Помоги проекту - поделись книгой:
Откинувшись назад, он разглядел мелькнувшее мимо темное полукружие раскрытой пасти, белесое брюхо чудовища и, не целясь, ткнул копьем вперед. Ощутив на руке многопудовую тяжесть, что есть силы, сжал пальцами упругое кольцо. Послышался щелчок электрического разряда. Копье вырвалось у него из рук, тело мако взвилось, будто подброшенное чудовищным ударом, и стало медленно тонуть. Помня о сверхъестественной живучести этой голубой великанши, Виктор отскочил — он был сейчас совершенно безоружен. Но хищник, не подавая признаков жизни, продолжал опускаться в глубину. Виктор увидел, как несколько серых веретен метнулось наперехват и там расплылось темно-бурое облако. Белоперые остервенело рвали мако, облако густело и росло.
Двухметровая песчаная акула проскочила рядом с его лицом. «Сравнительно безопасные существа»… — усмехнулся Виктор и с тревогой вспомнил о Гале, сидевшей в воде по пояс. «Хватит! — решил он. — Включаю «химическую защиту».
Галя его опередила. Он увидел, как скользнула к аварийной кнопке тоненькая фигурка в акваланге. Из корпуса «Акулы» под большим давлением ударили в разные стороны рыжеватые струйки. Беснующихся хищников как ветром сдуло.
Виктор посмотрел вниз, туда, где в облаке крови повис растерзанный белоперыми труп мако. Он с силой дернул за натянувшийся шланг. Копье не поддавалось.
Оглянувшись на Галю, Виктор показал, что хочет спуститься вниз, но девушка, подхватив его за руку, увлекла на поверхность.
Взобравшись на «Акулу», они подняли маски. Лицо Гали было бледно.
— Я была непостижимо легкомысленна. Даже глупа. Следовало отогнать их раньше. Когда мако атаковала тебя…
— Пустяки, — пробормотал Виктор. — Зато испытали электрозащиту.
— Порядок? — раздалось сверху.
— Порядок, полный порядок, Карлос, — крикнула Галя. — Первая разведка прошла удачно. Сейчас возвращаемся.
— Надо только освободить копье, — заметил Виктор.
Мако висела на десятиметровой глубине, течение медленно относило кровь из разорванного брюха. К удивлению Виктора, копье оказалось крепко зажатым в пасти. Вдвоем они попытались раскачать его — тщетно! «А если отбуксировать эту рыбину в бухту? — подумал Виктор. — Мощности «Акулы» должно хватить».
Сбросив часть водяного балласта, так, чтобы только «пасть» «Акулы» оставалась под водой, Виктор развернул аппарат на обратный курс. Они добрались благополучно. Лишь у входа в бухту «Акулу» слегка тряхнуло: зацепившаяся мако чуть не застряла в коралловом барьере.
На берег вышли, пошатываясь от усталости. Сняв тяжелые акваланги, опустились на песок — мягкий, прогретый солнцем. «Долгое отсутствие тренировки», — подумал Виктор.
Карлос, в последний раз окинув взглядом горизонт, бросил за спину автомат и, ловко прыгая с камня на камень, спустился к ним.
Восторженный взгляд юноши поразил Виктора.
— Что с тобой?
— Ты убил ее! — воскликнул Карлос. — Под водой! Никто еще никогда так не убил мако! Только ты…
— Ее убило электричество, — ответил Виктор и покраснел. Он вспомнил, как в полной растерянности, не целясь, ткнул в акулу копьем.
— Ее убил ты, — упрямо повторил Карлос. — Я видел.
— Хорошо, — сдался Виктор. — Убил я. Но никак не освобожу копье. Поможешь?
Мако лежала на глубине каких-нибудь трех метров. Виктор и Карлос принялись нырять в одних масках, без баллонов.
— Нужен топор, — наконец заявил Карлос.
Пришлось выбивать ряд за рядом страшные, стиснутые в предсмертной судороге зубы. Ныряли по очереди, топор переходил из рук в руки.
Наконец копье извлекли. Выбравшись на берег, Карлос с любопытством осмотрел коротенький острый наконечник, торчащий из каучукового изолятора.
— Достаточно слегка воткнуть его, — объяснил Виктор, — затем сжимается это красное кольцо и следует мгновенный электрический разряд.
С помощью небольшой лебедки они подняли «Акулу» на борт, надежно укрепили в гнездах. Затем Карлос спустился в крохотную рубку: наступало время радиосвязи.
— Порядок, — заявил он, вернувшись через несколько минут. — Желают успеха. Свяжемся завтра утром.
— Что ты передал? — поинтересовался Виктор.
— Как сказала сеньорита Галя: «Первая разведка удачна. Убита мако».
«Быть может, следовало упомянуть о встрече с теми двумя рыбаками?» — подумал Виктор. Но ничего не сказал. Карлос — умный и бдительный парнишка. Ему виднее.
Солнце уже клонилось к западу, тени пальм вытягивались к линии прибоя. Блики на воде растаяли, море потемнело, приобрело темно-фиолетовый оттенок и только далеко-далеко на горизонте оно еще отливало серебром.
Палатки решено было не разбивать: опаловое безоблачное небо и ровный ласковый бриз сулили на ночь хорошую погоду. Походные раскладушки были поставлены в маленькой песчаной котловинке, возле базальтовых осколков. Крохотная дюна прикрыла их со стороны моря.
— А сейчас невредно было бы и перекусить, — предложил Виктор. — Ведь с самого утра…
— Несчастный чревоугодник! — рассмеялась Галя.
— Чре-во… — не понял Карлос.
— Не будем уточнять, — перебил Виктор. — Ежели нет возражений, я займусь ужином.
— Кушать? — наконец догадался юноша. Он был страшно смущен: ведь обязанности фуражира лежали на нем. — Сейчас, сейчас…
Они поужинали отличнейшей копченой скумбрией, которая, как объяснила Галя, именовалась здесь макрелью.
— Завтра я достану вам пипа[3], — пообещал Карлос, указывая вверх, где среди ярко-зеленых листьев виднелись желтоватые кокосовые плоды. — Очень вкусно.
Стемнело. Небо заполонили звезды, незнакомые и яркие. Море тихо ворчало, навевая сон.
Внезапно Карлос вскочил, насторожился.
— Флотас! — прошептал он.
Молодые ученые тревожно переглянулись, прислушались. Сквозь слабый плеск волн доносился какой-то непонятный треск и шорох.
Карлос заглянул через гребень дюны.
— Это флотас, — повторил он, подзывая товарищей.
В темноте они не сразу разглядели вереницу больших плоских тел, неторопливо подбиравшихся к ним со стороны моря.
— Черепахи! — тихо рассмеялась Галя. — Ну как я не догадалась сразу? Ведь флотас — флотилиями — в Америке называют стада морских черепах, собирающихся для яйцекладки.
— Че-ре-па-хи… — по складам повторил Карлос. — Че-ре-па-хи. Трудное слово. Что чере-пахи вэрдес… зеленые.
— Зеленые? — воскликнула Галя. — Скорее «уши»!
Виктор сбежал с холма и, машинально пригибаясь, бросился в обход надвигавшегося стада к катеру и споткнулся в темноте об огромную, медленно волочащуюся по песку черепаху.
С трудом сохранив равновесие, Виктор замер на месте, но животное невозмутимо продолжало свой путь. «Вот это да!» — с уважением подумал он, разглядывая тускло блестевший под звездами массивный полутораметровый панцирь. Еще несколько черепах пересекло ему дорогу.
— Виктор! Да Виктор же! — услышал он. — Ну куда же ты?
— Включить «уши», — удивленно сказал он. — А в чем дело?
— Нет, вы только полюбуйтесь на этого конструктора, — усмехнулась Галя. — Месяц просидел над схемой передатчика, чтобы включать «Акулу» на расстоянии. А теперь бегает к ней, рискуя сломать шею.
— В передатчике села батарея, — смущенно пробормотал Виктор. — Разве ты подзарядила?
— Представь себе… Иди сюда и не шуми: «Акула» уже слушает…
— Не обращают на меня внимания, — пожаловался Виктор. — Ползут себе, ровно я не человек, а пенек какой-то. В конце концов это невежливо с их стороны.
— Сейчас для них ничего не существует, — сказала Галя. — Этим-то и пользуются браконьеры, тысячами истребляя черепах во время яйцекладки.
Карлос посмотрел в сторону не видимой в темноте «Акулы».
— Я думал, она слышит только под водой.
— И под водой, и в воздухе, — не без гордости объяснил Виктор. — Наша «Акула» фиксирует даже то, что не воспринимает и человеческое ухо — ультра- и инфразвуки. Так что, если эти рептилии «разговаривают» между собой…
— Безусловно, сообщаются, — вмешалась Галя. — Как же иначе могут сбиваться они в свои огромные флотас?
— Значит, так или иначе мои «уши» подслушают этих молчальников. Ведь наша «Акула» улавливает даже мито- и нектробиотические излучения, которые…
Ты полагаешь, что говоришь о вещах общеизвестных? — упрекнула Галя.
— Извини, Карлос, — спохватился Виктор. — Понимаешь, это такие излучения организмов… Как бы тебе сказать? В общем, обнаружено, что в момент смерти любое живое существо, в том числе и человек, подает сигнал огромной мощности. Природа этих излучений ясна еще не полностью. Мы употребляем термин «нектробиотические лучи»…
— Я знаю, — кивнул Карлос.
— Знаешь? — искренне удивился Виктор.
— Нет, не лучи, — смутился юноша. — Знаю одну… один случай. Мария Хосефа, соседка, выбежала ночью из дому. «Сынок мой, бедный сынок!» — кричала она. Кричала и рвала на себе волосы. Лукас Хосефа — вот кто был ее сын. Потом узнали: в ту ночь он вез оружие. Из Мексики, для партизан Сьерра-Маэстра. Агенты Батисты схватили его в тридцати милях от берега. И бросили в топку парохода. Живого. Мария Хосефа услышала его за тридцать миль.
Они умолкли. Виктор переглянулся с Галей: вторично тени прошлого пронеслись над ними.
— Расскажи еще, — тихо попросил Карлос. — Расскажи про свою «Акулу». Это правда, что вы хотите освободить моря от хищников?
— Правда, Карлос. Если испытания пройдут успешно, можно будет начать истребление акул во всех морях и океанах.
— Большая радость рыбакам. Акулы берут половину улова — так говорят наши старики.
— Думаю, что гораздо больше, — возразила Галя. — Особенно в здешних водах. Они очень прожорливы и очень долговечны. Когда их не станет, рыбные запасы должны возрасти во много раз.
— Так и будет. Я видел, галанос кинулись к вам, как собаки на свист. Порядок!
— Нектробиотические лучи, Карлос. Мы записали их еще в Северном море, возле смертельно раненного большого тунца. А сегодня я нажал только кнопку, и акулы устремились к нам. Можно еще увеличить эффект, послав лучи через усилитель… Хочешь, послушаем? — он притянул к себе пластмассовую коробку с овальным вырезом динамика — передатчик для управления и связи с акулой.
— Потом, — остановила Галя. — Не прерывай запись.
— Старики говорят: акула идет на кровь, — сказал Карлос.
— Очевидно, так и есть, — подтвердила Галя. — Но это не все. Давно замечено, что акулы бросались к своей жертве быстрее, чем запах крови мог достичь их. Высказывались всевозможные догадки, в том числе об упругих колебаниях, расходящихся в воде от бьющегося в агонии тела. Однако главное — теперь мы убедились — нектробиотические лучи.
— Нек-тро…
— …био-ти-чес-кие лучи, — подсказала Галя.
— Нектро-биотические лучи. Нектробиотические. Трудное слово. Но я запомню.
— Запоминай, Карлос, пригодится, — Виктор дружески взял его за локоть. — Мы заберем тебя с собою в наш институт. Там изучается воздействие на живые организмы всех видов излучений — световых, звуковых, ионизирующих.
— Я так мало учился…
— У тебя все впереди, Карлос. Виктор прав: мы обязательно возьмем тебя. Если ты только пожелаешь. Порядок?
Большая черепаха уткнулась в землю метрах в пяти от них и энергично заработала передними ластами, взрыхляя грунт. Задние конечности так же быстро отбрасывали его в сторону.
— Настоящий экскаватор, — заметил Виктор.
— Да, это механизм, — медленно произнесла Галя. — Бездумный механизм. Но, скажите, кто настраивает его, программирует?
— Не зря же мы построили «Акулу», — сказал Виктор. — Я уверен, она поможет нам подобрать ключик к этой и еще ко многим-многим тайнам…
Карлос не отрывал взгляда от упорной черепахи.
— Механизм, правильно — механизм. Ничего не понимает. Можно взять яйца, прямо из-под нее взять, ничего не заметит. Зароет пустую ямку, заровняет песок, уйдет в море. Механизм.
Поделиться книгой: