Шпионские игры (СИ)

— А немыслящей можно?

— Никакой нельзя. И знаете, у меня такие мысли и не рождались. Можно, нельзя. Есть инструкции. Есть законы, утвержденные Верховной Радой Галактики. И мы с Вами получаем зарплату не от частных лиц.

— Вы всегда так рьяно защищаете закон?

— На моем уровне его достаточно просто соблюдать.

— А если не все рядом с Вами так думают?

— Думать и делать разные вещи. Я сужу по конкретным фактам. Если пытаются провезти опасный для здоровья Земли товар, то это должно быть пресечено. А с какими намерениями это делали, пусть разбирается СБГ.

— Вы с ними связаны?

— Чем? Они мне зарплату не платят. Зарплату мне платит Министерство охраны здоровья.

— И хорошо платят?

— А Вам?

— Не жалуюсь, — отвечает чиновник, не утративший своего оптимистичного дружелюбия за время затянувшейся дороги от космопорта до гостиницы. — Но ведь всегда хочется побольше. Хотя бы на немного.

— Безусловно! — он задел таки мою любимую струну, и теперь до самой двери моего номера будет слушать о переработках, компенсациях за вредность, причем не мою остальным, а мне за то, что любуюсь на эти рожи, потому что вредными условия моего труда признать никак не получается, и босс со своим предшественником уже неоднократно высказывались, что пятнадцать процентов к окладу за вредность положено им и моим лаборантам. За то, что они все вынуждены общаться со мной. А вовсе не мне.

Собеседник, вернее, благодарный слушатель, кивает мне с пониманием, короткими фразами выражает поддержку и сочувствие. Чем‑то он так неуловимо расположил меня к себе. А ведь на каком‑то моменте двинуть хотелось.

— Так Вы только систематизируете то, что осталось неразобранным после такой внезапной смерти нашего санитарного инспектора, и все?

— А что еще? Вряд ли меня здесь позовут выйти замуж.

— Я женат! — поспешно отвечает мне собеседник, и машина въезжает на подземную парковку гостиницы.

Едва я вылезаю с машины, как меня охватывают уже совершенно другие заботы, чем невыплаченная компенсация за неотгулянный отпуск еще при предыдущем начальнике станции. Свой отказ заплатить он мотивировал тем, что не привязывал меня фалом к станции, и я вольна была ехать куда хотела. А куда мне ехать? Все курорты казались мне заочно похожими на общежитие Медицинской академии — казенные койки, режим. И отличие курорта только в том, что там еще и за каждый шаг платить надо. А развлекаться я не смогу, зная, что это же мои кровные деньги. А вдруг мне не понравиться? И не уйдешь с шоу, так как за билет заплатила. Или в ресторане. А не понравится мне блюдо?

О, ужас… Я тихо начинаю понимать, что и это все успела изложить несчастному дядьке. И теперь он пойдет докладывать своему начальству, какая я жадная и нудная. Не впервые мне такую характеристику слышать. Ладно, пусть боятся.

* * *

— Докладываю по гостье. Все просто. Готовьте денежки.

— Она выдвинула условия платы за молчание? Или готова за определенную сумму просто перейти на нашу сторону?

— Какое там, я вас умоляю… Дама настолько ограничена в мировосприятии, что не додумалась бы. Она даже под действием расслабляющего газа говорила только о том, как любит честно заслуженные премии.

— Тогда за что ей платить?

— За ее работу. Если она услышит слово 'премия', то закопается с головой. И не будет ничего вынюхивать за пределами кабинета. И результаты нам доложит, а не увезет молча с собой. Раз мы ей приплатили. Но надо официально.

— Естественно. Она же выполнит работу санитарного инспектора, пока будет находиться здесь. И обрубить ей связь. Мы получим отчет. А там не дождутся.

— Ха! Понятно, не довезет…

— Продумай схему ликвидации. Два несчастных случая подряд с санинспецией могут натолкнуть на размышления. И, кстати, не забудь вынуть фильтры из ноздрей.

* * *

— Киви влетела в гнездо!

— Отлично. Садись птичке на хвостик, Крис. И удачи!

— На связи. Мне, похоже, понадобится в этот раз больше твоих советов, Кира, чем я ожидал.

— Обращайся!

— И знаешь… Она не влетела.

— Что??? Ты дал ложную инфу?

— Искаженную, — хохотнул Вайпер в рацию, представляя, как тряхнула синей гривой Кира в рубке их боевого звездолета, спрятавшегося за одной из лун планеты. — Она вползла… с сопением и бурчанием…До связи!

* * *

И что это? Босс знал, когда посылал меня сюда? Здесь оказалось работы не на пару дней. Вот я улетела сюда. А мои дела будут копиться, если мне при самых скромных подсчетах придется просидеть тут не меньше двух недель. Но у меня такой порядок с первого дня, что непорядком будет только наваленное в мое отсутствие. А ту явно полный завал с доками. И запросы делать придется и ждать их. А после еще и состыковывать. Какой гад мог так запустить документацию? Где тут порядок? Да тут его явно никогда не было! Знала бы, больше б премию просила.

А здешний начальник знал, что твориться у него под носом? Огромный поток неучтенного кристаллита, на котором ходят все дальние звездолеты и без которого невозможно скоростное перемещение между дальними уголками галактики. Небрежно замаскированные партии драната, того самого зомбинаркотика, с помощью которого можно превратить в бездумное стадо целую планету, просто распылив его в воздухе. А уж орбитальную станцию — секундное дело. Стоп! Ну‑ка, какие‑то до боли знакомые номера кораблей. Конечно, они мне уже попадались в документах там, на нашей станции. И ошибиться я не могу. Это же корабли как раз друзей Алека. Странно, он никогда не упоминал это направление. И у них в полетных документах было указано совсем иное. Мы же тогда еще смеялись, в каких планетарных системах какую косметику любят.

Но если это действительно так, то все еще хуже. И Алек спал со мной не для того, чтобы приятным для обоих способом ускорить санитарный контроль своего груза!

Работать наизнос здесь мне не особенно хотелось. Как и возвращаться к себе.

Просили только привести дела в порядок. А пришлось заниматься текучкой. До прилета постоянного нового сотрудника на меня легли обычные задачи санинспектора, потому что корабли садились здесь намного чаще, чем на нашей станции. Все же крупная планета.

— К Вам можно будет зайти сегодня груз оформить? — окликнул меня в холле гостиницы высокий и широкоплечий пилот в поношенном, но ладно сидящем на его идеально сложенной, даже лучше, чем у Алека, фигуре, комбинезоне.

— В дни и часы приема.

— Я заходил. И у Вас сейчас как раз прием.

— Но не в холле же гостиницы Вы должны мне трусить Вашими накладными. Что там у Вас вообще за груз?

— Если бы Вы были бы на своем месте, я бы трусил там. И не только накладными, — пилот такой же острый на язык, как и Алек, и от этого мне становится больно.

— Хорошо, подойдете после перерыва. Я живой человек! И имею право на отдых.

— Должен вас разочаровать. Я тоже живой, — он никак не хочет отстать от меня. — И если Вы хотите перекусить, то готов составить Вам компанию.

— Спасибо. Но я предпочитаю поесть у себя в номере, — на самом деле я испугалась, потому что пилот был очень красив.

Настолько, что образ Алека, тем более с испорченной в моих глазах репутации, мгновенно поблек. К тому же кого‑то он мне неуловимо напоминал. Внутри сжалось: я знала себя все свои двадцать восемь лет, и ясно представила, как роняю десерт себе на колени, предварительно опрокинув бокал на собеседника. Или ляпну не то. Или поставлю стул на свою длинную летящего покроя юбку — форму я не ношу принципиально. Это не женственно, да и воевать я ни с какими бациллами тут сама не собираюсь. Мое дело документы.

— А зря, — улыбается он своими жестко и четко очерченными губами. — Тем более, что хотя бы один обед я Вам задолжал. Вы же спасли мне жизнь.

— Я не занимаюсь лечебной практикой.

— Милый доктор, тебя же зовут Рина? И ты не помнишь друзей детства? Зато я сразу вспомнил твои глаза. Ты выхаживала меня до отправки в госпиталь. Мы с товарищем вляпались в настоящую схватку на стажерском полете! Мечта каждого курсанта! — он снова засмеялся, и стало непонятно, где он шутит, а в какие моменты серьезен.

— Криспин? Рада видеть тебя, — теперь я уже была полностью уверена, что встретила ну не товарища, конечно, но просто парня, с которым в один выпуск закончила лицей. — А ты перевозишь грузы?!

— Ну да. Вожу то да се, что погрузят. Бизнес не для меня. А вот доставить! В лучшем виде и очень быстро.

— А как же служба? — я не верю своим глазам, ведь Криспин и Кира бредили именно военной службой. Не просто водить звездолеты, а на дальних рубежах отбивать атаки агрессивных цивилизаций, охранять правительственные звездолеты, вылавливать корабли — шпионы.

— Ааа, — махнул он небрежно рукой, на которой заметны таки шрамы, полученные им тогда. — Вольные хлеба. Тут платят больше.

— Разумно, — я же и сама слышала о жесткой дисциплине и безумной опасности, с которыми сталкиваются боевые пилоты. Наверняка и Кира образумилась, вот только взяли ли ее замуж после того ранения, все же мог остаться шрам на рассеченной брови. О Кире я спрашивать не стала. Если они дружны, то и сам расскажет. Особенно, если все же сам на ней женился, и теперь зарабатывает на весь ее выводок. — Ну ладно, давайте пойдем, проверим Ваш груз.

— Не доверяешь старым друзьям?

— Привыкла делать свою работу качественно. Тем более я здесь временно. Не хочется оставлять за собой дурной след.

Пришлось, проклиная свою сговорчивость, вернуться в административный корпус. Там уже сидела очередь — два пилота с обычными папками документов и какая‑то женщина вполне приличного вида, кто‑то из здешней администрации. Она сразу же кинулась ко мне, требуя ее, как местную, принять без очереди, потому что у нее вызвало подозрение качество каких‑то продуктов питания, которые поставлены были сюда с месяц назад, еще при том инспекторе. А вот сейчас что‑то там не понравилось. Пилоты тихо бурчали, что у них каждый час простоя выливается в денежный эквивалент, и вот как раз местные проблемы можно разгребать когда угодно.

— Обеденный перерыв! — бросила я, прикладывая карточку к двери.

— Закончился полчаса назад! — вставила дама.

— Санитарный день! — самым ледяным тоном, на который была способна, сказала я, окинув очередь взглядом, пытаясь вычислить, кто из них побежит писать на меня кляузу.

— Ты с ними не очень сурово? — Вайпер разложил передо мной свои документы.

— Надоели. Все время им чего‑то всем от меня надо. Лезут и лезут.

— Даааа, — протянул Крис. — Может, и правильно, что ты не стала медиком на корабле. Особенно на боевом, где к тебе лезли б и лезли после каждой стычки.

— Бррр, — передернула я плечами, представив рушащиеся оплавленные переборки, суету, крики и кучу незапланированной работы.

Груз оказался абсолютно чистым. Самые обычные специи. Обычно именно в них провозят замаскированные наркотики: запах сильный, разнообразие неимоверное, и анализаторы зашкаливает. Поэтому я приложила все силы, и не потому, что хотелось прославиться, отловив собственноручно нарушителя законов. Странное чувство: мне хотелось подольше оставаться рядом с Крисом. На языке вертелся вопрос о Кире, но было страшно не то что его задать и услышать ответ, но скорее иное — обидеть Криса неудачной формулировкой. Если они все же дружат, а он почувствует в моем голосе яд и ненависть, которые у меня только и есть в отношении этой Киры, то может оскорбиться, плюнуть и уйти. Он и так уйдет, но пусть на хорошей ноте. И чуть — чуть позже…

— Рина, но обед я тебе все же должен. Или уже теперь какой обед? Давай ужин! Ты же не работаешь в ночную смену?

Странно, как легко Криспин перешел на 'ты'.

— Нет, естественно. Еще не хватало за такую зарплату перерабатывать.

— Тогда давай так. Встретимся в холле через два часа. И пойдем поужинаем. У тебя здесь есть любимые местечки?

— Нет, конечно! Я приличная девушка.

— Хорошо, тогда выбор за мной. А в сопровождении спутника даже самым приличным девушкам дозволено ходить куда вздумается.

* * *

Криспин все же решил проводить Киви до гостиницы и заодно попытаться с ней поговорить о милых пустяках — именно в незначащих беседах люди чаще всего и проговариваются о каких‑то фактах.

Он приглядывался к девушке, и постепенно понимал, что она уже не так его раздражает, хотя ее характер мало изменился с детства. Он мягко обходил те темы, которые могли вызвать у Рины взрыв негативных эмоций. И тогда с ней вполне можно было общаться. И вот тут, как назло, его окликнула парочка крепких парней с вопросом, возьмет ли он их груз.

— Не видите, занят я? — небрежно бросил Крис, оглядываясь на свою спутницу и думая, как бы не спугнули бы эти молодчики его птичку Киви. Криспин не хотел при Рине обсуждать вывоз контрабанды.

И добавил:

— Поговорите с моим партнером. Вот его контакты, — Крис бестрепетно дал им возможность запросить Киру, зная, что она и без предупреждения сумеет сориентироваться и принять решение.

Проводив Рину до дверей ее номера и напомнив, что будет ждать ее в холле, он быстро прошел к себе, машинально проверил номер на предмет визита нежданных гостей и их следов. Убедившись, что все в порядке, связался с Кирой по закрытому каналу:

— Докладываю по порядку. Киви в норме, наживку заглотнула, чистит перышки. Поведу прикармливать дальше.

— Не переборщи, — с легкой иронией отозвалась Кира. — От перекорма и казусы случаются.

— Учту. Ты просто кладезь мудрости. И по делу. С тобой уже связались по поводу стремного груза?

— Да. Поторговалась для вида. Надо же репутацию скользких типов, живущих на грани закона, поддерживать.

— Ты надолго?

— Смотаюсь за пару дней. Не скучай и не натвори лишнего. Выжидай. Наблюдай. В конце концов, у тебя же тут твой транспортник. В крайнем случае Киви на куриный рулет и улетаешь. Выйдешь на дальнюю орбиту и или к базе, или запросишь мои координаты и встретимся.

— Хорошо, по обстоятельствам. Береги себя, — Криспин знал, что Кира не очень любит такие просьбы, но не удержался.

Он знал, что его приятельница рисковая девушка в том, что касается боевой работы. И при этом совершенно теряется, когда незнакомые парни делают ей комплименты по поводу ее действительно привлекательной внешности.

— И ты себя. Киви ж они такие. Днем смирные, а ночью становятся агрессивными и могут наподдать лапами.

— Кира, я обязательно проверю.

— Что именно?

— Ночную агрессию.

— Гулена, — засмеялась Кира. — Ладно, держись там, мы стартуем. Связи может не быть, полетим окольными путями, но на приличной скорости.

— Наслаждайся! — Крис знал, что она прекрасный пилот, при этом никогда не теряющий головы, и способна на головокружительные маневры.

А когда он спустя некоторое время встретился с Риной, то был удивлен — она преобразилась. Легкий макияж, нарядная блузка. Это для него? Или для нее любой выход за пределы жилища и кабинета является событием вселенских масштабов?

— Все хорошо? — спросила она, едва он подошел к ней.

— Прости, я слышала часть твоего разговора с теми двумя. А ты точно занимаешься тем, о чем сказал мне? Все законно?

— Да, конечно. Подбросить груз не является незаконным. Я перевозчик, а не поставщик.