Высшая правовая магическая академия. Оперативные будни

– Аларик? – удивленно протянула я.

– Привет! – отсалютовал мне мужчина, – Есть время? Тут кое-кто хочет с тобой пообщаться.

– Со мной?! – еще больше недоумевала я. – Кто?

– Благодарный за свое спасение человек, – улыбнулся он и поторопил меня. – Идем скорее, он ждет недалеко.

Я задумчиво покосилась на Храна, висевшего у меня на руках. Идти, не идти? С одной стороны, причин не доверять Аларику у меня нет. С другой, особых причин доверять тоже не вижу, мы ведь почти не знакомы. Но он все же страж, к тому же нас запомнил привратник, вряд ли я рискую. Но уж больно странную причину он выдумал, чтобы вытащить меня из академии. Ах, паранойя, паранойя, ты никогда не отпускаешь меня. И в то же время любопытство крепко держит за горло. Хран дернул головой, выражая такое же ярое любопытство и согласие.

– Ладно, только подруге вестника отправлю, чтобы не искала.

«Или чтобы потом знала, где искать», – добавила про себя.

– Подержи кота! – Я сунула в руки Аларику хранителя, чем последний был крайне недоволен, но я, честно говоря, только сегодня его помыла, а на дороге такая грязь. Оставлять же друга в академии не хотелось. Забежав в сторожку у ворот, попросила у привратника клочок бумаги. Быстро черкнула подруге, что ушла в город с Алариком, запечатала записку и послала вестника в сторону корпуса. Кивнула сама себе: «Вот теперь можно отправляться!» За то короткое время, что меня не было, хранитель со стражем успели найти общий язык. И вот уже кот занял свою любимую позицию, устроившись на плече великана (ну да, по сравнению с моими-то плечиками там есть где расположиться, даже придерживать не надо: и так не свалится, предатель этакий), а тот тем временем задумчиво чесал кошачий подбородок.

– Знаешь, у тебя странный кот, – протянул страж. – Я почти не чувствую в нем животное, да и взгляд у него какой-то слишком разумный.

Мы с Храном застыли.

– В каком смысле не чувствуете в нем животное? – стараясь сохранять спокойствие, спросила я.

– Я оборотень, поэтому всех животных чувствую, – широко улыбнулся мне Аларик и засмеялся, увидев мои широко распахнутые глаза: – Да не пугайся так, не трону.

– А я и не испугалась, – честно ответила я, – просто удивилась. Насколько я знаю, вы редкость для нашей империи.

– Да, это точно, – кивнул он, продолжая почесывать кота. – И обращайся ко мне на «ты». Мы же коллеги.

– Ладно, – смущенно кивнула я. Странно это, когда взрослый мужчина величает коллегой мелкую девчонку, но кто их знает, оборотней и стражей этих. Я потянула руки к коту, намереваясь забрать сию разумную, но крайне обнаглевшую животинку (оккупировал чужое плечо и доволен, что по лужам топать не придется).

– Да ладно, пусть сидит, – отмахнулся страж, – а то мне совестно будет на тебя смотреть. Ты такая вся маленькая и хрупкая, что вот-вот сломаешься под тяжестью этой зверюги.

Зверюга на его плече издевательски фыркнула.

«Ладно-ладно, мы с тобой вечером поговорим», – мысленно погрозила я коту.

– Так, куда мы идем? – спросила я, семеня за широким шагом стража по просторной аллее, заполненной небольшими лавками. Преимущественно, конечно, торгующими вещичками для учащихся: книгами, ингредиентами и даже кое-каким оружием.

– Уже почти на месте, специально договорились встретиться поближе к академии, чтобы далеко тебя не уводить.

– И кто же хочет меня видеть? – поинтересовалась я. – Я знаю этого человека?

– Номинально – да, – ухмыльнулся Рик. – А фактически ты ему жизнь спасла.

Похоже, я запуталась еще сильнее.

– А ты уверен, что ни с кем меня не перепутал? – нахмурилась я.

– Уверен, я даже лично присутствовал при моменте спасения.

Все, я окончательно заблудилась в его объяснениях. Может, не стоило с ним идти? Я даже начала замедлять ход, прикидывая, не удрать ли на соседнюю улицу, а оттуда в академию. Но тут страж остановился.

– Пришли, – кивнул он на домик с потрепанной табличкой «У дальней дороги».

Аларик приветственно распахнул дверь и я, решившись, зашла внутрь. Ничего особенного. Таверна как таверна. Гораздо меньше, чем та, где работаю я, но оно и понятно, там-то центр города, а тут окраина. Прямо напротив входа внушительная барная стойка, за которой лениво протирала стакан пухлая женщина, несколько небольших, но чистых столов. Парочка была занята, к одному из них меня и повел Аларик. Седой крепкий мужчина приветственно поднялся, завидев нас.

– Здравствуйте, Кастодия, я рад, что вы смогли прийти! – добрая улыбка осветила морщинистое лицо.

– Здравствуйте, – смущенно кивнула я, усаживаясь за столик напротив него. – Простите, но я не знаю вашего имени.

– Дарек Дирн.

– Дирн? – удивленно переспросила я. – Простите, не вы ли заместитель главы Гильдии охотников?

– Уже нет.

– Сочувствую… – Жалко, что человека вот так, ни за что ни про что, исключили из гильдии.

– Не стоит, – улыбнулся мне он. – Теперь я стал главой.

– А-а-а… тогда поздравляю, – запнулась я.

Но я-то здесь при чем?

– Кастодия, я хотел поблагодарить вас лично. Если бы не вы, сидеть бы мне сейчас в темнице за убийство лучшего друга. Не представлял, что Амалия способна на это, – сокрушено качал он головой. – Нет, мотивы ее понятны, она старалась ради сына. Мечтала, что парень будет руководить гильдией. Вот только он сам отказался от должности.

– Подождите, – приостановила я откровения охотника. – Я, конечно, сожалею, что ваш друг погиб, но почему вы меня благодарите?

В разговор вмешался Аларик:

– Касс, наши криминалисты не смогли выявить и половины того, что нашла ты, – сдал своих сослуживцев страж. – Они определили, что он действительно не мог быть отравлен аконитом, – и только. И предположили, что у погибшего были проблемы с сердцем, поэтому даже такая малая доза стала убийственной. Но дополнительный компонент в приправе, да и это твое растение, реагирующее на ссоры, в отчете указаны не были. Фактически всю оправдательную базу выдала тогда ты.

На этом месте я выпала из реальности, пытаясь припомнить все, что тогда происходило.

– Нет, – наконец сообразила я, – постойте. Уверена, магистр знал, что вы невиновны.

Аларик насмешливо фыркнул.

– О чем Бриар знал или догадывался, не известно никому, кроме самого магистра.

– В любом случае, – вернул нас в реальное время Дирн, – я хочу поблагодарить именно вас за возвращение мне свободы и честного имени.

– Да не стоит, – засмущалась я, – это же моя работа. Точнее… будущая работа.

– И вы, в отличие от нынешних специалистов, уже профессионально ее выполняете, – улыбался мне охотник. – Если вам когда-нибудь понадобиться помощь, двери моего дома и гильдии всегда открыты для вас. И вот еще…

Через миг мне на плечи опустилось что-то темное и пушистое. Я провела рукой по темному гладкому меху.

– Ой… это что?

– Скоро зима, холодно будет. А я по себе помню, немногие студенты могут позволить себе теплые меха. Я решил, что это вам пригодится больше всего! – И, не дав вставить ни слова, поднялся из-за стола. – А сейчас простите, мне пора. Благодарю еще раз, продолжайте так же усердно учиться, вы многого добьетесь.

– Подождите, – попыталась я остановить его, – я не могу принять…

Но он уже скрылся за дверью.

Аларик удовлетворенно улыбался. Я в шоке ощупывала мягкую шкурку. Потом, все еще пребывая в трансе, стянула с плеча и рассмотрела получше. Жилетка – удлиненная, с высоким горлышком, большим глубоким капюшоном, меховая, теплая-теплая. Знаю, я не совсем нормальный человек, потому что главная мысль, которую я и не преминула озвучить, была:

– Я что, настолько жалко выгляжу?

Раздался громовой хохот стража.

– Я серьезно, – пробубнила я. – Меня скоро на улицах прохожие начнут подкармливать.

– Не обижайся, он же от души, – наконец высказался Аларик. – Но ты и правда смотришься маленьким, бледным, больным ребенком. Хочется укутать в плед и выдать огромную кружку чего-нибудь горячего. Вот гляжу на тебя и вижу, как моя младшенькая болела недавно.

Забыв снова обидеться, я заинтересовалась:

– У тебя есть дети?

– Трое, – гордо улыбнулся он. – Старшему сыну двенадцать, среднему – семь, а малышке – пять недавно исполнилось. Надо будет тебя с ними познакомить, – широко улыбнулся он. – А особенно с моей женой, вот Лира за тебя возьмется, приведет в божеский вид.

Я только фыркнула на это заявление. Даже странно, как быстро он перешел для меня в разряд друзей. Правильно говорят, наглость – второе счастье. Они с Риной, пожалуй, только за счет этого самого счастья и еще бесконечного дружелюбия сумели пробраться за стену моего отчуждения.

– А можно нескромный вопрос, – решилась я. – Сколько тебе лет?

– Ты все-таки вознамерилась выставить меня стариком, – притворно нахмурился он.

– И все-таки? – не отступала я.

– Сорок три, – широко улыбнулся Аларик.

– А не скажешь, – стала приглядываться я, – я тебе действительно в дочери гожусь.

– Еще бы. И боюсь тебя расстроить, но ты маг и в моем возрасте будешь выглядеть как ребенок. Правда, Кастодия, – посерьезнел он. – Учеба – это похвально, но ты уже явно обогнала свой курс. Дай себе отдохнуть.

Я уже собиралась возмутиться, но в окно впорхнул вестник и опустился прямо перед Риком. Он быстро развернул листок, пробежался глазами и оценивающе взглянул на меня.

– Не хочешь поработать по специальности? Ну так, в качестве практики, – хитро прищурился страж.

– А что?

– У нас тут самоубийство, а я сегодня дежурный. Прогуляемся?

Я задумалась. Ведь все равно заняться нечем! Хотя… Вспомнилось предупреждение магистра.

– Храна не брошу, – потянула я за ухо мирно дремавшего на моих коленях друга. – А с ним меня не пустят.

Оборотень внимательно взглянул на лениво лежащего кота.

– Оставим в соседней комнате, – решил он и поднялся. – Давай, натягивай свой меховой подарок, а то прохладно, и идем.

… – Эх, зря тебя с собой потащил, – пробормотал Аларик, рассматривая представшую перед нами картину смерти. А картинка ведь правда та еще. Белая ванна, до края наполненная кроваво-красной водой, и молоденький парень в ней. Бледные руки с длинными продольными порезами, свисающие до пола, и темно бордовые лужи под ними. Типичное самоубийство.

– Не переживай, – спокойно пожала я плечами. – Мы в анатомичках и не такое видели. Вот только подарок пачкать не хочется, – печально вздохнула я.

– Давай сюда, – протянул он руку. – Пока к родственникам, а ты, если желание не пропало, можешь осмотреть нашего клиента. Экспертов на самоубийства, к сожалению, не приглашают, так что он твой, делай что хочешь.

Страж забрал мех и вышел, оставляя меня наедине с покойным.

«До некромантов нам, конечно, далеко, но и мы люди не брезгливые», – решилась я и приступила. Уже через пятнадцать минут я выскочила из ванной и затащила внутрь Аларика, чтобы сообщить не самые радостные новости.

– Это не самоубийство, – зашипела я, стоило закрыться двери.

Страж заметно помрачнел.

– Рассказывай, что ты там нашла, – вздохнул он.

Я кинулась к телу и, подняв руку, подозвала оборотня.

– Смотри, – указала я на скрюченные пальцы. – Предсмертные судороги. Мышцы застыли в том положении, в котором были в момент смерти. Погляди, под ногтями следы крови и частицы кожи, но у него самого на руках, кроме порезов, никаких повреждений больше нет.

– И что? – непонимающе нахмурился мужчина.

– Дай сюда руки, – решила я показать на примере.

Он послушался, и я вцепилась ногтями в сгиб у его локтя.

– Теперь понимаешь? – отпустила его я. – Его кто-то удерживал, а он боролся. Вплоть до того, как умер, иначе бы пальцы расслабились. И еще угол, под которым идут порезы! – Я перевернула руку жертвы ладонью вверх и провела вдоль длинной кровавой полосы. – Если бы он сам себе резал вены, линии порезов уходили бы вовнутрь. А теперь гляди! – я схватила вторую руку покойного и сложила их вместе, показывая две жуткие раны.

– Расходятся наружу, – задумчиво произнес он.

– Вот именно, – кивнула я, оставляя вторую руку и снова прощупывая края пореза на первой. – Слишком четкий, я бы сказала. Кто бы его ни сделал, руки у него не дрожали.

Я дошла пальцами до локтя. А вот это совсем не есть хорошо. Еще раз проверила весь локтевой сгиб, как можно сильнее надавливая на кожу, все больше пачкая руки в крови. Поняв, что не ошиблась, судорожно схватила вторую руку. То же самое!!!

– Что еще? – напряженно следил Рик за моими манипуляциями.

– Рик, это он, – прошептала я. – Снова он!

– Кто он?

– Не кто, что! У него под кожей, прямо на локтевом сгибе сгусток крови в тканях. А знаешь, что это значит?

– Да говори уже!

– Если бы не эти раны, на руках парня мы бы видели по черно-фиолетовому цветку лотоса.