Помоги проекту - поделись книгой:
– Да ну тебя, балаболка рыжая! – грозно рявкнул Сергеич.
– Анекдот новый слышали? – Ванька не обратил на окрик Сергеича никакого внимания.
– Слышали… – выдавил я из себя.
– Так вот, – продолжил он, – знаете, чем отличается сталкер-пессимист от сталкера-оптимиста? – Ответа на вопрос парень ждать не стал, тут же продолжил: – Если они попадут в замкнутый туннель, то пессимист умрет на месте, а оптимист – на бегу!
Шутка получилась не особо удачной, смеялся над ней один рассказчик, но это его, казалось, ничуть не смущало.
– Ты бы, Вань, подумал, чем кота своего будешь кормить, – совершенно серьезно сказал Семеныч, когда тот просмеялся.
– Какого еще кота?! – опешил Ванька, пытаясь понять, в чем скрыт подвох.
– Как какого? Который тебе зарплату наплакал!
Взрыв хохота. Даже я не сдержался.
– Да ну вас! – захлебываясь смехом, простонал рыжий.
Отсмеявшись, я попрощался с ребятами и отправился к себе.
Выходя из туннеля, я заметил сидящего на краю платформы соседского мальчишку Гришу. Свет станционных ламп, отражавшихся в его светлых волосах, и самого его делал похожим на фонарик. Несколько дней назад отца Гриши завалило обрушившимися перекрытиями. Хлынувшая сразу после этого вода в считаные минуты затопила место аварии, не оставив никому шансов на спасение. Сил рассказать мальчишке о трагедии не нашлось ни у кого, и Гриша каждое утро ждал отца со смены…
Услышав шум, мальчик спрыгнул на рельсы и побежал мне навстречу.
– Дядя Саша… – увидев меня, мальчишка сразу сник.
– Гриша? Ты чего тут так рано делаешь? – я попытался изобразить удивление.
– Вы папу моего не встречали?
– Нет… Гриша, он, наверно, на сложном объекте. Ты знаешь, как много аварий случилось за несколько дней. А твой отец – незаменимый человек!
– Да… Вы правы, мне тоже все говорят об авариях…
– Ну, чего ты! Все будет хорошо! Давай иди домой и собирайся на занятия, а то отец будет недоволен тем, что ты тут сидишь, – похлопал я мальчишку по плечу.
– Тогда я, пожалуй, пойду, – уже веселее сказал он.
– Другое дело! – махнул я ему вслед.
Мальчик ловко запрыгнул на платформу, секунда – и его уже и след простыл.
В полудреме, на заплетающихся от усталости ногах, я добрел до своего закутка. Тут было темно и неуютно. Я включил фонарь, вошел. Аккуратно заправленная постель в углу, перекинутая через спинку стула шаль. Ленина шаль. Раскрытая книга на столе. Ремарк, «Триумфальная арка». Ленина книга…
Не раздеваясь, я лег и мгновенно заснул.
Скрипнула дверь.
– Просыпайся, соня! – услышал я сквозь сон веселый голос Лены.
Вспыхнула спичка и, спустя секунду, комната озарилась ярким светом керосиновой лампы.
– Уж давно нет футбола с хоккеем, а вы, мужики, все валяетесь на диване! Непорядок! – засмеялась она и тут же поделилась радостной новостью: – А мы сегодня наконец-то открыли детский уголок! Теперь будем учить детей уму-разуму! Вот! – Лена достала что-то из кармана, протянула мне. С обертки смотрела краснощекая девочка в платочке. – «Аленка». Шоколадка! Наградили за ударный труд. Сейчас закатим с тобой пир на весь мир!
Горячий чайник уже стоял на столе, а в стаканах заваривался ароматный чай. Я смотрел на Лену, все пытаясь разглядеть, что изменилось в ее облике, что ушло навсегда, что появилось нового. Она сильно похудела. Осунулось лицо и впали глаза. Невероятно, но у нее до сих пор еще оставалась косметика, и она умело скрывала под макияжем и бледную кожу, и синяки под глазами…
– Постарела, да? – игриво спросила Лена. – Знаю, что постарела… – улыбка слетела с ее бледных губ, но через мгновение Лена вновь просияла. – Чудо ты мое! Ну что бы я без тебя делала?! Ты меня любишь? Нет, не отвечай, – она приложила палец к губам. – Я тоже тебя очень люблю… А знаешь, какая у меня мечта? Нет? Встретить рассвет на колоннаде Исаакия. Увидеть, как просыпается наш родной город. Как наполняются жизнью улицы. Как окрашиваются разными красками дома, скверы, Нева… небо…. наше небо… – Лена замолчала. Слеза прочертила полоску на ее щеке…
– Ничего. Мечта обязательно сбудется, если в нее верить! Ведь так?!
– А ты, наверно, мечтаешь о кружке холодного пива и рыбке?! Угадала?! – рассмеялась она.
В дверь постучали.
– Санек, как и просил, бужу. Пора на смену, – послышалось за дверью.
– Спасибо… встаю…
На автопилоте сунул ноги в сапоги. Потом достал из-под кровати небольшой сверток, бросил его в рюкзак и вышел из комнаты.
Люблю я ночь… Когда встал вопрос о выборе работы, не задумываясь выбрал ту, где есть ночная смена. Ночью стираются все грани. Привычный мир по велению царицы-ночи меняется до неузнаваемости, знакомые предметы превращаются в тени, на место звуков приходит звенящая тишина… Смотреть ночью вдаль… Правда же, здорово звучит? Попробуйте, не пожалеете! Если у вас развито воображение, то вдалеке можно увидеть много чего интересного. Очень советую. Иногда я ложусь в промежуток между рельсами и смотрю вверх, на звездное небо. Правда! Нужно просто лечь и расслабиться. И вот уже, смотрите, загораются маленькие звездочки. Заметили? Меня этому научила Лена. Мы часто мечтали о будущем, лежа вот так, под звездным небом…
Я медленно двигался по своему участку, прислушиваясь к звукам и отмечая изменения в покрытии полотна и на тюбингах. Неожиданно до моего слуха донесся непонятный звук. Сначала тихий. Потом громче… Еще немного, и я мог бы поспорить на что угодно, что это приближается состав… Откуда он? Как такое может быть?!
Шум усиливался, но и впереди, и сзади была лишь мрачная темнота туннеля. Мгновение – и звук оглушил меня. Он был тут, рядом. Состав несся прямо за стеной туннеля. И я интуитивно бросился вдогонку…
Спотыкаясь о шпалы и падая, не замечая разбитого колена, я бежал вперед, пытаясь догнать ускользающий от меня поезд. Неожиданно ровный рисунок тюбингов прервался темным пятном. Дверной проем, заколоченный сгнившими от времени досками, не показался мне достойным препятствием. Одним ударом я снес доски и не вбежал – влетел в освободившийся проем.
Вдалеке мерцал и стремительно удалялся свет, постепенно стихал и шум. Фонарь-предатель никак не хотел зажигаться. Ударом о стену я привел его в рабочее состояние… Даже этого света было достаточно, чтобы понять, что я стою посреди небольшой комнатки, видимо, служившей когда-то подсобкой местным обходчикам. Четыре стены – и никакого намека на туннель…
За спиной послышался шум. В комнату влетел Сергеич.
– Санек, ты чего шумишь? – переводя дыхание, спросил он.
– Да так… Показалось… – я совершенно был сбит с толку.
– Состав услышал? – хитро спросил он.
– Вы тоже?!
– Этот непорядок тут недавно появился. Говорят, что тут граница миров проходит. Запасной путь, так сказать…
– Запасной путь?
– Не бери в голову. Я тебя покину, там со стрелкой проблемы. Говорил, пора менять, так никто не слушал!
Шаги старшего смены эхом отдавались в бесконечной пустоте тун-неля.
Запасной путь… Я засунул руки в карманы, прислонился к мокрой стене и сполз на пол. Рука нащупала в кармане сложенный лист бумаги. Посидев неподвижно еще пару минут, я достал его и развернул…
Я сложил листок и убрал обратно в карман. Фонарем посветил на часы. Пора….
Резко поднявшись, я быстрым шагом направился к намеченной цели. Сегодня на выходе дежурила смена Мандрика. Мы с ним уже заранее обо всем договорились.
– Стой! Кто тут?! – послышалось впереди.
– Свои!
– Саш, ты, что ль?
– Он самый…
Мандрик вышел из темноты и пожал мне руку. Видно было, что он волнуется.
– Все же решился? А я надеялся, что передумаешь…
– Нет, Миш. Не могу я так больше… Вот, как договаривались, – я протянул ему сверток.
– Не надо…
– А мне оно надо? – улыбнулся я. – Бери! Детям что-нибудь купишь у барахольщиков.
– Спасибо тебе! – Миша неожиданно обнял меня.
– Не люблю долгие проводы! Пошел я, – и, не дожидаясь ответа, я схватился за поручни лестницы, ведущей на поверхность.
Одинокий человек вышел из вестибюля метро на проспект. Представший перед его взором Невский, казалось, навсегда застыл в предсмертных муках. Ржавые остовы автомобилей доживали свои дни на потрескавшемся полотне дороги. Порывы то и дело налетавшего ветра играли останками цивилизации, заставляя в страхе оборачиваться на каждый звук. Постояв некоторое время, человек быстрым шагом направился в глубь проспекта. Ни слишком высокий фон, ни таящие опасность подворотни не могли заставить его изменить свой маршрут. Даже голодные, озверевшие собаки лишь провожали его понимающими взглядами, рыча больше для себя, чем для него. Человек явно спешил. «Успеть! Успеть! Успеть!» – стучало у него в голове.
Собор неожиданно вынырнул из-за поворота. По-прежнему величественный, гордый, он возвышался не только над окрестными развалинами, но и словно над людскими пороками и страстями. Случайно уцелевший памятник уходящему в историю человечеству. Окруженный свитой свинцовых облаков, он бросил на человека испепеляющий взгляд куполов…
– Не сейчас! Я потом отвечу тебе на все вопросы! – прокричал человек. Посреди мертвого города его крик зазвучал как раскаты грома.
Вот и дверь, ведущая на колоннаду.
Человек прибавил шагу. Потом, собрав все силы, кинулся вверх по винтовой лестнице. Дыхание сбилось, а сердце явно пыталось выскочить наружу.
Ступеньки, ступеньки… Сколько же их еще?!
Перед глазами все плывет… Не останавливаться!!!
Свежий воздух ударил в лицо. Человек перевел дух и вышел на балкон.
Ее он увидел сразу… Она сидела на невесть откуда взявшемся стуле, положив голову на перила. Как будто спала… Он осторожно приблизился, словно боясь спугнуть ее. Налетевший внезапно порыв ветра чуть не сбил его с ног. Схватившись руками за ограждение, он плавно присел рядом с ней. Вдали, на горизонте, вспыхнуло ярко-красное пламя…
– Я успел. Лена, я успел!
Мир вокруг ожил. А потом…
Словно какой-то невидимый художник медленно, но неумолимо стал раскрашивать яркими красками и Исаакий, и площадь перед ним, и Неву, и все вокруг…
Над городом вставало солнце.
«СТАНЦИЯ “ГОСТИНЫЙ ДВОР”. ПЕРЕХОД НА СТАНЦИЮ “НЕВСКИЙ ПРОСПЕКТ”… – зазвучал из динамиков приятный мужской баритон.
– Наша! Пошли!
Толпа понесла нас к эскалатору.
Невский жил своей обычной жизнью. Туристические группы вперемежку с простыми петербуржцами, сигналы машин и монотонный непрекращающийся речитатив людей с мегафонами:
– ТОЛЬКО У НАС И ТОЛЬКО СЕЙЧАС СКИДКИ НА ПРОГУЛКИ ПО КАНАЛАМ ПЕТЕРБУРГА! АВТОБУСНАЯ ЭКСКУРСИЯ ПО ПЕТЕРБУРГУ – НЕЗАБЫВАЕМЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ! ПРИГОРОДЫ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА!!!
Молча мы дошли до Дворцовой набережной. Набережная… Ветер с Невы мгновенно освежил и привел в чувство после удушающей городской жары.
– Подожди меня тут. Я за билетами схожу.
Она молча подошла к гранитному барьеру и устремила взгляд на вод-ную гладь. Не нравится мне этот ее взгляд. Ой не нравится…
Но вот заветные билеты у меня в руке, и можно продолжить путь.
– Отправление через пятнадцать минут. Пойдем?
– Да…
Поделиться книгой: