Приемыш. Противостояние (СИ)

— А почему не сразу автомобили?

— Потому что у нас средневековое общество, которому до самых простых автомобилей еще расти и расти. К вашим автомобилям нужен еще и ремонтный сервис по всей стране, плюс куча заправок. Если мы на такое и пойдем, это будет еще очень нескоро, поэтому давайте остановимся на повозках. Кроме них нужны шасси для карет. Ездить в наших по брусчатке сущее мучение. Если поставите нормальные шасси с амортизаторами и надувными колесами, отрывать руки мне будет уже знать. Есть потребность и в металлических плугах и во всяких там тяпках и лопатах. И не нужно улыбаться. Знаете, сколько труда тратит кузнец, чтобы отковать лезвие обыкновенной лопаты? А вам их наштамповать ничего не стоит.

— Я понял, — кивнул посол. — А что еще нужно, кроме повозок и лопат?

— Нужны часы. Выпуск ручных часов, настроенных на наше время, наладили здесь, и я их получаю в достаточном количестве. От вас мне нужны простые и надежные домашние часы лучше всего с гирями, а так же большие башенные часы. Главное, чтобы они были надежными, и их могли бы ремонтировать в местных условиях. Кроме часов нужны самые разные весы, ручные и напольные. Причем мне они нужны в больших количествах и не в фунтах, а в килограммах, и градуировка должна быть как арабскими цифрами, так и нашими. Мне надоело отсутствие точных мер, когда почти все делается на глазок. Метры и линейки я уже заказала здесь, остальное, думаю, мне поставите вы. А пока вы будете подготавливать производство, я могу купить большую партию пшеничной муки. Сейчас под нее заканчиваем строительство трех больших складов возле столиц.

— Большая партия это сколько? — спросил посол.

— Десять тысяч тонн поставить сможете?

— Легко. Можем и больше.

— Больше пока не нужно. Как только мы закончим со складами, а это будет дней через пять–десять, я вам дам знать и все сразу же переправим. Сразу я с вами и рассчитаюсь. Приготовьте для меня фотографию того места, откуда будем вывозить муку. Желательно, чтобы в этом месте были какие‑нибудь характерные приметы. Да, цену на ваши товары я буду назначать сама. Не беспокойтесь, это я делаю и здесь, и пока никто не жаловался. На вас я тоже экономить не буду, золота у меня хватит на все. Все заказы я буду проводить только через ваше правительство, с ним же буду и рассчитываться. Выбор фирм — это уже ваше дело. Все, что я вам перечислила, это только для начала. Если мы будем довольны друг другом, сотрудничество будем расширять.

— А не вызовет ли такой рост нашей с вами торговли неудовольствие в правительстве СССР?

— А меня чье‑то неудовольствие очень мало волнует. Наша торговля с вами не затрагивает поставок золота в Советский Союз, а политические вопросы меня не интересуют. Я считаю, что для этого мира будет полезно, если сохранится баланс сил между Советским Союзом и вами, да и вообще вам нужно больше сотрудничать, чем накачивать мускулы и угрожать друг другу. Если бы вы знали, Томас, как тоскливо идти по мертвому миру, когда вокруг дома, машины и серая пыль. И ты одна живая на всю планету! Я бы очень не хотела такой судьбы для своей родины.

Глава 7

Проводив гостей до выхода из посольства, Ира вернулась обратно поговорить с Алином.

— Ну что, господин посол, — сказала она, усаживаясь в то же кресло. — Все слышал?

После ремонта особняка по просьбе Ирины в гостиных были установлены прослушивающие устройства, с помощью одного из которых Алин следил за ее разговором с американским послом. Она решила, что при разговоре шевалье присутствовать не стоит, но его содержание нужно знать.

— Все было прекрасно слышно, — ответил Алин. — Все вы, ваше величество, правильно заказали, только я бы в заказы добавил посуду. Я здесь походил по магазинам и посмотрел, что продают. Стеклянной и керамической посуды много, и вся она гораздо лучше нашей. Наша керамика ограничивается кувшинами и кружками, а стеклянной посуды почти совсем нет.

— Вот и закажи здесь все, что посчитаешь нужным, а потом можно будет еще и американцам заказать то же самое. Ты прав, на посуду будет большой спрос. Но сделаешь это позже, а пока нужно поймать Воронцова и заказать дополнительно гранатометы. Тех четырех десятков, которые недавно получили, будет мало. Я поговорила с Новиковым, так он считает, что это лучшее оружие для крупных животных. Уж если граната прожигает броню танка, то любого зверя и подавно прожжет. Разве что чешуя моего друга не поддастся, да и то вряд ли. Она крепиться к шкуре, и если выгорит шкура, то и чешуя держаться не будет.

— А зачем его ловить? — сказал Алин. — Он пришел следом за послом и остался вас ждать в комнате для гостей. Позвать?

— А зачем звать, когда можно позвонить? — кивнула ему на трубку Ира. — Давай звони.

— Не нужно никуда звонить, — послышался из‑за двери голос Воронцова. — Можно войти? Честное слово, я вас не подслушивал. Попросил парней из охраны предупредить, когда уедут американцы, они и предупредили. Выхожу, а вы говорите громко, да и дверь не прикрыта, так что я слышал последние слова. Много нужно гранатометов?

— Сотни две дадите? И кумулятивных гранат побольше.

— Так и знал, что заказывать будете сотнями, — вздохнул куратор. — Если поможете попасть отсюда в мой кабинет, сразу же сделаю заявку. Только при одном условии, согласны?

— Вы бы хоть сначала сказали свое условие, прежде чем вымогать согласие, — засмеялась Ира. — Интересно, что вам такого могло потребоваться, если опустились до шантажа?

— Так уж и шантаж! У вас намечается война? Намечается. А где война, там и фронтовая кинохроника. Одним словом, к вам будет просьба принять группу военных кинооператоров и дать им доступ в зону боевых действий.

— Сами не знаете, о чем просите, — вздохнула Ира. — Согласна я на съемку, но не больше двух человек. Вооружите их не только камерами, но и оружием, а я дам амулеты и пару дружинников для охраны. Но за их жизни я поручиться не могу, сама не знаю, что там будет твориться. Если согласны на такие условия, то присылайте свою группу в замок. Только не тяните, потому что боевые действия могут начаться в любой момент. И гранатометы желательно передать сегодня или завтра, пусть даже только часть. Напоследок хотелось бы узнать куда вы пропали?

— Ездил с семьей на неделю на море. Три года обещал и все никак не мог вырваться. Мне уже домашние начали угрожать принять меры. Так что пока у вас не было войны, я и вырвался с условием, что если…

— Если завтра война, если завтра в поход, — пропела Ира. — Завидую, если честно. Вот покончим с Урнаем, сама туда выберусь. Вы где были?

— В Феодосии.

— Фотографии делали?

— Конечно, старший сын много всего снимал.

— Вот и принесите мне парочку, где сняты относительно безлюдные места недалеко от моря. Я и сама схожу, и канцлера свожу. Он, оказывается, всю жизнь мечтал увидеть море. Только нужно будет вам, Алин, купить мне закрытый купальник. Раз ходите по магазинам, значит, вам это будет нетрудно. Размер, наверное, сорок четвертый, а цвет — на ваш выбор. Ладно, сейчас я вас Павел отправлю в кабинет за гранатометами, а сама уйду в столицу. Хоть Март и знает, где меня искать, а все равно сердце не на месте, когда в такое время приходится уходить на Землю.

Как только Ира очутилась в гостиной королевского замка, она сразу же услышала гудение амулета, доносящееся из спальни. «Звонил» Сантор.

— Ваше величество, — обрадовался он. — Хорошо, что вы появились, а то я уже хотел бежать за амулетом связи с Мартом. К вам тут пришел один странный тип и настаивает на встрече.

— А в чем его странность, если кратко?

— В первую очередь в говоре. Говорит по–нашему быстро, но как‑то не так, как все остальные. По виду чистокровный кайн, но опять‑таки есть в нем что‑то чужое, что‑то такое, что трудно объяснить словами.

— А что говорит?

— А ничего. Заладил, что ему нужно видеть королеву, а ничего объяснять не хочет. Я ему пригрозил, что прогоню, так он на полном серьезе заявил, что вы потом за это спустите с меня шкуру.

— Ладно, хочет меня увидеть, значит, увидит. К королевам во дворец обычно по пустякам не ломятся. Пусть его проводят наверх к моим комнатам, я сейчас буду. Магические способности у него есть?

— Очень слабые. А амулетов на нем нет, я проверял.

Ради нежданного гостя Ира не стала переодеваться, так и осталась в сером брючном костюме из тонкой шерсти, в котором ходила на встречу с послом. Едва она появилась в гостиной своего замка, как во входную дверь постучали. Услышав разрешение войти, зашел один из ее дружинников.

— Ваше величество, — поклонился он Ирине. — Мы доставили этого человека. Вы будете с ним беседовать в нашем присутствие?

— Нет, Марк, — ответила девушка. — Давайте его сюда, а сами пока побудьте за дверью.

Проигнорировав недовольство дружинника таким вопиющим нарушением правил безопасности, она села за стол, а вошедшему парню, которому было лет двадцать пять, показала рукой на стул, стоящий по другую сторону стола.

— Что ты на меня так вытаращился? — усмехнулась она, с интересом разглядывая гостя, в котором действительно было что‑то необычное. — Не похожа я на королеву? Ты уж извини, но ради тебя я менять одежду не собираюсь. Ты хотел увидеть королеву, ты ее увидел. Давай, излагай, какое у тебя ко мне дело.

— Извините, ваше величество, — сказал парень, и Ира поняла, что имел в виду Сантор, говоря о говоре.

Гость говорил чисто, но некоторые слова звучали не так, как их выговаривали остальные, хотя общий смысл сказанного был понятен.

— Я хотел вам задать один вопрос, — продолжил ее собеседник. — Вы что‑нибудь знаете о государстве рахо?

— Так ты с побережья! — догадалась Ира. — И много там осталось кайнов? Неужели рахо позволили вам остаться?

— Кайны остались лишь в одной провинции, — ответил парень. — Они там на положении рабов, но живут небольшими общинами, и рахо редко вмешиваются в их дела, если вовремя расплачиваться зерном.

— А ты тогда почему гуляешь на свободе? Сбежал или кем‑то послан? И как тебя, кстати, зовут?

— Меня зовут Колин, и я свободный человек. А здесь я потому, что послан вождем рахо Кардом деш Кардеком. Он и дал мне свободу.

— Только тебе или и твоим родным?

По исказившемуся лицу Колина она поняла, что ее мысль оказалась правильной.

— Их освободят, когда я выполню поручение вождя.

— А если он решит, что ты его не выполнил или просто не захочет держать слово, данное бывшему рабу? Можешь не отвечать, и так по твоему лицу все видно. Тебя послали ко мне, а твоих родных оставили заложниками. Кого, кстати?

— Жену и двоих детей. Младшего жена еще кормит грудью.

— А если я помогу их освободить?

— Госпожа! — он вскочил со стула и упал на колени. — Если вы это сделаете, у вас не будет более преданного слуги!

— Мы с тобой к этому разговору еще вернемся. Не думаю, что освободить твоих близких будет для меня таким уж сложным делом. А сейчас рассказывай для чего тебя послал вождь рахо.

— Поначалу он послал меня для разведки, — начал Колин. — Рахо кое‑что знают о вас от кочевников, но очень немного, а вождю для чего‑то потребовалось узнать больше.

— Как они там живут на нашей земле? — спросила Ира. — Не тесно?

— Вы правы, ваше величество! — с уважением посмотрел на нее парень. — Их слишком много. Редко когда женщина рахо рождает меньше пяти детей, и мало у кого из мужчин всего одна жена. За последние десять лет подати зерном с нашей общины возросли вдвое. И это при том, что земли больше не стало, и она вся в деле. Мы сами уже давно живем впроголодь.

— Значит, им стало тесно, и вождь отправил тебя узнать, нельзя ли турнуть нас еще и с этой земли? Для чего же он послал тебя ко мне?

— Я не знаю, какие у него были мысли, когда он меня сюда посылал, может быть, вы и правы. Только на рахо совсем недавно напал сильный враг, и вождь хочет заключить с вами военный союз. Он, кстати, предупреждает ваше величество, что на вас вот–вот должен напасть хан Урнай.

— За предупреждение спасибо, но мы об этом и так знаем. Какая у тебя связь с теми, кто тебя послал?

— Мне дали очень ценный магический прибор. Рахо называют его «Ухо моря». Вы можете через меня с помощью этого прибора поговорить с вождем.

— Так и сделаю, — кивнула Ира. — Только вначале нужно обдумать то, что ты мне сказал. Где ты остановился?

— Тоже в нижнем городе, ваше величество, только у самых окраин. Постоялый дом «Веселый купец».

— Ну и название! — удивилась девушка. — У тебя там остались вещи? Я бы хотела временно поселить тебя в своем дворце. Так и с вождем легче будет держать связь, и твоей семьей заняться.

— Вещи есть, — замялся Колин. — Но я, ваше величество, не один, я с другом.

— Тоже с побережья или местный?

— Охотник из Сенгала. Так получилось, что я спас ему жизнь, а он в ответ взялся мне помочь.

— И где же это вы встретились?

— Я его встретил вскорости после того, как покинул степь. Его в лесу попортил вепрь.

— И чего это он там делал так далеко от поселений? Твой охотник, случайно, не охотник за головами? Теперь мне, по крайней мере, понятно, как ты с таким говором сумел незамеченным сюда добраться.

— Да, я старался поменьше говорить, обо всем договаривался Сарк.

— Ладно, веди сюда и своего друга. За прошлые грехи, если они у него есть, с него спросу не будет, лишь бы здесь не принялся за прежнее. Посмотрю на него, может быть, еще и к делу пристрою. Подожди, уже вечереет, так что нечего тебе таскаться пешком через весь город. Сейчас я распоряжусь и тебе дадут карету. И туда отвезут, и обратно доставят вместе с другом.

Она вызвала дожидавшихся за дверьми дружинников и отправила их вместе со своим гостем в каретную, после чего ушла в спальню и, усевшись на кровать, вызвала амулетом сначала канцлера, а потом и Лаша.

— Приготовьтесь услышать неприятные новости, — сказала Ира. — Я держу в кулаке оба ваших амулета, так что вы не только меня, вы и друг друга слышать будете. Не хотелось вам такое говорить на ночь глядя, но уже утром мне потребуется ваш совет, так что слушайте. Как я и предполагала, рахо стало тесно на побережье, и они начали посматривать в нашу сторону.

— Откуда такие сведения? — спросил канцлер. — Твой Страшила принес?

— Нет, ко мне прибыл посланец вождя рахо.

— Я не ослышался? — спросил Лаш. — Они собираются на нас нападать, и сами же нас об этом предупреждают?

— Все обстоит совсем не так, — пояснила Ира. — Поначалу они прислали не посланника, а разведчика, чтобы он здесь все у нас вынюхал и передал рахо. А теперь для них все изменилось из‑за того, что наш материк нашла какая‑то из империй, и его завоевание она начала с земель рахо. Так что они сейчас с нами воевать уже не хотят, а наоборот, желают заключить военный союз. И я склонна такой союз заключить.

— Не пояснишь свою мысль? — спросил канцлер.

— Я выбираю меньшее из двух зол. Рахо, если мы заключим с ними союз, на какое‑то время перестанут быть для нас военной угрозой, особенно если их сильно ослабит империя. А вот с империей нам придется драться насмерть. Они не ограничатся уступками и обязательно постараются захапать все. И сил долго сопротивляться в одиночку у нас не хватит. Вы просто не представляете их возможностей. Если они уже захватили плацдарм, то дальнейшее будет зависеть от их магов. Если они могут устанавливать большие постоянные врата, мы даже рахо не успеем помочь. А если в этом они не лучше магов Сандера, то орудия, провиант и другие грузы им придется везти через океан, да и подкрепления будут перебрасываться вратами гораздо медленнее. Нас смогут спасти только две вещи. Это оружие моего мира и вторая империя, если она тоже включится в драку за наш материк.

— А если все‑таки подключить твоих соотечественников? — предложил канцлер. — Так ли это плохо?

— Понимаете, Лен, мои соотечественники или американцы смогут в конечном итоге разгромить обе эти империи, хотя это будет сделать совсем не просто в первую очередь из‑за того, что даже через мои врата не пройдут ни корабли, ни самолеты. Но это уже полномасштабная война, которая потребует от меня открыть им постоянный доступ в наш мир. И я ни минуты не сомневаюсь, что в результате мы потеряем самостоятельность. А кайны в своей массе не готовы к вмешательству в свою жизнь чужаков, которые начнут их поучать, как жить и что делать. И закончится это все очень плохо. Поэтому нужно покупать на Земле оружие, но с врагами сражаться самим. А для начала нужно с наименьшими для себя потерями разгромить Урная. Вождь рахо тоже предупредил, что он вот–вот на нас нападет.

— Набрасывай больше хвои! — приказал капитан Грей своему матросу. — Нужно, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что здесь что‑то закопано.

Они только что закопали все то, что не могли взять с собой и сейчас скрывали следы своей работы.

— Что будем делать с лодкой, господин капитан? — спросил Хук.

— Лодку придется затопить, — ответил Грей. — Оставлять никак нельзя, а сжечь не получится, да и дыму будет… Поэтому сейчас возьмешь топорик, отгонишь лодку шагов на тридцать от берега и руби днище. Топор только не утопи, как сделаешь работу, кидай его на берег.

— Я очень плохо плаваю, — честно предупредил кок, подбирая с песка небольшой топорик.

— Надеюсь, лучше, чем этот топор? — раздраженно спросил Грей. — Сколько тут плыть?

И надо же было такому случиться, что из всей команды ему достался именно этот отъевшийся на камбузе недотепа.

— Ты хоть из арбалета стрелять умеешь? — спросил он, не особо надеясь на положительный ответ, но ошибся.

— А что там уметь, — пренебрежительно ответил Хук. — У меня дома «Дракон», так я всякий раз, когда отпускали и доводилось попасть к своим, ходил с ним охотиться на кроликов и никогда без добычи не возвращался. Эх, где сейчас тот дом?

— Ничего, еще попадем домой! — повеселел капитан. — Наши должны сюда прийти в большой силе. Нам с тобой главное — это выполнить то, за чем послали, и при этом уцелеть.

Наконец лодка была затоплена, и они стали собираться в дорогу. Вещи были уложены в две котомки, которые закрепили за спиной, на поясах у каждого висели кинжалы и запасы болтов в специальных чехлах. У капитана был еще широкий и короткий корабельный меч, а Хук заткнул за пояс топор. В руки взяли заряженные арбалеты, а сумку мага Грей повесил себе на плечо.

— И куда пойдем? — спросил Хук.

— Пойдем вдоль побережья как можно дальше от леса с дикарями, — снизошел до объяснения капитан. — Видишь, что они сделали с теми, кто здесь жил? Поэтому думаю, что люди должны селиться от них подальше. Нам нужно кого‑нибудь из них захватить, тогда я смогу узнать, куда двигаться дальше.

— А как же это узнать, не зная языка? — удивился толстяк. — Я знаю, что все капитаны немного маги, но не менталисты же!