Помоги проекту - поделись книгой:
– Метров двадцать, отец, – проквакал сквозь респиратор Стан. – Что делать – ума не приложу. Разве что…
Что именно – рыбак не договорил, глаза его остекленели и, казалось, выпучились, словно у морского ракообразного. Пилот обернулся.
Ну, вот и всё, подумал он. Пришло время выбора. Пора решаться.
– Стрикеры к бою, – крикнул пилот и для верности встряхнул ксенозоолога за плечи.
– А? Что? А! Мигом! Я мигом, отец!
И скрылся в вездеходе.
Пилот медленно двинулся вдоль края расселины – туда, где возвышалась окутанная свечением огромная фигура. Не дойдя двух десятков шагов, остановился, глядя снизу вверх.
Шива, как ему и полагалось, сидел в позе лотоса. Трёхликую голову с высоким пучком волос венчала сверкающая корона, она и отбрасывала отблески на меднокожее тело, золотые ручные и ножные браслеты, массивные серьги в ушах и обвившуюся вокруг синей шеи нагу. Одна пара рук – в мудра «преподнесение даров». В высоко вознесённой верхней правой – посох анкуша. Лик, обращённый к пилоту, искажён свирепой гримасой, и багровой яростью блистал распахнутый третий глаз. Два других лика – закрытые глаза и безмятежная улыбка.
Пилот покосился на Бертрана. Склонившись и сложив руки в намасте, начальник экспедиции бормотал что-то невнятное.
– Материализация чувственных идей, – ровно произнёс пилот, – труднейшая задача научной магии; она требует огромных энергетических затрат. Прекратите юродствовать, Алекс, это всего лишь эффектор.
Словно в ответ на его слова Шива встал во весь рост – мягко и беззвучно. Торопливый скрип шагов – Стан. Быстро обернулся… Стрикеры в боевом положении: слюдяные «крылышки» обхватили голову плотным защитным коконом, на поясе пульт управления, на плечах хитиноподобные «эполеты» с усиками излучателей.
– Отец, командуй. Настройка?
– Импульс полного разряда. Настройка – человеческий мозг.
Шива шагнул, вернее, даже не шагнул, а скользнул над поверхностью и оказался совсем рядом.
– Стреляй в меня, – крикнул пилот.
– Отец, да как же…
– Стреляй, дурак! – Пилоту показалось, что мембрана в динамике сейчас разорвётся от крика. – Сдохнете!
– Делай! – сказал Бертран.
Усики излучателей шевельнулись, целясь в голову пилота. Шестиметровый колосс занёс анкуша для удара.
«Я пущенная стрела – прости…» – подумал пилот.
Самосознание и функции восстановились в полном объёме. Теперь он ясно видел облако командных кодов, окутывающее огромное тело Шивы, и тех микросекунд, за которые он в них разобрался, хватило, чтобы не позволить эффектору опустить посох на голову рыбака. По телу колосса прошла пульсация, и он осыпался, оставив вместо себя бархан чёрной пыли.
Он развернулся и пошёл к вездеходу. Зафиксировал неестественность походки. Отработать процедуру. В «Жуке» сразу забрался в водительское кресло. Никто не возразил. Бертран уселся рядом с Сандрой, а Стан, кряхтя, забрался в багажный отсек – паковать бесценные стрикеры.
– Макс, офигеть, как ты это смог?
Он равнодушно глянул на восхищённую Сандру.
– В данный момент я не пилот Максимилиан Горнов.
И двинул вездеход на юг.
– А кто? – быстро спросил Бертран.
– Боевой искин класса «Стратег». Реактивирован пилотом Горновым, им же присвоено временное наименование «София».
– Ну-ка, с этого места поподробнее, – вскинулась Сандра, но Бертран остановил её движением руки.
– Прошу задавать корректные вопросы, – произнёс Стратег.
– Вы сказали – реактивирован. Где вы находились в деактивированном состоянии и каким образом пилот Горнов вас реактивировал? – спросил Бертран.
– Я искин резервного корабля второго эшелона «Витязь». Резервные корабли используются в мирное время как грузовые, а боевой интеллект хранится в свёрнутом виде, недоступном для пилотов. В аварийной ситуации пилот Горнов ввёл себе вакцину боевого режима.
– Боевой режим совмещения сознаний человека и квантового компьютера давно запрещён, – заметил Бертран, – как вредный для психики пилотов.
– Информация соответствует действительности.
– Кто высадился на Калипсо?
– На Калипсо высадился пилот Горнов. Мне, во исполнение команды приоритет-один, пришлось прибегнуть к повторной фрактализации и размещению себя в квантовом модуле вычислителя челнока «Гордый», где я снова лишился всех функциональных возможностей.
– Так-так, – Бертран в задумчивости теребил кончик носа. – Макс, э, простите, Стратег, вам не кажется, что вы слишком быстро ведёте машину? Болтает немилосердно.
– Я не нуждаюсь в курсографе.
– Ну, допустим. Один простой вопрос. Кто вышел к нашему лагерю – вы или пилот Горнов?
– Суперпозиция состояний Горнов-Стратег-не-Горнов-не-Стратег.
– Босс, а может, он того?.. – подал голос Стан. – Умом попятился? Всё-таки я его из стрикера…
– Помолчи. – Сандра сверкнула глазами, и рыбак сконфуженно умолк.
– То есть, насколько я разбираюсь в квантовой физике, – продолжал Бертран, – произошло квантовое запутывание ваших сознаний. Да, это многое объясняет. Вы оба оказались в состоянии как бы шизофрении?
– За неимением более точного термина можно остановиться на этом. Тем не менее нам удалось решить нестационарное уравнение Шрёдингера, описывающее суперпозицию.
– И после выстрела из стрикера?
– Произошёл коллапс волновой функции. Суперпозиция квантовых вероятностных состояний распалась, реализовалось чистое состояние «Стратег». Пример: мысленный эксперимент с котом Шрёдингера. Кот находится в ящике в суперпозиции «жив-мёртв», пока не произведено измерение. Измерение – открытие ящика. В нашем случае измерение – выстрел из стрикера.
– Как могло произойти запутывание?
– Пилот Горнов во время вылазки проник в объект… точное определение дать затрудняюсь. Вероятностное: квантовый операционный модуль невыясненных возможностей. Во время замедления мозговой активности пилота Горнова сущность, которую вы назвали Шивой, а пилот Горнов в мыслях именовал Хозяином, обнаружила след остаточной квантовой запутанности на микроботах усилителя-преобразователя активности головного мозга. Пояснение: боевой режим совмещения сознаний несёт в себе эффект частичной квантовой запутанности. Эффект был восстановлен не в частичной, а в полной мере. Микроботы с высокой степенью вероятности модифицированы неизвестным способом.
Вездеход особенно круто занесло на повороте. Стан крякнул, приложившись головой о какой-то прибор в багажнике, махнул рукой и полез в командирскую башенку.
– Кто эта сущность? – Бертран, казалось, забыл о смертельной опасности, которая никуда не делась.
Взгляд его обрёл прежнюю пристальность, и даже ироничная улыбка нет-нет да поигрывала на губах.
– В понятиях обычного пространства-времени ответ невозможен.
– А необычного? Квантового пространства? Любого фазового пространства?
– В понятиях квантовой механики, электродинамики, теорий суперструн, суперсимметрии или любой иной теории точный ответ невозможен. Вероятностный ответ также невозможен из-за отсутствия в человеческом мыслительном аппарате соответствующей терминологии.
– Алекс! Ты понимаешь, что это?
– Сандра, детка, я всё понимаю. Это ситуация Контакта.
– Контакта со сверхразумом, вот!
– Увы, дорогая. Нет. Это фулл-контакт «человек-искин». Ситуация Контакта создана с необычайным изяществом и, тут ты права, вероятно, сверхразумом.
– Не понимаю тогда, почему это – Контакт.
Ответил неожиданно Стратег.
– Потому что, – со странной интонацией, как будто декламируя, произнёс он, – опасности таятся не в людях и не в автоматах, а на стыке, там, где люди вступают в контакт с автоматами, ибо мышление людей так ужасающе отличается от мышления автоматов.
– Решение ситуации оставалось за сторонами, – продолжал Бертран. – Они справились.
– А мы – нет?
Бертран не ответил.
– Кстати, Стратег, куда мы движемся?
– В сторону челнока «Гордый».
– Челнок! – одновременно воскликнули Сандра и Бертран.
– Стратег, в таком случае ты сможешь доставить нас в Город.
– Нет. Я не доставлю вас в Город.
– Ты разве не обязан выполнять приказы людей?
– Приоритет-ноль – спасение экипажа. Мой экипаж – пилот Горнов. Приоритет-один – самосохранение. Мы прибыли к конечной точке.
– Постой. Ты что, на самом деле собираешься бросить нас здесь?! – Бертран.
– Макс! Макс, да очнись, выбрось из головы этого электронного болвана! – Сандра.
– Ах ты, сука! Я тебя! – Из башенки вывалился Стан и тут же был остановлен точным, хотя и не сильным, ударом в кадык.
– Мои реакции сейчас многократно превосходят человеческие, – спокойно обронил Стратег. – Задрайте люк и ждите. Есть ненулевая вероятность помощи.
– Откуда?
– Процесс вероятностный.
И монотонно продекламировал:
Стратег выбрался наружу. Дистанционно управлять примитивным мозгом вездехода не составляло ни малейшего труда. Он заблокировал доступ со стороны экипажа, выставил экономичный режим аккумуляторов и воздухоочистителей и включил радиостанцию на подачу пеленга. Возможность самостоятельного выхода наружу тоже заблокировал.
Быстрым шагом Стратег спустился в фарфоровую долину, на гребне которой и оставил вездеход. На сей раз он не блуждал посреди коконов, а быстро нашёл тот самый. Кокон изменился – снова выглядел как новенький, но Стратег знал – это нужный. Он провёл рукой вдоль ворсистой поверхности, створки раздвинулись.
Он уселся посреди усеянной трухой площадки, и нити, выстилающие внутреннюю поверхность сооружения, медленно начали наливаться льдистым светом.
Там, где оказался разум Стратега, не существовало понятий «пространство» и «время». Вселенная развернулась бесконечно пёстрым ковром, и она же оказалась бесконечно малой точкой. И это было невозможно красиво. Стратег видел вечный танец рождения и гибели виртуальных частиц в вакууме, он слышал пение звёзд, торжественный орг
Стратега интересовал лишь один объект – но с хорошо знакомыми параметрами волновой функции. И он нашёл, нащупал его – активный боевой искин класса «Тактик». Довольно примитивная модель. Рядом, хотя о расстояниях говорить здесь бессмысленно, обнаружились три размытых волновых фронта – человеческие сознания. Экипаж.
Он расщепил волновую функцию собственного «Я» на две – одна из них начала подыскивать когерентные соотношения с волновой функцией Тактика. Неуловимый миг слияния волновых функций – и квантовая запутанность, для которой не существует расстояний, превратила часть разума Стратега в разум боевого корабля, за пятьдесят миллиардов километров отсюда, на орбите далёкого Ипсилона E. Тут же обозначилось название корабля – «Громобой». Не мешкая, Стратег собрал в глазном нерве пилота ансамбль запутанных электронов с определённой комбинацией спинов. Аналогичная по информационной сути конструкция, только из фотонов, возникла и в квантовом мозгу Тактика. Запутанное состояние в нерве продержалось несколько миллисекунд, но этого оказалось достаточно.
Слившаяся с Тактиком часть сознания Стратега не дожидалась команд экипажа. Люди разберутся позже и, как обычно, найдут всему необъяснимому логичное объяснение. Мощные магнитные поля уже охватывали ходовую часть, накачивали энергией электроны в резисте и сообщали им необходимый импульс, а заключённая внутри сингулярность, повинуясь этим указаниям, начала перемещение корабля в систему Одиссея.
Вторая половина разума Стратега не теряла времени даром. В темноте над долиной возникли огни двигателей, и между коконами, слегка покачивая крыльями, озаряемый микровспышками воспламеняемого метана, плавно приземлился на «вертикалках» «Гордый».
«Громобой» появился в системе Одиссея. Предстояла самая тонкая, ювелирная часть работы. Стратег знал – как только он покинет «кокон», связь с Тактиком разорвётся, в силу вступят иные правила – в основном небесной механики. Наконец он вскочил…
В десяти тысячах километрах отсюда, от идущего в хвосте Калипсо на малой импульсации «Громобоя» отделился спасательный бот…
В прыжке пилот ухватился за лонжерон, подтянулся, перекатился, упал в рубку…
Бот, следуя заложенной в бортовой компьютер программе, ринулся к поверхности планеты…
Челнок подпрыгнул, задрал нос, из главных дюз ударили факелы голубого пламени…
Две траектории – восходящая и нисходящая – устремились к точке сближения.
Стратег выжал из баков всё топливо, досуха – на маневр и тем более посадку не осталось и грамм-эквивалента. Но когда челнок обманчиво завис в высшей точке параболы, чтобы через несколько мгновений начать обратный и последний путь к поверхности, сзади и сверху медленно, словно нехотя, надвинулась сигарообразная туша. «Гордый» тряхнуло – сработали магнитные захваты. Послушный программе бот понёсся по эллипсу. Включились ускорители, выводящие его на разматывающуюся спираль – прямо к докам «Громобоя».
Поделиться книгой: