Война за домен (СИ)

Бореол не сомневался. Его воины и колдуны уничтожат прореженные Котами и Медведями стаи. Только это все равно будет поражением. Враги сразу воспользуются ситуацией. Все набросятся на неспособных защищаться. Сожрут и не подавятся.

Вождь Рысей медленно посмотрел направо, потом налево. Взглядом обвел плотный строй из сотен воинов в доспехах из секвы — каменного дерева. Нашитые на кожаные куртки вертикальные дощечки лишь немного уступали по прочности железу, но были легче и доступнее измененным. Каждый воин имел щит из панциря черепахи или из того же каменного дерева, копье, мощный лук и амулеты против магии тварей. Многие воины затерялись в листве, чтобы жалить ядовитыми стрелами сверху.

Никто достоверно не знает, что создало этих злобных существ или кто. Случилось ли это в те времена, когда из людей маги сделали первых измененных? Были ли предками тварей люди или они просто поумневшие и изменившиеся животные? Бореол никогда не сталкивался с порождениями Проклятого Леса, но рассказов стариков вполне хватало, чтобы понять, в нем регулярно появляются новые виды. И битва будет трудной.

Среди леса копий виднелись посохи колдунов, служившие им не только для накопления энергии, но и в случае нужды оружием. У вождя имелся такой же. Сейчас выжженные на нем триграммы светились мягким зеленоватым свечением. В любой момент воля измененного готова была вырвать из посоха накопленную силу, и направить ее во врага.

Вдалеке, среди деревьев, послышался надрывный рев рожка.

У-уууу! Ууу-уууу! У-уууу!

Разведчики засекли приближение стай и подавали сигнал. Уже скоро. Скоро придет конец томительному ожиданию. Воины, подавшие сигнал, не смогут уйти от преследования, но они знали на что шли и до конца выполнили долг перед племенем. Не только предупредили, но и заманили тварей именно сюда. К собранным со всех поселений воинам, подальше от убежищ с женщинами и детьми. Здесь все решится.

Впереди раздался вопль, наполненный болью. Следом еще один. В промежутке меж стволов Бореол увидел отсвет огня. Активировались огненные ловушки, щедро разбросанные колдунами на подступах. Рев приближался, вгоняя в душу раскаленный стержень из страха и сомнений. Вождь встряхнулся, отгоняя наваждение. Проверил еще раз легко ли выходит из петли широкий длинный нож, и сделал шаг вперед. Он Вождь! Он должен встретить опасность первым!

За деревьями замелькали быстро приближающиеся силуэты. Несколько ударов сердца и на поляну выскочили первые существа. Разные. Человекоподобные — с длинными руками и ногами. Острые когти и выдающиеся клыки способны навести ужас. Рядом приземистые животные на четырех лапах, мощные жгуты мышц перекатывались под темной кожей. Костяные наросты на черепе отливали синевой и, наверняка, хорошо защищали голову. Твари остановились, рассматривая новое препятствие в виде ощетинившихся копьями и стрелами измененных.

Бореол видел продолжающиеся вспышки и слышал визги попавших в ловушки, но он также видел, что на поляну выскакивали больше и больше выживших тварей. Незачем дальше ждать.

Вождь высвободил часть силы из посоха. Над торцом на мгновение повисла триграмма огня, она превратилась в пламенный шар, который с гудением понесся к груди ближайшей ошибки Богов. Тварь пошатнулась, выдержав первый удар, но после второго вспыхнула, будто была облита смолой и покатилась по траве, пытаясь сбить пожирающее пламя. Зрачки Бореола сузились от яркой вспышки, превратились в вертикальные черточки, и он улыбнулся, показав врагам свои собственные клыки.

Рыси и порождения Зла очнулись от созерцания друг друга и запели песнь луки, зашелестели в воздухе стрелы, загудела выбрасываемая в мир Сила. Темные создания зарычали в ответ и бросились на строй воинов и колдунов.

Глава восьмая

Грав.

Вблизи сельские постройки у непривыкшего человека могли вызвать жалость не только к людям в них проживающих, но и к скотине. Я оказался непривыкший, поэтому смотреть на халупы было не очень приятно. Тем боле в них живут мои будущие подданные. Конечно, и в России есть забытые чиновниками деревни, но так то именно забытые! Здесь же барон, как хозяин всего на свете, обязан заботиться о собственности! Это все равно, что открыть предприятие и пустить дела на самотек. Не понимаю. Даже в этой местности, со скудными ресурсами, можно найти прибыльное занятие для людей! Нужно лишь задаться целью!

Дома, точнее домишки, производили впечатление неухоженности, и напоминали мазанки нищих крестьян дореволюционного юга Российской Империи. Грязно-белые стены, соломенные крыши, маленькие мутные окошки, с деревянными ставнями. Дворики небольшие и пыльные. Внутри кроме хозяйского дома помещались, в лучшем случае, пара сараюшек для инвентаря и ненамного больший хлев для животных.

И по-прежнему никого. Скотина продолжала надрываться, кто во что горазд. Пехотинцы осторожно двигались к центру села, нервно высматривая опасность. Я обратил внимание, что двойки дружинников с каждым шагом приближались друг к другу, инстинктивно стремясь сбиться в плотный строй. И сам почувствовал себя неуютно. Если опытные солдаты нервничают, то мне и подавно надо бояться.

Неожиданно периферийным зрением уловил движение на крыше, но когда повернул голову, то увидел только скатывающийся с нее кем-то вырванный пучок соломы.

— Э-э… десятник, — раскрыл я рот.

— Видел, Ваша Милость, — нервно перебил меня Фиш и заорал. — Сомкнуть строй! Да скорее же, близорово[6] отродье!

— Что случилось? Почему… — тут я заметил почему и самому захотелось заорать благим матом. Из небольшого переулка выскочили три существа. Зурима спрашивать, как они выглядят, уже не буду. Однако откуда они взялись такие, спрошу обязательно. Потом. Если в живых останусь.

Одна тварь (иначе не назовешь) напоминала безволосую человекоподобную обезьяну, ростом за два метра. Маленькие глазки сверкали злобой из-под выдающихся надбровных дуг. Существо имело длинные мощные руки, а пальцы заканчивались дециметровыми когтями. Под коричневой кожей бугрились нехилые мышцы.

Рядом с этой пародией на представителя отряда приматов ощерили пасти еще два страшилища. Они стояли на согнутых четырех лапах, готовых в любой момент отправить тело в стремительный убийственный бросок. Обе твари медленно переставляли лапы с кошачьей грацией. Видно как при каждом таком шаге лопатки на спине животного поднимались, натягивали почти черную кожу и опускались. Грудь, голову, и части тела, порой в самых неожиданных местах, защищали роговые пластины с синеватым отливом. Несмотря на общее сходство с огромными хищными кошками, существа ими не являлась. Морды абсолютно не кошачьи.

Жуть какая! Стивена Кинга бы сюда. Порадовался бы человек.

Эти мысли промелькнули за считанные секунды, затем обстановка резко изменилась. Момент, когда это произошло, я тривиально прозевал. Все так быстро закрутилось, завертелось, что не успел, как следует испугаться и тем более подготовиться.

Слева раздался рев, и мелькнувшая тень сбила на землю лекаря вместе с лошадью. Меня обдало фонтаном крови, в ушах надолго поселился душераздирающий вопль. Черныш резко отскочил вбок (никогда бы не подумал, что кони так умеют), чуть не выбросив меня из седла, и самостоятельно развернулся навстречу опасности. Только тут увидел, кто стоит рядом. Еще одна человекоподобное создание, ощерив клыкастую пасть, приготовилась к следующему прыжку. Лошадь лекаря испускала последние вздохи. Тварь разворотила ударами когтистых лап ее бок и холку. Ребра несчастного животного вылезли наружу, а кусок мяса с холки и гривы оказались вырванным, обнажив бело-кровавые позвонки. Кобыла лежала на земле, подмяв под себя Корниса вместе с нужными сейчас амулетами.

В считанных метрах десяток Фиша пытался сдержать натиск остальных чудовищ. Слышались крики умирающих, ругань еще живых, рычание монстров; доносился скрежет когтей о металл доспехов, десятник пытался раздавать команды, но его, похоже, никто не слушал. Все это было рядом и одновременно где-то далеко. Мозг просто перестал воспринимать посторонние звуки. Время застыло. Мир замер. Остались только я и тварь. Мы смотрели друг на друга целую вечность — тварь с ненавистью, я — с ужасом. А потом мир наполнился звуками и рухнул, выбив воздух из моей груди. Это Черныш встал на дыбы, я не удержался в седле и свалился на землю. Ездун из меня тот еще оказался. Но сейчас это как нельзя кстати пришлось. Над головой пронесся силуэт монстра. Даже представлять не хочу, что стряслось бы, получись у него дотянуться своими когтями.

Не взирая на боль в спине, быстро перекатился на живот. Вскочил на ноги и вскинул к плечу арбалет, который умудрился не выронить во время падения. Тварь уже успела развернуться, и показала оскал. Двойной щелчок и оба болта вошли ей в живот по самое оперение. Она дернулась, но не назад как можно было надеяться, а вперед. На меня. Но тут, откуда-то из-за спины прилетела длинная стрела и застряла в шее этой человекоподобной гадины. Завертелась волчком она заскулила по псиному.

— Да когда же ты сдохнешь! — меня распирало от нахлынувшей гаммы чувств — страха, ненависти, омерзения, удивления. Я вытащил меч из ножен, и ощутил горячую волну, которая пронеслась от кончиков пальцев ног и до макушки, выплеснулась в руки, с них перекинулась на лезвие. Непонятная сила окутала его голубым маревом, и меч с легкостью вошел в тело монстра. С чавканьем из груди уже мертвого зверя появился кончик еще одного клинка, и тут же исчез обратно. Тварь рухнула, чтобы больше не встать. Перед моим взором предстал десятник.

— Живы? — тяжело дыша, хрипло спросил Фиш.

Сил отвечать не было, и я просто кивнул. Затуманенным взором окинул поле боя в поисках очередного противника. Никого не нашел. Сознанию потребовалось время, чтобы осмыслить увиденное.

Мертвые твари. Разорванные пополам тела дружинников. Оторванные руки. Одно тело лежало без головы, и темная кровь из шеи убитого еще выливалась толчками. Окровавленные элементы доспехов валялись повсеместно. Двое целых дружинников, не считая десятника, затравленно озирались, не веря, что все закончилось. Остальным вряд ли удастся помочь, даже если кто-то еще жив. Это на Земле можно успеть спасти раненного с оторванной ногой, рукой или пробитой грудной клеткой. Но здесь и сейчас… Сомневаюсь.

В ноздри запоздало ударил смрад вывалившихся наружу внутренностей. В животе возник позыв к рвоте, он поднялся к горлу, и тошнота выплеснулась на внутреннюю поверхность забрала. Идиот! Хватая ртом воздух и стараясь удержать очередной комок в горле, лихорадочно сорвал салад и больше не сдерживаясь выплеснул на землю все что думал об увиденном.

— Ничего, ничего, — стучал по моему плечу десятник. — Главное что вы обрели, наконец, Дар рода вашего. Вот господин барон обрадуется-то!

— Угу, — только и смог, что коротко поддакнуть десятнику через силу, вытирая рукой желчь с губ. "Пусть так, только давайте уйдем отсюда!" — хотелось крикнуть.

Десятник сделал шаг ко мне и стал так, чтобы успеет прикрыть меня щитом.

"Неужели еще твари?" — промелькнула паническая мысль. Я развернулся, выставляя меч перед собой. Кроме Зурима и дружинника, которого оставили сторожить имущество и единственного механика, никого. Они с опаской приближались, держа наготове оружие. Видать решили помочь, когда услышали крики. Похвально. Обязательно благодарственную грамоту выпишу.

— Где опасность? — недоуменно спросил у десятника. Не Зурим же насторожил Фиша.

— Справа. У крайнего дома, — тихо ответил мне ветеран.

Два высоких человека стояли и смотрели на нас. У каждого в руках длинный лук (так вот, значит, откуда прилетела стрела). Оба одеты одинаково — штаны из темной кожи, куртки, выкрашенные под цвет листвы. На поясах висят множество ножей. За спинами виднеются колчаны со стрелами. Выражения и черты лиц разобрать не представлялось возможным, потому как физиономии незнакомцев были размалеваны темно-синей и зеленой краской.

Облегченно выдохнув, обратился к десятнику:

— Чего ты так всполошился? Не чудовища и ладно. Вон, помогли даже, — я кивком указал на длинную стрелу, торчащую из шеи напавшего на меня существа.

Зря посмотрел в сторону трупов, чуть опять не стошнило.

— Так это ж мутанты, ваша милость, — буркнул недовольно Фиш. — От них никогда не знаешь чего ожидать. Сейчас-то помогли, а следующая стрела тебе в глаз прилетит. Нелюди, они нелюди и есть. Лишить жизни доброго человека для них первейшее дело.

На бурчание ветерана внимания обращать не стал. Меня больше интересовали новые фигуранты. Может они и не мутанты вовсе. Передается, например, из поколения в поколение косоглазие, вот местный люд и сторонится "проклятых". И потом, отряд потерял семерых… Хотя нет, лекарь под лошадью застонал. Выжил, зануда.

Десятник Фиш.

А наследник не сплоховал. Что не могло не радовать. Случись иначе, пришлось бы держать ответ перед старым бароном и главное перед своей совестью. Но все закончилось относительно хорошо. Солдат конечно жалко, хорошие парни были, только тут уж ничего не поделаешь. Судьба видать такая у них. Главное что у наследника Дар проявился. Он не каждому Ласкону достается. Плохо, что старому барону не повезло с ним, может, и не случилось бы столько несчастий, сколько выпало на долю правящей семьи и подданных.

— Фиш. Соберись, давай, — донеслось до слуха десятника.

"О, Боги. Позор-то какой", — встрепенулся Фиш. — "Неужели старею".

— Виноват, Ваша Милость.

— Чего делать будем? — наследник показал сначала на убитых, потом на мутантов, которые продолжали стоять на небольшом взгорке у крайнего дома.

Фиш снял шлем, пригладил мокрые от пота волосы и настороженно посмотрел в сторону пришельцев из-за реки.

— Ну, раз такое дело. Раз мутанты в нас не пуляют почем зря, то надо, значит, воспользоваться странной добротой ихней и заняться неотложными делами, — ответил и нахлобучил шлем обратно на голову.

— Раненным нашим помочь надо и главное узнать, что с селянами. Живы ли? Коли живы, то где спрятались? — забубнил Фиш и, не забывая об опасности, стал так, чтобы успеть прикрыть собственным телом наследника в случае чего.

— Помогите вытащить нашего мага-горемыку.

На пару с молодым Ласконом, выдернули из-под лошадиной туши Корниса. Лекарь застонал от боли и снова провалился в беспамятство. Десятник мельком осмотрел мага и удрученно покачал головой.

— Плохо дело. Обе ноги сломаны.

— Ничего. Мы за лечение немного возьмем. Всего пару десятков золотых, — попытался пошутить подошедший Зурим.

— Поговори мне, — рыкнул десятник. — По сторонам смотри, герой.

— А я чего? Я ничего. О благосостоянии нашем забочусь. Может на эти деньги получится кристалл зарядить для голема, — видно, что за глупой шуткой механик пытается скрыть собственный страх.

— Кто о чем, а наш Зурим о железяках, — буркнул Буча — дружинник, которого оставляли вместе с механиком. Дородный воин не оправдывал свое прозвище. Из-за медлительности и неповоротливости его и оставили в паре с механиком, чтобы не мешался, случись бой. Зато из арбалета он стрелял на диво хорошо, поэтому Бучу и терпел капитан.

— Хватит! — сказал наследник. Вроде не особо громко, но с такой сталью в голосе, что присутствующие невольно вздрогнули.

Подобных интонаций от молодого барона раньше никому слышать не доводилось.

"Прямо на глазах мужает", — удивился десятник и пристальнее посмотрел в лицо молодому властителю. Страх из глаз еще не исчез, но возникшая маска бесстрастия говорила, что внук барона уже взял себя в руки и гораздо быстрее, чем любой из выживших.

Фиш удовлетворенно крякнул в усы. Увиденное порадовало его.

— Кулак, Зума, вы ранены? — обратился к воинам младший Ласкон. Они были все заляпаны кровью и не понять, чужая это кровь или натекла из полученных ран.

— Пустяки, Ваша Милость. Переживем. Пара царапин и все, — за двоих ответил Зума.

— Тогда возьмите с собой Буча и пройдитесь по селу. Попытайтесь найти следы крестьян.

— Э-э, ваша милость… А ежели здесь еще твари остались? Нам же всем конец. Не-е, разделяться никак не можна, — попытался воспротивиться Буча.

— Думаю, мы всех убили. Иначе мутанты не стояли бы так расслабленно. Верно говорю, десятник?

Все повернули головы в сторону гостей из леса.

И, правда. Мутанты просто продолжали стоять на одном месте, и даже стрелы убрали обратно в колчаны.

— Ваша истина. У них нюх, что у пса сторожевого, — согласился с доводами Фиш и тут же рыкнул на подчиненных. — Чего стали, козлы беременные! Марш исполнять приказ господина!

Дружинники нехотя отправились по дороге, постоянно оглядываясь по сторонам.

— Зурим займись лекарем. Наложи шины что ли. Сможешь?

— Попробую.

— Если возникнут трудности, позови.

То, что произошло дальше, десятник никак не ожидал. Младший Ласкон приглашающе махнул мутантам, и те потрусили в сторону людей, будто только этого и ждали.

Глава девятая

Грав.

Когда я отослал солдат прочесывать селение. Меня посетила мысль, что неплохо бы узнать настоящие имена дружинников. А то прозвища за время пути сюда узнал, а вот имена нет. Как-то неловко называть здоровых, взрослых мужиков по кличкам. Словно они блатные какие-то или подростки. Я понимаю, что так тут заведено, но лично мне это создает неудобство. Да и для имиджа полезно проявлять толику уважения. Если быть благородным, так во всем.

Попросив Зурима заняться магом (все равно я не знал, какая точно требуется помощь), я, неожиданно для самого себя, приглашающее помахал рукой мутантам. Еще большей неожиданностью стало их быстрое приближение. Заметив, как Фиш напрягся, успокаивающе похлопал его по плечу. Я ни капельки не чувствовал угрозы и мутанты не проявляли никакой враждебности по отношению к нам.

Они довольно быстро приблизились и остановились в каких-то пяти шагах. Теперь появилась возможность рассмотреть их подробнее. Что тут сказать?! Передо мной стояли действительно мутанты! Сразу бросалось в глаза различное количество пальцев. У того, что слева — на одной руке было пять, на другой шесть. Верхняя челюсть немного выдается вперед. Из-под верхней губы белеют два пожелтевших клыка.

У второго с лицом и руками все было в порядке. Зато глаза явно нечеловеческие. Светло-рыжие, с вертикальными зрачками, точно у кошки. В остальном же от людей мутанты не отличались. Если и были еще различия, то незаметные. Не просить же мне их раздеться для осмотра, чтобы выяснить это?

Я склонил голову в знак приветствия и сказал:

— Благодарю вас за оказанную помощь. Надеюсь, смогу достойно отблагодарить столь доблестных воинов. Просите. Если это будет в моих силах, и не уронит моей чести, я исполню пожелание.

О как сказанул. Сам себе нравлюсь. Настоящий барон.

— Носи и никогда не снимай, — мутант с клыками протянул мне плоскую деревяшку на шнурке. — Так ты сможешь нас отблагодарить.

Недолго думая, взял в руки безделушку. Ничего особенного. Деревяшка длиной сантиметров десять. Похоже, покрыта лаком. В отверстие протянута веревочка и собственно все.

"Если это все, то почему бы и нет", — подумалось мне. И не обращая на слабый протест десятника, повесил презент на шею.

Удостоверившись, что сделал как просили, мутанты развернулись и бегом помчались прочь.