Дверь. Сборник мистических рассказов (СИ)

Ремонт дома завершился в запланированные сроки. Виталий вполне уложился в выделенную для этого сумму, остались даже деньги на лишние премиальные рабочим. Когда приехал принимать работу и рассчитываться, даже поразился, как презентабельно выглядел теперь дом. И не подумаешь, что десять лет стоял без хозяев.

Славка, мастер, расписываясь за премиальные, только довольно хмыкнул в усы:

- За мышей доплата…

- Каких мышей? – удивился хозяин.

- Так шалят же, - парень обвел взглядом обозримое пространство первого этажа. – С вечера уходим, все инструменты в порядке оставляем. А наутро – разбросано. Не иначе, мыши в прятки играют. Или чем поживиться ищут.

- Норы были? – брезгливо осведомился Виталий, прикидывая, что неплохо бы вызвать специалистов перед приездом детей, пусть обработают все тут.

- Не-а, - Славка беспечно дернул плечами, - все заделано. Полы – еще век простоят, не проломятся, - залихватски отбил чечетку, так, что эхо разнесло стук по всему дому. – Сами не поймем, откуда. Ребята говорят, может у местных у кого ключи есть, балуют просто…

Ответ не успокоил Виталия. Что мыши, что местные – проблема оставалась нерешенной. Жена, теща и мама – женщины общительные, но вмешательства соседей в свою жизнь не потерпят.

- Заеду к риэлторше, может с прежним хозяином свяжусь, - решил мужчина. – Узнаю, что почем…

Славка не понял, при чем тут он, но кивнул. Пожали руки и расстались. Виталий пообещал, что если что, будет вызывать именно эту бригаду рабочих. Мастер знал, что «если что» - будет навряд ли…

Вика очень удивилась, когда Виталий нагрянул к ней в офис. В голову пришли мысли, что клиент нашел какие-то скрытые дефекты здания или, что вероятнее, сосед приходил еще, и своей излишней словоохотливостью нагнал страху. Женщина приготовилась защищать контракт, настаивать на больших неустойках и так далее. Но мужчина просто попросил телефон бывшего хозяина.

- Зачем он вам? – удивилась Вика.

- Строители говорят, что мыши одолевали во время ремонта.

- Мыши?

- Ну, - Виталий почесал затылок и усмехнулся. – Хотел спросить, при нем то - же самое было, или нет.

Женщина молча протянула визитку Хейфеца.

- Спасибо! – мужчина помахал клочком бумаги, словно прощаясь и ушел.

Риэлторша глубоко вздохнула и на пару минут откинулась на спинку стула. Потом взяла телефон и набрала номер еще одного бывшего клиента.

- Михаил Хонович? Это Вика, из риэлторской фирмы. У меня есть вопрос: в вашем доме были мыши?...

Хейфец уже ждал Виталия. Мужчины договорились встретиться в парке, недалеко от дома бывшего хозяина дома. Когда Виталий подошел, Михаил кормил уток, плавающих в небольшом пруду, бросая кусочки булки прямо с мостика, перекинутого с берега на берег.

- У вас вопросы ко мне? Что-то с коммуникациями? Или обнаружили задолженность?

- Нет-нет… Просто дело такое, - Виталию вдруг показалось смешным и очень незначительным, что из-за рассказа строителя он тут же рванулся наводить справки. – Я делал ремонт в доме, нанимал бригаду. Ребята серьезные, - для чего он говорил это Хейфецу? Но тот только, молча, кивал, внимательно слушая. – Так они говорят, в доме мыши. Но норок не видно, полы вроде крепкие, плинтуса новые. Может соседи шалят? Вы ключи не теряли?

Михаил серьезно посмотрел на собеседника, пожал плечами, и ответил, улыбнувшись краешками губ:

- Так поменяйте замки. Если честно, я и не помню, терял ли?

- Так-то так, - вдруг интуитивно Виталий исправил свое несколько глупое положение. – А кто такая Алиса? И почему вы сами не жили в доме?

Михаил побледнел. Размял в руках сразу все остатки булки и выбросил прожорливым птицам.

- Сядем на скамейку? Уже наболтали, да?... Этот дом мне от брата достался. Генрих жил там с женой, девочками, дочками восьми лет: Алисой и Лизой. Собрались уезжать. Генрих нашел работу хорошую. Заграница, отличные условия… Алиса и Лиза были близняшками. Только у Лизы с головой что-то. Молчала все время, ходила с мишкой игрушечным, не расставаясь. Жила в своем мире. Брат думал – за границей специалисты, может помогут ей… А Алиса девочка общительная, живая. Заартачилась, мол, не хочу уезжать. Там люди другие, друзей нет… Мол, останусь здесь. Ее как только не уговаривали – без толку. Буду, говорит, с бабушками жить. А какие бабушки? Наша мама еще молодой умерла. Нас тетка воспитывала. Сейчас живет, наконец, в свое удовольствие, вышла замуж. Старенькая уже… У Марты тоже мама не молодая, болеет. Хотели и ее потом к себе потихоньку перевезти. Со мной оставить Алису? Так у меня своя семья, дети уже взрослые и тогда были, в университете учились… Такое положение… А девочка упрямится! Генрих стукнул кулаком по столу, приказал вещи паковать. Алиса, видимо, попугать хотела. Ночью бежать собралась. В рюкзачок покидала пару вещичек, футболки там, трусики, носочки – что ребенок собрать может. А двери на ночь закрывали. Так она – через окно. Прыгнула неудачно. Ее утром в траве нашли. Шею свернула… Такая история… Отъезд отложили. Похороны там, поминки. Марта вообще безутешна была… А Лиза, видимо, от потрясения, заговорила. Но мишку так и таскала за собой.

- Но потом все-таки уехали? – Виталию стало почему-то очень неудобно, что ненароком всколыхнул тяжелые воспоминания.

- Уехали… - Михаил вздохнул и отвернулся в сторону, были видны только вздрагивающие плечи. – Чуть из города выехали – под фуру угодили. Машина всмятку. Автогенами вырезали…

- Оп-па! – у мужчины даже дыхание перехватило. Сразу стало понятно, почему дом был не люб прежнему хозяину, почему не хотелось в нем наводить свои порядки, свой уют, ночевать. – Вы извините меня! – как можно искреннее попросил он.

- Ничего. Будьте счастливы, - Михаил поднялся со скамьи и пошел прочь ссутулившись.

Виталий смотрел ему вслед, пока глаза не зарезало, мысленно проклиная свою мнительность, соседа с недомолвками, Вику – риэлторшу – наверняка же все знала, а промолчала.

Жене и детям дом понравился. Гомон стоял такой, что хоть уши затыкай. Мама с тещей только переглянулись, видимо, переваривая впечатление от увиденного. Впрочем, у них и времени толком не было высказывать свои впечатления: помогли с переездом, разложили вещи по местам, и тут же уехали в город.

Впереди были выходные. Виталий предвкушал, что приятные. Женя благосклонно на него посматривала. Дети набегаются так, что заснут с курами, поэтому можно рассчитывать на романтический вечер.

Однако человек предполагает, а Бог располагает. Едва сели ужинать, позвонил Серега с работы, срочно вызвал на какую-то незапланированную «планерку».

- К черту! – возмущался Виталий. – У меня законный выходной!

- Ты больно не возбухай, - урезонивал Сергей. – Наш Лексей Вовкович собрался новый филиал открывать. Ищет директора. Или ты не в курсах со своим ремонтом?

- В курсе, - недовольно пробормотал мужчина. – Сейчас, доем и приеду! Он бы еще в десять вечера всех собрать надумал…

- Он, сам себе барин. Говорит, захочу, соберу в полночь, если бессонница замучает.

Виталий угрюмо взглянул на жену. Та, все понимая, грустно собирала тарелки.

- Ты езжай. Ночуй дома. Мы сами тут.

- На новом месте? – мужчина любил Женю в эти минуты, как никогда.

- А что? Почитаю, погуляю в саду. Дети рано сегодня заснут… А меня новое место никогда не пугало, - женщина улыбнулась. – Вот станешь директором, будешь прямо здесь совещания проводить!

- Твоими бы устами…, - Виталий немного успокоился. – Ладно, поеду! Если продержит до десяти, сюда вернусь.

- Ладно, позвонишь…

Алексей Владимирович был многословен и нетороплив. В полночь ехать на дачу смысла не было, да и опасно, можно было и нарваться. Виталий заночевал дома, соскочил в семь утра и тут же поехал за город. Душу томило тревожное ожидание: как поспали на новом месте.

Он сам-то ночевал там накануне. Поспал очень даже крепко. Но ему редко выдавались бессонные часы, здоровый организм сбоев не доставлял. Снилось, конечно, что-то тягостно-мутное. Но это, вероятно, после разговора с Хейфецом. Тем более, содержания сна Виталий не помнил уже через минуту после пробуждения, поэтому мог только строить предположения.

Когда в нетерпеливом возбуждении ворвался на кухню, Женя уже готовила завтрак.

- Как дела? Как спали? – начал с вопросов Виталий.

- Нормально, - жена улыбнулась, но мужчине показалось, что у нее слегка дрожат руки. – Дети недавно проснулись. Уже убежали в бадминтон играть. Я на тебя тоже яичницу готовлю? Или салатом обойдешься?

- Ага. – Виталий прошелся по кухне, заглядывая во все углы.

Жена удивленно следила за ним.

- Что-то ищешь?

- Мышей не было?

Женя выронила нож и в немом изумлении уставилась на него.

- Мужик придет, - кивнул мужчина, пытаясь шуткой разрядить обстановку.

- Тут есть мыши? – женщина была в таком взвинченном состоянии, что любой посторонний шорох, и она бы с ловкостью кошки запрыгнула на стол.

- Нет, - как само собой ответил муж. – А с ножами поаккуратнее, нам лишние гости не нужны.

Женя, принявшаяся было снова за готовку, отложила нож в сторону.

- Уже был один сосед. Говорил что-то странное, я не разобрала толком…

- Коренастый такой, плотненький? Глаза с прищуром? Говорил, позовите, если что?

- Ну да.

- Он и ко мне подходил, - Виталий сунул в рот веточку салата с кружочком колбасы. – Не обращай внимания. Местные достопримечательности… Мы люди новые. Вот и интересуются, так сказать…

Жена заметно успокоилась. Через несколько минут прибежали голодные дети. Завтрак прошел, как всегда, в веселых разговорах. Виталий пересказывал последние новости с работы. Женя радовалась возможности продвижения мужа по службе. Наташка с Сашкой дружно спорили о чем-то своем, попеременке получая тычки под столом друг от друга и от родителей. Но мужчина понимал каким-то внутренним чутьем, что утренняя тема не закончена, что жена еще вернется к ней.

Так и случилось. Когда дети опять убежали играть, а взрослые принялись дружно убирать со стола.

- Мне сон сегодня такой странный снился, - начала Женя. – Будто я не сплю, а словно парю над всем домом. Знаешь, летаю. Или скорее, хожу по воздуху. Вдруг вижу, девочка ходит, лет семи-восьми на вид. Странная такая. Будто в сорочке ночной почти до пят. Волосы светлые распущенные. Идет по дому, по первому этажу, заглядывает везде, шкафы открывает. Я подхожу, спрашиваю, мол, кто ты, что здесь делаешь. Она говорит, ищу мишку, мол, мишку куда-то Алиса дела, найти его надо, или Алису позвать…

Едва женщина начала рассказывать свой сон, Виталий вспомнил, что снилось ему предыдущей ночью. Сны мужа и жены поразительно походили друг на друга, описание девочки, поведение ее. Не это ли заставило мужчину спешить на дачу с утра пораньше, потом искать следов пребывания ночной гостьи на кухне…

- Тут история такая…- Виталий даже не знал, как рассказать. – Я не хотел тебе рассказывать при детях, маме и теще… У этого дома история.

Женя всплеснула руками и осела на стул, будто предчувствуя что-то. Муж принялся подробно пересказывать историю, которую услышал от Хейфеца, про брата его, про девочек-близняшек – Алису и Лизу, про несчастный случай с одной из них, про трагическую гибель всей семьи. Потом поведал о встрече с соседом, накануне заключения договора купли-продажи.

- Но здесь же погибла Алиса? – задумалась жена. – А девочка, которая мне снилась, наоборот, искала Алису. Что-то не сходится…

- Да, нет. Сломала шею эта оторва. Хотела всех напугать, а сделала хуже и себе тоже. Я уверен, что правильно понял Михаила… - Виталий старался не зацикливаться на несоответствиях. – Не переспрашивать же его… И так чувствовал себя гестаповцем, после нашей встречи.

- Может еще с соседом поговорить? Мне кажется, что он не просто так помощь предлагает, - задумалась Евгения. – Он пришел, когда увидел, что я вышла на крыльцо. Знаешь, проснулась после увиденного, и поняла, что заснуть больше не получится. Встала, думала, погляжу на рассвет. А тут он, Сергей Саввыч… Я так испугалась, что он тоже начал про какую-то Алису говорить. Убежала в дом, как девчонка. Пряталась за занавеску, за стариком подглядывала.

- А он что?

- Ничего. Ушел сразу. Махнул рукой, и ушел… - женщина немного встревожено посмотрела на мужа. – Я не останусь здесь ночевать больше одна.

- Завтра у меня выходной. Со мной останешься? – Виталий успокаивающе гладил ее по макушке, было очень приятно, что жена доверчиво уткнулась ему в грудь, будто пряталась.

Сосед, Сергей Саввыч, не стал дожидаться, пока они сами придут, пожаловал снова – после обеда. Принес с собой папку «Дело», весьма толстую, надо сказать, и положил ее на стол, будто предлагая посмотреть, ознакомиться.

- Чаю налить, - предложила Женя, видя, что мужчины собираются «поиграть в гляделки».

- Налей, - согласился старик. – А ты, - кивнув на папку, - смотри, это чтобы вы не думали, что я выдумываю, или просто к вам пристаю.

Первым документом в папке лежала копия диплома об окончании циркового училища. Виталий усмехнулся, не понимая, зачем это здесь нужно. Сергей Саввыч покачал головой:

- Я заканчивал. Увлекся, понимаешь, фокусами всякими, телекинезом, чтением мыслей, гипнозом. Поступил, обучился… А потом – ты дальше гляди – передумал, поступил в университет, на психиатра. Так всю жизнь и проработал в клинике для душевнобольных. У нас здесь и такая есть. Знаменитая. Сюда больше всяких звезд привозят, или состоятельных. Всякое бывает, и у них крышу сносит…

Отложив копии документов об образовании в сторону, Виталий наткнулся на копию трудовой книжки – да, сосед был человеком обстоятельным: действительно, психиатрическая лечебница № такой-то, стаж больше 30 лет… Потом была копия выписки из истории болезни Хейфец Елизаветы Генриховны. Мужчина ничего не понял, диагноз был для него только набором непонятных слов.

- Она не лечилась в клинике, просто наблюдалась, стояла на учете, - пояснил Сергей Саввыч. – У Марты роды были тяжелыми. Лиза шла второй, повредилась сильнее. Не говорила ни с кем, ходила с игрушкой, дичилась.

Эти пояснения вполне соответствовали тому, что рассказал Михаил. Но следующий документ поразил Виталия: Алиса так же наблюдалась в клинике.

- Шизофрения, - пожал плечами сосед. – Почти не проявлялась. Этот диагноз у них наследственный. У Марты отец был шизофреником.

- Не пойму, зачем вы мне все это показываете, куда ведете? – Виталий быстро пролистнул документы в папке.

- Просто чтобы не считали меня чудиком. Привязался, мол… А я просто помочь хочу. Михаилу хотел помочь…

Сергей Саввыч выразительно глянул на мужчину, будто притянул глаза его. Виталий почувствовал, что оторваться от этого контакта никак нельзя. Его душа словно увязла в чьей-то чужой душе. Но духоты, удушливости навязанной воли не было. Наоборот, словно ветерком в жару повеяло. А на фоне этого вдруг всплыл голос соседа:

- Снился же сон вам? И тебе, и жене твоей? Про девочку?

Оглянувшись по сторонам в поисках Жени, и наконец, найдя ее за своей спиной, застывшей с чашкой чая в руках, мужчина кивнул.

… Ночь. Тишина. Только сверчки поют свои заунывные песенки, да ветер шебуршит ветвями деревьев.

Дом полон странных удлиненных теней. Сразу и не поймешь, что их породило: реальный предмет, или это виновато воспаленное воображение. Лунный свет перескакивает то туда, то сюда. В какой-то такой скачок освещенной оказывается большая лестница, ведущая из холла на второй этаж.

На самом верху замерла фигура девочки лет восьми. Она одета в длинную светлую ночную сорочку. Ее ноги босы. Волосы рассыпаны по плечам неприбранными локонами. На лице застыло выражение удивления и чего-то еще, что не поддается распознаванию. Девочка оглядывается по сторонам, будто картина дома, наполненного лунными тенями, для нее в новинку. Малышка выглядит только что проснувшейся. Разбуженной внезапно. Это состояние полусна наполняет ее движения загадочной вкрадчивостью, когда она начинает спускаться с лестницы.

- Алиса! – зовет девочка…

Эхо разносит ее крик во все уголки дома, многократно отражаясь в тишине. Но загадочная Алиса оставляет зов без ответа.