02 Смерть. Мрачный Жнец

— На всякий случай стоит смазать этот кол чесноком, — добавил казначей.

— М-м, да, верно. Это не помешает, — неохотно согласился главный философ.

— А вот хороший кусок мяса никогда не следует натирать чесноком, — заметил декан. — Достаточно немного масла и специй.

— Красный перец тоже хорош, — радостно присоединился к беседе профессор современного руносложения.

— Заткнитесь, а? — велел аркканцлер.

Плюх.

Петли шкафа наконец не выдержали, и содержимое вывалилось на пол.

Сержант Колон из Городской Стражи Анк-Морпорка нес ответственное дежурство. Он охранял Бронзовый мост, связывающий Анк и Морпорк. Охранял, чтобы мост не украли. Когда речь шла о предотвращении преступления, сержант Колон предпочитал мыслить масштабно.

Некоторые граждане Анк-Морпорка считают, что настоящий городской страж, охраняющий и защищающий закон, должен прежде всего патрулировать улицы и переулки, работать с информаторами, преследовать преступников и тому подобное.

Однако сержант Колон не был сторонником подобного рода мнений. Наоборот, в ответ на подобные слова он поспешил бы заявить, что пробовать снизить уровень преступности в Анк-Морпорке — это все равно что пытаться понизить уровень содержания соли в морской воде. Любой страж закона, попытавшийся выступить против анк-морпоркской преступности, рисковал нарваться на следующую реакцию со стороны окружающих: «Эй, послушайте-ка, а этот труп, который валяется в канаве, — это же старина сержант Колон!» Нет, идущий в ногу со временем, предприимчивый и умный страж порядка должен действовать вовсе не столь прямолинейно. Он должен на шаг опережать преступника. Вот если кто-нибудь вдруг надумает украсть Медный мост, сержант Колон немедля схватит вора на месте преступления.

Кроме того, место дежурства было тихим, защищенным от ветра, здесь можно было спокойно покурить, и никакого рода неприятности сюда не заглядывали.

Упершись локтями в парапет, сержант Колон неспешно размышлял о Жизни.

Из тумана появилась фигура. Сержант Колон заметил на ее голове знакомую остроконечную шляпу волшебника.

— Добрый вечер, офицер, — проскрипел волшебник.

— Доброе утро, ваша честь.

— Слушай, ты мне не пособишь забраться на этот парапет?

Сержант Колон замешкался. Но вновь прибывший и в самом деле был волшебником. Отказывая в помощи волшебнику, тоже можно нарваться на серьезные неприятности.

— Проверяешь новый способ волшебства, ваша честь? — дружелюбно осведомился сержант, помогая щуплому, но неожиданно тяжелому старичку залезть на крошащиеся камни.

— Нет.

Ветром Сдумс шагнул с моста. Внизу что-то хищно чавкнуло. [4]

Сержант Колон уставился на медленно смыкающуюся поверхность реки Анк.

Ох уж эти волшебники. Вечно что-нибудь придумают.

На реку, он смотрел долго. Спустя минут пятнадцать отходы и прочая мерзость, болтающиеся у основания одной из опор моста, расступились и возле скользких, исчезающих в реке серых ступеней появилась остроконечная шляпа.

Сержант Колон услышал, как волшебник медленно ковыляет по ступеням и шепотом ругается.

Промокший насквозь Ветром Сдумс поднялся на мост.

— Тебе стоило бы переодеться, — подсказал сержант Колон. — Замерзнешь до смерти, если будешь торчать на ветру в таком виде.

— Ха!

— И на твоем месте я бы хорошенько прогрелся у жарко пылающего камина.

— Ха!

Сержант Колон не спускал глаз с Ветром Сдумса. У ног волшебника медленно образовывалась лужа.

— Испытываешь какую-нибудь новую подводную магию, ваша честь?

— Не совсем так, офицер.

— Да, мне тоже всегда было интересно, как оно там, под водой, — ободряюще продолжал сержант Колон. — О эти таинственные, невероятные существа, населяющие подводные глубины… Моя мама как-то рассказывала мне сказку о маленьком мальчике, который превратился в русалку, вернее в русала, о всех его чудесных приключениях…

Под грозным взглядом Ветром Сдумса он вдруг лишился дара речи.

— Там скучно, — сказал Сдумс, повернулся и шагнул в туман. — Очень, очень скучно. Ты даже представить себе не можешь, как там неинтересно.

Сержант Колон опять остался один. Дрожащей рукой он поднес спичку к новой сигарете и торопливо зашагал к штабу Городской Стражи.

— Это лицо… — бормотал он. — И глаза… прям как эти пирожные… ну, что в кулинарии на Цепной…

— Сержант!

Колон замер, потом посмотрел вниз. С уровня земли на него смотрело чье-то лицо. Придя в себя, он узнал пронырливую мордочку своего старого знакомого Себя-Режу-Без-Ножа Достабля — ходячего и разговаривающего доказательства того, что человечество произошло от грызунов. С.Р.Б.Н. Достабль любил называть себя авантюристом от торговли, но другие склонялись к мнению, что Достабль — просто мелкий жулик, чьи схемы зарабатывания денег всегда обладают небольшим, но жизненно важным недостатком: чаще всего он пытается продать то, что ему не принадлежит, то, что не работает, и даже то, чего никогда не существовало. Знаменитое золото фей бесследно испаряется с первыми же лучами солнца, но по сравнению с некоторыми товарами Достабля эта крайне эфемерная субстанция все равно что железобетонная плита.

Сейчас Достабль стоял на нижней ступени одной из лестниц, ведущих в бесчисленные подвалы Анк-Морпорка.

— Привет, Себя-Режу.

— Слушай, Фред, ты не спустишься сюда на минутку? Нужна помощь законопорядка.

— Проблемы? Достабль почесал нос.

— Фред, вот ты можешь сказать… Э-э… Когда тебе что-то дают — это преступление? Ну, дают без твоего ведома.

— А тебе что, кто-то что-то дал? Себя-Режу-Без-Ножа кивнул.

— Понимаешь, тут такая ситуация… Тебе известно, что я храню здесь кое-какой товар?

— Да.

— Ну так вот, значит, спускаюсь я, чтобы сделать переучет, а тут… — Он беспомощно развел руками. — Ты лучше сам посмотри…

Он открыл дверь в подвал.

В темноте что-то упало. Плюх.

Вытянув перед собой руки, Ветром Сдумс бесцельно брел по кварталу под названием Тени. Его кисти расслабленно покачивались. Он и сам не знал, почему так идет, просто такое положение рук казалось ему правильным.

Может, спрыгнуть с крыши? Нет, не сработает. Ходить и так трудно, а переломанные ноги только осложнят ситуацию. Яд? Тоже нет, заработаешь лишь жуткую боль в желудке. Петля? Болтаться в ней еще скучнее, чем сидеть на дне реки.

Он вышел в шумный двор, где сходились несколько переулков. Крысы, завидев его, порскнули по щелям. Завизжала и прыгнула на крышу кошка.

Сделав еще несколько шагов, Сдумс остановился и попытался было разобраться, как он здесь очутился, зачем он здесь очутился и что будет дальше, — как вдруг почувствовал, что в позвоночник ему уткнулось острие ножа.

— Ну, дед, — раздался за его спиной чей-то голос. — Кошелек или жизнь?

Губы Ветром Сдумса растянулись в дьявольской ухмылке.

— Слышь, старик, я ведь не шучу, — сказал голос.

— Ты из Гильдии Воров? — не оборачиваясь, поинтересовался Сдумс.

— Нет, мы… свободные художники. Давай-ка посмотрим, какого цвета у тебя денежки.

— А у меня их нет, — ответил Сдумс и повернулся.

Грабителей было трое.

— Ты погляди на его глаза! — воскликнул один.

Сдумс вскинул руки над головой.

— У-у-у-у-у-у-у-у-у! — провыл он. Грабители попятились. К сожалению, их отступление было быстро прервано надежной каменной стеной, к которой они в страхе приникли.

— О-о-о-о-О-О-О-О-о-о-о-о-по-о-о-ошли-и-иво-о-о-он-о-о-о-О-О-О-о-о-о! — завопил Сдумс, для большей убедительности закатив глаза.

Он еще не понял, что перекрывает их единственный путь к спасению.

Обезумевшие от ужаса горе-грабители пронырнули под его руками, но один из них успел-таки всадить нож прямо в куриную грудь Сдумса. Нож вошел по самую рукоять.

Сдумс опустил глаза.

— Эй! — заорал он. — Это же моя лучшая мантия. И я хотел, чтобы меня в ней похоронили. Вы знаете, как трудно штопать шелк? Идите, сами посмотрите, ведь на самом видном месте…

Он прислушался. Было тихо, только издалека доносился стремительно удаляющийся топот. Ветром Сдумс вытащил нож. — А могли бы и убить, — пробормотал он, отбрасывая нож в сторону.

Очутившись в подвале, сержант Колон поднял один из предметов, кучами валявшихся на полу.

— Их здесь тысячи, — произнес за его спиной Достабль. — И я хочу знать, кто их сюда притащил. [5]

Сержант Колон покрутил в руках странную вещицу.

— Никогда не видел ничего подобного. — Он потряс штуковину и улыбнулся. — А красиво, правда?

— Дверь была заперта, — пояснил Достабль. — А с Гильдией Воров я расплатился.

Колон снова потряс предмет:

— Красиво.

— Фред?

Колон не отрываясь смотрел, как в маленьком стеклянном шаре кружатся и падают крошечные снежинки.

— Да?

— Что мне делать?

— Не знаю. Думаю, Себя-Режу, это все теперь принадлежит тебе. Хотя даже представить себе не могу, и кому это понадобилось избавляться от такой красоты…

Он повернулся к двери. Достабль загородил ему дорогу.

— С тебя двенадцать пенсов, — сказал он.

— Что?

— Ты кое-что положил себе в карман, Фред. Колон достал шарик.

— Да перестань! — принялся возражать он. — Ты же их нашел! Они не стоили тебе ни пенса!

— Да, но хранение… упаковка… обработка…

— Два пенса.

— Десять.

— Три.

— Семь пенсов. Честно тебе говорю, я себя без ножа режу.

— По рукам, — неохотно согласился сержант и еще раз потряс шар. — Здорово, правда?

— Стоят каждого пенса, — подтвердил Достабль, радостно потирая руки. — Будут улетать, как горячие пирожки.

Он принялся складывать шарики в коробку. Выйдя из подвала, Достабль закрыл и тщательно запер дверь.

В темноте что-то упало. Плюх.