Травоядные. Часть 2

– И не один раз, – ухмыльнулся Лан. – Если у тебя все, я пошел досыпать.

Молодой человек кивнул и прервал вызов.

Следующий день для Мии и Кима пролетел незаметно. Девушка осваивалась в доме и задавала много вопросов по поводу использования различной техники. Брат не уставал удивляться, насколько спокойно она подстраивалась под новые условия проживания и быстро схватывала информацию.

Девушка настолько быстро всему научилась, что обед приготовила сама.

– Очень вкусно, – похвалил угощение брат, – ты молодец!

– Я? Мне почти ничего не пришлось делать, – отмахнулась сестра. – Твоя кухня мыла, выпекала, резала, чистила, а мне оставалось только нажимать на панели управления пальцем. Неудивительно, что травоядные женщины стригут волосы, надевают брюки и идут зарабатывать деньги. Дома для них просто не осталось работы.

– Скучаешь по сложностям? Могу отключить электричество, тогда все эти чудеса прогресса станут бесполезными. В саду есть печь для жарки на углях и дрова, милости прошу, – ехидно отозвался брат.

– Кстати, по поводу сада, ты обещал рассказать про растения, – напомнила Мия.

– Понятия не имею, что там за живность. Раз в неделю приходит садовник и ухаживает за участком.

Сестра разочарованно посмотрела на брата, но затем, немного взбодрившись, спросила:

– А когда он должен прийти в следующий раз?

– Не скоро, он приходил позавчера, приводил в порядок сад перед твоим приездом.

Мия загрустила.

Ким без слов встал из-за стола и удалился. Через несколько минут вернулся с Планумом в руках и подсел к сестре. Затем начал водить пальцем по экрану и временами нажимать им в соответствующих местах. Раньше Мие доводилось видеть, как управляют этим аппаратом. Более того, когда она готовила отчет об эпидемии, ей пришлось освоить некоторые его функции. Девушка внимательно следила и запоминала все манипуляции брата.

Когда на экране стали мелькать фотографии разнообразных растений с краткими описаниями, девушка заулыбалась.

– Если ты проведешь по картинке вот так, – сказал Ким, описывая окружность указательным пальцем по поверхности иллюстрации, – то получишь объемную проекцию объекта.

Одновременно с этими словами над поверхностью экрана Планума всплыла проекция растения. Она была слегка прозрачной, но очень реалистичной. Ким показал, как ее вращать и увеличивать. Мия с жадностью ловила каждое движение.

– Откуда у тебя вся эта информация? – радостно спросила она.

– Из всемирной информационной сети. Здесь есть все и обо всем.

– Не может быть! – выдохнула Мия. – Научи меня ею пользоваться.

Понадобилось несколько часов, чтобы девушка более или менее освоилась с новыми технологиями. Зато после этого от Планума ее было не оторвать.

Только теперь, глядя на неподвижную фигуру сестры, уютно устроившуюся на диване перед камином, Ким понял, какую стратегическую ошибку допустил.

– Мия, – позвал брат.

– Да, – ответила она, с трудом оторвавшись от экрана.

– Пообещай мне одну вещь.

– Какую? – настороженно спросила сестра.

– Ты будешь проводить с Планумом меньше времени, чем со мной, – заявил брат.

– Конечно, тут и говорить не о чем, – решительно ответила девушка и снова погрузилась в чтение.

Молодой человек подошел к дивану и присел перед сестрой на корточки так, чтобы их глаза были на одном уровне.

– Мия, – еще раз позвал он.

Девушка подняла глаза и вздрогнула от неожиданности. Она не заметила, как к ней подошел брат.

– Я прошу тебя, – медленно проговаривая каждое слово, продолжил Ким, – не сидеть за Планумом дольше двух часов в день. Я смертельно устал от твоей занятости. В Себаре ты постоянно пропадала у пациентов и в лесу. В итоге мы расстались, толком не пообщавшись. Стоило оставить тебя одну здесь, и ты затерялась в саду на несколько часов. Боюсь предположить, насколько тебя засосет сеть.

Мия смотрела на брата и пыталась осознать услышанное. Ей и в голову не приходило, что кроме пациентов в ее внимании кто-то может нуждаться. Девушке всегда казалось, что она достаточно времени уделяет семье. К тому же с Ридом Мия общалась столько же, сколько с Кимом, и отец не жаловался. Поэтому просьба брата удивила девушку.

– Почему ты мне никогда не говорил об этом? – откровенно спросила она.

– Говорил, вернее, намекал, но ты всегда в себе, – обиженно ответил брат.

– Прости, постараюсь исправиться. Просто я не привыкла много общаться, ты же помнишь, что моими друзьями были кусты и деревья, а они не слишком разговорчивы. К тому же в школе меня все сторонились, это выработало привычку не зависеть от других и находить себе интересные занятия в одиночку… – на секунду Мия задумалась и замолчала, но вскоре продолжила. – Мне сложно понять, чем я могу быть интересна, но постараюсь больше проводить с тобой времени.

Эти слова возмутили Кима.

– А мне сложно понять, как можно настолько себя недооценивать. Ты с детства была невероятно симпатичной девчушкой. Поверь, это замечал не только я. Да и при первой встрече после четырех лет разлуки меня поразила твоя привлекательность…

Мия начала заливаться краской. Его слова смутили не только потому, что он нахваливал ее. Для девушки было большим открытием, что брат смотрел на нее как на женщину.

– Я не устаю удивляться, как ты к себе несправедлива. Ты из тех представительниц прекрасного пола, рядом с которыми мужчина чувствует себя мужчиной. Сильная и хрупкая одновременно, роскошная и скромная, любящая и строгая, гибкая, но инициативная. С тобой удивительно легко. Я никогда не встречал девушки подобной тебе… – он хотел что-то добавить, но осекся и встал.

– Спасибо тебе за теплые слова, – искренне поблагодарила Мия.

Ей было очень приятно услышать такую лестную характеристику от самого близкого человека, но она делала скидку на то, что он ее брат, а значит, не объективен.

Ким уловил ход ее мыслей. Он пристально посмотрел сестре в глаза, затем, пробубнив: «Безнадежно» – куда-то ушел.

Воспользовавшись уединением, Мия снова начала читать. Спустя десять минут ее отвлек звук коннектора. Девушка нехотя отложила Планум и пошла к себе в комнату. Маленькое устройство лежало на тумбочке у кровати и настойчиво требовало внимания. Она взяла его в руки. В воздухе спроецировалось изображение Узы.

– Привет, – ответила на вызов Мия.

Подруга улыбнулась и начала жестикулировать.

– Стой, я не понимаю, – прервала красавицу подруга.

Уза перестала изъясняться жестами и начала, глядя вниз, что-то делать. Одновременно с этим перед проекцией девушки появилась белая плоскость, на которой черным цветом начал появляться текст.

Мия следила за происходящим и не уставала поражаться, насколько удобны и продуманы изобретения травоядных.

«Прости, я так привыкла общаться жестами, что забылась. У меня теперь все домашние знают язык глухонемых, а на курсах, куда мы с Ланом ходим, появились новые друзья. Все они по разным причинам не могут говорить, но знают язык жестов», – напечатала Уза и заулыбалась.

– Я обязательно его выучу. Рада, что у тебя все так хорошо складывается, – ответила Мия.

«Ты даже не представляешь насколько хорошо. Я и мои родители счастливы. Травоядный мир прекрасен. Мне столько всего нужно тебе рассказать. Приезжай завтра в гости», – высветилось на экране.

– Поговорю об этом с Кимом. От меня мало что зависит. Я даже не представляю, насколько далеко от тебя нахожусь, – растерянно сказала девушка.

«Поверь, очень далеко»

– Но я безумно соскучилась, поэтому пойду атаковать брата прямо сейчас. Как только что-то проясниться, свяжусь с тобой.

Уза кивнула и послала подруге воздушный поцелуй. Мия улыбнулась и, прервав вызов, побежала вниз искать Кима.

Ей потребовалось немного времени, чтобы найти брата. Стоило девушке выйти к морю, как она увидела Кима, несущегося на бешеной скорости по волнам на Акваторе. Молодой человек выписывал сложные траектории и подпрыгивал на волнах. Расстояние и рев мотора не оставляли шанса докричаться до молодого человека. Мия пошла в гостиную, взяла Планум, затем вернулась на пляж и села в тенистом месте. Она ждала, когда брат сам ее заметит.

Поскольку за чтением время летит незаметно, девушка не поняла, как долго просидела незамеченной. От увлекательного занятия ее отвлек присевший рядом Ким.

– Не помешаю?

– Напротив, я ждала, когда ты напрыгаешься на этой безумной машине и вернешься в лоно семьи, – с улыбкой ответила сестра.

– С какой целью? – поинтересовался Ким.

– Звонила Уза, она приглашает меня завтра в гости, – ответила девушка.

– Никаких проблем, слетаем, – спокойно ответил молодой человек. – Ты еще не передумала устроить пикник на границе зарослей?

– Нет, конечно, – твердо ответила сестра.

– Тогда самое время собираться, – улыбнулся Ким.

Молодые люди пошли на кухню и собрали все необходимое. Упаковав еду и столовые приборы в удобный рюкзак, они направились к условленному месту на пляже. Уже перед самым выходом Ким спохватился и прихватил теплую кофту, зная, что, как только начнет темнеть, сестра снова замерзнет.

Добравшись до беседки, Мия накрыла столик и устроилась на диване. Ким решил искупаться и начал уговаривать сестру.

– Не будь занудой, пошли окунемся, – сказал Ким.

– Я бы с радостью, но мне не в чем, – грустно ответила сестра.

– Как не в чем? Я своими глазами видел купальник, который подобрал Декус, – удивился брат.

– Прости за подробности, но я не нашла ничего, кроме нижнего белья, – сказала Мия.

– Ты уверена, что хорошо искала? – насторожился брат.

– Уверена. В шкафу обычная одежда, обувь и нижнее белье. Купального платья там нет, – уверенно ответила сестра.

Тут Ким понял, в чем проблема и рассмеялся.

– Мия, в этой части мира люди забыли, что такое купальное платье лет сто назад, – сквозь смех сказал молодой человек.

– А что же носят женщины? – недоверчиво поинтересовалась сестра.

– Ну, э… – Ким растерялся и перестал смеяться, – Купальники… Они похожи на нижнее белье, только из ткани, которая при намокании не просвечивает.

– То есть ты хочешь сказать, что то, в чем они купаются, прикрывают только грудь и попу? – возмущенно поинтересовалась девушка.

– Эм… Ну да.

– Тогда какой в них вообще смысл, если и так почти все видно? – спросила Мия.

Ким понял, что теперь ему придется на заказ шить сестре купальное платье допотопного покроя. В противном случае, живя на побережье, она никогда не искупается в море.

Дальнейший спор был бесполезен, но Ким не сдался.

– Тебе пора начинать привыкать к другому образу жизни. Здесь у людей другие понятия о приличиях, одежде и внешнем виде. Если ты появишься на общественном пляже в купальном платье, будешь выглядеть как пень среди резной мебели.

– Лучше быть закупоренным пеньком, чем комодом со всеми дверцами нараспашку, – ответила Мия и показала брату язык.

– Ладно, завтра позвоню Декусу и попрошу придумать для тебя что-нибудь подходящее. Надеюсь после того, как он вдоволь насмеется, ему будет работать легче, – сдался брат.

После этого диалога Ким не предлагал Мии купаться. Девушка сидела на берегу и восторженно наблюдала за братом. Ким всегда был невероятно привлекательным, а под лучами ослепительного солнца его блестящее от воды тело сияло совершенством.

Искупавшись, молодой человек прилег рядом с сестрой на диван в одних плавках-шортах и принялся за бутерброды.

– Ты почти ничего не рассказывал про жизнь после депортации, – сказала сестра.

– Особо не о чем рассказывать. Сначала чувствовал себя полным идиотом, понадобилась куча времени, чтобы освоиться и ко всему привыкнуть. Потом меня определили грузчиком на завод по производству кофе…

– Что значит определили? – удивилась сестра.

– Для депортированных хищников в травоядном мире есть специальная адаптационная программа, в рамках которой тебя обучают читать, писать, считать, поскольку многие и этого не умеют, затем пользоваться техникой и по итогам экзаменов устраивают на работу. Мне повезло, у меня было начальное образование, поэтому оставалось только разобраться, как управлять самыми распространенными приборами, и сдать экзамены. Никогда прежде не чувствовал себя таким идиотом, – честно признался Ким и рассмеялся. – Поначалу я все ломал. Когда что-то не получалось, пробовал еще раз, но с большей силой. Казалось, кнопки, рычаги и прочие управляющие элементы выходили из строя от одного моего касания. Со временем все освоил. Единственное, чем я запомнился своим учителям   –  отсутствие ума и много силы, поэтому меня и определили грузчиком на завод. Но мне это было только на руку. Приходилось грузить тяжелые мешки там, где не проходила техника, а это очень положительно сказывалось на моей физической подготовке. Проработав месяц, я получил первый заработок, и тут началось самое интересное. Теперь мне доступна была покупка абонемента в спортивный зал. Признаюсь, тренажеры меня интересовали мало, но там был боксерский ринг. Для того чтобы заниматься на ринге, нужно оплачивать тренера, а это мне было не по карману. Вся почти зарплата уходила на плату за жилье и покупку еды. Особо не разгуляешься. Но я не сдавался, ходил регулярно в зал и ждал удобного случая. И вот однажды местный тренер сломал руку, а нужно было проводить спарринг. Поскольку я вечно отирался рядом и примелькался ему, он попросил меня побыть мальчиком для битья. Я с радостью согласился. Глядя на то, как я машинально уворачиваюсь от ударов, тренер разразился руганью. Со мной дрался новичок, которому нужна «живая груша», а не спарринг партнер. Это было неудачное начало. Пиро (так звали тренера) прогнал меня с ринга и заменил кем-то другим. Но он запомнил меня. И когда понадобилось потренировать одного из его лучших бойцов, позвал. Я с радостью согласился. Ты бы видела лицо Пиро, когда я уложил его любимца меньше, чем за минуту. Но и в этот день ничего, кроме ругательств, я от него не услышал. Однако тренер все чаще стал вызывать меня на спарринги к своим подопечным. Никто не мог меня одолеть. Прошло три месяца, и абонемент кончился. В тот месяц нам задержали зарплату, и я не успел его продлить, а это значило, что ближайший месяц посещать тренировки не смогу. Вскоре в мою конуру позвонила администратор зала и сказала, что Пиро приглашает продолжать посещать зал бесплатно в обмен на регулярные спарринги с его учениками. Я был счастлив, появилась постоянная боевая практика без лишних расходов.

Ким прервал рассказ и съел очередную порцию бутербродов, обильно запил соком и продолжил:

– С тех пор в моей жизни появилась надежда. Днем я грузил мешки, а вечером дрался на ринге. Не знаю, чем бы все кончилось, если бы ни один случай. У Пиро учился Тулк. Самый мерзкий тип из всех, кого я когда-либо встречал. Таких нельзя подпускать близко к боевым видам спорта. Он трус с большими амбициями. Поговаривали, что у него влиятельный брат, а сам Тулк – главарь какой-то местной банды. Мне было на это наплевать, я просто делал свое дело. Но после трех поражений на ринге этот слизняк начал прилюдно оскорблять меня и угрожать расправой. Пиро попытался вмешаться, но неуравновешенный Тулк пырнул его ножом. Представляешь, в битком набитом зале ударил ножом своего тренера! Я был в ярости. Убедившись, что Пиро ранен несмертельно, набросился на обидчика. Чтобы хоть как-то уровнять наши шансы, это ничтожество изменилось в образ тотема, и знаешь, кем он оказался?

Мия слушала, затаив дыхание, и ничего не отвечала.

– Носорогом. Его толстая задница чудом не проломила ринг. Помню, кто-то закричал, и люди повалили из зала. Администратор вызвала полицию. Я смотрел на этого серого гиганта с красными глазами и не знал, что делать. У травоядных свои законы, многие из которых я тогда не знал. Только вспомнив, как на занятиях по правоведению, во время адаптационного обучения, мне говорили, что самозащита не противозаконна, я решился действовать. Обратился в

Зверовоина и натянул придурку его рог на заднее место. Пиро и еще несколько человек были там и все видели. Когда нокаутированный Тулк тихо посапывал на ринге, я подошел проверить состояние тренера, Пиро смотрел на меня так, словно видел впервые. Помню, он что-то хотел сказать, но вбежавшие полицейские и сотрудники скорой помощи отвлекли. Увидев меня в образе Зверовоина, вошедшие встали посреди зала, как вкопанные. Я не мог понять, в чем дело. В голове вертелись самые страшные опасения. Возможно, я что-то не так понял, и применять силу было нельзя. Когда один из полицейских двинулся в мою сторону, подумал, что закончу свои дни в Гаоле. Но вместо этого он попросил у меня автограф. Представляешь? Автограф! Я тогда еще не знал, что это такое, и растерялся. Немного придя в себя, полицейские занялись Тулком, а врачи Пиро. Я изменился в человека и помог погрузить его на каталку. С этого дня моя жизнь изменилась. Утром проснулся знаменитостью. С самого утра начались звонки от всех информационных агентств мира. Мою физиономию транслировали по новостям. Только тогда понял, почему все были так шокированы мои полузвериным обликом. Оказалось, это крайне редкое явление среди травоядных. По какой-то причине представители этой развитой расы не могут овладеть техникой равновесного слияния. Если бы мне сказали об этом на курсах адаптации, я бы сэкономил себе полгода жизни, – с улыбкой закончил брат.

– Потрясающе, – восхищенно выдохнула сестра. – А что было с Пиро?

– Он выздоровел, но долго восстанавливал левую руку. Тулк попал в плечо и повредил сухожилия.

– Интересно было бы с ним познакомиться, посмотреть на человека, благодаря которому ты прославился, – мечтательно сказала Мия.

– Не стоит преувеличивать его вклад. Рано или поздно я бы все равно все узнал и извлек выгоду из своей исключительности. Но я не потерял с ним контакт. После инцидента в зале, часто навещал его в больнице. Оказалось, Пиро   –  очень веселый и приятный в общении человек, просто в зале нагонял страху на подопечных своей излишней строгостью. Он многое рассказал мне о перспективах. Сориентировал, по какому пути двигаться и к кому обратиться. Пиро пророчил мне спортивную славу на поприще боевых искусств, но я решил стать Хранителем. Он отговаривать не стал, дал несколько полезных контактов, одним из которых был номер Гида. Вот кому я по-настоящему обязан своими достижениями, – объяснил брат.