Помоги проекту - поделись книгой:
Голос в телефоне был квакающий. Причём, каждый его «квак» сопровождало головокружительное, долгое эхо.
Телепортируем людей к звёздам, а междугороднюю связь наладить — лень.
Услуга предлагалась всем желающим, по доступной цене.
Хотя цена как раз была — не очень доступна.
Телепортатором пользовались только очень богатые люди.
И богатые компании, в том случае, когда нужно срочно отправить груз или сотрудника в другую планетную систему.
На Загурон, к примеру.
Квакающий голос назначил время аудиенции, напомнил, что старший менеджер — крайне занятой человек, нужно заранее послать вопросы электронной почтой. Квакающий голос назвал адрес, под запись. Я записала адрес. Послала вопросы.
Дождалась назначенного срока… Выйдя из метро, зашагала к офису компании. Фасад огромного здания венчал радужный слоган «Телепортация — по доступной цене».
Рядом с офисом находился магазин.
В большой витрине стояли манекены, лишённые торса и всего, что к торсу прилагается, — рук, головы. Наверно, манекены укоротили, желая привлечь внимание к товару, который они рекламировали, — к брюкам.
Вот такая брюклама.
Охранник в тёмно-синей форме, стоящий на входе, нашёл меня в компьютере. И впустил. Пристегнул к лацкану моего жакета бейджик с фотографией. Достал сотовый. Переговорив с кем-то, вызвал сопровождающего — паренька в тёмно-синей паре. Вестибюль роскошный, под старину: ковры, зеркала, хрустальные люстры. Устланный коврами, освещённый мягким светом коридор.
Тихо распахнув дверь приёмной, сдав гостью секретарше, паренёк откланялся.
Мебель неброских тонов.
Юная, деятельная секретарша в тёмно-синем костюме занялась выяснением — согласован ли визит. Говоря, она прикрывала серые глаза, хлопала наращенными ресницами. Удовлетворив свою любознательность, проводила в кабинет.
За массивным голым столом, как за баррикадой, сидел мужчина средних лет, в строгом тёмно-синем костюме-тройке.
Выражение лица такое, словно он постоянно то ли принюхивался, то ли прислушивался. Руки лежали на столе.
Заученным движением кисти предложив сесть, менеджер выдавил заученную улыбку:
— Давайтесь определимся. Для чего, с какой целью вы пришли сюда?
— Я корреспондент электронной газеты. И сейчас я работаю над статьёй о преимуществах телепортации. Надеюсь, вы будете откровенны.
— Постараюсь не разочаровать вас.
Раскрыв блокнот, я приступила к интервью:
— Растолкуйте женщине, мало разбирающейся в технических вопросах, как человек, без корабля и скафандра, преодолевает космические расстояния с помощью телепортации?
— Но телепортация была создана, чтобы избавить человека от необходимости физически преодолевать огромные космические расстояния, теряя десятки лет своей жизни. Всё просто. Объект в точке отправления сканируется. А потом в форме волновой матрицы информация передаётся в конечную точку путешествия. Не объект передаётся, а лишь пакет информации. В точке прибытия объект воссоздаётся из набора атомов, находящихся там.
— А человек, который остался в передатчике?
— Объект не остаётся в передатчике, он дезинтегрируется.
— Как — дезинтегрируется?
— Мгновенно и безболезненно разбирается на атомы.
— Зачем?
— Ну, хотя бы для того, чтобы телепортируемые объекты не множились. Допустим, ваш супруг десять раз пользовался телепортатором. Нужны вам — одиннадцать мужей? К тому же многомужество запрещено. Дезинтеграция — лучший выход.
— В рекламе не говорится о дезинтеграции.
— Подробности важны для специалистов и, как правило, неинтересны для пользователей. Впрочем, не в правилах компании скрывать что-либо от своих клиентов — любой желающий получит доступ ко всем деталям.
— Вы не боитесь, что некоторые «детали» отпугнут ваших потенциальных клиентов?
— Я согласен, какой-нибудь склонный к суевериям человек может испугаться. Но тысячи людей воспользовались нашими услугами. Телепортация — безопасна. Компания гарантирует клиенту сохранение жизни и здоровья.
— Откуда вам известно, что дезинтеграция — безболезненна? Сообщили те люди, которые были дезинтегрированы?.. С того света?..
— По крайней мере, никто из клиентов не жаловался.
— Ещё бы. Ведь их собрали из других атомов, причём, на основании данных, полученных до процедуры дезинтеграции. При втором телепортировании из приёмной камеры выходит копия, снятая не с оригинала, но — с предшествующей копии. Так что каждая последующая копия расходится всё больше и больше с оригиналом. Тогда как сам человек — уничтожен.
— Не уничтожен — дезинтегрирован. Вы забываете, что копия у нас снимается на атомном уровне. Точнее быть не может.
— Даже самая точная копия не равна оригиналу. Будете спорить?
Он помолчал, стуча пальцами о крышку стола. Затем буркнул:
— Несколько последних вопросов не значились в списке.
— Немного импровизации не повредит нашей беседе. Наоборот, добавит живости.
— Вы не стремитесь раскрыть преимущества телепортации. Мне кажется, у вас — личный мотив.
— Угадали.
— Какой? Можете сказать?
— Да. Мой неосторожный муж не раз пользовался телепортатором. За довольно короткое время он сильно изменился. Мы на грани развода. И причина изменений — в телепортациях. Вы научились копировать атомную структуру человека. Но вот способны ли вы копировать душу? Вряд ли. Телепортатор убивает личность. Убивает человека.
Менеджер выпрямился, не вставая с кресла. Выпятил грудь и развернул плечи.
Его голос налился металлом:
— Ваши утверждения бездоказательны. Вас привлекут за диффамацию.
— Выступая на первом канале, вы заверяли всех, что услуга всесторонне протестирована и признана стопроцентно безопасной. Вы лгали.
— Я не выступал на первом канале.
— Такие провалы в памяти… — Я сочувственно покачала головой. — У вас явные признаки церебрального склероза. Вызванного — телепортациями.
У него задёргались руки. Вот-вот разразится гневной речью.
Но он промолчал.
— Я напишу статью о телепортации, — пообещала я. — Настрою общественное мнение, как следует, как вы заслуживаете.
— Критических, даже обличительных статей о телепортации появлялось немало. И что?
Мне в голову пришла новая мысль:
— Я подам в суд на вас.
— За какую провинность?
— Вы забрали одного человека, вернули другого. Подменили, скрыв данные о возможных разрушительных последствиях для его личности. Я хочу получить — не отдалённую копию. Хочу получить оригинал. Человека, за которого я выходила замуж.
Менеджер, не таясь, расслабился.
Это была сфера, в которой он чувствовал себя уверенно:
— Хорошо, подавайте. Никто из ваших предшественниц выиграть процесс не сумел. Как вы докажете в суде, что причина разлада с мужем в телепортации? «После того» не означает — «вследствие того». С годами люди меняются. И нередко утрачивают всякий интерес друг к другу. Ссоры, обиды, взаимное раздражение. А может, дело в том, что вы — не любите и не умеете готовить?
Я вздрогнула.
Старший менеджер с холодной иронией смотрел в глаза:
— Вы тоже проиграете. Никакое общественное мнение вам не поможет. Телепортатор слишком удешевляет перевозки. Он заменит весь транспорт.
Да. По доступной цене.
— Увидим, — сказала я, вставая. ТМ
Изделие
Валерий БОХОВ
— Слушайте! А вам не кажется, что скучновато мы живём?
— Что значит «не кажется»? Кажется! Да ещё как кажется! Я давно говорю всем знакомым: чего-то очень не хватает. Всё очень однообразно. Одноколейно — всё в одну сторону — и муторно как-то.
— А почему это так, как вы полагаете?
— Ну это же ясно. Людей на Земле не осталось — болезни, инфекции, эпидемии, эболы всякие, птичьи и прочие гриппы… Они свели людей, человека, на нет. Ведь нет же их? Кругом остались одни роботы. Да, только мы. Мы когда-то говорили: за нами будущее, мы быстрее заполняем мир. Робот — царь природы! Ну и вот — заполнили, уселись на трон.
— Да, идей свежих нет, мыслей, чувств. А уж о трепете души, что в книгах пишется, подавно нет.
— Действительно, и мозг, и сердце у нас физически есть, а функционально отсутствуют. Они атрофировались. Все наши помыслы и устремления — в экономике, в политике, в жалком сегодняшнем искусстве — свелись к экономии. Это же примитивно.
— Но это же привело нас к богатству, к изобилию.
— Вероятно, творчество, высокое искусство, конструктивизм в философии и в науке, конструктив и динамика в жизни могут вернуться на нашу планету, если мы сможем воссоздать гомо сапиенс.
— По большому счёту, если говорить о восстановлении популяции человека, то нужно немногое: нужны голова и сердце. И всё! Для того чтобы размышлять и чувствовать, больше ничего не требуется.
— Отчего же мы не можем размышлять и чувствовать, не способны?
— Может быть, и не способны. Где-то что-то недоконструировали. В устройстве не учли. А потом, известно же, что думать нельзя, когда у тебя всё есть, всего в изобилии, и ты ни в чём не нуждаешься. Когда-то люди говорили, что сытый желудок уму помеха. На сытый желудок и голова не варит.
— Так они говорили?
— Да. И говорили, и писали. И думали, конечно, так. Ну желудок и еда — это не наше. Нам, слава Норберту Винеру, есть не надо.
— Давайте-ка, коллега, поступим так. Сейчас у нас в Думе заканчивается перерыв. Большинство депутатов будет, как всегда, дремать да письма друзьям писать, а мы с вами предложим аудитории восстановить человечество, пусть пока в малом масштабе. Зал проголосует, и дело пойдёт. Что вы скажете?
Два импозантных робота-депутата, сложив бильярдные кии, вышли из бильярдной и отправились в зал заседаний. На заседании Думы выдвинутое предложение, давно витавшее в воздухе, было принято большинством присутствовавших. Практическая реализация предложения по восстановлению человека была поручена Институту изучения проблем человека.
Прошло полтора месяца. В дирекции НИИИПЧ раздался телефонный звонок:
— Аллё! Это директор? Вы меня узнали?
— Безусловно! Здравствуйте!
— Дума интересуется ходом работ. Когда к вам можно приехать, узнать, как идут работы по реконструкции человека?
— Давайте завтра. У нас на десять назначено заседание учёного совета. Будет выступать лаборатория, которая проводит интересующие вас работы.
— Хорошо! До завтра!
— До свидания.
Зал НИИИПЧ. 10:00 утра. На кафедре — робот последней модели, ведущий специалист института.
Поделиться книгой: