Истина (СИ)

Мои глаза обожгло огнем, но я не собиралась говорить ему «заткнись», потому что я знала — это не приведет ни к чему хорошему. Кэри Хейл где-то спрячется от меня, и от других людей, и, пожалуй, шанс снова поговорить с ним мне не скоро представится.

— Так это… это все, что ты можешь сказать?

— Только не плачь, — жестко предупредил он.

Я и не собиралась. Точно не здесь.

— Ты пришел в школу к Серене? Это она сказала мне, что ты солгал. Сказала, что ты не все мне рассказал той ночью, и это Серена предупредила меня что не все кажется таким каким я это вижу.

— Серена лжет.

Я рассмеялась, из глаз брызнули слезы.

— Ты слишком часто повторяешь это, Кэри Хейл, и теперь, мне кажется, единственный человек, что говорит мне правду, это Серена. Может, мне пойти к ней, прямо сейчас и задать вопросы, которые задала тебе? Я почти уверена, что она ответит на них, не утаивая от меня ничего!

Я схватилась за ручку двери, но рука Кэри Хейла вдруг оказалась на моей талии, а в следующую секунду я стою пригвожденная к стеллажу с чистящими средствами, испытывая шок и беспокойство. Кэри Хейл наклонился ко мне, так, что наши лица оказались на одном уровне, но даже не моргнула, несмотря на то, что я здорово испугалась.

— Не смей приближаться к Серене. Не говори с ней. Не слушай, что она говорит.

Я уже представила, как его тонкие, красивые пальцы смыкаются на моем горле и сдавливают, перекрывая путь кислорода к легким.

— Избегай ее, Энджел, — прошептал Кэри Хейл.

Мой пульс был учащенным, наверное, в три раза, но я сделала надменный вид:

— Почему? Боишься, что она скажет мне правду? О том, что случилось той ночью?.. могу поклясться, что она знает очень много.

Кэри Хейл выпрямился и на уровне моих глаз оказалась его грудь; он сделал ко мне шаг, что нас разделял, и прошептал мне в волосы:

— Ее тебе нужно бояться по-настоящему. Она может сделать с тобой все, что пожелает, а меня даже не будет рядом, чтобы защитить тебя, Энджел. — Я слышала, что он говорил. Я видела, как поднимается и опускается его грудь, но я не могла понять, о чем он говорит.

Меня не будет рядом чтобы защитить тебя.

И что это значит?

Я не хочу, чтобы меня вновь ввели в заблуждение.

— Почему ты должен защищать меня, если ты хотел убить меня, Кэри?

Из его груди вырвался смешок, словно я удачно пошутила. Я хотела прямо сейчас, схватить его за талию, и обнять. Мне нужно было чтобы рядом был кто-то родной, кто знает обо мне все, и даже больше. Мне все равно что Кэри Хейл болен — я тоже не совсем здорова. Я хочу, чтобы он продолжал заботиться обо мне…

Но я не шевелилась, а Кэри Хейл отступил:

— Это еще один вопрос на который ты собираешься найти ответ Энджел, не так ли? — Он протянул руку и вытер слезинку с моей щеки.

— Ты больше никогда не увидишь меня, — с любовью произнес он. — Ты права, неприятности у тебя начались именно тогда, когда ты встретила меня. Ты, наверное, думаешь, лучше бы этого никогда не происходило, тогда было бы легче. Все верно. Я больше не возникну из ниоткуда, и больше не спасу тебя. Держись подальше от Серены, и не верь ни единому ее слову. Она лжет.

Сказав эти слова, он вышел из чулана, и отправился в сторону моста. Дверь осталась открыта, и я заметила, как несколько девушек из десятого класса пялятся на меня во все глаза. Одна даже достала телефон, наверное, для того, чтобы сделать снимок.

Я до сих пор не пришла в себя; все казалось каким-то нереальным.

Я не видела его целый год, и я пришла в школу, как в любой другой день, настроенная на то, что сегодня будет очередное мерзкое времяпрепровождение, которое мне просто нужно пережить, но я вновь увидела Кэри Хейла, и мой мир вновь перевернулся. Он сказал, чтобы я держалась от него, и от Серены подальше, что она лжет. Он сказал, что не будет меня больше защищать.

Что за черт?

Мысль о том, что я больше никогда не увижу этого парня, заставила мое сердце тревожно сжаться. Несколько секунд спустя, я мчалась по коридору, игнорируя смешки и удивленные взгляды в мою сторону.

Кэри Хейл уже был на мосту. Ветер шевелил его волосы, когда он шел, засунув руки в карманы; я быстро догнала его, и кажется, он не особо удивился мне:

— Снова ты?

— Решил огорошить меня признанием, и уйти?

— Каким признанием, Энджел? — он в недоумении остановился, хмурясь. — Боюсь, ты меня неправильно поняла. Я лишь сказал, что больше не смогу тебя защищать. Я собираюсь уехать в другую страну. Мой врач настоятельно мне рекомендует лечь в качественную клинику, чтобы контролировать приступы гнева и маниакальный синдром.

Чего? Что? Какие еще приступы гнева?

Прежде чем я успела что-то сказать, он добавил:

— На секунду задумайся, Энджел, что ты делаешь, сейчас. Ты бежишь за человеком, который похитил тебя, за человеком, который накачал тебя наркотиками, чтобы убить. — Он говорил это жестким тоном, но мне все казалось каким-то диким, безобразным розыгрышем. — Ты должна перестать доверять всем подряд.

— Ты не кто подряд! Ты мой друг! Ты… был рядом, когда мне требовалась помощь… — Я потерла виски. — Теперь, я точно уверена, что тебя заставили это сделать, как Тома. Он не хотел, но ему пришлось. Что тебе пообещали, если ты убьешь меня? Это какой-то ритуал, для вступления в секту?

Кэри Хейл рассмеялся, от его глаз пошли лучики морщинок.

— Ты точно сумасшедшая, Энджел, — он перестал смеяться, в ту же секунду став серьезным, мрачным Кэри Хейлом. — Я не впервые вижу жертву, которая продолжает преследовать своего мучителя.

— Заткнись!

Кэри Хейл снова засмеялся, словно я домашний зверек, который ведет себя необычно, и забавно.

— Это не смешно.

— Ты права. И теперь, раз мы все выяснили, я должен заняться своими, важными, делами, а ты должна помнить, что я сказал. Ты не должна говорить с Сереной, ты не должна делать вид, что знаешь ее. Для тебя она — мисс Хилл. Если она попробует обратиться к тебе не во время занятий, игнорируй ее, — четко давал мне указания Кэри Хейл. — Так будет лучше для всех нас. И держись от меня подальше, Энджел.

— Поздно, — отрезала я, демонстративно скрещивая руки на груди. — Я люблю тебя.

На его лице отразилась смесь жалости и сострадания.

— Я знаю. Мне жаль, что ты выбрала меня. Правда.

Глава 5

Меня отвергли. Нет, даже не так. Меня отверг парень, который хотел меня убить. Что может быть лучше?.. Теперь, у меня не осталось никаких сомнений, что у меня не все в порядке с головой. О чем я вообще думала, когда сказала ему о своих чувствах? О, и каким он выглядел самоуверенным, когда сказал, что знает. Неужели у меня на лице все написано? Он сказал: «я знаю», словно ничуть не сомневался в том, что мое признание правдивое. Неужели у него не закралось подозрений, что я сказала неправду? После того, что он со мной сделал, он еще ожидал, от меня искренних чувств? Черт, похоже на то, раз он сказал «я знаю». Нет. Самое ужасное не в том, что он сказал, что знает об этом. Хуже всего то, что он извинился за это. Он пожалел меня за то, что я влюбилась в него.

Я раздосадовано вздохнула.

Зачем я сказала это? Зачем я пошла за ним? Мне следовало сидеть на месте, когда я его увидела, и сделать вид, что этот человек мне не знаком. Так бы поступил нормальный человек. Нет, нормальный человек даже не стал находиться с преступником в одном помещении, а что сделала я? Я погналась за Кэри Хейлом, затащила его в чулан, где он мог преспокойно убить меня.

Я снова почувствовала себя идиоткой. Этот парень совсем меня запутал: он сказал, что теперь не сможет защищать меня. Но в то же время он признал, что он хотел убить меня. И он сказал мне не верить Серене. Но я должна с ней поговорить, потому что из них двоих я больше склонна верить Серене — она выглядит заинтересованной в том, чтобы я поняла, что случилось 25 декабря.

Наверное, когда она придет домой, Кэри Хейл тут же доложит ей о том, что я призналась ему. Стоп, они что, живут вместе? Я никогда не думала об этом раньше, но что, если да? Серена могла заставить Кэри Хейла переехать к ней. Лучше бы так, чем если бы это было его инициативой. Сейчас у меня в голове выстроилась схема их взаимоотношений. Серена — это лидер их преступной группировки. Она кто-то вроде главаря мафии, а Кэри Хейл ее помощник — он делает все, что она велит. Так же было с Томом и Евой.

Нет, это уже какой-то бред.

Черт, да что здесь вообще происходит?

— Скай, ты собираешься это доедать? — Эшли показала на ириску в стаканчике. Мы сидели столовой, и я была настолько поглощена своими внутренними терзаниями, что не слышала вокруг ничего, даже этого ужасного шума школьного кафе, который иногда преследует меня даже в кошмарах.

Я заметила, что Эшли смотрит на меня вопросительным взглядом. Этот взгляд на ее лице с тех самых пор, как я вернулась в кафе.

— Можешь забирать, — я пододвинула баночку к Эшли, и она тут же приказала мне выпрямить спину. Я выпрямилась. Мне хотелось спрятаться от всего мира, и я не могла дождаться, когда наконец закончится эта перемена. Я встретилась глазами с насмешливым взглядом Иэна, и поняла, о чем он думает: как только мы окажемся наедине он устроит допрос. Но, если его глаза улыбались, уголки его губ были опущены словно он сожалел о чем-то.

— Так с кем ты говорила? — Эшли спросила это в седьмой раз за пятнадцать минут.

— Ходила на встречу с принцем Уильямом.

Она со смешком отправила ложку ириски в рот. Потом предложила Иэну, но он отказался. На секунду я подумала о том, что, если бы Дженни была с нами, она решила бы заняться расследованием химии что происходит между Иэном и Эшли.

— Итак, что мы сегодня с тобой собираемся готовить? — Эшли выгребала остатки ириски стараясь не смотреть на меня. Иэн с раздражением поддержал ее волосы, чтобы не лезли на лицо. — Если конечно ты вернешься домой.

Я поежилась от этого слова: «домой». У меня больше нет дома. Есть лишь пустынное строение, где нет никого из тех людей, благодаря которым я чувствовала себя как дома.

Эшли вскинула голову и посмотрела на меня, и могу поспорить она знала, о чем я подумала.

— Так что?

— Я собираюсь остаться в библиотеке, подготовиться к английскому.

— Мм, — протянула кузина. Знаю, она поняла, что я лгу, но мне все равно. И пусть она больше не называет особняк Хардманов моим домом. — Значит, английский.

Иэн отвлекся на что-то, отвернулся от нас, и в это время, Эшли наклонилась мне и прошипела:

— Может хватит уже игнорировать меня?

Чего это она при Иэне прикидывается такой примерной? Можно подумать, он не знает, кто она на самом деле.

— Я тебя не игнорирую, Эшли. Просто я собираюсь провести время в библиотеке, раз уж меня настоятельно попросили взять пару выходных в кафе.

— Ты почти живешь в библиотеке, с тех пор как вернулась домой.

У меня в желудке свернулся комок отвращения к кузине.

Иэн перевел на Эшли взгляд:

— Прекрати говорить это, Эш.

— А что? — Эшли выпрямилась, откидывая длинные волосы назад, и скрещивая руки на груди. — Только так она придет в себя.

— Какое тебе дело до этого? — холодно осведомилась я. Иэн в смятении посмотрел на меня, но ничуть не удивился, потому, что мы с Эшли цапались постоянно. — Какое тебе дело, когда я приду в себя?

Эшли ядовито усмехнулась:

— Я хочу, чтобы ты вернулась к прежней жизни. И ты сделаешь это быстрее, если будешь жить дома. Теперь особняк твой дом. — Ее голос был жестким, и я начала догадываться, к чему она ведет. — Давай уже поскорее приходи в себя, потому что мы начинаем беспокоится.

Я горько усмехнулась.

— Так ты что, мстишь мне, Эшли? — Иэн с непониманием посмотрел на меня, но я знала, о чем говорю. Я знала свою кузину гораздо лучше, чем кто бы то ни было. Даже лучше ее матери, тети Энн. — Пытаешься отомстить мне за то, что я лезла не в свои дела, когда ты вернулась из Парижа? Хочешь показать мне, как ужасно ты себя чувствовала, когда я каждый день приходила к тебе в больницу, в надежде, что мои визиты помогут поскорее тебе вернуться к жизни?

Эшли вскинула брови, поджав губы. Я встала со своего места, хватая рюкзак:

— Знаешь, можешь не отвечать. Все написано на твоем лице.

Я закинула рюкзак на плечо, и зашагала вон из столовой, представляя, как Эшли смотрит мне в след. Она устроила этот скандал специально. Что ж, я думаю, она выбрала неправильный метод, для того, чтобы я пришла в себя. От ее гадского поведения мне лишь хочется ее придушить, а не вынырнуть в реальность, из мира в котором я живу.

Ненавижу.

Когда я брела по третьему этажу, меня догнал Иэн. Он забросил руку мне на плечо, словно мы с ним закадычные друзья, и я мрачно его предупредила:

— Только попробуй сказать, что Эшли имела в виду вовсе не то сказала, потому что я знаю ее гораздо лучше тебя. Поверь мне, она имела в виду именно то, и, если бы вокруг не было столько народу, она бы еще сверху добавила пару крутых словечек.

Мне показалось, или Иэн усмехнулся только что? Словно бы с нежностью. Словно Эшли ему действительно нравится. Я была бы не прочь, если бы Эшли и Иэн наконец начали встречаться, после всего, что пережила Эшли… стоп. Я же ее ненавижу.

— Чего тебе надо Иэн? — я остановилась перед дверью аудитории. Он был серьезным, и я засомневалась в том, что он мог улыбаться несколько секунд назад.

— Я хочу поговорить с тобой.

— Ну, говори, — великодушно разрешила я, переминаясь с ноги на ногу, и глядя за его плечо — проверяла, свободна ли моя парта в самом конце класса; мне не хотелось сидеть впереди, где каждый мог сверлить мне затылок зловещим взглядом.

— Это место не подходит для того, что я хочу тебе рассказать.

— Ты меня пугаешь, — буркнула я. Прозвучало как шутка, но я говорила серьезно. Я не люблю подобные разговоры — они ни к чему хорошему не приводят, особенно если с тобой хочет поговорить сын твоего психотерапевта. Что, если Иэн рылся в документах своей матери, и нашел там мой файл, а в файле, заключение врача, что я больна шизофренией, или еще чем похуже?..

Одна мысль хуже другой стали стучать молоточками беспокойства в моей голове.

— Не хочу тебя пугать, но думаю, тебе стоит бояться, — Иэн усугубил мою тревогу.

— Это связано с твоей мамой? — выпалила я, сжимая в руках лямку рюкзака. Я затаила дыхание, но судя по тому, как Иэн изумленно вытаращился это не имеет никакого отношения к его матери.

— Нет, это вовсе не связано с Рейчел. Это… другое. Но я не хочу пугать тебя раньше времени. Ты ведь сегодня работаешь в кафе, верно? В «Блунайт»?

— Нет, сегодня я работаю в тетином магазине на Роуд-стрит, так что… — это еще одна причина того, что я не хочу заявляться домой, и напоминать тете о нашем разговоре, где она снова думает, что мои галлюцинации, это состояние шока.

— О, — Иэн в смятении кивнул. — Тогда это будет даже проще, чем я думал. Я приду к тебе в магазин к семи часам, если ты не против.

— Конечно. — Я все еще не была уверена, что чувствую по поводу предстоящего вечера с Иэном.

Прозвенел звонок, и Иэн пропустил меня в класс.