Доминик. К черту телячьи нежности. Мне не до этого. Послушай, как только твой муж вернется, я ему прямо скажу: «Мсье, этот билет — мой». Объясню ему, что к чему, возьму деньги и заплачу ему за такси. Это лучший выход.
Мишлин. Доминик, ты не можешь этою сделать. Признаться, что я ему изменяла? Моя честь тебе не дорога?
Доминик. О! Твоя честь!.. Твоя честь!.. Не спорю, она дорога, но все же на шесть миллионов не тянет.
Мишлин. Благодарю! Учти, что это еще не все. Ты знаешь, что он меня любит и, значит, должен ревновать. Значит, может тебя убить!
Доминик. А! Ну это слишком! Сначала меня обобрать, а затем укокошить! У тебя, бедняжка, муж разбойник с большой дороги!
Мишлин. Да нет, он не разбойник, он добрейший человек — мухи не обидит.
Доминик
Мишлин. Ник, побереги свои нервы.
Доминик. Мне кажется, что я нашел выход. Как только твой муж привезет деньги… Куда он их спрячет?
Мишлин. В сейф, конечно. Но к чему это тебе?
Доминик. Слушай меня внимательно, на этот раз мне пришла в голову реальная мысль. Итак, твой муж прячет деньги в сейф… Где от него ключ?
Мишлин. В шкатулочке на сейфе — так удобно!
Доминик. О! Все проще простого. Я хочу украсть свои же собственные миллионы.
Мишлин. Украсть?
Доминик. А что мне остается? Вот мой план: сегодня ночью, когда вы будете спать, я войду сюда так же, как вхожу обычно — через черный ход, открыв дверь своим ключом, на цыпочках, возьму из секретера свои деньги и смоюсь так же, как вошел. Но, перед тем как уйти, открою окно, чтобы подумали, что через него влез грабитель… Вы живете на втором этаже, это возможно. Я, может быть, кое-что с собой и унесу, и — дело в шляпе!
Мишлин. О-о! Ник, мне страшно!
Доминик. Да, чуть было не забыл… У тебя тоже своя роль— ты сейчас выйдешь на улицу и всем, кого знаешь, расскажешь, что выиграли крупную сумму… консьержке, например, лавочникам, болтай налево и направо. Нужно, чтобы как можно больше народу знало, что твой муж принесет миллионы в чемодане…
Мишлин. Зачем?
Доминик. Чтобы кража показалась естественной. Поняла? В котором часу твой муж крепче всего спит?
Мишлин. О! Засыпает в десять и спит до утра как сурок.
Доминик. Отлично. С этим все ясно. Но я не могу рисковать встретиться с кем-нибудь на черной лестнице. Следовательно, должен ждать, пока не придут все соседи. На шестом живет в основном прислуга — они часто возвращаются из кино в двенадцать ночи. Кроме того, есть один парень, официант, тот может вернуться и в два. Значит, до двух часов ночи нельзя. А после двух — можно. Скажем, в два пятнадцать.
Мишлин. Два пятнадцать третьего?
Доминик. Нет, четвертого. Сверим часы. Сейчас четыре двадцать восемь.
Мишлин. Ты говоришь, сколько?
Доминик. Четыре двадцать девять.
Мишлин. Доминик, как же ты так уходишь? Когда мы в следующий раз увидимся?
Доминик. На этот счет тебе ничего не могу сказать. Я свою голову класть волку в пасть не собираюсь
Мишлин. Но ты мне напишешь?
Доминик. Напишу, напишу, напишу… потом.
Мишлин. Доминик, ты меня не поцелуешь?
Доминик. Поцелую, поцелую
Мишлин. Доминик, что случилось? Ты был раньше так нежен…
Доминик. Нашла время для нежности! Еще чуть-чуть, по вашей вине, твоей и твоего Клуда, я остался бы без гроша… да еще и без работы, потому что наорал на директора.
Мишлин. На директоров не орут, пока не разбогатеют.
Доминик. Ладно! Будет рассуждать! Два пятнадцать. Запомнила?
Мишлин. Четвертого?
Доминик. Третьего! Чертов зонтик, все из-за него.
Ночь. Из спальни выходит Клуд, он хочет спрятать пистолет. За ним Мишлин.
Мишлин. Клуд, ты куда? Что с тобой сегодня?
Клуд. Спи, зайчонок. Спи, я сейчас.
Мишлин. Что тебе еще нужно? Что ты ищешь?
Клуд. Да ничего. Я же говорил, что у меня разыграется изжога. Я ведь не привык к гусиной печенке… к шампанскому…
Мишлин. Но что ты ищешь? Что тебе надо? Скажи, я дам… что?
Клуд. Соды хотя бы.
Мишлин. Так я тебе приготовлю. Иди ложись. Уже два часа ночи! В это время ты видишь десятый сон.
Мишлин. Два часа, какой ужас! А он все не спит
Клуд
Мишлин. Да ничего, ничего… упала шкатулка.
Клуд. Я подниму.
Мишлин. Нет-нет-нет! Ложись, я сама! Вот содовая водичка для бедненького мальчика.
Мишлин
Клуд. Ничего-ничего, очки ищу.
Мишлин (
Клуд. Ты знаешь, это мне от радости не спится, я успокоиться не могу! Закрываю глаза, а перед ними миллионы, миллионы, миллионы… Завтра утром встанем…
Мишлин. Мы не встанем.
Клуд. Почему?
Мишлин. Потому что лечь никак не можем.
Мишлин. Видишь, это на станции нам дают знать, что пора ложиться спать.
Клуд. Все-таки я хочу проверить пробки.
Мишлин. Ты уже пять раз проверял.
Клуд. Меня только четыре раза ударило током.
Мишлин. Нет у нас никаких подсвечников.
Клуд
Мишлин. Зажегся!
Клуд. Ты была права: это на станции.
Мишлин. Ну, иди же спать. Два часа пятнадцать минут. У нас совсем не осталось времени.
Клуд. На что?
Мишлин. На сон.
Клуд. Иду. Сейчас, только погашу лампу.
Мишлин. Я ложусь
Клуд. Это упражнение мне показали на службе. Если сделать так тысячу раз, мгновенно засыпаешь.
Мишлин. Что это?
Клуд. Не волнуйся, дорогая, пуговица отскочила от брюк.
Мишлин. С таким грохотом?
Клуд. Она же металлическая.
Мишлин. Немедленно ложись спать.
Деде Шапокляк. Черт!
Клуд
Мишлин. Да это кошка!
Клуд. Кошки не говорят «черт». Кошки говорят «мяу-мяу».
Деде Шапокляк. Мяу-мяу!
Мишлин. Брысь!