Призма 1 (СИ)

— Возьмем еду и коней. Двинемся к Проходу, — собирая припасы, сказал Ратибор.

— Нет, — Росвен посмотрел каждому в глаза. — Мы идем в замок Магмора.

Они скакали на лошадях, рассекая ветер, словно настоящие сказочные герои, мчащиеся навстречу подвигам и опасностям. Они спешили навстречу своей судьбе, в поисках потерянного счастья и справедливости, спешили выполнить свой долг, возложенный на них самой судьбой и высшими силами. В общем они спешили на помощь, самим себе и всему остальному миру. Поэтому лица их излучали счастье. Ведь счастье — это гармония тела, духа и окружающего мира, природы, частицей которого они всегда себя ощущали. А окружающий мир и его обитатели были в опасности. Тело и дух их был в гармонии с природой, ветром, лошадью, что их несла, с самим собой. Вопрос не в том как мало нужно для счастья человеку, вопрос как стать таким человеком, достичь такого духовного уровня, чтобы и в малом увидеть безбрежное, смысл жизни, увидеть свою вселенную. Даже находясь в темнице Человек способен познать и объять Вселенную. Счастье человека внутри него самого. Познай себя самого, познай свет и обрети счастье. Деньги, слава, власть — это океан для утопающего. Он безбрежен, он сладостен, но он погубит тебя. Только опытный моряк сможет преодолеть преграды, пройти испытание властью. Что толкало Магмора к стремлению безграничной власти — жажда истины, познания, справедливости, гордыня или удовлетворения низменных страстей? Страсти опустошают душу, они приедаются. А что дальше. Дальше — тупик. И никакой Гармонии, никакого счастья. Хотя, казалось бы, вот оно счастье. Ан нет. Счастлив ли властелин? Может ли он быть по настоящему счастлив, находясь в дисгармонии с окружающим миром, высшими силами. Гордыня берет верх и толкает на путь борьбы за власть. Понимал ли это Магмор? Видимо, да. Но ничего не мог, а может и не хотел, с этим поделать. Путь, избранный им, был конечен. Когда-то лебеди в его саду были белыми. Сейчас там плавают черные лебеди. Предчувствие какой-то будущей опасности шевельнулось внутри Магмора. Шевельнулось и затихло. Душа Магмора почти погибла. Он задернул занавески на окнах, выходящих в сад и направился в кабинет.

А наши герои неслись по долине меж скалистых гор, и казалось, ничто их уже не остановит. Они парили над землей.

— Эге-гей, ого-го, ей-ей-ей! — кричали они, заглушая шум ветра. Они были единым целым мироздания. Свободными, неподвластными, светлыми.

— Сделаем привал! — перекрикивая шум скачки, прокричал Росвен. Все спешились и расположились на берегу горной реки.

— До замка Магмора остался один день пути. Дальше придется двигаться очень осторожно. Там везде рыщут его разъезды и гризмули. Поэтому спокойно сможем отдохнуть только в этой пещере, — Росвен указал на небольшое отверстие в скале, над рекой — И лошадей придется отпустить. Дальше будем пробираться скрытно.

— И какой план? — расположившись уже в пещере, спросил Проводник.

— Плана пока нет, но я знаю точно, что если мы не снимем запрещающее заклинание, не узнаем подробнее про Сеть и Призму, то у нас нет ни единого шанса одолеть Магмора и то зло, что стоит за ним, — негромко произнес волшебник.

— Но эти заклинания есть только в Магической Книге заклинаний потустороннего мира. А она находится в самом сердце логова магов, — в голосе Проводника прозвучали безнадежные нотки.

— Абсолютно верно, — ответил волшебник.

— Но это верная смерть, — снова высказался Ратибор.

— Росвен лучше нас знает чем это для нас грозит. Значит, у нас нет другого пути, — вмешался В.А. — Замок Магмора, так замок Магмора.

— Я нисколько не боюсь, но меня заботит как мы это сделаем, — Ратибор, казалось даже обиделся, что его не так поняли.

— Я думаю, нам должен помочь мой волшебный плащ-невидимка. — оживилась Принцесса.

— Да у Магмора везде охрана, наложены заклинания на все проходы, — уже спокойным тоном, резонно заметил Проводник.

— Я думаю, что как раз он и не ожидает нас у себя в логове. И в этом наш шанс. Он считает, что полностью подчинил Волшебный мир. Маги полагают, что мы далеко и прячемся, убегаем от них, — Росвен ненадолго задумался.

— Я готов пробраться в замок и найти Книгу заклинаний! — Ратибор был уверен, что кроме него никто не справится с этой задачей.

— Тебя сразу обнаружат, — пресекла его порыв Алесия.

— Может я смогу помочь, — неожиданно предложил В.А. — На меня у них нет воздействия.

— Вы там не сможете ориентироваться, — сказал Росвен — Я был в замке магов как-то еще во времена, когда мы еще обменивались визитами. Тем более, что это моя идея. Поэтому пойду я.

— Вот вас то он ждет. И заклинание наверняка заготовил. Вы тут же попадетесь без своей волшебной силы, — Проводник не хотел уступать первенства выполнения этой сверх трудной задачи. Завязался спор между мужчинами.

— Я пойду! — громко и твердо сказала Алесия. — Он меня никак не ждет. Скажем честно, вы все должны понимать, что только у меня есть шанс пробраться в замок.

— Тут надо подумать.

Мермак сидел в кабинете и размышлял:

— Мы усилили кривизну Призмы до 40 процентов. Эффект впечатляет. Люди уже готовы на все ради денег, власти, удовольствий. Мать родную готовы продать, близких ограбить, убить. Но нам нужны рабы, а не убийцы. Поэтому нужно полностью овладеть сознанием толпы. Первые пробные зомбирования в сети дали неплохие результаты, но нестабильные. Семь человек оказались в психиатрической лечебнице, а двое совсем не поддались зомбированию. Поэтому и нужно увеличение искривления. Полное, безвозвратное изменение идеалов, моральных норм, истин. Это мы сделаем. Но есть еще одна проблема. Сон. Мы по-прежнему так мало знаем об этом явлении. Что происходит, когда человек спит, может ли произойти процесс рецессии во сне. Некоторые считают, что сон это четвертое измерение и что там происходит некая жизнь. Видимо предстоит поход и туда. Планируется создание оборудования для проникновения в мир сновидений. Но это в перспективе, пока на уровне идеи.

Время шло к полуночи. Мермак снял галстук, налил себе виски и прикурил сигару:

«С этой работой я лишаю себя многих удовольствий. Это мне не нравится. Указы Магмора все время держат меня в напряжении. И вот когда работа уже близится к концу, он куда-то пропал. Придется кого-то отправлять на контакт с магом». Мермак с отвращением вспомнил гризмулей и поежился: «Ну ничего, еще немного и все будет закончено. Тогда они с Магмором будут править миром. Недаром как-то Магмор заметил, что они похожи. Еще этот волшебник. Никак не удается пока его найти. Хотя это уже вопрос времени. Кольцо сжимается. Дрогбас обещал найти их к концу месяца. У него во всех странах свои люди в правительстве. Хотя что удивляться, с такими деньгами, что я им выделяю, праведника можно было бы купить. Уже поздно. Жаль, что я отослал секретаря. Расслабляющий массаж был бы кстати». Мысли Мермак стали путаться, голова отяжелела, он зевнул и направился в скрытую комнату, где он отдыхал иногда после затянувшейся работы.

Венгард и Милегра сидели в комнате и увлеченно вязали узлы на веревках.

— А если Узел бунтовщика соединить с Узлом ветра, что получится из этой комбинации? — спросил Веня у Милы.

— Мне кажется какое-то стихийное брожение. Может быть драка или сильная ссора, опасно пробовать, — улыбнулась она. — А если связать две веревки Узлами любви, то люди полюбят друг друга, а если соединить Узлы судьбы, то навечно свяжут свои жизни. Во всяком случае, пока веревки связаны. Еще я узнала, что если во время боя развязать Узел вражеской атаки, то строй врага рушится, а если добавить Узел страха, то и в панике побежит прочь. Это так называемая боевая магия. А есть еще магия любви, природы, запрещающая, разрушительная, созидающая и много других магий Узелков. И у каждой был свой магистр и свои Посвященные. Только знающий, посвященный человек мог безвредно для себя соединять Узелки. А непосвященный мог в конце концов все испортить и навредить себе. Вот что я прочитала из бабушкиных книг. Вроде бы сейчас уже нет Мастеров Узелков. Хотя, кто знает, — Милегра, явно воодушевленная рассказом, немного раскраснелась, щеки ее разрумянились, она показывала неплохие знания и интерес по теме Узелков.

— Слушай, как это интересно. Я очень увлекся. Ты думаешь, если мы будем вязать Узелки, то можем навредить кому-то или себе?

— Нет. Узелки должны укрепляться мыслью, пожеланием. Бессмысленное вязание узелков ни к чему не приведет.

— Ясно. В этом обучении нет практических занятий, — улыбнулся Венгард.

— Это все настолько серьезно, что мы даже не представим всю глубину силы Магии Узелков. Мне бабушка говорила об этом. Она много знает об Узелках, но неохотно мне рассказывает. Я подозреваю, что она больше знает о них. Не помню, говорила тебе, что я только один раз использовала силу Узелка, потом сильно болела. Меня бабушка, знаешь, как ругала из-за этого. Говорила, баловать этим нельзя. Магические Узелки особым образом связывают разные измерения, энергии, тонкие миры, судьбы людей. Каждый узел соединяет свои составляющие. Узлы способны соединять и изменять настроение, оказывать психоэмоциональное воздействие. Этот мир настолько сложен и многообразен, что непосвященному его не понять. Я ощущаю какую-то неведомую тягу к Узелкам.

— Давай попросим твою бабушку научить нас, — сказал Венгард.

— Вряд ли она согласится. Мне кажется, после смерти моих родителей она не занимается этим, — с некоторой грустью сказала Мила.

Глава 3

— Входим во владения магов. Чтобы не попасться на глаза, пойдем к через пустыню Нуле. Потеряем два дня, но зато ни маги, ни их прислужники там вряд ли попадутся. Да и ворота со стороны пустыни охраняются слабее. Правда, опасностей в песках не меньше. Пустыня полна золомеями — огромными змееподобными чудищами с головой крокодила. Если они нам попадутся, то нам не поздоровится. Но прямой путь еще опаснее, — сказал Главный волшебник.

Росвен возглавлял отряд. Только он знал все тайные тропы в Волшебном мире. Проводник замыкал цепь.

— Помню, отец мне рассказывал про этих змей-чудищ. В пасти у них восемьсот ядовитых зубов-бритв и одного укуса достаточно, чтобы убить с десяток человек. А ударом хвоста они способны убить верблюда, когда нападает. Охотятся они группами, загоняя жертву в круг. Я один раз видел их — неприятное зрелище. — Ратибор, видимо что-то вспомнив, поморщился.

— Да и волшебству они не подвластны. Маги пытались их приручить, но ничего не вышло. — подтвердил Росвен.

— Я год жил в пустыне, где много-много змей. С ними шутки плохи. К путешествию по пустыне нужно подготовиться. Идти нужно не торопясь, не разговаривая, экономить силы, — сказал Велимир Андреевич.

К концу дня друзья развели костер и уселись перекусить. С наступлением темноты резко похолодало и принцесса Алесия, жалась к костру, поеживаясь. Проводник достал из сумки свою куртку и протянул принцессе.

— Возьмите, она теплая.

— А как же Вы?

— Я привык. Вам нужнее.

— Спасибо. Ратибор, раз мы друзья перейдем на «ты». Мы же почти одного возраста.

— С удовольствием Ваше Величество, — до того хмурое лицо Ратибора смягчилось и он, совсем еще по детски, улыбнулся.

— Нет королевства, нет и величества, — грустно отозвалась Принцесса. — Я и раньше не любила церемоний. В детстве, когда я бывало загоржусь, что я принцесса, мама меня быстро приструнивала. Она говорила, что мы такие же феи как все. Просто первые среди равных. Я и играла всегда с дворовыми детьми, да с маленькими феями.

— А мне не с кем было играть. Мы жили в лесу, в горах, всегда одни. И мои друзья были всякие зверушки, да деревья, — Проводник наклонился, поднял веточку и принялся ее чертить разнообразные фигурки на земле.

— Трудно тебе было.

— Я привык. Может быть поэтому я люблю одиночество. Сижу так вечерами, разговариваю с единственным моим другом, Акинаком. Ты не удивляйся мы и правда разговаривали раньше. Я ему что ни будь говорю, а он мне в ответ сияет, словно отвечает. То сильнее, то слабее светился. Только сейчас он все время молчит, не разговаривает, мрачный все время. Магмор заколдовал все волшебные предметы. И как только твой плащ-невидимка работает?

— Это потому что он волшебство не создает, он сам волшебный.

— О чем молодежь разговариваем? — к ним незаметно подошли В.А. и Росвен.

— Да мы… — тут вдруг глаза Принцессы округлились в ужасе. Все повернулись в сторону куда смотрела Принцесса. Совсем рядом, из темноты, с двухметровой высоты на них смотрели два крокодильих глаза. Со всех сторон послышалось потрескивающее посвистывание. Их окружали золомеи.

Проводник вскочил, закрывая Принцессу, выхватил меч. Росвен и В.А. прижались к костру. Посох волшебника остался чуть в стороне. Кольцо вокруг друзей сжималось. Восемь чудовищ приближалось к ним. Путей к отступлению не оставалось. Золомеи затрещали сильнее, словно гипнотизировали свои жертвы. Они готовились к броску. Оставались мгновения на принятие решения. В этот момент В.А. резко вышел вперед и необычно засвистел, мерно двигая руками. Золомеи остановились, еще выше поднялись на своих змеиных туловищах, затрещали и как по команде развернулись. Через секунду их уже не было видно, словно это был мираж или приснившийся дурной сон. Минуту стояла тишина, друзья не могли выйти из гипнотического оцепенения. Первым очнулся Росвен.

— Чудеса! Что вы сделали с ними? Я уже думал, все, конец нам.

— Правда, что произошло? Хотел перед смертью хоть парочку этих мерзких тварей зарубить, — радостно подхватил Ратибор.

— Да… — только и смогла вымолвить, еще не пришедшая в себя Принцесса.

— Струхнул вначале маненько. Больно страшны показались, потом взял себя в руки. Я же говорил, что жил год в пустыне у заклинателя змей. Кое в чем поднаторел у него, кое какие тайны узнал. Я думаю, они не придут больше. Тоже ведь змеи оказались, — В.А. скромно так переминался с ноги на ногу, словно и не был героем момента.

— Спасибо, что спас нас, друг, — пожал руку Велимиру Андреевичу Главный волшебник. А Принцесса без церемоний бросилась В.А. на шею и расцеловала его.

— Удивили Вы нас. Спасибо. — Ратибор искренне поблагодарил профессора.

— Ну ладно-ладно. А теперь нужно отдохнуть, главные опасности впереди. — В.А. было приятно спасти своих друзей, но как человек скромный он стеснялся таких проявлений благодарности.

— Я подежурю у костра, а вы отдыхайте. — предложил Ратибор.

— Легко сказать отдыхайте, после такого ужаса… — пожаловалась Алесия.

— А мне показалось, так мимолетно все пронеслось, что как будто приснилось все. — Ратибор подкинул веток в костер, и искры от него разлетелись в разные стороны сотнями огоньков.

— Нужно успокоиться и отдохнуть. Велимир Андреевич прав, главные опасности впереди и нам нужно встретить их во всеоружии, отдохнувшими и бодрыми, полными сил, — Росвен встал на колени и принялся медитировать. Затем приведя свои чувства и эмоции в равновесие, достал свою тетрадочку и записал несколько родившихся у него строк, затем на минуту задумался и отложил перо. На него накатила волна душевной грусти и воспоминаний. Он погрузился в мир былого, беспокойного, но счастливого. Алесия и Велимир Андреевич уже отдыхали, только Проводник сидел у костра, по-прежнему задумчиво чертил на земле какие-то рисунки. Отблески костра играли на его молодом, но мужественном лице. Росвен смотрел на них и радовался. Нужен он еще на этой земле, есть за кого бороться.

Магмор и три приближенных мага — Магпер, Магнук и Магкур, сидели в его кабинете и живо беседовали.

— Магпер поедет в королевство фей моим наместником, Магнук — в земли эльфов, а Магкур — к гномам. Земли волшебников я буду контролировать лично. Остальные пусть пришлют старейшин, а наши слуги, орки, тролли, гоблины, кирмокеры и прочие, пусть пришлют своих главарей. Нужно еще разобраться с горными великанами и сопротивлением эльфов и фей. С этим вы разберетесь. Почему-то нет вестей от Галмура и посыльного гризмуля. Мне это не нравится. Вся работа должна быть четко организована. Для связи со мной используйте посыльных через порталы. Все ростки недовольства душить в корне.

— Что делать с пойманными бунтовщиками? — поинтересовался самый старый маг Магпер.

— Казнить на месте. В связи с наложенными мною магическими заклинаниями ваша магическая сила будет также минимальной. Поэтому по всем серьезным вопросам обращайтесь ко мне. Я же отражаю волю владыки кромешного мира. Он же сообщил мне, что Волшебный и Земной миры должен накрыть кромешный мрак. И тогда владыка явит себя во всей силе и мощи. Слава владыке кромешного мира!

— Слава! — одновременно воскликнули маги.

— Система жизнедеятельности вверенных вам территорий должна быть предельно простой. Разгул преступности, крушение всех традиционных взглядов и мнений, разврат, несправедливость. Болтают пусть что хотят. Соглядатаи пусть выявляют недовольных властью и мной. Недовольных — в застенки, незаметно. Поборы увеличить в три раза, открыть побольше трактиров. И побольше арлекинов. Пусть чернь развлекается после работы. И чтобы им больше ничего не надо было. Отряды надсмотрщиков содержать за счет черни. Наймите кого-нибудь, чтобы на площадях, рынках, в деревнях, ругали старые порядки, волшебников, фей, Росвена. Найдите какие-нибудь недочеты в правлении волшебников и раздувайте побольше, а наши достоинства выпячивайте. В общем не мне вас учить. Объявите награду за поимку Главного волшебника или за информацию о его местонахождении. Ничего нового не строить, пусть все разрушается. Храм Света пока не сносить, просто заколотить, мы его будем использовать в своих нуждах. Властелину нужен хаос, но при видимости законности. И тогда тьма укоренится в умах необратимо.

— Но как же мы будем жить? Ведь и нам придет конец. Это же самоуничтожение, — робко спросил Магнук.

— Молчать! Мы должны выполнять приказы кромешных! — истерично закричал Магмор. — Хочешь превратиться в лягушку?!

— Нет, повелитель. — испуганно пробормотал Магнук. — Я все сделаю, как прикажете.

— Ладно. Повелителем при народе меня не называйте. Пусть народ Волшебного мира думает, что я несу им свободу. А теперь за дело. Завтра же жду от вас первых отчетов, — Главный маг встал. — А мне пора общаться с владыкой.

Маги поспешили выйти из кабинета Магмор

— Скажите, Росвен, почему Свет посылает нам такие испытания? — В.А. приподнялся на локте. — Часто думаю об этом. Я ученый, пытаюсь найти ответы, объяснения, но не нахожу их.

— Все имеет смысл в этом мире, кроме зверств. В час испытания проявляется человек. Сильный должен быть сильным, верующий — верить. Судьба ведет нас по жизни. Свобода выбора дана нам в час испытаний. И в этот час — его главный выбор в жизни. Ученый, жрец, воин, ремесленник или землепашец — у каждого свой выбор, своя доля, своя задача.

Меч воина — его все. От меча зависит не только жизнь воина, но меч и есть сама его жизнь. Он должен уважать и ценить его. Мудрость философа — его жизнь. Навыки ремесленника — его жизнь. От его умения зависит пропитание. Земля — жизнь земледельца. Власть — жизнь властителя. Каждому свое. Кто осудит их за это? Осуждают не за предназначение. Осуждают людей. За их поступки, дела, мысли. Дорогу осилит идущий. Куда? Вперед. Все относительно. Свет — абсолютен. К Свету. Идущий в обратную сторону, убивает себя. Следи за Знаками. Если Знаки говорят тебе — следуй им. Не перечь, не бойся. Страх, похоть, удовольствия. Способен ли человек с ними бороться? Кто самый сильный человек в Земном мире — кто верит в Свет.

Каждому уготована своя судьба. Один раз выбираем мы свой Путь. Топчется ли на месте, идет вперед или назад. А может быть в сторону. Путей великое множество, но лишь две конечные точки в нашей реальности — Свет и тьма. Тьма — это конец, Свет — начало. Катиться вниз легче, чем карабкаться наверх и идти вперед. Путь к Свету труден и тернист, он проходит в испытаниях. Легко говорить, что ты со светом, лежа на пуховых перинах, поедая калачи, при этом думая, как бы украсть у соседа чего-нибудь. Каждый в своей жизни сдает экзамены. Сейчас идет главный экзамен в наших мирах. Кого-то отчислят, а кто-то пройдет дальше. А как сдашь экзамен зависит от того, как к нему готовился. Павшие за Свет его уже сдали, а мы еще сдаем. У нас свой Путь, своя Судьба. И если суждено нашим мирам погибнуть, что ж. Но я сделаю все, чтобы отстоять свою землю, выполнить свое предназначение и исправить те ошибки, которые допустил. Не досмотрел, ошибся, не увидел — и вот многие мои товарищи погибли. Я не боюсь смерти. Мы живем больше, чем люди в Земном мире и миры наши в одном временном пространстве. Я буду сражаться до конца, это моя судьба, мой Знак. Смотрите, — Главный волшебник расстегнул свой плащ, на кафтане справа был вышит небольшой белый крест, в круге. — Это знак нашего рода со времен Ангелов Света. Издревле наш род был Главными волшебниками. Мы охраняем Свет, Свет наших Душ. В Земном мире немало защитников Света, но врагов стало гораздо больше. И мы тоже несем ответственность за Земной мир. В мире долго сохранялось равновесие и маги никогда не были слугами тьмы. Да, они всегда склонялись к магии, и черной магии тоже, но никогда не переходили черту. Почему это сделал Магмор? Возможно, это предстоит еще нам узнать. Ведь путь тьмы и путь зверя проходят рядом и между ними шаг, — Росвен взял свою волшебную котомку и достал оттуда четыре, дивной красоты, палочки. Все они были белого цвета, но сделаны из разных материалов: камня, дерева, кости и металла. На каждой из них были вырезаны или выгравированы какие-то рисунки и знаки. — Видите, это волшебные палочки. Им подвластны силы созидания, любви, защиты и приращения. Они созданы для Добра. И по — другому не могут. Не могут убить, разрушить, превратить. Они сейчас бездействуют, но даже если бы они сейчас работали, мы смогли бы только защищаться. Нам же для борьбы, нужно и другое волшебство и магия. Именно поэтому нам и нужна Книга заклинаний потустороннего мира. Я готов взять на себя ответственность на себя в этот час. Я верю, что зло можно победить только Добром. Но если потребуется, я готов стать Чистильщиком. В древние времена существовали Чистильщики, освобождающие мир от скверны, очищающие его. Мы давно отказались от их услуг, думали, что мир очистился окончательно. Но действительность постепенно вновь наполняла скверна, заволакивала тень. Мы не придавали этому значения. Возможно, мы что-то делали не так. — Росвен ненадолго задумался.

— Я долго искал Истину по свету. Искал ее и в этом мире, и в земном, среди старцев, монахов, шаманов, жрецов, знахарей и целителей. Все они сходятся в одном, что люди деградируют и уже не способны воспринять правильно получаемые знания. Знания, получаемые ими, в конечном итоге ведут человечество к гибели. Тьма вытесняет Свет. Все меньше родится чистых и светлых людей, просвещенных. И новые сокровенные знания, открываемые людям для добрых дел, используются ими и во зло. И Посвященные Земного мира решили скрывать сокровенные знания до лучших времен. Вот и я ищу смысл жизни в прошлом, в истории, — в глазах В.А. была какая-то глубинная грусть, — Но понял я и то, что каждый из нас мерило мира. И пока во мне есть хоть искра света — мир прекрасен!

— Согласен с Вами, Велимир Андреевич, — у Росвена вновь родились в голове строчки.

Пустыня. Кто-то скажет — страшное место. Миллиарды песчинок, раскаленные солнцем до плавления. Безжизненность и пустота. Пекло, похожее на адское, обезвоживающая жара и безбрежный песок до горизонта, в общем смерть. Но другой, скажет, пустыня — это красота, желтый, песчаный океан и караван в нем как корабль в море, преодолевающий барханы, как волны.

Наши путники уже два дня преодолевали этот песчаный океан. Усталые и измученные жарой, но твердые в своей решимости идти до конца.

— Еще немного друзья. Если не будем останавливаться, то к вечеру выйдем из пустыни. Остерегайтесь ядовитых варанов и змей. — Росвен попытался улыбнуться, чтобы хоть как-то поддержать остальных. Это не совсем удалось ему — улыбка получилась не совсем ободряющей.

Хуже всех выглядела Принцесса. Спекшиеся от зноя губы, тусклые от усталости и боли, голубые глаза. Но все равно, главным в них была твердость. Ни за что она не остановилась бы и не повернула назад. Росвен смотрел на нее и гордился — настоящая королева. Вода закончилась, пить хотелось нестерпимо, а идти еще несколько часов. В довершение ко всему начиналась песчаная буря. Песок попадал в глаза, уши, рот, мешал смотреть и дышать. С каждой минутой идти становилось все труднее. Любая остановка грозила обернуться мучительной смертью. Нужно было что-то делать. Росвен поднял вверх руку, призывая всех остановиться. Им нужна была помощь духа пустыни. Затем, ни говоря ни слова, он опустился на колени, головой в сторону юга и погрузился в транс. Духи пустыни редко помогали странникам, предпочитая не принимать чью либо сторону. Они выполняли свою задачу, а пустыня не любит быть добренькой. Но иногда делала исключения. Долгие, томительные минуты бушевала пустыня и вдруг стихла, появилось солнце, как будто и не было бури. Росвен нашел нужные слова. Дух пустыни услышал их и помог. Это был знак. Воодушевленные путники, обретшие даже не второе, а третье или четвертое дыхание, совершили рывок. И к вечеру показалась полоска зелени. Земля была рядом. Волшебник знал, что и вода недалеко. Силы окончательно покинули Принцессу и она потеряла сознание. Ее пришлось поочередно нести на плаще. Они дошли. За кустами, у подножия холма, бил родник. Вода была проладной. Холодной и живительной.

Путники долго не могли прийти в себя, обессиленные они лежали прямо возле воды и не могли пошевелиться. Первым подал голос профессор:

— Я целый год жил в пустыне, но в конце пути загрустил. Уже подумал, не дойдем. Чуть девочку не погубили.

— Мне уже лучше, я могу снова идти. — еле слышным голосом проговорила, пришедшая в себя, Алесия.

— Идти сейчас, я думаю, никто не сможет. Слишком трудным и опасным оказался переход. Нам всем нужно хорошо отдохнуть, а завтра с первыми лучами солнца мы должны выступить. Здесь, недалеко, есть маленькая деревенька. В ней живет мой старинный знакомый, Сатехариб. Он давно живет в землях магов. Рано потерял родителей и они взяли его, вырастили, дали земли. Он поставляет в замок овощи. Неплохой человек. Как-то давно я выручил его в одном деле. Он должен нам помочь. Деревня рядом с замком магов. Нам нужно все подготовить для дела.