Помоги проекту - поделись книгой:
— Были кое-какие дела в городе. А потом заметил тебя в окне той кафешки и подумал: почему бы нам не поразвлечься немного?
— Но…
— Подойти ко мне, и сними трусы, — спокойно приказал ректор, и девушке ничего больше не осталось, кроме как подчиниться.
Как оказалось, он стоял у входа в маленький, очевидно заброшенный домик, который некогда служил то ли небольшим складом, то ли чем. Здесь было грязно, сыро, отвратительно… под стать тому сексу, что сейчас ей предстоял.
Не желая испортить белье, Милнис положила его в карман джинсовой куртки. Едва она успела сделать это, как Рамод схватил ее за бедра и скользнул ладонями под легкую ситцевую юбку немного выше колена.
— Хо, надо же! А ты, я смотрю, уже вся течешь от одной только мысли обо мне, — самодовольно ухмыльнулся ректор, грубо водя рукой у нее меж ног. Как вдруг, улыбнувшись еще шире, ввел в нее свой палец!
Она хотела всего лишь поморщиться от отвращения, и больше ничего. Но вместе с тем с ее губ сорвался возбужденный стон, который сделал недовольную гримасу до невозможного фальшивой. И, наверное, именно поэтому хищный взгляд Рамода был настолько довольным, когда он вцепился в ее губы грубым поцелуем.
В несколько быстрых движений мужчина расстегнул ремень и, спустив брюки, усадил Милнис на грязный подоконник, раздвинул стройные ножки и ворвался в ее тело! Он двигался быстро и жестко — словно изголодавшийся пес, который, наконец, вскочил на бегавшую по двору суку. Сильнее, властнее сдавливая пальцами ее бедра, он, казалось, хотел разорвать свою студентку возбужденным членом!..
Как вдруг прогнивший подоконник, не выдержав, сломался, и Милнис упала бы на пол, не придерживай ее Рамод!
— Черт, — прорычал ректор сквозь стиснутые зубы. Резким движением он поставил девушку на пол, развернул спиной к себе и торопливо нагнул.
У нее была лишь доля секунды, чтобы упереться ладонями в стенку домика, прежде чем ректор снова вошел в ее лоно и возобновил неистовые движения бедрами, от которых перед ее глазами все застилало черными вспышками головокружения.
— Можешь кричать, я поставил звукоизолирующий барьер, так что твой парень не услышит тебя, как бы громко ты не визжала, — простонал ректор, просовывая руку под ее футболку, чтобы с силой сжать упругую грудь…
Милнис закричала. Громко, дико, так, что казалось, разорвет своим криком собственную глотку! Это был чистейший восторг, ни с чем несравнимый экстаз! И эти экстазом ее тело наполнял член ректора, жестко двигающийся внутри нее. Того самого ректора, которого она невзлюбила с первого взгляда, и который дарил ей то наслаждение, что она не могла себе даже представить.
Она вспомнила о том, что забыла наложить противозачаточное заклинание, лишь в тот момент, когда ощутила, как в ее лоно изливается бурный поток спермы! Проклятье, было уже слишком поздно для заклинаний, да и вряд ли она смогла бы сотворить его сейчас, когда голова напоминала воздушный шарик, наполненный веселящим газом. Паникуя, Милнис смутно пыталась придумать, что же делать, потому не сразу поняла, что ощущения изменились. Что-то было не так, как минуту назад. Это странное чувство прикосновения… то, что прижималось к ее ягодицам, было каким-то твердым, не похожим на кожу.
— Лучше не оборачивайся, — хитро прошипел голос ректора за ее спиной. Именно прошипел!
Растеряно наморщив лоб, Милнис резко развернулась… и в следующий миг закричала. Отскочила назад, выдергивая из своего тела член того, кто стоял за ее спиной: мужчины с длинным раздвоенным языком, желтыми глазами с вертикальным разрезом, белыми змеями вместо длинных волос, и массивным белым змеиным хвостом вместо ног!
— Зря ты это сделала, — вздохнул он с каким-то странным, и от этого еще более жутким выражением лица.
— Не может быть… — всхлипнула Милнис, вжимаясь в грязную стену домика.
— Может, еще как может, — хитро подметил мужчина, подползя к ней вплотную, и вжавшись в нее своим медленно обмякающим членом.
— Как ректором Академии Молний может быть наг-перевертыш? — простонала девушка, ощущая, что ее тело больше не подчиняется ей и угрожает сползти на пол безвольной тряпкой.
— Легко и просто. Главное не попадаться, — пожал плечами Рамод, обвивая руками ее талию, а кончиком хвоста — лодыжки. — Да, думаю, мне не нужно тратить время на то, чтоб объяснять, почему тебе следует помалкивать о моем маленьком секрете? — прошептал он, сверкнув в улыбке двумя ядовитыми клыками.
Наги: проклятые чародеи, передающие свой треклятый ген прямым потомкам при условии наличия у второго родителя магического дара.
Они опасны. Они — одни из тех, кто вне закона, и кого совет магов выискивает с целью уничтожения. Вот только одно но: нага-перевертыша невозможно выявить. Никак. Такой ничем не отличается от обычного мага, и нет никакого способа определить его природу. Разве что… получается, истинная личина может «вылезти» во время оргазма?
Проклятье, как же ее угораздило так попасть? Именно на его крючок! Хотя… а что, если попытаться воспользоваться этим знанием ради собственного освобождения?
— Да, на всякий случай, — прошипел Рамод ей на ухо. — То ожерелье, что ты носишь…
В один момент сотворив зеркало, мужчина поднес его к перепуганному лицу, и Милнис увидела ее: маленькую белую змею, обвивающую ее нежную шею, и грозящую впиться в нее своими острыми клыками.
— Верно, это моя, — кивнул ректор, рассеивая зеркало. — И если ты вдруг вздумаешь сболтнуть кому лишнее о моей природе, она в тот же миг укусит тебя. После этого ты умрешь в течение нескольких секунд, но они будут настолько невыносимо болезненными, что покажутся часами, или даже сутками агонии. Противоядия от яда нагов, как ты, наверное, помнишь, нет и быть не может. Вопросы есть?
В ответ Милнис отрешенно покачала головой.
— Вот и хорошая девочка, — ухмыльнулся мужчина, чувственно захватывая ее губы коротким, но от этого не менее будоражащим поцелуем. — А теперь приводи себя в порядок и возвращайся к своим дружкам. Ну, а мне предстоит зачаровать и раздеть какого-нибудь прохожего, чтобы украсть его штаны, — прошипел мужчина, отползая от Милнис.
Глава 4. Опасный допрос
Когда неделю спустя Милнис окончательно убедилась, что не беременна, то вздохнула с облегчением, которого ранее не могла себе даже вообразить. Одной мысли о том, чтоб забеременеть, да еще и от мерзкого ректора, а вдобавок — от нага, хватило, чтобы в чудных золотистых волосиках появилось несколько седых волосинок. И это в ее-то годы!
Итак, после всего произошедшего она окончательно убедилась в том, что должна делать: ей, во что бы то ни стало, любыми методами, нужно лишить ректора компрометирующих записей. Потому что он не отпустит ее, по крайней мере, пока не опустошит до конца, лишив самой возможности испытывать радости жизни.
Более того, быть любовницей нага ей ну совсем не улыбалось! А значит, нужно придумать план для двух вещей. Первая — удалить записи на всех возможных носителях, которые ректор мог спрятать в своих покоях (а что за пределами покоев их нет, Милнис почти не сомневалась: как-никак, сейчас обнаружение записей посторонними не в его интересах). Вторая — избавиться от проклятого «ошейника».
Причем сделать это нужно будет почти единовременно. Сначала обезвредить ожерелье, чтобы ректор часом не решил оперативно ее убрать, и практически сразу же после того уничтожить записи. Ну, а потом она отыграется сполна, выдав его секрет! Как только станет известно, что ректор Академии Молний — наг, его тут же уничтожат.
Ключом же к гибели ректора станет его собственная змея, которую он поместил на ее шею в качестве контролирующего украшения. Хоть он и заклял ее, опытные маги смогут провести экспертизу и подтвердить, что эта змея нага с тела Рамода. Главное — разгадать заклинания, наложенные на эту змею, и действовать таким образом, чтоб ненароком не активировать механизм собственного умерщвления.
Но к счастью, Милнис не зря была одной из лучших студенток Академии. Потому в свои силы искренне верила.
А подготовка к фестивалю тем временем шла полным ходом. И все свое свободное время Милнис, вместе с Гереном и компанией, проводили за репетициями. К счастью, проработка заклинаний для пирожных не заняла у «тусовки мажорных отличников» слишком много времени, так что, покончив с этим, они принялись усердно работать над постановкой. И тут, увы, за пару вечеров было никак не справиться!
По правилам Академии, команда должна полностью самостоятельно все подготовить. В том числе — если речь шла о постановке — костюмы и декорации. Единственной, кто среди них умела довольно хорошо шить, была третьекурсница Нила, и еще немного — ее подруга Кейн. Остальные же, как могли, выполняли чисто техническую работу.
С декорациями было попроще, потому что ту же покраску частично можно было провести при помощи магии, и лишь после того — прорисовать детали. Хоть результат работы был далек от профессионального, но для студентов-любителей оказался очень даже неплохим. И планку команды, на которую все возлагали большие надежды, держал.
Итак, закончив с подготовкой технической части, они приступили к самому главному: репетициям измененного Юбаром и Тайзой сценария. По графику, их предстояло закончить за два дня до фестиваля, после чего напечь и зачаровать пирожные. И если с последним накладок не будет, то у них даже останется время на генеральную репетицию!
Из-за этого всего Милнис и Герен были настолько заняты, что у них совершенно не было времени и сил, чтобы побыть вместе. И девушка не могла врать самой себе, будто испытывает от этого какое-нибудь недовольство. В конце концов, хоть Милнис и испытывала голод, но отправиться в ночные клубы, чтобы удовлетворить его, не могла из-за змеиного ожерелья на шее.
Вот только Герена такой расклад, похоже, действительно напрягал. Потому что в эту пятницу репетиции закончились намного раньше, чем обычно, и другие члены компании, мило улыбаясь, поспешили свалить. Ну, а выражение, расцветшее на лице парня букетом ромашечек, и вовсе лишало любых сомнений касательно того, чьих рук дело это незначительное изменение рабочего графика.
— Смотрю, у нас сегодня еще есть время, — улыбнулся Герен, как бы невзначай взглянув на часы. — Предлагаю сходить поужинать вместе, — добавил он и, подойдя к Милнис, обнял ее за талию, чтобы коснуться губ легким поцелуем… сквозь показательную непринужденность которого девушка сразу ощутила, что жених готов вот просто сейчас наброситься на нее просто здесь!
— Давай, — радостно согласилась она, пытаясь скрыть все безразличие по поводу столь знаменательного события.
Довольно прищурив глаза, Герен взял ее за руку и потянул по коридорам к круглосуточному студенческому кафетерию, где в такой час обычно зависало немного студентов.
Забив на показательное «не есть после шести» (что, впрочем, она и так делала последние недели, пока шли репетиции допоздна), Милнис забила так же и на не менее показательное «не есть после шести хотя-бы что-то кроме салатов и овощей». Так что взяла себе среднюю порцию жаркого и пару отбивных. А потом, подумав, прихватила, все-таки, еще и салат.
Вот только не успела она доесть все это добро, как поняла, что ожерелье на ее шее снова начало нагреваться!
Итак… сегодня вечером ей предстоял обычный секс с Гереном. А теперь… теперь вместо него придется снова спать с ненавистным нагом! И что хуже всего, от последнего не отвертишься. Потому все, что оставалось Милнис, это включить актерское мастерство еще раз за сегодня, чтоб изобразить страдания на лице, прежде чем сообщить Герену, что ей что-то нехорошо. А после — торопливо схватить свои вещи и выбежать из столовой, дабы направиться в уже известные ей покои.
— Знаешь, меня радует то, что ты не заставляешь ждать, — коварно улыбнулся ректор, едва она переступила порог.
Скривившись, Милнис молча прошла к диванчику и села на него, закинув ногу на ногу.
— Я смотрю, ты сегодня так недовольна? — прошептал мужчина, склонившись над ней, чтоб провести по губам подушечками пальцев. — Как я понял, ты собиралась провести вечер со своим женихом… а я так бессовестно сорвал вам все планы? — добавил он, обжигая дыханием ее губы.
— Какая осведомленность, — фыркнула Милнис, стараясь сдержать волнительную дрожь от близости тела Рамода. — Но нет, я нисколько на вас не в обиде за сорванный «семейный секс»!
— В самом деле? — заинтересованно проговорил мужчина, опустившись на диван рядом с ней, чтоб обвить рукой тонкую талию… и спустить ладонь ниже, с целью сжать упругую ягодицу. — Так-так-так, неужели тебе противен твой жених?
— Нет, ничего такого, — пожала плечами Милнис, отводя взгляд, дабы избежать дальнейших подозрений, а значит и расспросов со стороны ректора.
— Но что-то определенно есть, — нависнув над ней, подметил Рамод, однозначно давая понять, что ему интересно, и свое любопытство он собирается удовлетворить. Вот только девушка никоим образом не собиралась вываливать ему все, как есть!
— Простите, но это — мое личное дело, — деликатно проговорила Милнис, и уже было собралась сделать то, чего никак от себя не ожидала: начать соблазнять ректора, чтобы он забыл о разговоре, полностью поглощенный удовлетворением своих потребностей с ее телом.
— И меня безумно интересуют твои личные дела, — заявил он, резко прижав ее к спинке дивана. — Рассказывай, Милнис. Только не вздумай врать, — коварно добавил он, окончательно пригвоздив ее к месту взглядом. А после — склонился к ее шее, чтобы… поцеловать ожерелье? — Теперь, если ты соврешь мне в ближайший час, она укусит тебя. Так что будь искренней, моя дорогая шлюшка.
Оторопев от подобного поворота событий, Милнис замерла, растерянно глядя на ректора. Но его голос, прозвучавший в следующий момент, вывел ее из оцепенения и заставил вздрогнуть:
— Давай же, я жду.
— Как я уже говорила вам, Герен был моим первым, — вздохнув, обреченно прошептала Милнис, осознавая, что и этот раунд ею безнадежно проигран! — И наш первый раз был, мягко говоря, никаким. До меня у него, естественно, уже были другие девушки, но их было, если он не соврал, всего две. И обе бросили его, не пробыв с ним и двух месяцев. Причем дольше продержалась именно первая, списывая все на неопытность мальчишки. Вторая оказалась менее терпелива.
— Ты имеешь ввиду… — прошептал ректор, усадив ее себе на колени.
— Да! — хмыкнула Милнис, невольно двигая бедрами от ощущения твердой плоти ректора, давившей меж ее ног сквозь тонкую ткань халата. — Сначала я думала, что просто первый раз не удался. Потом — что должно пройти время, чтобы это начало вот по-настоящему нравится. А после сделала вывод, что просто со мной что-то не так. Но тот самый оргазм, который описывался в Интернете, так и не наступал, сколько бы я ни спала с Гереном. В конце концов, я смирилась со своей ущербностью и просто исполняла перед ним свой долг девушки, когда он этого хотел. Так продолжалось оба семестра первого курса.
— Но потом что-то произошло? — предположил Рамод, расстегивая форменную мантию девушки, под которой были джинсовая юбка и облегающая футболка.
— Потом была выпускная вечеринка пятого курса, на которую меня протащила подружка, заканчивавшая Академию в том году, — кивнула Милнис, закусывая губу со стойкой розовой помадой, цвет от которой держался даже после ужина. — Все уже были в хлам пьяны, когда дело дошло до «взрослых разговоров». И каким-то боком кто-то (кажется, даже та самая подружка) выпытал у меня, что в постели мне не так круто, как всем собравшимся. Честно говоря, меня удивила реакция выпускников. Никто не стал упрекать меня в том, что я бракованная, или ржать. Только называли Герена мудаком, да говорили о том, что теперь понятно, почему его две предыдущие бывшие так быстро послали. После начали расспрашивать, почему я все еще с ним. И хоть я тогда набралась достаточно, чтобы разбалтывать детали своей сексуальной жизни, но не достаточно, чтобы ляпнуть о своих планах касательно женитьбы на богатеньком парне из влиятельной семьи потомственных магов. Так что просто начала всхлипывать о том, что люблю его, и не смогу без него жить.
— Я так понимаю, дальше произошло нечто интересное? — поинтересовался ректор, стягивая с Милнис футболку, под которой был белый кружевной бюстгальтер.
— Еще какое интересное, — хмыкнула Милнис за миг до того, как застонать, когда пальцы Рамода ловко расстегнули бюстгальтер. — Один из выпускников каким-то образом утащил меня в соседнюю комнату и трахнул, как он это назвал — «исправил несправедливость». И черт, таки исправил. Потому что тот парень был охрененным! Четыре раза, мать его! Он заставил меня кончить четыре раза. В то время как Герен, за все месяцы, что я с ним спала, и одного оргазма мне наколотить не сумел. После той ночи я этого парня больше не видела, он покинул Академию Молний тем же утром и сгинул с моего поля зрения, как и другие выпускники с той вечеринки. Чему я, на самом деле, обрадовалась. Как-никак, Герен был слишком выгодной партией, и сболтни кто-нибудь из них чего лишнего… да, все это можно было бы списать на то, что им спьяну чего почудилось, но как минимум зерно сомнений у Герена появилось бы. Вот только… почувствовав весь этот кайф, я больше не могла остановиться, — протянула Милнис, сама не понимая, что развязывает халат ректора. — Это чувство, когда кончаешь, ощущая в своем теле настоящий мужской член… оно мне слишком понравилось. Настолько, что я не могла от него отказаться. Увы, со своей рукой, и даже вибраторами, ничего похожего я почувствовать не могла. Искать себе любовников в Академии, конечно же, было рискованно. И тогда мне в голову пришла гениальная идея: ночные клубы, для которых случайные связи — обычное дело! Там все пьяны в стельку, кто-то даже под наркотой. Позже я расширила круг своей деятельности, разнюхав кое-какие злачные места. Ну, а стирать память за последние три часа людям, не обладающим магическим даром, было самым элементарным. Таким образом, я получала свой кайф, а меня никто не ловил. И я сама того не заметила, как стала настоящим наркоманом! — выдохнула Милнис, всхлипывая от возбуждения, когда ректор жадно приник к ее соскам. — Сами эти ощущения от того, что ты, раз за разом, трахаешься с кем попало… а еще это разнообразие. Занимаясь сексом с одним только скучным Гереном, я даже представить не могла, что мужчины могут быть настолько разнообразными! В общем, это превратилось в слепую погоню за ощущениями.
— Занятная история, — ухмыльнулся ректор, отодвигая кружевное белье, чтобы с легкостью проскользнуть в тело студентки возбужденным членом. — А как тебе ощущения от секса со мной?
— Их можно описать всего одним словом, — простонала девушка, ухватившись пальцами за крепкие плечи и выгибаясь назад. — Мерзость!
Резко сдавив ее бедра цепкими пальцами, Рамод впился в розовые губы жестким поцелуем. Когда же он грубо разорвал его, Милнис вскрикнула одновременно с возбуждением и испугом: она сидела верхом на наге!
— Козел, — выпалила девушка сквозь стиснутые зубы.
— Не стану отрицать, — прошипел ректор, скользнув змеиным хвостом по ее спине.
Прохладная, грубая, твердая чешуя будоражила, касаясь нежной кожи. Сначала Милнис было решила, что он будет душить ее, обвиваясь кольцами вокруг хрупкой шеи! Но нет, наг всего лишь придерживал ее спину, позволяя опереться на свой массивный белый хвост. А когда убедился, что девушка расслабилась — подался вперед, нависая над ней. И в тот же миг его змеи-волосы, взвившись, набросились на Милнис! Так, словно собирались все разом укусить… но ни одна так и не вонзила зубов в нее. Все они, принявшись ползать по ее телу, нежно обвивали руки, шею и грудь, игриво касаясь кожи раздвоенными языками. Эти прикосновения, и тихое шипение, одновременно пугали Милнис, и в то же время будоражили, заставляя кровь яростно кипеть!
А потом ее коснулся еще один раздвоенный язык, но на этот раз — побольше: тот, что тянулся изо рта Рамода. Поиграв з раскрасневшимися губами несколько секунд, он легко проскользнул в рот, сцепившись с ее собственным языком в яростной схватке! И в момент, когда Милнис захлестнула волна безумного оргазма, она продолжала эту схватку, не желая отпускать даже капли ярких ощущений!
— Мерзость, говоришь? — прошипел ректор, положив девушку на спину, и теперь, выйдя из ее тела, таки обвил его кольцами своим крепким хвостом.
— Да, мерзость, — тяжело дыша, простонала Милнис… и с новой силой вцепилась в губы ректора, желая лишь одного: снова ощутить змеиный язык в своем рту. И наг, довольно ухмыляясь, решил исполнить это желание.
Глава 5. Фестиваль Молний
Милнис нравилось блистать на сцене, концентрируя на себе взгляды восхищенной толпы. Она смогла, она очаровала их своей игрой. Эта победа была совсем маленькой по сравнению с той битвой, что ей предстояла. И все же, девушка искренне наслаждалась ею.
С самого начала их выступление в сценической программе проходило на ура. Зрителей собрался полный зал, световик и звукорежиссер отлично делали свое дело. Ну, а сама команда «сливок» Академии Молний уж никак не могла подкачать. И во всем этом действе Милнис, безусловно, была королевой, затмевающей всех своим обаянием.
Сегодня для нее был очень важный день. Не только из-за фестиваля. Хотя с другой стороны, именно фестиваль давал ей заветный шанс! Она собиралась сделать это… ну, или хотя-бы попытаться. Весь день ректор определенно будет занят, и до самого закрытия фестиваля уж точно не найдет времени на визит в свои покои. А значит, у нее будет шанс, воспользовавшись праздничной суетой, проникнуть в них и отыскать все записи. При этом не дать «ошейнику» укусить себя.
Ее старания не прошли даром. Конечно, Милнис так и не нашла способа обезопасить себя от змеи. Но частично разгадать кое-какие заклинания, наложенные на ожерелье, она все-таки смогла. Среди них, как ни странно, не было того, что оберегало тайну ректора от ее чрезмерной болтливости. Зато ей совершенно точно удалось понять, как на несколько минут заблокировать защитный механизм, который должен был сдерживать ее в попытке отыскать видеозаписи. А эта лазейка уже многое ей давала!
Когда выступление их команды закончилось, и студенты, насладившись аплодисментами, вернулись на стенд прямо в костюмах, Милнис начала поджидать заветный момент. Она должна улизнуть, тихо и незаметно, как бы невзначай. Так, чтоб ее не хватились и не начали искать, в процессе поисков рискуя привлечь внимание ректора. Самого Рамода она, кстати, тоже замечала несколько раз, и ректор не оставлял никаких сомнений в том, что занят по самое не балуйся!
— Ребят, я отойду ненадолго, что-то мне нехорошо, — проговорила Милнис, со всей искренностью изображая недомогание. — Переутомилась, наверное.
— Да-да, конечно! — обеспокоенно закивала Тайза, полностью поглощенная активными продажами пирожных.
Смущенно улыбнувшись, девушка скрылась в коридорах Академии. Но вместо медпункта или, хотя-бы, террасы, направилась по уже известной дорожке к покоям ректора. Благо сейчас, когда буквально все были увлечены фестивалем, появиться у нее на пути было попросту некому.
Милнис уже давно предвидела предстоящую необходимость тайком проникать в обиталище ректора, потому побеспокоилась о двух вещах:
Первая — ключ от двери его покоев. Вторая — охраняющие их заклинания. Все это время она тайком изучала их ради этой возможности, и теперь могла нейтрализовать. Чем, собственно, и занялась, оказавшись перед заветной дверью. Предварительно наложив заклинание на свой ошейник, естественно! А еще — расставив по пути несколько заклинаний-маячков, которые должны были бы ее предупредить о приближении ректора заранее, чтобы оставить ей возможность оперативно замести следы и скрыться в ответвлениях коридоров.
Когда замок тихо щелкнул, Милнис победно улыбнулась и проскользнула в покои. Даже сейчас, когда Рамода не было в этих комнатах, его присутствие явственно ощущалось. Казалось, каждый сантиметр этого места пропитан им: его запахом, отголосками голоса, энергетикой. И от этого девушке стало немного жутко — как будто она собралась обыскивать здесь все прямо у ректора перед носом.
Но сейчас было не до душевных переживаний. Потому собравшись, Милнис принялась за дело, не забывая прислушиваться к маячкам. Первым делом она включила компьютер и, найдя на нем нужные ей файлы, поспешно удалила их. На телефоне Рамода видео сейчас вероятно нет — это было слишком опасно. Ведь телефон можно потерять, например, и тогда весь его шантаж накроется медным тазом! Значит, все копии записей спрятаны в этих комнатах.
Тщательно обшаривая каждый уголок, Милнис действовала ловко и оперативно. И вот ее труды были вознаграждены: под диванной подушкой нашлась флешка! Подключив которую к планшету, она сразу же нашла треклятые видеозаписи. Не медля, девушка отформатировала ее. А после забила до отказа всякой дребеденью со своего планшета, которую после так же стерла. Теперь, вздумай ректор восстановить удаленные файлы, и утилита выплюнет только бесчисленное множество картинок с супергероями из комиксов!
Невероятно довольная своим первым успехом, девушка продолжила поиски. Вскоре она нашла еще две флешки, а потом — еще одну. Когда все уголочки, шкафчики и подушки были перерыты, Милнис задействовала несколько поисковых заклинаний, которые должны были показать тайники в комнате, и несколько таких действительно нашлось! В трех из них тоже лежали флешки, содержимое которых студентка поспешно уничтожила.
И вот, казалось бы, она обыскала здесь все, буквально все. Тем не менее, уходить не спешила, мало ли. Так девушка продолжала, как вдруг почувствовала тревожный звоночек от маячка!
Встрепенувшись, Милнис поставила четко на место вазу, внутрь которой только что заглядывала, и помчала к выходу. Закрыть дверь, снять блок со всех временно нейтрализованных заклинаний!..
Проклятье! Первый маячок дал сигнал меньше минуты назад, и вот уже сработал второй! Выходит, ректор передвигался по коридорам довольно быстро. Неужели она что-то пропустила, и он понял, что студентка роется в его покоях? От одной этой мысли затряслись руки, голова пошла кругом, спину покрыл липкий пот, а ноги предательски угрожали подкоситься. Черт-черт-черт! Если она сейчас попадется, ей конец, просто конец! Возможно, ректор даже убьет ее. А ведь у нее нет богатых родителей со связями в мире магов! Конечно, Герен попытается поднять шумиху ради своей любимой невесты. Но, во-первых, надолго ли хватит его родни ради той, кто еще не успела официально вступить в их семью? Во-вторых, если у ректора каким-то чудом осталась еще какая-то копия записи, он, ухмыляясь, отправит ее Герену анонимно, по электронной почте. И тогда даже у женишка пропадет любое желание выяснять, что же стало с его возлюбленной. А то и вовсе решит найти убийцу, чтоб доплатить ему!
Наконец закончив с последним заклинанием, Милнис помчалась прочь миг спустя после того, как ей просигналил третий маячок. Уже близко, уже совсем близко!
Четвертый! Проклятье, ректор буквально рядом, как же быть? Он точно ее увидит, ей не добежать до поворота, не разминуться с ним!..
Бросив взгляд на большой старый шкаф, девушка отчаянно бросилась к нему и спряталась в его темной пасти как раз вовремя — всего за несколько секунд до того, как из-за угла показался Рамод. Его шаги были быстрыми, четкими и гулкими. Буквально пролетев мимо шкафа, он направился дальше. А Милнис, выждав минуту после того, как он исчез за поворотом, выскочила из шкафа и, что есть духу, понеслась в направлении холлов.
Девушка перепугалась настолько, что едва не вернулась на стенд растрепанной, с раскрасневшимся лицом и сбитым дыханием. Мысленно дав себе подзатыльник, она укрылась в туалете, где расчесала волосы и привела себя в порядок. И лишь после того вернулась к команде, сообщив, что ей стало лучше, так что она может продолжать.
Теперь ей оставалось только надеяться, что в покоях ректора и вправду больше не было записей.
Остаток фестиваля прошел для Милнис спокойно, и даже можно сказать, благополучно. Сладости на их стенде произвели настоящий фурор! И чтобы попробовать их, студенты вытраивались в очередь. Причем получив свои сладости, просто не решались их съесть, по несколько минут пялясь на сахарных фей, кремовых кошечек, цветочки и прочие красивости, которые весьма энергично двигались на вершинах сладостей. Рассчитывая количество пирожных, команда понимала, что до закрытия фестиваля наверняка продаст все. Но, похоже, прилавки стенда опустеют куда быстрее!
— Милнис, давай сбежим! — неожиданно услышала девушка над своим ухом.
Поделиться книгой: