолётов.
Выгруженные в портах ящики с "Аэрокобрами" далее следовали по нескольким маршрутам.
Прибывшие в Мурманск самолёты часто попадали непосредственно в Действующую армию и передавались либо авиачастям ВВС Северного флота, расположенным в близлежащем районе (2 гвардейский смешанный АП, 78 ИАП), либо по железной дороге перевозились до станции Африканда и там передавались 19 гвардейскому ИАП (ВВС Карельского фронта).
Основная же часть истребителей типа "Аэр<imageобра"I направлялась в г. Иваново, в 22 запасной авиаполк (ЗАП). Доставленные морем в Архангельск и Северодвинск ящики с самолётами на железнодорожных платформах следовали по прямой трассе через Вологду, а из мурманского порта — по Кировской дороге до Беломорска либо Волхова и далее также через вологодский узел.
22 ЗАП в 1942 г. стал учебным центром, в котором истребительные авиаполки (ИАП) переучивались на импортную авиационную технику. Здесь же производились сборка и облёт всех типов иностранных истребителей, которые затем отправлялись на фронт уже воздушным путём. География поставок была обширной — от Ленинградского до Воронежского фронтов.
Небольшая часть импортных самолётов собиралась и непосредственно под Архангельском. Для этого в глухой тайге в 25 км южнее города силами заключённых под надзором НКВД была построена деревянная ВПП и к ней протянута железнодорожная ветка. Собранные и облётанные здесь самолёты также затем перегонялись в Иваново, используя как промежуточный аэродром в г.Вологда. Точных данных о перегонке этим путём "Аэрокобр" нет.
К освоению "Аэрокобр" советское командование (в лице Управления ВВС) отнеслось много осторожнее, чем ранее поступивших иностранных машин. Что было тому причиной — скверная репутация самолёта, необычность конструкции или опыт "доводки" "Харрикейнов" и "Томагауков" к нашим условиям, сейчас определить трудно, но срок между поступлением первых "Аэрокобр" в СССР (конец декабря 1941 г.) и передачей их для освоения в авиачастях (начало мая 1942 г.) говорит сам за себя.
Первая партия из 20 машин (все серии АН, от 599 до 677) прибыла в 22 ЗАП в период между концом декабря 1941 и началом января 1942 гг. К их приёмке отнеслись весьма серьёзно: от НИИ ВВС в полк была направлена группа специалистов, из которых сформировали отдельную бригаду (приказ по 22 ЗАП N° 7 от 2.01.42 г.). По ряду причин первоначальный состав бригады изменился, и к 15 января, началу работ по приёмке и сборке, в неё входили: И.Г.Рабкин (ведущий инженер по самолёту), В.И.Усатов (вед.инженер по мотору), П.С.Иванов (инженер по винтомоторной установке), Б.Ф.Никишин (техник-испытатель). Лётные испытания поручались ведущему лётчику-испытателю капитану В.Е.Голофастову.
Кроме специалистов НИИ ВВС КА, в состав комиссии согласно приказу N° 7 входил "представитель отдела внешних заказов [Импортного управления ВВС КА] военинженер II ранга тов.Смeяров".
Собственно процедура приёмки проходила следующим образом. В присутствии представителя Импортного управления вскрывались ящики с частями самолёта, проверялись комплектность и сохранность. Особое внимание обращалось на новизну самолёта (т.е. не был ли он ранее в эксплуатации и ремонте).
"Око государево" было в данном случае отнюдь не лишнее, т.к. значительная часть поступивших ранее "Харрикейнов" и Р-40С длительное время воевали в RAF и имели значительный процент износа. Представители военной миссии СССР в Великобритании отмечали случаи, когда поступавшие из США новые машины зачислялись в английскую авиацию взамен ранее эксплуатировавшихся, которые проходили ремонт, разбирались, упаковывались в ящики и направлялись в СССР. Трудно осуждать англичан за это, т.к. первые самолёты мы получали не по линии ленд-лиза, а из числа закупленных для RAF. Подобные случаи с самолётами американского производства практически прекратились после начала поставок по ленд-лизу, а вот "бывшие в употреблении" английские самолёты мы получали до конца войны, хотя их процент и не был велик.
В случае обнаружения недостатков только представитель Импортного управления имел право составить рекламации. Поэтому отдельным приказом и было запрещено вскрывать ящики в его отсутствие.
Сборка первой партии началась с середины января. Точное место сборки и облёта первых "Аэрокобр" автору неизвестно, т.к. в литературе упоминается лишь "большой аэродром на окраине города". Исходя из базирования 22 ЗАП, это один из трёх аэродромов: Кинешма, Иваново-Южный или Иваново-Северный.
Процесс сборки был организован в лучших отечественных традициях: иностранные специалисты, естественно, отсутствовали; инструкции были, естественно, на английском языке; из специалистов НИИ ВВС английского, естественно, никто не знал; переводчица с английского, естественно, оказалась филологом и в слове "фонарь", к примеру, видела лишь источник света; самолёт данным специалистам был, естественно, абсолютно незнаком, и сроки, естественно, были минимальные.
Выручила толковость и находчивость людей и его величество случай. Руководитель бригады И.Г.Рабкин владел французским. В это время в 22 ЗАП находилась группа технических специалистов RAF, прибывшая для оказания помощи в освоении "Харрикейнов". Её руководитель, инженер в звании капитана, к счастью, также говорил по-французски. Кроме того, англичане были немного знакомы и с самолётом "Аэрокобра". Поэтому консультации выглядели так: И.Г.Рабкин задавал интересующие вопросы английскому инженеру по-французски, тот советовался с коллегами по-английски, отвечал опять по-французски, а наш руководитель доводил ответы до сведения подчинённых уже по-русски. Это позволило несколько ускорить работу по переводу инструкций.
Сборка самолётов велась прямо на поле аэродрома. Несмотря на суровую зиму, работа шла от темна и до темна, а затем ещё несколько часов члены бригады вели занятия в учебных классах для специалистов ЗАП либо переводили инструкции. Благодаря самоотверженному труду первый самолёт был собран и подготовлен в минимальный срок.
С первых дней эксплуатации проявился типичный для иностранных самолётов недостаток: неполный слив масла из маслосистемы, остатки которого быстро замерзали на морозе. Пришлось срочно дорабатывать маслосистему путём установки дополнительных сливных кранов, а также создавать специальный коллектор для подвода горячего воздуха одновременно к картеру, редуктору, радиатору и другим местам, требовавшим подогрева перед запуском мотора. Этот коллектор успешно выдержал испытания и был рекомендован для внедрения в практику эксплуатации самолёта.
Лётные испытания проводил В.Е.Голофастов. "Аэрокобра"I прошла их в апреле 1942 г. довольно успешно: развивала скорость у земли 493 км/час, максимальную — 585 км/час (на высоте 4200 м), 5000 м набирала за 6.5 мин. Лётно-технические данные находились на уровне серийных советских и вражеских истребителей. Положительно были оценены манёвренные свойства самолёта, взлётно-посадочные характеристики, мощность и работа системы вооружения. В результате испытаний был сделан следующий вывод: самолёт "Аэрокобра" прост по технике пилотирования и доступен для лётчиков средней квалификации; может быть успешно применён для ведения воздушного боя со всеми типами фашистских самолётов, а также для нанесения штурмовых ударов по наземным объектам. "Аэрокобра" получила "путёвку в жизнь" в советских ВВС.
По результатам работы бригады НИИ ВВС и лётных испытаний самолёта была написана книга "Краткое техническое описание и техническая эксплуатация самолёта "Аэрокобры", которую в срочном порядке напечатали и разослали в авиачасти, перевооружавшиеся на данный истребитель.
У прочитавшего внимательно вышесказанное об "Аэрокобре" может возникнуть естественный вопрос: почему та же самая модель самолёта для английских ВВС оказалась столь плохой, а для наших столь хорошей? Что послужило тому причиной?
А причин было несколько. Остановимся на главных: во-первых, мы получили уже "доработанные" машины, лишенные первоначальных недостатков. Во-вторых, "Аэрокобру" испытывали у нас для специфического, характерного лишь для советско-германского фронта, диапазона высот, который совпадал с областью наилучших ЛТД самолёта. В- третьих, машина действительно оказалась неплохой. И, в-четвёртых, за короткий испытательный период не удалось выявить основные недостатки конструкции, которые "вылезали" уже в процессе массовой эксплуатации. Плоский штопор, "стрельба" шатунами мотора и прочие "художества" были ещё впереди.
После завершения испытаний, примерно с апреля 1942 г., истребители "Аэрокобра"I стали поступать в строевые части.
Порядок перевооружения на новый самолёт был обычным: понесший потери на фронте истребительный авиаполк сдавал оставшиеся в строю самолёты соседним частям, а личный состав направлялся в 22 ЗАП. Здесь полк в течении 1—2 месяцев переучивался, пополнялся личным составом до штата, укомплектовывался полностью материальной частью и затем возвращался на фронт. Потери самолётов восполнялись поставками также из 22 ЗАП.
Несколько слов о самом 22 ЗАП. Полк был сформирован 15.10.41 г. на основе резерва ВВС Московского ВО и ВВС КА. Первым командиром был полковник И.И.Шумов. Всю войну полк базировался на трёх аэродромах: Кинешма, Иваново-Южный и Иваново-Северный, штаб находился вначале в г.К<imageешма, а с 7.04.42 г. передислоцировался в г.Иваново. Создавался полк специально в качестве учебного центра для переучивания на иностранные самолёты- истребители, а также центра их подготовки, ремонта и технического обслуживания. В данном качестве полк пребывал вплоть до расформирования 1.06.46 г. С 16.05.42 г. входил в состав 6-й запасной авиабригады (ЗАБ).
К моменту начала освоения "Аэрокобр" 22 ЗАП был уже мощной базой с отлаженным учебным процессом и развитой технической инфраструктурой. Прибывший личный состав вначале проходил теоретический курс в хорошо оборудованных учебных классах, после чего сдавал экзамены. Затем лётный состав переходил к полётам, а технический распределялся по сборочным бригадам, где совместно со специалистами ЗАП собирал самолёты для своего полка, либо занимался ремонтом повреждённых машин в авиамастерских. Всего в 22 ЗАП действовали 4 сборочных бригады, собиравших самолёты из ящиков, доставлявшихся по железной дороге, и 3 учебных авиаэскадрильи (одна готовила лётчиков на "Харрикейнах", одна — на "Киттихауках" и одна — на "Аэрокобрах"). После сдачи экзаменов по лётной подготовке доукомплектованный авиаполк получал самолёты, облётывал их и воздушным путём направлялся на фронт.
На начальном этапе для обучения лётного состава в 22 ЗАП использовались "Аэрокобры" АН610, 653 и 669, закреплённые за I учебной АЭ и составлявшие в ней лишь одно звено. Кроме них, в состав 1 АЭ входили один УТИ-4, один Як-7 и два звена других иностранных самолётов.
Поскольку АН669 была разбита в аварии уже 20.07.42 г., а АН610 и 653 — в ноябре 1942 г., в дальнейшем для обучения применялись АН624, 730, 733, 737 и АР264. Потерпевшие аварии самолёты были разобраны и использовались в учебных аудиториях в качестве наглядных пособий (по американской терминологии "списаны по 26-му классу").
Кроме 22 ЗАП, была предпринята попытка готовить лётчиков на "Аэрокобры" в 14 ЗАП, также входившим в 6 ЗАБ. С 1.08.42 г. личный состав полка начал переучивание на данный истребитель, для чего из 22 ЗАП ему были переданы АР264 и АН733. Однако уже через месяц было посчитано нецелесообразным формировать параллельный поток, и обе "кобры" были возвращены. А пять машин того же типа, полученные из текущих поставок, были собраны, облётаны и отправлены во фронтовые части.
22 ЗАП готовил авиаполки на истребитель "Аэрокобра"I примерно в течении года, с апреля 1942 по март 1943. За это время было обучено, доукомплектовано и отправлено на фронт два боевых авиаполка (153 и 185 ИАП), из них 153-й доукомплектовывался дважды, и ряд отдельных экипажей (56 — за 1942, 67 — за 1943 г.). Один полк, 30 гвардейский (гв. ИАП), был также обучен на "Аэрокобрах"I, но затем сдал их и отбыл на фронт 13.03.43 г. на "кобрах" более поздних моделей.
Кроме боевых полков, 22 ЗАП стал "прародителем" нового типа частей в советских ВВС — перегоночных истребительных авиаполков (ПИАП). Необходимость в них возникла в связи с созданием трассы Аляска-Сибирь, по которой планировалось доставлять американские самолёты непосредственно из США в Сибирь воздушным путём. Летом 1942 г. 1, 2, 3,4 и 5 ПИАП были сформированы в 22 ЗАП и обучены на самолёты "Аэрокобра"I и "Киттихаук" со средним налётом 228 часов (735 посадок) на полк. Согласно директиве ВВС КА №340549/сс{19} от 12.08.42 г. они в период с 25.08. по 5.09.42 г. убыли на свои участки, каждый в составе 3 эскадрилий (32 пилота), естественно, без самолётов. Поскольку по трассе перегонялись только более поздние модификации (от Р-39К и далее), информация о ней будет изложена в следующих изданиях.
Как указывалось выше, кроме выполнения учебных функций 22 ЗАП являлся и своеобразным депо. Здесь импортные истребители собирались, облётывались, ремонтировались, переоборудовались и отправлялись на фронт. В частности, именно здесь с "Аэрокобр" снималась часть радиооборудования, работавшая на частотах, не совпадавших с отечественными станциями, и радиолокационные автоответчики "свой-чужой". Согласно документам 6 ЗАБ, в 22 ЗАП только за 1942 г. было собрано и облётано 254 "Аэрокобры", из которых 237 отправлены на фронт или в другие части. Интересно, что это превышает (согласно данным архива Главного штаба ВВС{20}) общее число полученных СССР за год истребителей данного типа, равное 192. По мнению автора, это объясняется ошибочным включением в их число самолётов, якобы убывших с 1-5 ПИАП (5x32). Разница, составляющая 94 самолёта, представляется более реальной цифрой, характеризующей число прошедших через 22 ЗАП "Аэрокобр"I в 1942 г.
Первым из боевых полков к обучению на истребителе "Аэрокобра"I приступил 153 ИАП, отведенный на переформирование с Ленинградского фронта и 25.03.42 г. прибывший в 22 ЗАП. Собственно переучивание проходило в течение 27 дней, со средним налётом 12 часов на пилота. К 10.06.42 г. полк закончил переучивание и 14.06.42 г. убыл на Воронежский фронт.
В западной литературе практически повсеместно (W.Green, P.Bowers, E.McDowell) бытует миф об использовании "Аэрокобр" в советских ВВС почти исключительно в качестве штурмовиков. Возник он от недостатка информации: наши как официальные, так и мемуарные источники, "отечески" опекавшиеся Главлитом и стоявшие на "единственно верных" идейных позициях, почти до 70-х годов старались не упоминать о всяких там "Киттихауках" и "кобрах" с "Харрикейнами", будто их и в природе не существовало. Чиновный раж доходил до смешного: первая книга о А.И.Покрышкине, "Один "МиГ" из тысячи", обрывалась на периоде, когда прославленный ас с советского истребителя ...пересел на американскую "Аэрокобру"! Очень образно выразился по этому поводу ещё в 1944 году Ларри Белл в беседе с советскими лётчиками-испытателями: "Я отправил вам три тысячи самолётов, как в озеро Онтарио бросил! Ничего не знаю: как они воюют, довольны ли ими ваши ребята?"
С выходом в конце 60-х "Неба войны" А.И.Покрышкина, одной из наиболее ярких книг о лётчиках на войне, переведенной на многие иностранные языки, ситуация с "Аэрокобрами" несколько прояснилась. Однако ("свято место пусто не бывает") теперь на "классовых позициях" утвердились западные авторы: из описания сотен воздушных боёв они выбрали лишь небольшой период, породив новый миф: "русские" успешно, мол, применяли "Аэрокобры" лишь против тихоходных транспортников и устаревших бомбардировщиков.
Это была присказка, сказка впереди...
29.06.42 г. в полном составе, (28 гв. ИАП) укомплектованный по штату 015/284 (2 эскадрильи, 20 самолётов и 23 лётчика) под командованием Героя Советского Союза (ГСС) майора Миронова С.И. прибыл на аэродром (аэ) Воронеж. Боевые действия начал без долгой раскачки, с 30.06.42 г. Затем полк перебазировался на аэ Липецк, с которого действовал до 25.09.42 г. Всего за 59 лётных дней на Воронежском фронте произведено 1070 боевых вылетов (б/в) с налётом 1162 ч., проведено 259 воздушных боёв (в/боёв), в т.ч. 45 групповых, сбито 64 самолёта противника, из них: бомбардировщиков — 18 (15 Ju-88, 1 Do-217, 1 Не-111 и 1 FW-198), истребителей — 45 (39 Ме- 109F, 1 Ме-110, 1 Ме-210, 4 МС-200), корректировщиков — 1. Потеряно за три месяца боёв: лётчиков — 3, самолётов — 8. Небоевые потери (аварии, катастрофы): лётчиков — 1, самолётов — 2. "Незначительные потери объясняются в первую очередь опытностью лётчиков и хорошими ЛТД самолёта "Аэрокобра". Комполка п/п Миронов, ГСС (ЦАМО, фонд 28 гв. ИАП, опись 143457, дело 1).
Процитированный документ даёт достаточное представление о том, с кем же действительно успешно сражались советские "кобры".
За отличную боевую работу на Воронежском фронте 153 ИАП был представлен к званию "гвардейский".
Из состава полка была выделена 7.08.42 г. группа пилотов (по спецзаданию командования ВВС КА) в составе 8 кадровых лётчиков во главе с майором Родионовым О.М. с 28 чел. техсостава. Эта группа действовала самостоятельно в составе ВВС Западного фронта с аэ Кубинка, Алферьево, Климово. С 8.08. по 11.0942 г. выполнила 167 самолёто-вылетов (с/в) с налётом 190 ч., из них 68 б/в, сбила 13 самолётов противника (9 Ju-88, 4 Me-109F), подбила 17 самолётов. Свои потери: ранено 2 лётчика и потеряно 2 самолёта. Небоевые потери: 1 лётчик и 1 самолёт.
Поделиться книгой: